InquisitionTale

      Сначала был страх, лютый, первобытный ужас. Фриск кричала и кричала, пока не сорвала горло, пока из её рта не начал вырываться только хрип. Девушка сжалась в комочек, всё ускоряясь и ускоряясь. Слёзы вырывало из глаз и уносило куда-то вверх, к поверхности. Сначала был страх, потом тревога, а потом осталось только смирение. Фриск летела вниз, не в силах открыть глаза от слёз и рвущего ветра. Она обхватила себя руками, подтянула руки к груди и всячески пыталась закрыться туникой как можно больше. Не было страха смерти — только дискомфорт от ветра, слепота от слёз и ужасный холод. И ещё тревога.       Фриск казалось, что она падает прямо в Бездну, прямо в логово Сорвена, настолько долгим казалось падение. Было волнение… А вдруг она прямо сейчас тут и останется? И никогда больше не увидит ничего, кроме этой непроглядной, чёрной темноты? Может быть, вечные муки так и выглядят? Может, она уже умерла, просто не поняла пока этого?       Девушка сжималась в крошечный комочек, в точку. Казалось, что в эту же точку превратился и целый мир, свернулся в ничто, и этим ничем и всем одновременно была она сама. Она была крошечной песчинкой и всей вселенной одновременно. И сейчас всё остальное тоже сжималось, выдавливало её из этой точки. Ещё секунда, и она растворится в пустоте того, что было за пределами песчинки. Ещё секунда, и всё её тело разметает по первородной материи.       И она ничего не чувствовала по этому поводу. Абсолютно никаких эмоций. Ни страха, ни радости, ни скорби, ни печали. Только равнодушие. Она, похоже, окончательно смирилась с тем, что её мир больше не существует. Лица, места, пейзажи, слова, мысли — всё растворялось, исчезало, серело, меркло. Погружалось в темноту беспамятства. Всё исчезло.       — Кто я?.. — одними губами прошептала Фриск. — Почему я здесь?..       Где это — здесь? Что с ней происходит? С ней вообще хоть что-то происходит? Существует ли она вообще? Она же дала обещание! Она же обещала вернуться! Кому?.. Она же не поговорила! Не объяснилась с… С кем?.. Существует ли кто-то в этом мире?       Сколько длилось это падение? Фриск не знала. Может, минуту, а может, сто лет… Время здесь не играло никакой роли, оно закручивалось само в себя и исчезало, оставаясь где-то наверху. Там же, где остался её разум. Фриск летела вниз, медленно теряя последние капли рассудка. Она медленно повернулась в воздухе, сжалась в позе эмбриона и закрыла глаза. Наступила гнетущая тишина. Даже ветер перестал свистеть. Фриск слышала, как громко пульсирует кровь в ушах, как быстро-быстро бьётся её маленькое сердце. Ничего не было вокруг…       Вдруг тело пронзила страшная боль. Такая боль, которой, казалось, не чувствовали самые грешные мученики в Бездне. Острое пламя пронзало каждую кость, каждый мускул, каждую клеточку её тела. Фриск хотела закричать, но лёгкие и горло сдавило спазмом. Хотела шевельнуться, но от движения боль многократно усилилась. Хотела потерять сознание, но мозг, как назло, сохранял её в этом мире, не давая вырваться из этого концентрата чистейшей боли.       Она собрала все силы, какие нашла в себе, и открыла глаза. Слёзы ручьём хлынули по щекам, что-то щекотало тело, забивалось под тунику, ногам было очень холодно от пробегавшего сквозняка. Всё это заглушала боль. А перед ней мелькало всего три цвета — чёрный, жёлтый и зелёный.       Приходило долгожданное, сладостное облегчение. Фриск готова была праздновать его сильнее, чем Новое Пришествие. Она задышала ровнее, её сердце начало биться медленнее. Слёзы, почувствовав, что теперь на них сосредоточено всё внимание, хлынули вновь. Фриск сжалась в комочек, обхватила колени руками. Больше всего ей сейчас хотелось забыться. Оказаться снова на поверхности, за много лет до того, как её впихнули в это проклятое поместье! Хотелось вернуться в то время, когда самую большую боль причиняли страхи, живущие под кроватью. Когда Шарлотта приходила, успокаивала её, обещала, что не позволит монстрам вылезти из-под кровати. Когда нежно гладила её по голове, целовала в лоб. Фриск бы всё отдала, чтобы сейчас оказаться в том времени…       Девушка очнулась. Она зажмурилась, перевернулась на другой бок и приподнялась на локте. Руку, лицо и ноги что-то защекотало, в глазах защипало. Фриск чихнула, окончательно пришла в себя и посмотрела вниз.       Она лежала на небольшой полянке из сочной зелёной травы. То тут, то там из изумрудного полотна выглядывали огромные жёлтые цветы. Они, словно живые, медленно колыхались на ветру, тянулись вверх. Фриск вдохнула, впуская в лёгкие сладковатый, нежный, очень приятный и гармоничный аромат. Вместе с ним в лёгкие залетела и пыльца, и Фриск, сморщившись, чихнула.       Только в этот момент она вспомнила, что произошло. Девушка вскочила, примяв травинки, и в панике задрала голову. Где-то наверху тоненькой светлой ниточкой виднелась поверхность. Волосы Фриск в этот момент казались толще прохода, через который она сюда спустилась. А сверху трещина казалась такой глубокой! На какой же она глубине?       Фриск огляделась. Вокруг лужайки, на которой она стояла, был только каменный пол пещеры. Цветы, похоже, пробились прямо сквозь горную породу, образовав настоящий ковёр. Света не было, но девушка всё равно всё видела, поэтому она высказала логичное предположение:       — Похоже, светятся сами цветы…       Она не узнала своего голоса. То есть. голос то был её, но говорила она уж слишком спокойно. Как-то не похоже на человека, который провалился на пару километров под землю.       Но самое главное — она не разбилась! Она упала с такой высоты и, похоже, даже не поранилась! Или это всё загробный мир? Может быть… Фриск ущипнула себя за руку. Ничего не изменилось, боль всё ещё была ощутима. Она действительно жива! Девушка действительно осталась жива!       Минуты две продолжалось её безразмерное счастье, когда Фриск просто упала на поляну. Она смеялась и плакала, она сотни раз благословляла Эрама. Всё это действительно стоило записать, а саму Фриск причислить к лику святых как человека, которому удалось воспеть Предвечного лучше всех остальных за всю историю. Но счастье потихоньку стихло, и вместо него пришло непонимание и даже тревога. Да, она выжила. А что дальше? Что ей делать дальше?       Фриск медленно вдохнула и выдохнула, приходя в себя. Здесь ей ничто не угрожает. По крайней мере, не должно…       Девушка огляделась. Вокруг были только стены, стены и… Проход! Она увидела арку, держащую на себе вес горы. Там открывался тёмный проход, вдалеке в нём что-то светилось. Кажется, это был огонь! Значит, там кто-то да живёт! Конечно, это монстры… А может быть, это та, о которой говорил Великий Инквизитор! Фриск всё ещё сомневалась насчёт встречи с ней. Владыка сказал, что она умнее остальных монстров… Как бы этот ум не вышел для Фриск боком. Мало ли что ей может в голову взбрести. И девушка всё ещё не знала, как будет искать её. Инквизитор сказал ей, что она сама найдёт девушку, но сидеть и ждать скучно и просто глупо!       Фриск всё же решила подождать. Она осторожно села на полянку золотых цветов, подтянула ноги к груди. Её пальцы медленно и осторожно погладили стебелёк цветка, она вновь вдохнула лёгкий аромат. Здесь было хорошо…       Хорошо здесь было первые пять минут. Потом девушке вдруг почудилось, что сзади что-то промелькнуло. Она резко обернулась, но сзади ничего не оказалось. И всё же появилось ощущение, что на Фриск пялится пара глаз. А может, и не одна…       Девушка поёжилась. Стены пещеры давили на неё. Она никогда не страдала клаустрофобией, но прямо сейчас ей смертельно захотелось на поверхность. Она вскочила, отряхнула тунику от травинок и посмотрела на проход. Ещё раз взглянула в темноту. Она могла бы поклясться, что там что-то зашевелилось. Не желая больше оставаться в этом месте, она быстрым шагом двинулась в коридор.       Через пару минут она дошла до источника света. Им действительно оказался факел. Фриск осторожно вытащила его из держателя и пошла вперёд. Огонь горел хорошо, освещая небольшой круг пространства вокруг себя. Девушка внимательно осматривалась.       Через некоторое время коридор закончился, и Фриск вышла в небольшую пещеру. Там на земле сидели три жабы. Девушка бы нисколько не удивилась, вот только жабы были размером с неё. Они глядели друг на друга и издавали характерные звуки — кажется, общались. Фриск остановилась на месте, завороженно глядя на зелёно-коричневых созданий. Ей в голову пришла дельная мысль, что стоит, наверно, не попадаться им на глаза. И только она это подумала, как все три существа одновременно обернулись к ней.       Все застыли. Фриск медленно опустила руку на рукоять ножа, висевшего у неё на поясе. Жабы, как завороженные, следили за каждым движением. Они напряглись… и вдруг прыгнули. Фриск вскрикнула и отшатнулась, выставляя кинжал вперёд. Две жабы отскочили в стороны и скрылись в каких-то норах, а третий прыгнул прямо на Фриск. Девушка зажмурилась и ударила ножом вслепую.       Раздался звук падения, жалобное кваканье. Фриск упала на землю, всё ещё сжимая веки. Она ожидала, что сейчас последует ответный удар, который и прервёт её жизнь. Но он всё не происходил. Девушка осторожно открыла глаза.       Лягушонок лежал в паре метров от неё, прибившись к стене. Из его передней лапки текла кровь, он плакал и дрожал. Фриск наклонила голову, с удивлением посмотрев на монстра. Он что, боится?       — Не надо… — вдруг сказал он тоненьким голоском. — Пожалуйста, мисс… Не убивайте меня!..       — Кто ты такой? — спросила Фриск, поднимаясь с земли.       — Пожалуйста… — Лягушонок её, кажется, не слышал. Он плакал, жался к стене и сейчас был совсем не похож на какое-то злое чудовище.       — Спокойно, малыш… — произнесла девушка, подходя ближе и убирая кинжал. — Я не причиню тебе вреда, обещаю!       Лягушонок посмотрел на неё снизу вверх. По его мордочке текли слёзы, глаза дрожали. Фриск натянуто улыбнулась.       — П-правда?.. — с надеждой спросил он.       — Конечно! — Фриск постаралась, чтобы её голос звучал уверенно. — Я только…       Она протянула руку вперёд, опустившись на колени перед монстром. Она уже хотела прикоснуться к лягушонку, как вдруг…       — Нет! — вдруг заверещал он. — Не надо, прошу! Я не хочу умирать!       И, преодолевая ужас, монстр метнулся вперёд. Он со сверхзвуковой скоростью пронёсся в один из туннелей и скрылся в нём. По лабиринту пещер разносилось его жалобное кваканье и плач.       Шокированная Фриск так и осталась сидеть на коленях с протянутой вперёд рукой. Она смотрела туда, где скрылся лягушонок, и недоумевала. Было почти слышно, как у неё в голове вертятся шестерёнки. Она повертела головой и обнаружила, что вокруг всё ещё никого нет. Девушка поднялась и пошла дальше.       Этот лягушонок… Он её боялся. Он дрожал так, будто она была каким-то маньяком. Да и остальные дали дёру, только завидев её. И это шло вразрез с тем, что ей рассказывали. Фриск думала, что первый же монстр нападёт на неё или хотя бы выразит агрессию. Единственное, что она сейчас получила — слёзы лягушонка и жгучее чувство стыда. Получается, что она просто так ранила безобидное существо.       Но было странно то, как сильно он боялся девушку. Он хоть и был меньше, но слабее совсем не выглядел. Но всё, что он мог сделать при виде неё — прижаться к стене и дрожать. Неужели они так боятся людей? Наверно…       Фриск впервые задумалась о том, что, возможно, для монстров люди казались ещё более страшными существами, чем монстры для людей. Может, маленьким монстрам рассказывали страшилки о чудищах, живущих на поверхности… Верилось с трудом, но чисто теоретически это было возможно! Ведь может быть такое, что…       И ещё кое-что. Она же заговорила с ним. Она заговорила с монстром! Ей вбивали в голову, что стоит подать голос, и любой, даже самый слабенький монстр разорвёт её на части. А тут она даже составила более-менее адекватный диалог с монстром, а всё, что он сделал, — убежал.       — Прошу прощения! — окликнул её нежный женский голос, прервав размышления девушки. — Ваша Светлость?       Фриск подняла голову. На неё смотрела пара красных, как огонь, глаз. Девушка помотала головой, чтобы выйти из-под гипноза этого взгляда, и осмотрела их владелицу.       Это был монстр. Женского пола. Она была выше Фриск почти на три головы, если брать в расчёт где-то десятисантиметровые рога. Всё её тело было покрыто шерстью, на передних и задних лапах виднелись острые когти. Она передвигалась на двух лапах, как человек, одной рукой она обхватила запястье другой, как делали некоторые люди во время ожидания. Монстр улыбалась, обнажая ряд острых белых зубов. На ней было фиолетовое платье с белыми рукавами, вокруг ворота тянулась золотая лента, на запястьях и ступнях было несколько золотых браслетов, голову венчала простенькая серебряная диадема с рубином. На груди была вышита какая-то руна. Она смотрела на Фриск выжидающе.       Фриск хотела поздороваться, но тут ей в голову пришли слова о голосе. Может быть, тот лягушонок был слишком слаб, чтобы как-то воздействовать на неё через её голос? Так или иначе, но та, кого она видела перед собой, была во много раз сильнее. И, скорее всего, это и есть тот самый лояльный монстр.       Девушка осторожно кивнула.       — Вы не… — Женщина, похоже, смутилась, но, поразмыслив чуть-чуть, кивнула. — Да, Вам же запрещено разговаривать с монстрами… Вы же Посол, Ваша Светлость?       Фриск кивнула. Она попыталась ответить языком жестов:       — «Вы должны провести меня к проводнику, верно?»*       Монстр недоумевающе уставилась на Фриск, а потом виновато улыбнулась.       — Прошу прощения, Ваша Светлость, но я не знаю этого языка.       Фриск закатила глаза. Прекрасно! То есть, ей теперь ещё каким-то образом придётся доносить свои мысли до здешних обитателей! Лучше и быть не могло!       — Я получила приказ принять Вас и направить, мисс. — Монстр указала на проход у себя за спиной. — Пройдёмте, Ваша Светлость.       И она широкими шагами направилась туда. Фриск пришлось догонять её почти бегом. Девушка подбежала к монстру и потянула её за рукав.       — Да, что такое? — обернулась женщина.       — «Как Вас зовут?» — показала Фриск.       — Простите, но я не понимаю…       Девушка огляделась и взяла с земли небольшой камешек. Она опустилась на землю и камнем нацарапала там одно слово: «Фриск». Фриск поднялась, указала на надпись и ткнула себя в грудь пальцем.       — «Фриск»? — спросила монстр. — Это Ваше имя?       Девушка кивнула. Потом она так же указала на женщину.       — Вы?.. — Монстр наклонила голову. — Вы хотите знать моё имя, Ваша Светлость?       Фриск кивнула. Она заметила, что женщина была польщена, её щёки тронул лёгкий румянец, почти незаметный сквозь белоснежную шерсть. Похоже, никто из предыдущих Послов не спрашивал её об этом.       — Ториэль… — ответила она после небольшой паузы. — Меня зовут Ториэль… * Здесь и далее кавычками («») будет выделяться язык жестов.       Фриск сидела за столом. Деревянный стол был застелен жёлтой скатертью, тут же стояли несколько стульев, на столе находилась ваза с цветами, которые Фриск видела, когда проснулась. У дальней стены в камине полыхал огонь, рядом стояла книжная полка. Прямо перед девушкой на столе стояла чашка чая и кусочек пирога. Фриск внимательно осматривала его. Подозрение и голод устроили в ней смертельную схватку, и Фриск, не найдя в пироге видимых признаков яда, дала последнему волю. Ториэль сидела напротив, её осанке могли бы позавидовать лучшие красавицы Кантарии, она, кажется, даже не моргала. Лишь смотрела на то, как Посол ест, и пыталась унять дрожь в руках.       Ториэль сильно волновалась, это было видно. Пусть эта девочка и не казалась агрессивной, не высказала презрения и не попыталась угрожать… Чёрт возьми, да она даже поинтересовалась у Ториэль насчёт её имени!.. Но всё же она — человек. А Ториэль приходилось сталкиваться с людьми вживую. И она давно уяснила, что они, за некоторым исключением, одинаковы. Поэтому она сейчас боялась сделать что-то не то. Ведь она помнила, как ошибся Санс… И помнила, что с ним потом сделали…       Фриск доела пирог, запила его чаем и улыбнулась, давая понять, что ей всё понравилось. Она поблагодарила Ториэль с помощью жестов. Монстр, похоже, поняла.       — Рада услужить, Ваша Светлость!       Фриск встала из-за стола. По пути сюда Ториэль сказала ей, что до её выхода ещё два часа. Сейчас же, по расчётам девушки, ей осталось около тридцати минут. Фриск решила потратить это время с пользой. Она подошла к книжной полке — Ториэль сказала, что Посол может брать оттуда что угодно, — и достала карту. Она развернула её, привлекла внимание Ториэль и указала на карту.       — Да, Ваша Светлость? — заинтересованно спросила монстр.       — «Можете рассказать мне о Подземелье, пожалуйста?» — показала Фриск.       — Вы… Вы хотите больше знать об этом месте? — предположила Ториэль.       Девушка интенсивно закивала.       Ториэль склонилась над картой и начала водить по ней пальцем.       — Мы находимся в Подземелье, под горой Эббот. То место, где мы сейчас, монстры называют Руинами. Здесь был наш первый лагерь, когда мы вынужденно оказались под землёй…       Фриск прикусила губу. Ей вдруг стало стыдно.       — Далее пролегают Ледяные Пустоши… — Ториэль провела пальцем по зоне, окрашенной в бледно-голубой. — Самая холодная часть Подземелья. Здесь, — ткнула она в небольшую точку, — располагается город Сноудин, бывший военный городок. Потом — Водопады. Это — Ватерфол, столица этих земель. А затем идёт Хотлэнд. В Хотлэнде живёт большая часть монстров, там же находится и столица Подземелья — город Ядро. В районе, названном Новым Домом, находится королевский дворец… Вот, в общем-то, и всё!       Фриск с интересом разглядывала карту. Казалось, что это место такое небольшое, однако тут столько разнообразного! Интересно, а монстров здесь так же много, как людей? Нет, меньше, конечно… А они такие же разнообразные? Тоже делятся на расы, нации? Наверняка! Девушка хотела спросить что-то ещё, но Ториэль взглянула на часы и сказала:       — Вам пора, Ваша Светлость. Проводник уже ждёт Вас!       Фриск кивнула. Она сложила карту и убрала её на место. Ториэль повела её куда-то.       Они спустились в подвал, прошли по коридору и оказались у больших двустворчатых дверей. Ториэль коснулась их лапой, зашептала что-то, и руна на дверях засветилась. Двери начали медленно открываться.       — Прошу, Ваша Светлость. — Ториэль указала на двери. — Пройдёте немного, и на выходе из Руин Вас будет ждать проводник. А я дальше, к сожалению, пойти не могу. Вынуждена откланяться…       Она поклонилась. Фриск кивнула ей и тоже, поклонилась, после чего сжала руку монстра в благодарном жесте. Ториэль ошарашено смотрела на девушку, а потом тоже сжала её руку. Было видно, что такой жест благодарности ни от кого из людей она не получала.       Фриск развернулась в сторону прохода и, помахав Ториэль на прощание, скрылась в темноте. Двери тут же закрылись, отрезая монстра от человека. А Фриск чувствовала, что, похоже, не так уж всё и плохо складывается.