InquisitionTale

      Санс чувствовал, как дрожит маленькое тельце девушки, слышал её всхлипы. Ему было действительно жаль её. Пусть внутри и был некий дискомфорт — он всё ещё был зол на Фриск, — но сделать ничего скелет не мог. Не может злодей так рыдать. Эту девушку хотелось прижать к себе и защитить. И всё, больше ничего. Санс с некой досадой обнаружил, что не чувствует к ней ничего, кроме жалости. Наверное, некоторые вещи забыть невозможно. И Фриск Санс не может простить. По крайней мере, не сейчас.       Он делал это из жалости к ней, только и всего. Просто очередной человек, которого он почему-то решил не убивать. Пожалел. И всё. По крайней мере, Санс пытался себя в этом убедить.       Скелет осторожно отстранился. Фриск уронила голову на грудь, упёрла взгляд в землю под собой и тихонько всхлипывала. Она боялась поднимать глаза на скелета. Боялась, что он прогонит её. Боялась, что она сделала что-то не так. Боялась, что он всё-таки всё ещё зол на неё. Сейчас, когда она хоть кому-то излила душу, страх смерти многократно усилился. Не сейчас… Только не так!       — Фриск. — Санс осторожно положил ей руки на плечи и заставил посмотреть себе в глаза. Девушка задрожала от страха — глазницы скелета были абсолютно пустыми. Санс заметил её дрожь и испуг. Всё-таки она его боится. Это даже… обидно. — Фриск, нельзя раскисать. Если мы хотим выбраться из всего этого дерьма, то нам надо действовать вместе!       Девушка коротко кивает, не сводя глаз с маленькой трещинки на виске Санса. Это она его так ударила? Фриск не помнила, но ей казалось, что она била туда.       — Мне нужно знать, что знаешь ты, — продолжал говорить скелет. — Что вообще происходит?       Фриск попыталась что-то сказать, но в горле пересохло, а её хрип был едва различим. Санс дал ей флягу с водой, и девушка жадно припала к ней, глотая живительную влагу. Ледяная вода провалилась в желудок, разгоняя кровь и придавая чуть-чуть бодрости. Фриск пила до тех пор, пока затылок не начало ломить от холода.       — Они охотятся за мной, — сказала Фриск заплетающимся языком. — Я не знаю, почему. Но они хотят, чтобы я чего-то не знала. Мне уже угрожали и… пытались убить.       Пока ты не выпотрошил их.       — Ты успела что-то выяснить?       — Моё рождение было запланировано, — с грустью ответила Фриск. — Они специально послали кого-то из своих, чтобы зачать меня. Меня хотели использовать… наверно, для барьера. Я не знаю. Моя мать… Она…       В голове всплыл образ Александрии. Безумные глаза, расширенные зрачки, дрожащие руки… и заточка над запястьем. Это было ужасно. Что должно происходить с тобой в жизни, чтобы ты предпочёл смерть? Фриск не знала, но ей казалось, что она сама была близка к подобному состоянию.       — Она… Она…       — Не надо, — остановил её Санс, сжимая её ладонь. — Не надо.       — Потом мне… угрожали… — продолжила Фриск. — Но не убили. Сказали, что я всё ещё важна и всё ещё могу быть полезна.       — Что было потом?       — Я решила найти тебя, — призналась Фриск. — Не знаю, почему… У меня было чувство, что ты поможешь. Я набрела на Тюрьму, а там…       Санс вздрогнул. Фриск старалась не смотреть ему в глаза, смотреть куда угодно, но не на скелета. Санс с ужасом понял, что она видела весь тот ад, в который он превратил это место. Наверняка она видела и двух изуродованных стражников, и Канцлера. Что она о нём подумает?       А что она подумает? Она уже видела, что Санс сделал с той женщиной, которая угрожала ей. Сильнее бояться она уже не сможет. Да и с каких пор скелета волнует, что о нём подумают люди? Особенно она? Наверно, с тех самых пор, как он узнал её получше. Бред. Если они справятся с этим, у них будет тонна времени на выяснение отношений. Если.       — Я поехала к Инквизитору. Они знали, что я сбежала, и… и… Они убили мою подругу.       На глаза наворачивались слёзы, когда Фриск представляла ещё тёплую Мариу с изуродованным лицом. Она ведь с ней даже не попрощалась! Она ведь столько ей не сказала…       — Мне жаль. — Санс накрыл её ладонь своей.       — Это не твоя вина… — покачала головой девушка.       — Это всё?       — Та женщина… — Фриск едва сдержалась, чтобы не сказать «которую ты убил». — Она говорила, что я зашла слишком далеко. Похоже, я потеряла для них всякую ценность. Теперь они пойдут на всё, что угодно, чтобы избавиться от меня.       — Вот как? — Санс цокнул языком и отстранился. — Что ж, это будет проблемой… Ладно, и похуже бывало.       — Что мы будем делать дальше? — спросила Фриск.       Санс нахмурился. Он-то надеялся, что это ему расскажет Фриск. Не просто же так она сюда приехала! Но, похоже, она тогда не совсем понимала, что делала. Да и сейчас девушка не в лучшем состоянии. Но делать что-то нужно! И Сансу теперь придётся думать за двоих, если Фриск в ближайшее время не придёт в себя.       — А зачем ты сюда приехал? — вдруг спросила Фриск.       Санс подумал. За кристаллом он сюда приехал, поколдовать хотел…       — Фриск, — обратился скелет к ней, — а что находится на вершине горы?       — Там храм Эрама, — сказала Фриск. — Монахи живут, и…       — Скажи мне, там есть кристалл?       Фриск вздрогнула. Она не думала, что монстры знают о его существовании. В поместье ей говорили, что в Подземелье всё это превращено в легенды и слухи.       — Есть, — уверенно кивнула девушка. — Он когда-то питал монстров магической энергией, пока его не сковал Верховный Магистр.       — Прекрасно. — Санс посмотрел на вершину горы. Сквозь облака проходил тусклый свет фонарей на вершине. — Я хочу туда забраться.       — Туда?! — Фриск ткнула пальцем в сторону горы.       — Да, — подтвердил Санс. — Я хочу забраться туда и вернуть кристалл. Думаю, тогда у нас будет больше шансов на победу.       — Это чистой воды безумие! — запротестовала Фриск. Она вскочила, несмотря на головную боль, и встала перед Сансом, желая, наверное, заслонить своим телом гору. — Там же толпа боевых магов!       — И что? — пожал плечами Санс. — Справлюсь.       — Там Верховный Магистр! — закричала Фриск. — Он сильнейший маг из ныне живущих!       — В таком случае, скоро он перестанет относится к ныне живущим. — Санс крепче сжал офицерский палаш.       — Ты не можешь туда пойти! — гнула своё девушка. — Я тебя не пущу!       — Слушай, тебе-то какое дело? — оттолкнул её Санс. — Я же тебя с собой не зову! Не хочешь — не иди, а я уже решил. Можешь отсидеться здесь.       Фриск хотела что-то сказать, но не решилась. Действительно, он не зовёт её с собой… но весь его вид так и молил об этом. Он посматривал на Фриск, словно ждал, что она согласится. Но Фриск не собиралась идти туда. Это самоубийство!       — Только безумец решится на такое! — попыталась она снова переубедить Санса. — Ты же там погибнешь!       — Ну это мы ещё посмотрим, — усмехнулся Санс.       — Ты сумасшедший, — безнадёжно прошептала Фриск.       — Возможно, — кивнул скелет. — Но я делаю хоть что-то.       Навряд ли он пытался задеть девушку, но всё равно это было обидно. Словно она ничего не делает! Да она бы рада действовать, но что она может?       Этот план безумен. Ладно, Санс сможет добраться до самого верха, но он не справится с Магистром! Идиот.       — Ты идёшь прямо сейчас? — спросила Фриск, окончательно для себя решив, что останется здесь.       — Через пару часов, — сказал Санс. — Нужно всё проверить.       И он, развернувшись, ушёл куда-то в чащу, оставив Фриск наедине со своими скверными мыслями.       Фриск сидела, прислонившись спиной к стволу дерева, и смотрела на кострище. Погреться в свежей золе приползли разные насекомые, они копошились и зарывались в землю. Девушка следила за их работой с кислой миной, её разум заполняли плохие мысли.       Что может случиться с Сансом на Эбботе? Да всё, что угодно! Его могут сотню раз заколоть, зарезать, испепелить или банально скинуть с горы! У него больше шансов жонглировать огненными шарами, чем дойти до Магистра! А против Верховного у него и подавно нет ни единого шанса. Его же просто порвут на части, и меч ему не поможет. Тут они имеют дело с магией, сильной магией — Фриск даже отсюда чувствовала, как под давлением энергии вибрирует земля. И вся эта энергия обрушится на них, стоит им…       На них? Она же вроде бы окончательно и бесповоротно решила остаться! Фриск застонала и обхватила голову руками. Как всё сложно! Она была готова взвыть.       Санс не справится. Даже если она пойдёт с ним — тут бы и целая армия не справилась. И если она пойдёт с ним, ничего не изменится.       Она не пойдёт! Ей ещё есть, для чего жить!       Санс появился на полянке. Его череп и руки были мокрыми, меч был тщательно очищен от крови. Сейчас он выглядел самим собой, а не каким-то кровожадным убийцей. Он убрал палаш в потёртые кожаные ножны на поясе.       — Ну, всё, — кивнул он.       — Санс, не иди туда! — взмолилась Фриск.       — Ты меня не переубедишь, — хмыкнул скелет. Он повернулся и пошёл в сторону горы быстрым шагом.       Фриск чувствовала, как её совесть грызёт её изнутри. Ну почему именно сейчас?! И почему инстинкт самосохранения так резко замолчал?! Где он, когда он так нужен?       Она не может отпустить Санса одного. Хочет, но не может! Или потом всю оставшуюся (возможно, крайне короткую) жизнь будет горевать о нём и думать: «А вот если бы…» Это чистое безумие и самоубийство. Она туда не пойдёт! Нет, нет и ещё раз нет!       — О Эрам, — прошептала девушка, — если ты действительно есть… пожалуйста, помоги мне!       Девушка поднялась с земли, последний раз окинула небольшой лесок страдальческим взглядом и нехотя побежала вперёд.       — Санс! — окликнула она скелета.       Проводник, который успел уже дойти до каменной лестницы, резко обернулся и удивлённо взглянул на Фриск. Девушка подбежала к нему и, нахмурившись, пробормотала:       — Я пойду с тобой.       — Ты же несколько минут назад меня самого отговаривала, — усмехнулся Санс. — Что произошло?       — Много чего, — буркнула Фриск. — Я и сейчас считаю, что ты просто сошёл с ума.       — И почему же ты идёшь со мной? — хмыкнул Санс.       — Потому что один ты там точно умрёшь. А так…       — Ясно, я понял. — Скелет усмехнулся.       — Понял он… Пойдём быстрее! — Фриск толкнула его.       — И что, без оружия пойдёшь?       — У меня есть всё, что мне надо! — парировала Фриск, демонстрируя вспыхнувший на ладони огонёк.       — И всё-таки…       Санс потянулся к своей голени и схватился за незаметные ножны. Он медленно вытащил оттуда красивый кинжал из чёрного метала с золотыми узорами, рукоятью, отделанной красной тканью, и алой кисточкой у противовеса. Санс осмотрел его и протянул Фриск.       — Возьми, — кивнул он на кинжал. — Пригодится.       — Спасибо…       Фриск осторожно взяла кинжал за рукоять и лезвие и осмотрела клинок. Красивый, лёгкий, для быстрого и точного убийства. Девушка осторожно схватила его за рукоять и несколько раз рубанула по воздуху. Кинжал слушался с поразительной точностью. Фриск подумала пару секунд и, поправив ножны, которые она купила в Сноудине, вложила кинжал туда. Лезвие вошло как влитое.       — Пойдём?       И они начали своё восхождение.       — Ты уверена, что справишься? — спросил Санс, стоявший несколькими ступенями выше.       Фриск устало дышала, из её рта вырывались облачка пара. Она куталась в куртку, которую ей отдал Санс, но ей всё равно было холодно. Всё тело, кроме ног, бил озноб, ноги же, наоборот, горели. Мышцы отчаянно ныли, хотелось просто упасть и не вставать. Они преодолели уже триста ступеней, а вершины всё не было видно из-за облаков. Нет, конечно, она справится!       — Всё нормально… — пропыхтела Фриск.       — Я не об этом, — покачал головой скелет. — Я о том, что будет дальше.       — А… а что будет дальше? — спросила девушка, нервно усмехнувшись.       — Мы же встретимся с монахами, — напомнил Санс. — А они наверняка не пропустят нас просто так!       — Я тебе это уже говорила.       — Нам придётся их убить.       Фриск вздрогнула, посмотрев на Санса снизу вверх. Что он хочет этим сказать?       — Я просто хочу быть уверен, что ты к этому готова, — сказал скелет.       Фриск не была готова. Да, она уже убивала до этого, но с огромным трудом. К убийству невозможно подготовиться морально, это всегда что-то новое и что-то отвратительное.       — Я готова, — кивнула Фриск, сжав потными руками рукоять кинжала.       — Хорошо, — кивнул скелет. — Потому что я уже кого-то слышу.       Санс рывком втащил Фриск ещё на несколько ступенек вверх и вжался вместе с ней в небольшую полость. Они были незаметны, если не всматриваться. Оставалось лишь надеяться, что монахи подслеповаты.       Двое мужчин в чёрных рясах и с белыми бородами почти до колен медленно шли вниз. Их рук не было видно из-за рукавов, головы закрывали капюшоны. Они молчали, изредка поглядывая друг на друга. Тишина была гнетущей.       Один из монахов вдруг поднял руку, остановившись прямо около укрытия Фриск и Санса. Он оглянулся, прищурившись, понюхал воздух и медленно спустился ещё на ступеньку. Его руки вылезли из рукавов, на них вспыхнул синий огонёк. Он медленно повернул голову в сторону полости.       Фриск вскрикнула и резко выскочила, выставив вперёд кинжал. Монах не успел среагировать, и его ряса в ту же секунду окрасилась в красный цвет. Металл вонзился ему в живот.       Второй монах закричал и развернулся, чтобы побежать наверх, но Санс взлетел наверх и, схватив его обеими руками за голову, резко повернул её. Раздался противный хруст, глаза монаха закатились, он обмяк. Скелет оттолкнул его, и старик съехал по ступеням.       Фриск стояла и рассматривала нож Санса. По нему стекали капли крови. Убитый ею человек лежал чуть ниже, его глаза остекленели. Она смотрела на него… и ничего не чувствовала. Чувства вины не было. Было только неприятное ощущение крови на руках. Словно так и надо. Может, к убийствам действительно можно привыкнуть? И неужели к ним привыкаешь так быстро?       — Ты в порядке? — Санс положил ей руку на плечо.       Фриск закивала, наверно, чересчур активно. Она быстро вытерла кинжал о рясу убитого ей монаха и убрала его в ножны. С рук кровь оттираться не хотела.       Они поднялись наверх, на небольшую платформу. Облака клубились внизу, земли почти не было видно. Казалось, что верхушку горы просто срезали, чтобы построить здесь этот храм. Сами здания казались миниатюрными. Фриск устало выдохнула.       — Кажется, никого нет, — прошептал Санс. — Пойдём!       Они тихо побежали к воротам основного здания, постоянно оглядываясь. Фриск не покидало ощущение, что за ней следят. Словно кто-то смотрит прямо ей в спину. Но, оглядевшись в очередной раз, она никого не замечала. Наверно, просто нервы…       — ТРЕВОГА!!! — вдруг заорал низкий голос где-то справа. — НАРУШИТЕЛИ!!! МОНСТР!!!       Санс заматерился вслух. Свет в жилых помещениях начал загораться, поднялся шум, кто-то спросонья ломился через закрытые двери. Санс схватил Фриск за руку и потащил к воротам.       Они не успели — прямо перед ними выскочили несколько монахов, поднимая руки в боевой позе. Двери жилых помещений открыли, и обитатели хлынули оттуда. Фриск спиной прижалась к спине Санса, выставляя вперёд кинжал. Противников было около полусотни. Им не выстоять.       — Как вы посмели нарушить спокойствие обители Эрама? — заговорил один из монахов.       — Нам нужен кристалл! — крикнул в ответ Санс. — Мы не хотим кровопролития!       — Как вы смеете?! — Монах оскалился. — Это наша святыня, монстр! Само твоё существование оскорбительно! Такие, как ты, должны…       — А давай ты завалишь свой хлебальник, урод! — гаркнул Санс, крепче сжимая свой палаш. Он разозлился.       Монах несколько секунд просто смотрел на скелета, дрожа от ярости. Потом он резко расслабился и махнул рукой. Разворачиваясь спиной к Сансу и Фриск, он крикнул:       — Убейте их!       Палаш Санса медленно полетел вперёд. Все завороженно смотрели, как он, описывая круги в воздухе, устремляется к спине монаха. Время замедлилось, словно издеваясь над стариком, и через несколько бесконечных мгновений меч по рукоять вошёл в его спину прямо между лопаток. Старик вскинул руки и упал на снег, тут же окрасившийся в красный.       Разъярённый крик пятидесяти голосов оглушил Фриск. Она резко создала защитное заклинание, и в него одновременно ударило несколько огненных шаров. Девушка пошатнулась под давлением такой силы, перехватила кинжал покрепче и побежала на строй врагов. Она накинулась на какого-то монаха и трижды ударила его в грудь ножом. Санс побежал вперёд, лавируя между шаровыми молниями и гигантскими валунами, поднял тело старика и толкнул его вперёд. Он вырвал из него меч, в тело ударила стена пламени, превращая его в горстку угля. Санс резко взмахнул мечом, перерубая жизни сразу троих людей. Ему в бок ударил залп камней, скелет пошатнулся и упал на колени. В него устремился пучок света…       И завис. Просто завис в воздухе. Санс быстро отшатнулся. Монахи не шевельнулись, не взглянули в его сторону, даже выражения лиц не изменили. Один из них, упавший от удара Санса, так и завис в воздухе в полуметре от земли. Никто не двигался.       Кроме Фриск, которая била одного из монахов ножом. Тот никак не реагировал, вообще не шевелился, а девушка не замечала этого в пылу битвы. Санс осторожно подошёл к ней.       — Фриск!       Девушка не отреагировала. Тогда скелет просто схватил её за руки и оттащил в сторону.       — Фриск!       Посол пришла в себя. Она тяжело дышала, оглядывая вдруг застывшую толпу монахов.       — Это ты сделала? — спросил Санс.       Фриск отрицательно мотнула головой.       — А кто?       Был только один человек, может, двое, способные останавливать время. Заморозка держалась уже несколько минут. Когда Фриск пыталась сделать что-то подобное, её хватало максимум секунд на тридцать. Но почему им помогают?       — Путь свободен. — Санс указал рукой на открывшиеся сами собой ворота.       Фриск кивнула. Они медленно двинулись к главному храму, минуя живых статуй.