Умбрия

- А это что такое? Это какие-то вредители? - Да это, хозяин, тля. Она листья жрет беспрестанно - жрет и жрет, жрет и жрет. Вы глядите, какая она маленькая! А какую дыру в листе проела! - Ты ею даже восхищаешься, Пьетро? - ЧуднЫе они существа! Хоть они нам и враги, и яблони наши жрут, а все ж таки. Меньше крошки хлебной! А при том - живое, и питается, и двигается, и в голове у него что-то происходит. "И у тебя, однако, что-то происходит" - подумал Филиппо о своем собеседнике. Мысль показалась ему слишком высокомерной. Погода с утра стояла душная, что всегда мешает благостному ходу мыслей. По небу лениво ползли серые тучи. - И что, много ли от нее вреда, от этой тли? - Масса, хозяин! Разрушительная сила! - Таак.. А бороться с ней не пробовали? - Ну а как с ней бороться-то? Это, хозяин, так Бог постановил - мы яблони выращиваем, плод сами едим, а листья - насекомые. - Так если листья тля съест, это же и плодам будет ущерб. Пьетро засмеялся. - Ну конечно, что ж вы как ребенку мне толкуете. Филиппо застыл и наморщил лоб. - Что? Чем-то не довольны изволите быть? - Я уточню: вы просто не знаете, как с ней бороться, так? - Ну я ромашки все повыдрал.. А больше не знаю. Да и зачем? Сколько-то сожрут, сколько-то останется. В этот момент Филиппо подумал, что ему даже, пожалуй, интересно было бы узнать, что происходит в голове тли. - А при чем тут ромашки? - Да я не знаю, меня так Фабио учил. Ну, садовник, при котором я мальчиком состоял. "Ты, Пьетро", - говорил, - "если видишь, что много тлей, то прежде всего выдергивай сорняки, а особо - ромашки". Он еще что-то про муравьев говорил, только я не помню, хорошо это или плохо, когда муравьи. - А они тут есть? - Муравьи-то? Это еще более занятные, хозяин, существа. Они такие смышленые! Бывало, палку им на дороге положу... - Они в саду есть? - с напором повторил Филиппо. - Есть! Лицо молодого Бальони приобрело каменное выражение. - Но мало! - несколько испуганно добавил Пьетро. "Мудро",- подумал Филиппо, - "он не помнит, полезны или вредны муравьи, и считает, что они должны быть, но в небольшом количестве. Работа мне предстоит, я чувствую..." - А часто ты вспоминаешь советы своего наставника? - Да как придется - вспоминаю. Он в меня не очень-то знания вколачивал. За это я его только добром вспоминаю, а вот был у меня сосед одних лет со мной - вот ему-то несладко в учении пришлось. Филиппо с умным видом, заложил руки за спину и поднял глаза вверх, на молодые нежно-зеленые листья кроны ближайшей яблони. Он обошел вокруг дерева, думая о том, как он сейчас выглядит со стороны. Ствол дерева показался ему достаточно толстым. - Это ведь старое дерево, да? - Да! Это еще, наверное, прадеда Вашего помнит. Видите, как я ему ветки в прошлом году подрезал. Вы не подумайте, это им полезно. - Я понимаю, - сказал Филиппо строго. Пьетро притих. "Прежде всего - тля. Разобраться с вредителями. Так, что еще... что еще может быть нужно? Полезно?" - А как ты считаешь, Пьетро, - заговорил Филиппо более дружелюбным тоном, - можем мы посадить новые яблони в этом году, а? Лицо садовника выразило недоумение. - Ну... не знаю, я здесь у вас не сажал еще ни разу. Тут их и так много! Они немного помолчали. - Нет, вообще, если Вы хотите - то конечно, там в низине место есть. Вот будут ли они в низине расти, это уже вопрос. - А что мешает? - Да я не говорю, что мешает, я говорю, что вопрос. Филиппо все стало ясно. Он хотел поле для бурной деятельности - он его получил. Кажется, садовник не понимал ничего, и нужно либо искать нового - непременно с хорошими рекомендациями! - либо самому советоваться с умными людьми, читать умные книги. "Про яблоки! Всё про яблоки! С ума сойти..." Ему на нос упала капля воды. - Дождь? - Да, на меня тоже попало. Может и сильный начаться, пойдемте в мой сарай. Если не побрезгуете, я Вас еще наливочкой одной угощу. - Спасибо тебе, Пьетро. Я бы остался, но мне в скорости нужно быть в городе. Так что я сейчас пойду домой. Ты пока делай все как всегда, ухаживай, расти наши яблоки. Но я скоро снова приду по твою душу, и, надеюсь, нам удастся сделать этот сад лучше, - спокойно и серьезно сказал Филиппо. Они попрощались. "Зачем я так сказал?" - думал Филиппо, пока шел по постепенно мокнущей дороге в сторону городских ворот, - "ведь после таких слов я его точно уже не уволю, а может это-то и есть самое правильное. А может и нет. Господи, насколько же мне на самом деле безразлично!" Резкий порыв ветра дунул ему в спину, дождь несколько усилился. Филлипо остановился, укутался в плащ и вздохнул. Начало ему не понравилось. "Если этот сад столько лет принадлежал нашей семье, то в библиотеке, которую перевез из дворца дядя Гвидо, наверняка должны быть книги про яблоки. Есть же люди, которые пишут книги про яблоки. Еще как, и яблоки наполняют их жизнь. Они это могут... " Ему вдруг вспомнилась ветхозаветная легенда про древо познания. Почему все считают, что плод был чем-то вроде яблока? Филиппо подумал, что для правильной литературной завершенности библейского текста это уж скорее должен был быть инжир. Ну он сам бы написал так, по крайней мере. Ерунда какая-то в голове... Посадить инжир в саду, что ли? Сделать его своей личной эмблемой? Вдалеке вспыхнула молния, через несколько секунд послышались раскаты грома. - Ну вот... - тихо сказал Филлипо вслух, подняв глаза в сторону грозы, и криво улыбнулся. Когда он снова взглянул на дорогу перед собой, он заметил впереди, шагах в двадцати от себя, невысокую фигуру в длинном темно-зеленом плаще. Она тоже шла быстрыми шагами в город. Филлипо взволновало то, как внезапно она перед ним возникла. "Я что, так глубоко задумался о яблоках?" Пахло грозой. Духота, все утро наполнявшая воздух, теперь рвалась и висела в нем клочками и лоскутами, готовыми улететь с новым порывом ветра. Конечно, Филиппо ускорил шаг. Капли становились тяжелее. Может ли гроза не пойти сюда, пронестись где-то мимо? Почему-то сердце Филиппо сжалось от этой мысли. Длинный зеленый плащ скрывал весь облик, но был не в силах скрыть походку - стремительную, легкую и все-таки плавную. Разумеется, женскую. Она спешила в город, чтобы укрыться от дождя, и Филиппо показалось, что он очень долго не мог догнать её. Странно, он всегда ходил быстро. Сквозь шелест капель она уже должна была слышать его шаги. Никого другого на дороге не было. Когда ее голова нерешительно наклонилась влево, как бы в раздумьях, Филиппо уже точно знал, что в следующую секунду она повернется. "А вдруг - смешно будет - это старуха или еще что-то такое?" - пронеслось в эту секунду в его мыслях, - "Да нет, такого быть не может!" Ну что сказать, действительно не может. Вдобавок порыв ветра сорвал капюшон с её головы, когда она обернулась. И вдалеке снова вспыхнула молния - впрочем, нет, молнию Филлипо выдумал сам.