Огненная сталь

Вся следующая неделя была посвящена бесконечным мучительным нечеловеческим тренировкам, команда Фунбари Онсен старалась выработать хоть какую-то синергию или намеки на нее, получалось у них паршиво, потому что никто толком не знал пределов друг друга. Команда Рэна, названная так без голосования, кажется, только деградировала, поскольку любая их тренировка заканчивалась обыкновенным побоищем и демонстрацией своих лучших приемов. Анне на них было чихать, ее главной целью был Йо, итако бросила все силы на то, чтобы развивать в нем шаманские способности. Эдвард же тоже решил времени даром не терять и встретиться хоть с кем-нибудь из Патчей, пока Хао не появлялся на горизонте. К слову, огненный шаман словно пропал. Он нигде не светился, не приходил к Эдварду, его подчиненные тоже не шли на контакт. Элрика это не особо разочаровывало, поскольку к лишней головной боли он не стремился и прекрасно знал, где Асакуру можно было разыскать — на самой окраине Деревни Патчей. Где мало людей, много природы и относительная тишина, подобные места всегда привлекали Хао. Как только его рядом не стало, Эдварду стало значительно проще сосредотачиваться на других делах, его разум словно освободился. Алхимик помнил о своем обещании, данном Хао, поэтому искренне старался узнать, что он к нему чувствовал. Была ли это симпатия? А что вообще такое симпатия по отношению к человеку? И если это была симпатия, то ему симпатизировал сам Хао или его мысли? Эти и еще десятки других вопросов рождались в сознании Элрика как морские волны — ожидаемо, плавно. Хао сложный для изучения объект, особенно в те моменты, когда он становился человечным. Его эмоции не рождались из неоткуда, однако их природу зачастую было невозможно понять. Вот откуда в нем взялась эта чертова симпатия к Эдварду? Что и в какой момент пошло не так? С такими мыслями Стальной шел в одно из главных зданий этой деревни — храм Патчей. Патч — старинное племя шаманов, его корни уходили в незапамятные времена, однако они настолько чтили свои традиции и законы, что смогли сохраниться до нынешнего времени. Анна предостерегла Эдварда о том, что далеко не все из представителей являлись разговорчивыми и лояльными, поэтому лучше всего алхимику встретиться с неким Силвой. Элрик понятия не имел, как ему объяснить произошедшее, Киояма на это заявление хмыкнула и пообещала пойти вместе с ним. Они встретились по дороге, Анна как всегда была спокойной и рассудительной, однако что-то в ее взгляде изменилось. Она словно чего-то ожидала, какого-то подвоха или обмана, но ничего об этом не говорила. А еще, как оказалось, она так же умела читать мысли, как Хао. Девушка не делала этого из соображений о том, что в головах таких придурков, как ее окружение, не могло быть ничего дельного, а просто так тратить силы ей не хотелось. — Ты должен говорить уверенно и четко. Если покажешь себя идиотом — я больше даже стоять рядом с тобой не буду, — категорично предъявила итако, шагая вперед в сторону храма. — Я должен говорить только правду? — недовольным тоном спросил Эдвард. — В твоих же интересах рассказать все так, как было, это банально сможет помочь им в изучении феномена. Но, — на пару секунд шаманка замолчала, после чего продолжила не очень уверенным тоном, — У меня есть подозрение, что у них тоже не все так чисто. Словно там есть предатель. Абсолютно нормальная практика, когда в какой-то организации были чьи-то шпионы или оппозиция. Даже во властях Аместриса были разногласия, которые привели к расколу между Центральным и Северным штабами. Если бы не уверенная политика фюрера, то началась бы гражданская война, и почему-то алхимик не был уверен в том, что в пользу центральных войск. Если нечто подобное существовало и среди шаманов, то рано или поздно оно приведет к колоссальному сражению интересов. Насколько Эдвард понял, не существовало никаких мер контроля или присмотра за шаманами, они вольны творить все, что в голову придет, единственное, что их хоть как-то ограничивало — обыкновенное человеческое законодательство. У шаманов не существовало никаких ограничений, запретов и границ. Именно поэтому существовали такие, как Хао. Элрик задумался. Сколько еще сторон будет в этом шаманском вакууме, которые будут совращать своими способностями и возможностями? Одни говорят одно, другие — другое, кому верить черт возьми? — Если там есть предатель, то чей он? — Эдвард имел ввиду как раз ту сторону, к которой принадлежал бы этот шаман. — Любишь же ты рассматривать абсолютно любой конфликт с военной точки зрения, — девушка усмехнулась, — Хорошее качество. С далеких времен самой главной оппозицией Патчам был и остается Хао, следовательно если среди них и есть сомневающийся, то он примкнет к Хао. Тогда Совет Патчей просто разрушится, все их тайны будут раскрыты. — Тогда мне нужно фильтровать информацию, — парень был настроен серьезно, — Слушай, Хао рассказал мне, что шаманская группировка «Судьи» хочет меня найти, это правда? — Правда, — Анна отнеслась нормально к резкой смене темы. Они говорили тише, чтобы проходящие мимо шаманы и духи не обращали на них внимания и не подслушивали. Все же Эдварду было необходимо скрывать свое происхождение тщательнее, лишних проблем не хотелось. Выйдя на какую-то тенистую аллею, где народу было уже поменьше, Анна стала говорить раскованнее: — Пока Йо и его дружки добирались до этой Деревни, они столкнулись с Судьями. От них еще Лайсерг ушел, — на этом моменте девушка презрительно хмыкнула, — Мне удалось узнать, что Марк разыскивает тебя, чтобы выпытать все секреты Хао. — Да откуда они взяли, что я его союзник?! — возмущению Стального не было предела, — Мы с ним даже подрались в этом чертовом аэропорту, почему Марко уверен в том, что я с ним вожусь? — Среди шаманов есть поверье, что если до тебя добрался Хао и при этом оставил в живых, то значит у него на тебя планы. А ты еще и шлялся тут с ним, — шаманка с упреком в глазах посмотрела на своего спутника, — Нужно же хоть иногда думать головой. — Ты права, — вздохнул юноша, — Что мне тогда делать? — Не попадаться Судьям, когда рядом нет никого, кто бы тебя защитил. Гуляй с кем-нибудь из наших, так будет больше шансов на то, что с тобой все останется в порядке. Ну или позови своего нового друга? — гадкая ухмылка вывела Элрика из себя. Храм Патчей внешне был ну очень бедным на вид. Анна объяснила, что бедность племени связана с тем, что раз в 500 лет они обязаны организовывать Турнир, в число расходов входило также содержание всех участников, обеспечение их «социальным пакетом», если это можно было так назвать. В свое время случился разлад между племенами Семиноа и Патч, что привело к разорению последних, они до сих пор не могли окрепнуть после этой войны. Конечно, произошло это по вине Хао и никого другого, тот понимал, что в далеком будущем его противники будут серьезно ослаблены после такого хода. Эдвард начинал все больше и больше недолюбливать этого психопата, сколько же зла нужно учинить из-за собственного чувства справедливости? Как это было омерзительно. Внутри Храм оказался не таким плохим, присутствовало даже какое-то современное оснащение, все-таки работа Патчей была очень сложной. Свет был электрическим, присутствовали кабинеты и прочие рабочие помещения, везде слонялись храмовые клерки, из рук которых периодически выпадали различные бумаги. Эдвард продолжал идти за Анной, потому что самостоятельно он бы тут точно ничего не нашел. Девушка довела его до большой массивной двери, за которой располагался совещательный зал. Было неизвестно, шло ли там какое-то заседание в данный момент, да и не очень это Анну беспокоило, она беспардонно вошла внутрь, схватил алхимика за руку и утащив за собой. Зал был просто огромен. Высокий сводчатый потолок, точеные массивные колонны, различные иероглифы и изображения на каменных стенах, здесь источником света служило странное сияние под потолком, концентрация фуреку светилась легким голубоватым оттенком, этого вполне хватало, чтобы хорошо видеть. От холода мурашки по телу пошли, Эдвард игнорировал низкую температуру и следовал за Анной. Она подошла к одному из висящих на стене старинных гобеленов, рядом с которым находился высокий силуэт. К сожалению в этой части зала все же было не так светло, поэтому разглядеть лицо незнакомца не представлялось возможным. — Силва? — позвала девушка, положив руки на талию. — Доброе утро, Анна, — раздался приятный чистый мужской голос из полутьмы, — Не ожидал увидеть тебя здесь. А вы кто? — Эдвард Элрик, — парень наконец смог побороть в себе привычку произносить военное звание вместе с именем, — А вы Силва Патч, я прав? — Все верно, — согласился мужчина, — Что заставило вас прийти в Храм? — Есть очень серьезный разговор, — сообщила итако. — Тогда нам следует отсюда уйти. Мужчина ушел в одно из боковых помещений, внутри которого уже было небольшое окно, впускавшее лучи света, и ярко горело множество свечей. Различные реликвии шаманов украшали это место, однако Эдвард никогда не чувствовал шарма в таких вещах, обыкновенный хлам. Различные письмена на огромных кусках пергамента, красочные яркие узоры, особый орнамент, мозаика на противоположной стене — все это служило декором и данью прошлым столетиям, судя по всему этот Храм использовался шаманами ни одну тысячу лет. В нормальном освещении Элрику удалось рассмотреть нового знакомого, а вернее его лицо. Смуглый, темноглазый и с длинными черными волосами, что ниспадали с его плеч за спиной. Тело шамана было скрыто белым неопрятным плащом до самых ног, видимо это было связано с тем, что Силва являлся турнирным судьей. Выглядел он довольно мрачным и отпугивающим, а еще очень уставшим. Он не вызывал у Стального каких-то отрицательных эмоций, скорее наоборот — доверительные. Эдвард чувствовал, что у этого шамана очень большой запас фуреку и, что на удивление, его энергия была теплой. Анна присела на один из стоящих в комнате стульев, скрестила руки на груди и начала свой рассказ: — Эдвард не из нашего мира. Он не шаман, но и не обычный человек. — Я сразу понял это, — согласился Силва, осматривая юношу с головы до ног, — Внутри тебя течет иная сила, с которой я в этом мире практически не сталкивался. Кто ты? — Я алхимик, — собравшись с мыслями, поделился Элрик, — Я прибыл к вам из другого мира случайно. С помощью алхимического преобразования открылись врата, я угодил за них. — Алхимик, — повторил Патч задумчивым тоном, — Оккультная человеческая наука? — У них нет, — хмыкнула Киояма, — В его мире алхимия не совсем то, что принято называть алхимией у нас. В доказательство этим словам Стальной провел трансмутацию, создавая из пола длинное копье. Мужчина, увидевший это, молча подошел и принял орудие в свои руки, внимательно осмотрев его он сделал вывод, что чужеродная энергия совершенно не похожа на фуреку. Фуреку устремлялась в шаманов из одного источника — Короля духов. Чужеродная энергия алхимии, стоило только к ней прикоснуться, чувствовалась отовсюду, словно протекала по всей планете. Хорошо это было или плохо — еще предстояло разобраться, Патч сделал пару взмахов, его плащ резко развевался от каждого выпада, однако это не мешало шаману. — Оно фальшивое, — заключил Силва, возвратив копье владельцу. — Потому что оно сделано из камня, — хлопок в ладоши, обратное преобразование, и копье вновь стало частью пола, — Алхимия не может создавать что-то из ничего. Силва, я пришел к вам, чтобы попросить помощи, — эта фраза далась алхимику не через силу. Он не привык просить у кого-либо помощи, это было выше его гордости. Несмотря на такой неприятный момент, Эдвард пересилил себя, — Может быть, среди шаманских штук есть какой-то способ вернуть меня обратно? Или, может… — голос юноши звучал даже обреченно. Его можно было понять. Силва не знал Элрика совсем, но глаза сами рассказывали все об этом ребенке. Там таилась тревога за своих близких, оставленных на той стороне, таилась и боль. Мужчина всегда считал себя отзывчивым, он просто не мог оставить Эдварда наедине со своей проблемой, да и к тому же случай был феноменален. Путешествия между мирами всегда считались загадкой, о которой не говорили даже великие шаманы. Анна громко вздохнула, осознав, что Патчи столкнулись с этим явлением так же впервые. Положение Элрика было ущербным, потому что единственный, кто предлагал ему возможность вернуться, Хао Асакура. Вполне вероятен расклад событий, при котором Эдвард окончательно запутается во всем и согласится на сделку с огненным шаманом, что создаст очень много проблем. — Я согласен помочь тебе, алхимик, — мужчина возвышался над ним, словно массивная точеная статуя, его сила и мудрость ощущались настолько пристально, что Элрику захотелось поежиться, — Племя Патчей не знает ни одного шамана, что способен путешествовать между мирами, а значит, я не знаю, как тебе вернуться домой. Но я займусь изучением этого феномена, в древних рукописях хранится множество секретов, — Силва улыбнулся, — Анна, ты же не просто так привела Фауста сюда? Девушка хмыкнула и отвернулась. — Теперь я понял, что в нем особенного. Он такой же алхимик, как и ты, — шаман говорил спокойно, — Вы с ним одинаково холодные и отчужденные, в вас протекает сила, которая нам, шаманам, чужда. — Я знаю, — Стальной сжал кулаки, его душу одолевали воспоминания. — Вам с ним стоит держаться друг друга. Совсем скоро начнется Турнир, а на тебя уже охотятся, Элрик. — Я думаю, это часть замысла Хао, — неожиданно предположила итако. В помещении повисла тишина, нарушаемая лишь треском свечей. Силва вопросительно выгнул бровь, а Эдвард удивленно уставился на Киояму. — Подумайте сами, — она развела руками, ее взгляд был серьезен, — Хао любит косить под придурка, особенно рядом с другими шаманами. Стал бы он нападать на тебя в аэропорту так просто. Это была не демонстрация силы, он подставил тебя специально, — девушка встала со стула и прошла вдоль стены, сложив руки на груди, — Что, если ты вовсе не часть его плана, а лишь та деталь, которая может серьезно все испортить. Именно поэтому он натравил на тебя Судий. — Бред какой. Если бы он хотел, чтобы я помер, то убил бы меня самостоятельно, — отрицал алхимик. — А если он не может этого сделать? — кажется, Силва понял, к чему клонила Анна, — Ситуация в подробностях мне неизвестна, лишь пересказами. — Его способности на тебя в полной мере не действуют, — заключила шаманка, — В противном случае ты бы погиб еще в пустыне. — Почему?! — искренне не понимал Эдвард, — Хао не может читать мои мысли, если я захочу. До этого момента ему прекрасно удавалось поджаривать меня чуть ли не до костей. — Но он же этого не сделал, — Киояма начинала закипать, — Я тоже не могу читать твои мысли, уверена, что если кто-то из шаманов ударит тебя чем-нибудь посильнее, то ты не умрешь и практически не пострадаешь. — Ты не из нашего мира, нам неизвестно, как фуреку может на тебя влиять, — задумался Патч, — Уникальный случай. — Нихрена не понятно. Куда я попал?