Часть 8.
16 апреля 2017 г., 19:44
— Иии… — протянула Руби. — Ты весь вечер от меня бегала. Как прошло свидание?
Эмма скорчила гримасу и многозначительно кивнула на сына. Генри, пользуясь тем, что мать ждала, пока торговец приготовит ей хот-дог, щедро поливал кетчупом свою порцию. Они решили прогуляться, но стоило оказаться в центре города, как обнаружили, что жутко проголодались. Уличный фаст-фуд, с учётом плачевного финансового положения, виделся самым разумным решением.
— Чего? — упёрла руки в бока Руби. — Малой знает, что такое свидание. Скажи, Генри?
— Мама вчера всё утро тупила, — заявил мальчишка, заработав недовольный взгляд Эммы.
— Тупила? — знающе ухмыльнулась Руби. — Во сколько ты притащилась домой? Или, может быть, ты прошвырнулась по аллее позора, м?
— А что такое аллея позора?
— Ничего, — забрав хот-дог, Эмма отвлеклась на то, чтобы добавить кетчупа, а потом повернулась к подруге и прошептала: — Ты знаешь, на первом свидании я этого не делаю.
— Но прошло-то хорошо? — не отставала Руби.
При воспоминании о вечере, проведённом в обществе Реджины, Эмма не смогла сдержать улыбку.
— Да. Очень хорошо.
***
— Всё хорошо? — спросила Кэтрин, едва Реджина показалась на пороге кофейни, где они договорились встретиться. Этим воскресным утром подруга была чертовски хороша, просто загляденье, и её сияющая улыбка говорила лучше всяких слов. — Прости? — она нахмурила лоб, но улыбка не исчезла с её лица. — Свидание. Глаза Реджины предательски сверкнули. Она небрежно пожала плечами и, не сказав ни слова, встала в очередь за кофе. — Ты всё же решила рискнуть, так? — уточнила Кэтрин, поравнявшись с ней. — И как оно? Расскажи мне всё. Реджина смерила подругу отсутствующим взглядом. В мыслях она заново проживала вечер пятницы. — Она поцеловала меня. Кэтрин взвизгнула и вцепилась ей в локоть. — Должно быть, свидание было обалденным. — Нет, это произошло до того, как мы отправились в ресторан.***
— Ты поцеловала её в начале свидания? — Руби округлила глаза. Генри сморщил нос. Само собой, он любил свою маму и радовался, что она сходила на свидание с Реджиной, но о некоторых вещах знать не хотел. После недолгих раздумий он смерил мать красноречивым взглядом и демонстративно пересел на соседнюю скамейку. — Я не хотела потом, и вообще не думала, что мы доберёмся до конца, — принялась защищаться Эмма. — Да ну, ты просто не смогла устоять, да? — Реджина другая, — сказала Эмма. Отправила в рот последний кусочек хот-дога и, скомкав салфетку, выбросила её в мусорный бак. — Она больше, чем просто принцесса.***
— Эмма через многое прошла, и она хорошо справляется с сыном, — сообщила Реджина, когда они с Кэтрин, держа стаканы с кофе, прошли мимо уличных джазовых музыкантов. — Я её недооценила. — Когда ты впервые встретила меня, подумала, будто я — тупоголовая наследница, — напомнила Кэтрин. Реджина виновато пожала плечами. Пригубила кофе. — Эмма нашла способ вытянуть из меня информацию. — Реджина, это было свидание. Не допрос. Люди рассказывают о себе. Люди обмениваются историями из личной жизни. — Ты рассказываешь на первых свиданиях о своей семье и детстве? Кэтрин ничего не ответила. — С Эммой невероятно легко говорить, но есть в ней что-то дерзкое. — Вылитая ты. Реджина споткнулась на ровном месте. Смерила подругу любопытным взглядом и, укоризненно покачав головой, продолжила свой путь.***
— Когда вы снова увидитесь? — спросил Генри, когда они шли вниз по улице. Он посмотрел на Руби. — Какое там правило? Трёх дней? Руби открыла рот, чтобы ответить, но Эмма не позволила ей этого сделать. — Даже не вздумай давать моему ребёнку советы для свиданий. Ему восемь. Руби подмигнула мальчишке и незаметно для подруги сложила из пальцев жест «окей». — Не знаю, — ответила Эмма, пряча руки в карманы. — Скоро. Опустив голову, она повернула за угол и тут же в кого-то врезалась. Горячая жидкость выплеснулась ей на рубашку, но это было ничто по сравнению с возмущённым возгласом, обращённым в её адрес. — Твою мать, мне очень жаль, — она бросилась было навстречу, чтобы помочь, но остановилась, словно вкопанная, когда поняла, на кого налетела. — Дерьмово. — Я тоже рада тебя видеть, мисс Свон, — сухо ответила Реджина и оттянула воротник своей шёлковой блузки, которая явно не подлежала восстановлению. Тёмно-синий частично превратился в грязно-чёрный. — Нет, я не то хотела сказать. Тебя видеть не дерьмово… Дерьмово твоей блузке, — Эмма похлопала себя по карманам в попытке найти хоть что-то, что можно предложить Реджине, чтобы привела себя в маломальский порядок. Всё равно они одновременно отошли к зданию, чтобы не мешать спешившим по своим делам прохожим. — Держи, — Генри любезно предложил салфетку, перепачканную горчицей и кетчупом. — Ты умеешь сохранять спокойствие в стрессовых ситуациях, — Реджина не стала отказываться. Покрутила салфетку в руках и промокнула неприглядное пятно самой чистой частью. — А вот твоя мать… — Она запаниковала, — довольный собой донельзя — он ведь сумел помочь! — Генри пожал плечами. — О, милая, — сочувственно вздохнула Кэтрин. Разочарование на лице Реджины не поддавалось описанию. Вряд ли её можно было в этом винить — кофе хорошо впитался в деликатную ткань. — Давай зайдём ко мне, — выпалила Эмма. — Я живу в пятнадцати минутах отсюда. Одолжу тебе рубашку или что-нибудь… — Или что-нибудь? — Руби выразительно поиграла бровями, а потом обратилась к подруге Реджины. — Кэтрин, верно? Не хочешь прошвырнуться со мной и Генри, пока Реджина приводит себя в порядок? Реджина со вздохом взмахнула рукой, позволяя Кэтрин идти. Как только все трое вышли на оживлённую улицу и затерялись в толпе, она перевела взгляд на Эмму. — Прости, — застенчиво пробормотала та. Реджина в последний раз осмотрела себя и выбросила пустой стаканчик в мусорный бак. Эмма неотрывно следила за ней. Затем, спохватившись, стянула с плеч кожаную куртку и предложила стоявшей напротив Реджине. Та несколько мгновений разглядывала её, потом снова скользнула взглядом по отвратительному пятну. На какой-то момент Эмме показалось, что Реджина подумывает о том, чтобы дефилировать по улицам Нью-Йорка в грязной блузке, но мгновением позже она всё-таки забрала куртку. Эмма не сдержала улыбку. Реджина пожала плечами, молча надела кожанку и застегнула молнию. Поёжилась, вероятно, почувствовав холодок от мокрой ткани. Куртка смотрелась нелепо на фоне дизайнерских брюк, но Эмма не могла не признать, что Реджина выглядела очень даже круто. — Сюда, — склонив голову, она приблизилась к Реджине. Они не держались за руки, но при каждом шаге их пальцы касались друг друга. — Что ты делаешь в наших краях? — Мы с Кэтрин договорились выпить вместе кофе, но у тебя похоже были другие планы, — она сохраняла невозмутимое выражение лица, впрочем, в голосе звучали откровенно игривые нотки. — Недели через две нам это покажется забавным. — Возможно, — Реджина не без удивления оглядывалась по сторонам. Район оказался совсем не таким, как она себе представляла. Не сказать, что чистый или безопасный, судя по граффити и обветшалым зданиям, но и не грязная свалка. — Я не знала, что ты живёшь поблизости. — Ещё одна вещь, которую ты обо мне не знаешь, не считая любимого цвета, — они подошли к небольшому кирпичному зданию, возле которого крутились подростки. — И, кстати, мне нравится зелёный. — Я запомню. Эмма усмехнулась и, открыв переднюю железную дверь, пропустила Реджину первой, после чего ринулась следом, торопясь открыть вторую дверь. Обычно она не обращала внимания на недостатки своего жилища, но сегодня особенно остро чувствовала витавшие в воздухе запахи, подмечала каждое пятно на потолке и несочетающиеся элементы мебели в фойе. Увидев, что Реджина собирается войти в кабину лифта, Эмма потянула её за собой в сторону лестницы, спешно объясняя, что он второй год на ремонте, впрочем, его должны починить со дня на день. По дороге на свой этаж она замешкалась, чтобы поздороваться с юной соседкой, игравшей возле открытой двери со своей дочкой, и подарила улыбку маленькой Александре. Чем ближе они подходили к квартире, тем менее гениальной казалась идея позвать Реджину к себе. Повозившись с ключами, тем самым выигрывая ещё немного времени, Эмма со вздохом открыла дверь скромной двухкомнатной квартирки и посторонилась. Главная комната, которую можно было обойти за десять шагов, а то и меньше, совмещала в себе гостиную и кухню. Несмотря на скромные размеры и практически полное отсутствие мебели, в зоне отдыха уместились диван, телевизор и стеллаж, наполненный дисками с фильмами. И всё это в каких-то пяти шагах от кухни. На подоконнике стоял кондиционер, но, судя по влажности воздуха, он был либо сломан, либо просто никогда не использовался по назначению. — Прости, — пробормотала Эмма, бегая по квартире и в спешке подбирая разбросанную повсюду одежду, что самое печальное, в основном свою. — Я не ждала гостей. Реджина закрыла дверь и осмотрелась. Её внимание привлёк холодильник, увешанный сочинениями и яркими рисунками Генри, среди которых особенное место занимали прикрепленные разноцветными магнитами школьные фотографии разных лет. Были здесь и её снимки. Реджина приосанилась, испытывая чувство гордости за то, что приложила руку к созданию экспозиции, но тут же отвесила себе мысленную оплеуху. Это фотографии Генри. Только естественно, что их вывесили на всеобщее обозрение. — Его стена славы, — подсказала подошедшая Эмма. В руках она держала целую стопку рубашек. — Ещё чуть-чуть, и мне придётся раскладывать всё это добро по коробкам. — Он очень умный. Эмма гордо кивнула и указала на один из школьных тестов. — 103%. Кто на такое способен? — Твой сын, — развернувшись, Реджина оказалась нос к носу с Эммой. Она медленно подняла руку и всё так же, не торопясь, расстегнула куртку и стянула с плеч. Улыбнулась, заметив, каким откровенно жадным взглядом зелёные глаза провожали каждое её движение. — Мисс Свон? Эмма покачала головой и сфокусировала взгляд на лице Реджины. — Агась, — она вручила ей свои самые лучшие рубашки. — Ты можешь переодеться в моей спальне. — Дерзко, — улыбнулась Реджина. — Не в этом же смысле, — с опозданием фыркнула Эмма, когда дверь спальни закрылась.***
Реджина сидела в её комнате уже около пятнадцати минут. Сколько вообще нужно времени, чтобы переодеться? Может быть, ей не пришёлся по душе ни один из предложенных вариантов, и она решила покопаться в шкафу самостоятельно? Очень даже может быть. Пришедшая мысль подтолкнула Эмму к действиям. Она сразу же поспешила в прихожую, чтобы найти что-нибудь более подходящее в корзине с постиранным, но ещё не разобранным бельём. Вытащив несколько симпатичных вещей, она придирчиво осмотрела их, прежде чем отправиться в спальню. Эмма без лишних размышлений распахнула дверь: — Я принесла ещё варианты, — и задохнулась воздухом, наткнувшись взглядом на обнажённую спину. — Эм, прости, я… Реджина, закрывая руками грудь, повернула голову и слегка изогнула бровь. Её смущение выдавал вспыхнувший на щеках лёгкий румянец. — Просочилось, — она кивком указала на кровать, где лежал ещё недавно белоснежный кружевной бюстгальтер. Эмма шагнула вперёд и протянула блузки. — Возможно, они подойдут лучше. — Спасибо, — сказала Реджина, но даже не пошевелилась, чтобы взять их. Не сразу, но Эмма поняла намёк и сгрузила вещи на кровать рядом с бюстгальтером Реджины. Потом выскочила из комнаты, закрыла дверь и, прислонившись к ней спиной, беззвучно рассмеялась.***
Вскоре Реджина вышла из спальни в светло-голубой блузке с укороченными рукавами, заправленной в брюки. Эмма подняла глаза, невольно отметив про себя, что давным-давно забыла о существовании этой вещицы. На ней блузка висела бы мешком, а на Реджине смотрелась на удивление хорошо. Как будто шилась на заказ или покупалась с учётом всех достоинств её стройной фигуры. Эмма с трудом сглотнула, вспомнив, что на Реджине нет бюстгальтера. Она могла бы поклясться, что видит проступивший через тонкую ткань затвердевший сосок. Впрочем, возможно, причина не в её пристальных взглядах, а гулявшем по квартире сквозняке. — Как тебе удаётся? — Что именно, дорогая? — Придавать всему хороший вид. Как будто всё, чего ты касаешься, превращается в золото. Реджина фыркнула. — Это по части отца Кэтрин. — Ну, ты хорошо выглядишь, — подытожила Эмма. — Возможно, у тебя не такой плохой вкус, — подколола Реджина. Эмма оттолкнулась от кухонной стойки и не спеша приблизилась. — Сказала женщина, которая на свидании раздевала меня глазами. — Ничего подобного, — Реджина сложила руки на груди, и Эмма не без сожаления заметила, что в таком положении соска не видно. Рассмеявшись, она медленно подалась навстречу и, расцепив скрещённые руки, сжала пальцы Реджины в собственных. — Ты сегодня занята? — поинтересовалась вкрадчиво, не обращая внимания на острый укоризненный взгляд. — У меня планы с Кэтрин, — виновато улыбнулась Реджина. — Завтра? — Съёмка в моей студии, — нахмурилась Реджина. — Я закончу в девять. — Я работаю, — сказала Эмма, пытаясь скрыть разочарование. — Что ж, похоже, мы в тупике, — Реджина недовольно поджала губы, всем видом показывая, что думает о несовпадающих графиках. — Нет, — сказала Эмма решительно. Усмехнулась в ответ на удивление, промелькнувшее в глазах Реджины, когда она крепче сжала её пальцы. — Готовься ко второму свиданию. — И когда оно будет? — Сюрприз, — Эмма попятилась к двери и, открыв её, посторонилась. Когда Реджина проходила мимо, она, не удержавшись, наклонилась и поцеловала в щёку. — Прости за кофе. Реджина усмехнулась. — Поцелуй в щёку за испорченную блузку? Ты уже теряешь хватку. Эмма закатила глаза и, дождавшись, пока Реджина выйдет, закрыла дверь.***
— Значит, Реджина — твоя девушка? — спросил Генри, когда они с матерью возвращались домой из школы. — Не уверена, — честно ответила Эмма, зацепив большим пальцем одной руки карман джинсов, в то время как другой крепко сжимала ладошку Генри. — Почему? — У нас было только одно свидание. — А сколько тебе нужно? — продолжал допытываться любопытный мальчишка. — Ладно, — вообще-то, Эмма не была любительница поговорить на личные темы, не говоря уже о том, чтобы обсуждать такие вещи с восьмилетним ребёнком. — На самом деле количество не имеет значения. Всё зависит от того, как сильно два человека хотят быть вместе. — А ты с ней хочешь быть? Эмма покосилась на него, но, помедлив, утвердительно кивнула. — Ты с ней поговоришь? — Генри, — обречённо протянула Эмма. — Что? — он невинно пожал плечами. — Она мне нравится. Эмма мягко улыбнулась, открыла дверь и придержала, дожидаясь, пока сын войдёт в фойе. — Мне тоже. Он вприпрыжку бросился вверх по лестнице, но вдруг остановился и, крепко схватившись руками за перила, перевесился через них и посмотрел на мать. — Так ты попросишь её стать своей девушкой? Она будет с нами жить? — Полегче, малой. Шаг за шагом, — осадила его Эмма. Когда они вошли в квартиру, она присела на корточки, чтобы быть на одном уровне с сыном. — Я собираюсь встретиться с ней перед работой, и знаешь что? Мне она тоже очень нравится. Генри скрестил пальцы на удачу, вернул ей улыбку и помчался на кухню. Бросив рюкзак на стойку, он вытащил из него рабочие тетрадки. — Может, она придёт на мой день рождения?***
Эмма, накормив сына ужином, отвела его к Эшли и мысленно похвалила себя за чувство времени. Если поднажать, она успевала смотаться в верхний Ист-Сайд, чтобы перехватить Реджину. Когда она постучала в дверь студии, часы показывали без нескольких минут семь. Реджина открыла дверь сразу. В чёрных классических брюках и блузке, с фотоаппаратом на шее, она удивлённо смотрела на неё. — Эмма? Я думала, ты работаешь. — Через час, — ответила та. — Можно мне понаблюдать? Ты меня даже не заметишь! Реджина подпёрла плечом дверной косяк. — Тогда какой в этом смысл? — она склонила голову вбок. — Ты меня впустишь, — без тени улыбки заявила Эмма. — Потому что ты уже потратила… — взглянула на наручные часы. — Две с половиной минуты нашего свидания. Реджина усмехнулась, но ещё около минуты не двигалась с места. Когда Эмма вопросительно вздёрнула бровь, она испустила короткий смешок, а потом всё-таки посторонилась. Изменения в интерьере сразу же бросались глаза. С её последнего визита огромное помещение, декорированное в чёрно-белых тонах, претерпело значительные изменения. У одной из стен появился гигантский белый фон, вокруг нарисовались софиты, которые Эмма в общем-то всегда считала неотъемлемой частью любой фотосессии. А вот что действительно смущало, так это — обнажённый молодой мужчина, возлежащий на небольшом подиуме, прикрытый лишь куском звериной шкуры. — Э-э… — Эмма не могла отвести взгляда от накачанных мускулов и подтянутого живота. Она ещё какое-то время смотрела на него, а потом, резко повернувшись к Реджине, прошептала: — Там голый мужик. — Грэм! — окликнула та. — Это Эмма. Моя… — она обвела задумчивым взглядом студию, словно пыталась отыскать какую-нибудь подсказку, а после добавила: — Эмма. Парень помахал ей. — Привет, Эмма! — он говорил с сильным ирландским акцентом. — Я думала, ты фоткаешь только пейзажи, — прошептала Эмма. — Людям понравились мои фотографии, сделанные в молодёжном центре, поэтому я решила опробовать, так сказать, новые горизонты, — Реджина пожала плечами. — С голым мужиком? — Это фотосессия для журнала. — Для какого? «Плейгёрл»? Реджина весело рассмеялась. — У них недостаточно денег, дорогая. — Он гей? — не унималась Эмма. Реджина кивнула на Грэма, который с нескрываемым удовольствием наблюдал за их перепалкой. Его непослушные кудрявые волосы закрывали глаза, аккуратная бородка ярко подчёркивала узкий подбородок. — А он похож на гея? — Ты не похожа, — выпалила Эмма. Реджина выразительно закатила глаза, но мгновением позже с любопытством взглянула на неё. — Ты ревнуешь? — Нет, — быстро ответила Эмма. Вышло слишком быстро, она и сама это понимала, поэтому здорово смутилась, перехватив насмешливый взгляд Реджины. — Он просто модель, — твёрдо сказала та и протянула руку. — И потом, ты только что потратила три минуты нашего свидания. Негромко рассмеявшись в ответ, Эмма слегка пожала протянутую руку, а затем снова посмотрела на Грэма. Губы парня растянулись в понимающей ухмылке. — Привет. Эмма. Грэм улыбнулся ещё шире. — Мы готовы? — спросил он у Реджины. — Не знаю, дорогой, — в голосе той слышались дразнящие нотки. — Мы готовы, Эмма? — Просто делай свою работу, — Эмма подтолкнула Реджину в сторону фона, после чего плюхнулась на один из стоявших чуть поодаль пуфиков.***
У Эммы были весьма смутные представления о фотосъёмках. Она, конечно, догадывалась, что фотографы раздают указания моделям, но не подозревала, что это делается таким жёстким тоном. У неё, пока наблюдала за тем, как Реджина командовала Грэмом или дёргала его, словно какую-нибудь марионетку, сложилось впечатление, что в случае неповиновения несчастного парня запросто бы вышвырнули в окно. Впрочем, несмотря на попытки полностью контролировать ситуацию, Реджина не забывала о мельчайших деталях — от простого поворота подбородка до правильно падающего света. Время от времени она прерывалась, просматривала получившиеся кадры и, если всё устраивало, довольно улыбалась. Иногда Реджина показывала результаты ей, в подробностях рассказывая, что нужно сделать, чтобы фотография вышла идеальной. Увлечённая процессом, она так оживлённо рассказывала, что Эмма невольно улыбалась, забывая обо всём на свете. Когда она через некоторое время взглянула на часы, поняла, что опоздания не избежать. Поднявшись, дождалась, пока Реджина обратит на неё внимание, и лишь тогда осмелилась подойти. — Мне нужно идти, — виновато пробормотала она. — Увидимся на третьем свидании? — Уже распланировала? — Реджина взяла её за руку и сплела их пальцы. — Скоро день рождения Генри, — сказала Эмма, когда они подошли к двери. — Мы хотели устроить что-нибудь в эти выходные. Приходи, если хочешь. Губы Реджины дрогнули в тёплой улыбке. — С удовольствием. — Отлично, — Эмма улыбнулась в ответ и, склонившись, поцеловала её в губы. Она отстранилась сразу же, как почувствовала, что Реджина отвечает, и встретила её недовольный взгляд ухмылкой. Затем многозначительно оглянулась на Грэма, который не спеша облачался в костюм-тройку и в этот момент с невозмутимым видом поправлял запонки. В голосе Эммы не было ни намёка на улыбку, когда она обратилась к нему: — Без шуток. Грэм, посмеиваясь, понимающе кивнул. Реджина снова закатила глаза и, вытолкав Эмму в коридор, закрыла дверь. — Злючка, да? — добродушно усмехнулся Грэм, поднимаясь. — Да, — Реджина улыбнулась. — Она такая.
