Глава 9
9 мая 2017 г., 10:14
Непонятно было сколько прошло времени с тех пор как она ушла. Он просто стоял возле окна, как вкопанный все это время. Не было возможности уйти, или он просто не хотел. Может ему было проще переждать всю суматоху здесь в одиночестве и подумать. Просто подумать обо всем. Наедине. Но, дверь в кабинет с грохотом распахнулась и в него вошли те самые люди, которые спорили внизу ранее. Элис Куппер, мама Бетти, была женщиной с очень дурным нравом. Но по сравнению с Пенелопой Блоссом она была просто ангелом. На ней была надета белая юбка, которая сужалась ближе к коленям. В народе её называют юбка-карандаш, и белая блузка с коротким рукавом. В руках она держала небольшую папку, в которой находились какие-то бумаги. Джагхед сразу заметил, что один листочек выбился наружу, но он не мог рассмотреть, что на нем было написано.
Немного позади Элис находилась Пенелопа. Вид у неё был самый решительный, а взгляд такой яростный и пугающий, будто внутри неё черти разжигали костер. Не хватало только белого пара, которому стоило повалить с её ушей, такой злой она была.
Сколько Джагхед себя помнил, он ни разу не видел Пенелопу искренне улыбающейся и приветливой. Хмурое лицо и красного цвета аксессуары — это образ, который запомнился ему на всю жизнь. Эта женщина всегда носила красное. Будь то её туфли или шарф, или даже красная помада на губах. Она не могла выйти из дому, не нацепив на себя что-то красное. Видимо пыталась соответствовать цвету своих огненно-рыжих волос.
— Где она? — Пенелопа сразу же поддалась вперед, обходя и попутно толкая плечом Элис. — Где эта выскочка?
Она просто пылала от злости и ненависти. Ноздри её раздувались, и если бы это было возможно, она бы и сама раздулась от такого напряжения, которое переполняло все её нутро.
— Кто? — с видом полнейшего непонимания спросил Джагхед. Он немного отошел назад, чтобы увеличить расстояние, так он чувствовал себя спокойнее, когда никто на него не давил, и оглянулся в поисках подоконника, чтобы прислониться к нему.
— Шерил? — позвала она свою дочь, продолжая сверлить Джагхеда глазами. Он заглянул за плечо Пенелопы и увидел копну длинных рыжих волос, владелица которых приближалась к кабинету неспешным шагом. — Милая, как зовут эту девчонку?
Последнее слово Пенелопа выплюнула с такой ненавистью, что Джагхед даже удивился, как она не подавилась им. Он с трудом сдерживался, чтобы не ответить ей. Не нагрубить или, что еще хуже, ненароком защитить Бетти от этих нападок. Нужно сделать вид, что ему все равно. Так они перестанут его доставать с вопросами. Так он сможет выиграть немного времени, чтобы помочь ей. Хоть чем-то.
— Шерил! — крикнула женщина так громко, что, наверное, на первый этаж было слышно её голос.
Джагхед моргнул и даже немного подпрыгнул от этого возгласа, настолько неожиданным и громким он был, а потом перевел взгляд на женщину, напоследок успев запечатлеть взглядом всех присутствующих в кабинете людей. Шерил нервно покусывала ногти, а глаза её бегали в разные стороны в поисках спасения. Элис же просто стояла в стороне и молчала. Видимо была в легком шоке от происходящего.
Подойди ко мне, милая. — Пенелопа протянула руку дочери. Это сладостное обращение было таким притворным, что Джагхеду стало на секунду жаль Шерил.
Он наблюдал, как та отошла от двери и неуверенными шагами подошла к матери, которая схватила её за запястье и дернула с такой силой, что могла бы оторвать ей руку. Шерил споткнулась и практически долетела до того места где стояла Пенелопа, и стала рядом с ней. В её взгляде было что-то странное. Сожаление?
Сочувствие? Страх? Джагхед не понял.
— Как зовут девчонку? — еще раз спросила Пенелопа притворно ласковым тоном, все крепче сжимая запястье Шерил.
— Бетти. — еле слышно произнесла она, поморщившись от боли. — Элизабет Куппер.
— Ты слышал? — спросила Пенелопа Джагхеда. — Где она?
— Я не знаю. — безразличным тоном ответил он, складывая руки на груди принимая при этом защитную позу.
— Не ври мне, мальчик! Она учится здесь. Она работает здесь, в этом кабинете. Шерил видела её сегодня в школе. Правда, Шерил? — она еще раз дернула её за руку.
Джагхед скосил свой взгляд на девушку, которая пряталась за маминой спиной, как побитый котенок, а после услышал, как где-то возле двери кто-то ахнул и тут же умолк.
— И вы думаете, что это единственный кабинет, в котором она может быть? — спросил он с легкой иронией в голосе, все еще продолжая смотреть на Шерил.
На секунду Пенелопа была застигнута врасплох этим вопросом. Но это длилось не долго. Этот ответ её еще больше выбесил и заметив, что желваки женщины начали приходить в движение, Джагхед ехидно улыбнулся.
— Попробуйте поискать её в женском туалете! — предложил он ехидно.
— Ах ты ж…! — Пенелопа подняла руку, готовясь к удару.
— Мам! — закричала Шерил.
И это подействовало на женщину моментально. Пенелопа опустила руку и глубоко вздохнула, успокаиваясь.
Джагхед поднял брови в насмешливой попытке еще больше вывести эту женщину из себя. Не понятно было зачем ему это понадобилось. Просто хотелось, чтобы она поняла, чтобы вдолбила в свою тупую башку, что он ни при каких обстоятельствах не будет её пешкой. Что он не будет выполнять её капризы и прихоти. Что он не тот, кто побежит за ней, стоит ей только помахать ручкой или махнуть перед ним пачкой денег, которых у семьи Блоссомой было немерено. Но самое главное, он ни за что на свете не станет делать хоть что-нибудь, что могло бы хоть каким-то образом навредить Бетти.
— Мы еще не закончили. — сказала женщина, просверливая в нем огромную дыру.
— О, я думаю закончили. — сказал Джагхед и поднялся на ноги, что заставило Пенелопу посмотреть вверх вверх, потому что теперь он был на голову выше женщины.
Их взгляды переплелись между собой, как стальные мечи. Теперь от насмешливого выражения лица Джагхеда не осталось и следа. Теперь, все что его раньше волновало, все, что было для него тяжело к восприятию и давило на мозг, все его проблемы вылились в одну единственную — эту женщину, которою он, с этого самого момента, ненавидел больше всего в жизни.
Они еще немного постояли так, излучая эти волны ненависти друг на друга, а потом она развернулась и ушла, прихватив и потащив за собой Шерил, словно мешок с картошкой.
Только после того, как её рыжая голова скрылась за дверным косяком, он смог расслабится и понять, что ноги его совершенно не слушаются, а сердце вот-вот вырвется из груди. Он присел на стул, опустил локти на колени, снял свою шапку и зарылся пальцами в густые волосы.
Что теперь будет? Как выпутаться из этой ситуации? Как помочь ей?
Услышав тихий всхлип, он поднял голову. Элис Купер все еще стояла на том самом месте и плакала. Плечи её медленно подергивались в такт всхлипам. Она смотрела будто в пустоту. Будто не видела никого перед собой. Будто ей было все равно на то, что сейчас происходит. Только сейчас он заметил, что на её блузке не хватало пары пуговиц. Одной возле самого воротника, а еще одной где-то посередине между третьей по счету и пятой.
— Миссис Купер. — позвал он, натягивая обратно шапку.
— Все, как и тогда. Все опять начинается. — бормотала она.
Голос её звучал отдаленно и приглушенно, будто она говорила сама с собой. Она продолжала повторять эти слова снова и снова до тех пор, пока у Джагхеда не побежали мурашки по коже, так жутко это звучало.
Наконец, он не выдержал и подошел к ней, дернул за плечи, чтобы хоть как-то привести её в чувства.
— Что начинается, миссис Купер? — спросил он, заглядывая ей в глаза, когда она сфокусировала свой взгляд на нем.
Взгляд её был безумным, почти таким же, как и её бесконечное бормотание. Будто она находилась не тут, а где-то в совершенно другом месте. Кожа на её лице побледнела, и кажется за эти несколько мгновений на её коже стало больше морщин.
— Что начинается? — переспросил Джагхед снова, тряхнув её за плечи.
А она обмякла в его руках, и погрузилась в темноту.
***
Ветки хлестали по лицу, ветер был настолько сильный, что выдувал всю ту мерзость, что таилась внутри неё. Бетти продрогла до костей, но все еще продолжала бежать. Подальше от этого хаоса. Подальше от родителей, от друзей. Подальше от самой себя. Не было необходимости оставаться. Все о чем она тогда думала — ей не место среди этих людей. Мысль о побеге появилась в её голове из ниоткуда. Просто Джагхед оттолкнул её, и она решила, что нет больше той ниточки, за которую она может уцепиться, чтобы держаться на плаву. Нет того стержня, который бы помог ей выбраться из всего этого дерьма. И сразу пришло такое ясное осознание, что она никому не нужна. Будто в один миг карточный домик, который она с таким трудом пыталась сложить, рухнул. И больше ничего не осталось. Она не хотела находиться рядом со своими родителями, которые заперли свою старшую дочь неизвестно где по непонятным причинам. Которые не давали ей, Бетти, увидеться с ней. Которые даже сами не наведывались и не проверяли, как она там. Она не хотела находиться рядом с людьми, которые не доверяли собственным дочерям. Которые постоянно упрекали и утесняли желания своих детей. Которые могли сделать что угодно, чтобы не запятнать прекрасную фамилию Купер. Она не хотела находиться рядом с семьей Блоссом, которые практически заправляли городом. Они обладали алчностью, корыстолюбием и ненасытностью. Словно стая саранчи - они пожирали все на своем пути. Сметали за собой все ценное для других людей. Ей это все так надоело, что хотелось просто исчезнуть. Но она не могла. Бетти не могла просто так взять и исчезнуть, пока не узнает всю правду. Почему же они так разнервничались, узнав, что Бетти пробралась в их дом? Что это значит? Они явно что-то скрывают. Что-то темное таиться в стенах особняка Торн Хилл. Не зря же Полли упомянула его в своем послании. Не зря же Бетти стремглав помчалась туда, сразу же, как прочла письмо, даже не подумав о последствиях, которые наступят. Потому что в этом вся она. Она не думает, а сразу действует. И теперь она тоже не думала. Куда она бежит? Зачем? Она уже практически пробежала густой лес, и добежала до бушующей реки. А дальше что? Утопиться? Нет. Просто подумать. Поразмышлять. Попытаться сложить все кусочки пазла воедино. Она слышала, как громко шумит вода, как она разбивается о скалы, пуская брызги во все стороны. Она редко сюда приходила, в частности оттого, что боялась воды. Она не умела плавать, и её постоянно преследовала мысль, что она, с её координацией, споткнется и слетит с обрыва прямо в реку. Сейчас же она стояла практически на самом краю и наблюдала, как река уносит за собой засохшие ветки, которые падали с деревьев. Где-то неподалеку она услышала, как стая птиц поднялась в небо с характерным звуком шумящих крыльев и улетела, будто их кто-то спугнул. А потом… Сердце её чуть не остановилось, когда она, проследив за этой самой стаей взглядом, наткнулась на чей-то силуэт, который прятался за деревьями на той стороне реки. Она не рассмотрела, кто это был в частности из-за ее плохого зрения. Картинка была расплывчатой, да и полностью человека не было видно, только левая рука и нога, которые показались из-за дерева. Бетти присмотрелась повнимательней, прищурив глаза, но тут позади нее что-то зашуршало, и она резко обернулась, а когда снова пыталась разглядеть незнакомца, то обнаружила, что его там уже не было.
