Коллекция зимних железяк

      Раньше Баки любил сны. Ему нравилось бывать там, где он не был, видеть нечто невообразимое и неземное, летать среди звёзд или плавать глубоко-глубоко, куда свет солнца не проникал никогда. В мире по ту сторону реальности всё оказывалось возможным, простым и притягательным.       Сейчас же единственным желанием перед тем, как провалиться в сон, стало желание ничего не видеть, не чувствовать, не вспоминать. Потому что больше по ночам ему не приходили загадочные, захватывающие и увлекательные сны. Приходила боль, своя и чужая, холод, страх, беспомощность. И много крови на руках, обжигающей, разъедающей, как кислота.       От кошмаров ничто не помогало, не могло унять терзания души и мыслей. И каждую ночь Баки просыпался в поту, дрожащими руками вцеплялся в волосы и раскачивался на кровати, напоминая себе, что больше он не ручная зверушка Гидры, больше нет и не будет убийств, жертв, разрывающей агонии при обнулении. Теперь всё хорошо, он с друзьями, а ужасы прошлой жизни не повторятся никогда.       Порой, после такого самовнушения, отпускало, порой нет. И тогда Баки целый день ходил сам не свой, сторонился любого общения, старался закрыться у себя и огородиться ото всех.       А потом появился Тони. Светлый, тёплый и нужный. Он не давал одиночеству разрушать Баки изнутри, не позволял прятаться от мира за дверью комнаты и согревал обледеневшее сердце.       С его появлением кошмары не ушли. Они и не уйдут никогда, Баки это знал, но с Тони рядом дышалось легче, крови стало меньше и страх растворялся при взгляде в карие глаза. Ласковый шёпот и лёгкие касания успокаивали бушевавшее сознание, нежные поцелуи и солнечные улыбки прогоняли мрак.       Тени, выползавшие изо всех щелей и углов комнаты, в страхе перед ярким и лучистым Тони прятались в своих норах, призраки прошлой жизни и убитых руками Баки людей бледнели, словно их потёрли ластиком, и тяжесть, сковывающая руки и ноги неподъёмными оковами, не дающая двигаться вперёд, пропадала, рождая надежду.       Иногда бывало, что Баки приходилось брать на себя роль спасателя и вытаскивать Тони из тёмных пещер Афганистана и чёрной всепоглощающей пасти космоса. И он старался, делал всё, что в его силах, чтобы паника в глазах Тони исчезла.       У него получалось не так хорошо, как у Тони. Но Баки был рядом, не позволяя ни на минуту, секунду пронестись мысли, что Тони одинок, и это решало всё.       Они вместе, а значит, холодным, скользким и костлявым пальцам прошлого не дотянуться до них, не урвать себе лакомый кусочек их покоя и тепла. Потому что когда рядом есть тот, кому ты нужен не меньше, чем этот человек нужен тебе самому, силы бороться неиссякаемы. Иначе не получается, ведь не только собственная жизнь трепещет в руках, но и чужая, та, которая гораздо важнее, и сдаться — значит предать её, обрекая на терзания и муки.       Платить такую высокую цену никто из них не был готов и вряд ли когда-нибудь будет, ведь они оба бойцы, готовые до последнего сражаться за мир в душе и свет в глазах друг друга.