Возвращение Основателей

Олливандер встретил их за прилавком. Никаких появлений из тени или из-за высокого шкафа, чтобы произвести впечатление, как бывало с заходившими в магазинчик детьми. — Мне нужна новая волшебная палочка, — вместо приветствия сухо сказал Салазар. Всю ночь они с Годриком и Северусом провели в покоях последнего, составляя список возможных союзников. Снейп оказался в этом плане просто бесценным: двойной агент, участвовавший в первой (далеко не первой, на самом деле) волшебной войне, он знал по именам как Пожирателей, так и членов Ордена Феникса. Он сварливо отвергал предложенные Основателями имена. — Нет, не пойдет, они идейные Пожиратели. А эти слишком преданны Дамблдору. Да, с Люциусом может сработать, я напишу ему письмо и договариваться буду сам. К Боунс ты не суйся, она весь Слизерин на дух не переносит, и нет, она не поймет, Годрик, что вы не один, она не имеет ни малейшего представления, что творится в школе — с ее-то работой неудивительно. С Гринграссами надо осторожнее, это очень старый род, и они всегда держали нейтралитет. И так далее, и так далее. Ночь пролетела почти незаметно, а вот с утра волшебники осознали, что на дворе понедельник, начало учебной недели, и у них впереди многочисленные уроки: преподаватели ведущих специальностей в Хогвартсе стояли у доски почти пятьдесят часов в неделю. Годрик нахлебался предложенного Северусом зелья бодрости, а сам Снейп выпил чуть ли не весь кофейник, прежде чем отправиться в свой класс. Недальновидный Слизерин, посчитавший, что раз у него нет уроков, то он может разобраться и так, теперь стоял кое-как: сказывались почти трое суток без сна. — Я вас не помню, — старик глядел на вошедших хмуро. — Я не отсюда, — пространно ответил змееуст, оглядывая высокие шкафы, набитые коробочками. — Моя прошлая палочка: черный орешник, перо феникса, тринадцать дюймов. — Кто додумался засунуть перо феникса внутрь орешника? — удивился Олливандер. — Грегорович, — услышав имя европейского коллеги, продавец немного поморщился, но тут же взял себя в руки. — У меня таких экзотических палочек, к сожалению, нет. Но если вы хотите, я могу подобрать новую согласно вашим предпочтениям в магии. Салазар кивнул, и из-под прилавка тут же вылетел волшебный сантиметр. Он протянул вперед левую руку и, пока прыткая лента делала свое дело, скучающим тоном проговорил свои предпочтения в магии. — Зельеварение, руны, защита от темных искусств? Странный набор. — Возможно, в молодости я… — Ах, не продолжайте, молодой человек. Таких как вы много, тем более иностранцев. Как я понимаю, руны являются составляющей частью такой полузабытой сейчас науки, как ритуалистика? Или вы пошли дальше и занимались некромантией? Слизерин не ответил. — Ну как хотите, — вздохнул старик. — Вот, попробуйте эту. Палочка, на удивление, легла в руку как влитая. — Черный орешник, сердечная жила дракона, тринадцать дюймов. Подойдет как для работы, так и для ваших… увлечений. С вас двадцать галлеонов. Салазар молча высыпал золото на прилавок и отвернулся к входной двери, всем своим видом показывая, что не желает продолжать разговор. — Как я понимаю, вам, мисс Грейнджер, и вам, мистер Поттер, тоже нужны новые палочки? О, ваши я помню, что с ними произошло? — Несчастный случай, — уклончиво ответила Гермиона. — Мистер Олливандер, а нам нужны палочки, идентичные предыдущим, или можно тоже выбрать профилирующие предметы? — Как вам угодно, мисс. Вы уже достаточно взрослые, чтобы выбрать себе специализацию. — Защита от темных искусств, — сказал Гарри. — И можно, чтобы моя палочка была без пера феникса? Я не хочу, чтобы все было так, как в прошлый раз. — Вы, полагаю, имеете в виду боевые заклинания. Попробуйте вот эту. Терновник и сердечная жила дракона, двенадцать с половиной дюймов. Мисс Грейнджер? — Я не знаю, — девушка задумалась. — Мне нравятся чары и трансфигурация... и зельеварение тоже, но мне еще придется участвовать в боях… наверное. — Сейчас, сейчас… вот, грецкий орех и волос единорога, двенадцать дюймов. Она довольно универсальная, вам должно подойти. Предложенные мастером палочки слушались с первого раза. Это было так удивительно: Гарри помнил, как много палочек он перепробовал в свое первое посещение этого магазина. Гермиона, кажется, прибывала в состоянии легкой эйфории. — Спасибо, — Салазар встряхнул головой, чтобы отогнать сонливость. — Еще сорок галлеонов? — Тридцать восемь, — поправил Олливандер. — Все зависит от составляющих. Слизерин не удостоил его ни ответом, ни прощанием. Оставив нужные деньги, он просто развернулся и сделал знак детям следовать за собой. Перед возвращением в школу им еще нужно было посетить Гринготтс. Гоблины встретили их с подобающей беспристрастностью, хотя на него и косились. Подойдя к ближайшей стойке и выстояв в недолгой очереди, Салазар сдержанно поздоровался. — Ах, мистер Слизерин, — проскрипел гоблин. — Лорд Слизерин, прошу вас. — Лорд Слизерин, что заставило вас посетить наш банк в этот чудесный день? — служащий расплылся в улыбке, которая больше напоминала оскал. Салазар посторонился, чтобы стало видно его спутников, и глаза гоблина загорелись понимающим огнем. Чтобы удостовериться в своей догадке, он глянул на сопровождающего мужчину парня через специально закрепленное стекло. — Мистер Поттер, должно быть, явился для подтверждения своего наследства. Гарри хотел было что-то сказать — змееуст не предупредил учеников, зачем они посещают банк, — но рассудительная Гермиона ткнула его локтем в бок. — Да-да, конечно, — поспешил сказать он, косясь на девушку. Гоблин вытащил чистый пергамент и поставил на него перо. — Вы, Гарри Джеймс Поттер, являетесь последним наследником дома Гриффиндора. До вашего двадцатиоднолетия, когда наступит полное совершеннолетие, ваш сейф и все дела передаются в управление Годрику Гриффиндору. Он же назначается вашим магическим опекуном со всеми полагающимися привилегиями и обязанностями, — перо закончило писать и аккуратно легло обратно на стол. — Вам все понятно? — Да. — Распишитесь, — служащий протянул Гарри через окошко пергамент и новое перо, в котором парень узнал артефакт, которым его в том году чуть ли не пытала Амбридж. Поморщившись от неприятных ощущений, он быстро расписался и сунул пергамент обратно. — Мы рады видеть вас снова, мистер Поттер, и всего наилучшего. Гоблин наклонился, чтобы сделать в огромной книге перед собой новую надпись, и положил пергамент на позолоченную дощечку справа от себя — тот тут же исчез с негромким хлопком. — Следующий! — проскрипел гоблин и снова поднял голову. — Что? — немного сварливо спросил он. — Мы хотели бы провести проверку крови для этой девушки. Настала очередь Гермионы открывать рот, но она ничего не сказала и только бросила на Салазара обвиняющий взгляд. — Кто тут у нас, — гоблин поморщился, разглядывая девушку через зачарованное стекло. — Гермиона Джейн Грейнджер, магглорожденная. Итак? — Проверку крови на принадлежность или хотя бы частичное наследование роду Равенкло, — ответил Слизерин, опираясь на прилавок. Сфера давно не давала ему покоя, и сейчас это казалось ему самым простым объяснением. — Пятьдесят галлеонов. Салазар вздохнул, но вытащил кошелек и отсчитал положенное золото. Служащий сгреб монеты одной рукой, а второй залез на прилавок и вытащил последовательно золотую чашу, бутылочку зелья, пустой флакон и длинную белую иглу то ли из кости, то ли из белого дерева. Потом он хлопнул ладонью по позолоченной дощечке, что-то пробормотав вполголоса, и на ней появился высокая хрустальная бутыль, полная чего-то темно-алого. — Ваше запястье, мисс Грейнджер. Гермиона послушно протянула руку в окошко. Гоблин ловко ткнул иглой ей в вену — девушка чуть вскрикнула — и, собрав нужное количество крови, провел по запястью тыльной стороной иглы — рана тут же затянулась. Сцедив кровь в чашу, он налил туда зелье из бутылочки и, с огромнейшей осторожностью откупорив хрустальную бутыль, сунул внутрь иглу и затем осторожно отмерил требуемое количество капель. — В случае если проверка пройдет успешно, — проговорил он, переливая готовую смесь в пустой флакон, — через полчаса зелье станет прозрачным. Я узнаю о результате и сделаю соответствующие распоряжения. Так как у вас нет магического опекуна, сейф вашего рода будет запечатан до вашего совершеннолетия. Все ясно? — Да, — пролепетала Гермиона, сжимая в руке флакон. Салазар в этот момент тихо радовался, что успел переправить все содержимое сейфа Ровены и ее потомков в свой собственный. — Прекрасно, всего вам хорошего. Когда они вышли из банка, было уже за полдень. Холодное ноябрьское солнце не грело, и подростки кутались в мантии, судорожно пытаясь удержать хоть немного тепла. — Замерзли? — дождавшись утвердительного кивка, Салазар вздохнул: — Если хотите, мы можем зайти в Три Метлы перед возвращением в Хогвартс. После того, разумеется, как приобретем вам очки. Судя по всему, у вас много вопросов. — Правда? — обрадовался Гарри. — В смысле, да, сэр, это было бы замечательно, спасибо. Гермиона промолчала. Залегшая на ее лбу складка свидетельствовала о тяжелой мысленной работе. Слизерин отвел их в неприметную лавочку в самом конце переулка, где Гарри купил новые очки. Милая девушка-продавец подобрала модную прямоугольную оправу из чистого золота и наложила на нее несколько полезных чар. После этого, воспользовавшись портключом, который изготовил лично Дамблдор, они оказались у входа в Хогсмид. До Хогвартса отсюда было рукой подать, но Слизерин направился внутрь деревушки, и ученики последовали за ним. В Трех Метлах было немноголюдно. Учебные часы еще не закончились, так что те шестикурсники и семикурсники, которые имели право на ежедневное посещение Хогсмида, еще сидели в классах, а день выдался слишком ненастный, чтобы жители самого поселка охотно выбирались из своих домов. Только троица успела снять мантии и сесть, как громкий цокот каблучков возвестил о прибытии хозяйки. Розмерта положила на столик меню и, подмигнув Слизерину, принялась ждать, пока посетители сделают заказ. — Кофе, много кофе и что-нибудь сладкое на ваш вкус, — буркнул мужчина, даже не прикоснувшись к меню. Женщина кивнула и повернулась к подросткам. — Нам чай, пожалуйста, можно целый чайник, — Гарри покосился на Гермиону и добавил: — И шоколадное печенье. Дождавшись, пока Розмерта уйдет, он перегнулся через стол: — А теперь, профессор, сэр, лорд Слизерин или как-вы-хотите-чтобы-мы-вас-называли, может вы объясните нам, что происходит? Вчера вы заставили нас соврать Дамблдору, а потом просто отправили нас спать! — Профессор будет в самый раз, — флегматично отозвался Салазар. Его невероятно клонило в сон, и даже держать глаза открытыми были очень сложно. — Если вы не заметили, профессор Снейп вчера сообщил директору, что вы поступаете в его распоряжение на неопределенный срок. Полагаю, этого времени вам хватит, чтобы удовлетворить свою потребность быть вовлеченным во взрослые дела. — Профессор, — тихо начала Гермиона, — а что с проверкой? Слизерин молча достал флакон с уже бесцветной жидкостью и поставил ее на стол. — Ох, — девушка бессильно откинулась на стуле. — И что мне теперь делать? — Ничего, — пожал плечами Салазар. — Учиться. Когда вы станете взрослой, можете попытаться воспользоваться некоторыми привилегиями, которые дает такое громкое имя. Титул лорда или леди дается только чистокровным, но это не более, чем пустая формальность. Максимум, что вы потеряете — это место в Визенгамоте. Если хотите, я могу помочь вам в мелочах. И да, — он вытащил из кармана мантии сферу, — это теперь ваше. Оно как-то завязано на кровь, так что я не могу им воспользоваться. Я не знаю назначение этого артефакта, а потому, если вы захотите проводить эксперименты, советую заниматься этим в Выручай-комнате или в любом другом одиноком месте, где вы не сможете кого-нибудь убить. — А я? — спросил Гарри. — А вами займется Годрик, чему я могу только посочувствовать. Вероятно, он просто будет забирать вас с обещанных отработок. Но давайте поговорим о другом. Волдеморт — наша главная проблема, а в том, что написано в учебниках по новейшей истории, нет ни капли логики. — А что не так? — вспылил Гарри; Гермиона все еще гипнотизировала флакон. — Как вы выжили? Это просто замечательный вопрос. Что вам говорил Дамблдор? — Что меня спасла сила любви, — тихо ответил стушевавшийся парень.  — Бред. Если от вас отразилась Авада, имел место по крайней мере какой-нибудь ритуал на крови, так что ваша мать была далеко не такой «светлой» волшебницей. Теперь расскажите мне про возвращение Волдеморта все, что знаете. Гарри пересказал события на кладбище после Турнира Трех Волшебников так полно и ясно, как только смог. Розмерта за это время принесла все, что они заказали. — Паршивый ритуал, вот что я скажу как некромант. Этот ритуалист-недоучка как вообще не угробил Волдеморта? Неудивительно, что он теперь напоминает инферала. А вот про палочки — это интересно. Одна сердцевина — это еще не повод устраивать пляски с вызовом призраков и всего прочего. Тут есть что-то еще. — А еще у меня с Волдемортом есть связь, — добавил Гарри. — Что? — Ну, я иногда могу проникать в его разум, а он… — С этого стоило начать, — пробормотал Салазар, ковыряясь в принесенном десерте. — Нет, все-таки какая же это гадость. Так вот, связь. В ту ночь с Авадой что-то произошло. Почему не активировался ближайший крестраж? — Крестраж? — Помолчите, возьмите пример со своей подруги и пейте чай. У Волдеморта были крестражи, но после его смерти они не сработали, вы получили интересный шрам и связь в придачу. Вы никогда не интересовались, были ли в роду у Поттеров змееусты? — Вроде бы нет. — Тогда это приобретенное. Видимо, этот придурок так привык раскалывать свою душу, что сделал это почти на автомате, и после его смерти от предполагаемой защиты, которую установила Лили Поттер, осколок его души решил поживиться ближайшей живой сущностью. Был бы это первый крестраж — вы бы тут не сидели, а сидел бы тут Темный Лорд, но это какая-то хилая одна восьмая от его души, так что вы просто получили некие бонусы в виде знания парселтанга, например. Что вам известно про крестражи? — Гарри на втором курсе убил василиска и проткнул его клыком тетрадь Тома Реддла, которая контролировала Джинни Уизли, — ответила уже согревшаяся и пришедшая в себя Гермиона. — Мы вчера поняли, что это был крестраж, и решили сходить в Тайную Комнату за новыми клыками. — Я совершенно случайно нашел один, и в столе Дамблдора тоже еще одна такая игрушка валяется. Это диадема моей сестры и кольцо с воскрешающим камнем. Подождите, я давно хотел обсудить тот факт, что вы упокоили мою змею. — Это из сказки про Дары Смерти? — полюбопытствовала Гермиона. — Что за Дары Смерти? — сразу же влез Гарри. — А василиск пытался меня убить. — Вы же змееуст! Договориться с ним было сложно, да? Дары Смерти — абсолютно дурацкая сказка о том, как Смерть подарила трем неудачникам универсальную палочку, помогающий в некромантии камень и неизнашивающуюся мантию-невидимку. На самом деле это артефакты, созданные родоначальниками дома Перевеллов, довольно темные, как вы бы сказали сегодня. — Почему темные? — Гарри судорожно вспоминал, говорили ли ему про то, что мантия нуждается в зарядке. — Потому что при их создании Перевеллы убили не один десяток человек. Чтобы добиться таких красивых и полезных эффектов, надо многим пожертвовать. — Вы уничтожили их? В смысле, крестражи, а не Дары Смерти? — Кольцо уничтожено, как я полагаю, Дамблдором, и оттуда же у него появилась мумифицированная рука. Диадему мы пока оставили, потому что существуют ритуалы, с помощью которых можно найти другие осколки, используя этот. К сожалению, я их не знаю. — А что будет с директором? — тихо поинтересовалась Гермиона. — Это какое-то гадкое проклятие, которое, судя по всему, можно отсрочить, но не убрать. Скоро он умрет. Было бы неплохо разобраться с Волдемортом до этого. — Мне сейчас принадлежит особняк Блэков в Лондоне, — задумался Гарри. — Там очень большая и старая библиотека. Может там есть что-нибудь про крестражи? — Мисс Грейнджер, ваши родители не будут против, если вы проведете зимние каникулы с другом? Нет? Тогда постарайтесь изучить библиотеку на предмет нужной нам книги, но используйте перчатки. — А почему вы сами не… — Потому что мне, скорее всего, придется остаться в школе. После происшествия с «инфекцией» Дамблдор не спустит с меня глаз. — Это что, были вы? — возмутился Гарри. — Да, мы, и это была не инфекция, а проклятая лестница. Нужно было вытащить директора из его кабинета, чтобы Годрик мог поговорить с Распределяющей Шляпой. — Вам не нравится распределение? — Гермиона отставила кружку и теперь задумчиво вертела в руках флакон с гоблиновским зельем. — Не нравится — достаточно мягкое слово. Оно совершенно не совпадает с тем, что закладывали мы. Учеников должны были разделять по их наклонностям в магии: Хаффлпафф — целительство, зельеварение, гербология; Равенкло — ритуалистика, руны, артефакторика; Слизерин — некромантия, ментальная магия, чары; и Гриффиндор — боевые заклинания, химерология, трансфигурация. Ученики Годрика также очень много упражнялись с холодным оружием, из них растили воинов, и девочек на этом факультете почти не было. Вам, мисс Грейнджер, дорога в Равенкло даже по нынешнему распределению, а так из вас вышел бы неплохой ритуалист. — А нумерология, прорицания, астрономия, уход за магическими существами? — Все эти предметы, включая, кроме того, танцы, этикет и еще пару вещей, были дополнительными, на которые могли записать все желающие. Правда, чтобы попасть на прорицания, нужно было обязательно иметь дар. А вот бытовую магию изучали все, так же, как и основы трансфигурации и чар. Кроме того, по всем профильным предметам также существовали факультативы для учеников с других факультетов. — И что вы собираетесь делать? — Гарри тоже закончил пить чай и просто доедал оставленное Гермионой печенье. — Провести реформу образования, разумеется, после того, как мы разберемся с Волдемортом. Собирайтесь, нам пора обратно в школу, пока директор не выслал за вами отряд авроров.