Возвращение Основателей

Гарри сидел на уроке транфигурации и рассеянно тыкал палочкой в жалкое подобие воздушного шарика — тот был круглым и мохнатым. Новая палочка слушалась его не хуже прежней, но его результаты от этого не улучшились. Сегодняшним заданием было превращение хомяков в разноцветные шары. До конца занятия оставалось почти пятнадцать минут — суровая Макгонагалл перебирала за своим столом какие-то бумажки, изредка поглядывая на класс, — а у большинства учеников ничего не получалось. В аудитории стоял нестройный гул. Впереди Гермиона, чей хомяк давно обратился в ярко-алый шар с двумя золотыми полосами, что-то вполголоса объясняла Невиллу, у которого из шарика торчали четыре мохнатые лапы, параллельно листая свою тетрадь с конспектом по зельеварению — оно стояло в расписании после трансфигурации. Через пару секунд Невилл вздохнул, встал и отправился к преподавательскому столу за новым хомяком: те копошились в огромной клетке, издавая неопределенные звуки и поедая печенье. Макгонагалл взглянула на него неодобрительно, но ничего не сказала. — Гермиона, — тихо позвал Гарри. — Гермиона, помоги и мне тоже. — Давай местами поменяемся, — буркнул подошедший с хомяком Невилл. — Я, кажется, понял. Гарри благодарно кивнул ему и скользнул на его место, прихватив свое мохнатое творение. — Смотри, — начала девушка, — делаешь такое движение палочкой сверху вниз и… — Не надо, — перебил ее парень. — Давай лучше обсудим… — Здесь? — шикнула Гермиона. — Тут полно людей, давай после урока. А тебе надо улучшать оценки. — Посмотри вокруг! Профессор Макгонагалл все равно еще раз устроит занятие на эту же тему! Девушка оглянулась. Кроме нее, трансфигурацию смогли выполнить только сидящая через проход на соседней парте Дафна — ее шар был полной противоположностью творения Гермионы: зеленый с серебристыми полосками — и Малфой, создавший простой белый шарик и теперь увлеченно болтающий с Блейзом Забини. — Ну ладно, — сдалась Гермиона. — Только говори тише. Как твои занятия? Вместо отработок у Снейпа (трижды в неделю: по понедельникам, средам и пятницам) Гриффиндор забирал Гарри в Тайную Комнату и занимался с ним боевой магией. Кроме того, викингу захотелось научить его еще и управляться с мечом, так что в гостиную парень возвращался полностью измотанный. — Это ужасно! Я просто вылизываю пол в зале, и у меня болят мышцы, о существовании которых я даже не знал! А вот твой паршивый Слизерин… — Гарри! –…не заставляет тебя ничего делать. — Я — не его наследница. И вообще, — Гермиона чуть покраснела, — я решила последовать его совету и заняться ритуалистикой. Для этого нужно многое изучить, но я справлюсь, если буду усердно заниматься. — В Великобритании она запрещена! Ты не сможешь потом нигде работать! — Я прочла «Расширенное магическое законодательство». Ритуалистика разрешена в Японии, России, Румынии, Италии, Германии и США. Кроме того, ее могут практиковать маги, работающие в Отделе Тайн. Так что, если я постараюсь, то мне не придется даже уезжать из страны. Но это так интересно! — А чем ты занимаешься у Снейпа? — О, я рассказала ему про ритуалистику, и он согласился помочь! Чтобы заниматься ею, нужно хорошо знать руны, чары и зельеварение, потому что некоторые зелья используются в качестве чернил, для усиления эффекта и еще во многих разных случаях. Я попросила профессора, — Гермиона выделила это слово, — Снейпа помочь мне, и он теперь дополнительно занимается со мной. — Снейп? Занимается? С тобой? — глаза Гарри округлялись с каждым словом все больше. — Профессор Снейп! И да, он может быть намного более приятным человеком, если ему не приходится следить за целым классом баранов, как он обычно называет наш шестой курс. К тому же это скорее не занятия, я просто ассистирую ему при приготовлении зелий, а он параллельно рассказывает мне что-нибудь. Гарри хотел добавить что-то про угрюмого зельевара, но в этот момент Гермиона, чуть повернувшаяся влево, завизжала и вскочила со стула. Ее крик слился с истошным воплем Панси Паркинсон и еще нескольких учениц. Гарри посмотрел в ту сторону: останки несчастного, судя по всему взорвавшегося хомяка покрывали мантию и даже лицо слизеринки. Она не прекращала кричать, забыв про палочку, и Гарри даже стало ее жаль. Он с трудом подавил тошноту: когда-то на его глазах Дадли с друзьями замучил до смерти соседского щенка. Макгонагалл сорвалась с места. Умело лавируя между вскочившими с мест, шокированными учениками, она приблизилась к Паркинсон и взмахом палочки очистила ее лицо и одежду. Это, однако, не остановило истерику Панси, и профессор принялась успокаивать ее тихим, но строгим голосом. Гермиона вцепилась в спинку своего стула так, что ее пальцы побелели, и широко открытыми глазами уставилась туда, где только что лежали остатки хомяка, ее губы беззвучно открывались и закрывались. Дафна Гринграсс — соседка Паркинсон — тыльной стороной запястья пыталась убрать кровь с левой стороны лица и светлых волос, ее рука дрожала, но она не произнесла не звука. Малфой закрывал руками рот, Рон сзади Гарри ругался, Лаванда Браун плакала. — Я отведу мисс Паркинсон в больничное крыло, — сообщила Макгонагалл классу. — Новый урок начнется через двадцать минут, поэтому я попрошу тех, кто справился с заданием, остаться и вернуть хомяков в их исходное состояние. Вашим факультетам будут добавлены баллы. Она приобняла слизеринку за плечо, чтобы заставить ее идти, и это, видимо, послужило сигналом для остальных учеников. Дафна Гринграсс вскочила и кинулась вон из класса, зажимая рот рукой, за ней последовала Гермиона, а затем еще несколько человек — и девушки, и парни. Гарри остался и стал медленно собирать свои вещи: он хотел дождаться подругу. Рон позади него побросал в сумку свои тетради, сделал то же для Лаванды и умчался вслед за ней. Чуть ли не дрожащий Малфой тоже смылся из класса, проигнорировав просьбу Макгонагалл. Через десять минут в аудитории остался только Гарри. Он уже заскучал, когда дверь открылась, и показалась бледная Гермиона, в руках у которой была чужая мантия. За ней в класс протиснулась Дафна Гринграсс в узких брюках и белой шелковой рубашке, застегнутой на все пуговицы, ее волосы повисли по обеим сторонам головы мокрыми сосульками. — Ты случайно не знаешь заклинание для сушки волос? — спросила она. Гарри покачал головой. Видимо, Гермиона осталась, чтобы помочь Дафне привести себя в порядок. В конце концов, она ведь была старостой. — Ладно, — сказала Гермиона, бросая мантию на ближайшую парту. — Нам нужно превратить все шары, даже недоделанные, обратно в хомяков. Гарри, ты можешь помочь? — Я не знаю заклинание, — виновато развел руками он. — Я могу тебя научить, — вдруг предложила Дафна. — Гермиона, ты пока начни, у тебя все равно трансфигурация получается лучше, чем у нас обоих. Гарри удивленно кивнул. Гринграсс подошла ближе и принялась объяснять формулу; холодные капли воды капали с кончиков ее волос на парту, но Гарри ничего не сказал. Гермиона, тем временем, ткнула палочкой в ближайший мохнатый шар, скороговоркой пробормотав заклинание, и спустя секунду он превратился обратно в хомяка. Девушка отлеветировала его в клетку на преподавательском столе. Когда Гарри понял принцип, дело пошло быстрее. Они управились до начала занятия, и вернувшаяся Макгонагалл добавила им по двадцать дополнительных баллов. Гарри и Дафна вышли из класса вместе, так как Гермиона задержалась, чтобы уточнить что-то у профессора. Ожидавшая снаружи Луна — следующее занятие должно было быть у пятого курса, — улыбнулась им и мечтательно проговорила: — Знаешь, Гарри, ваши нарглы неплохо смотрятся вместе. Как думаешь, профессор Снейп это оценит? Проигнорировав ее слова — Лавгуд часто говорила странные и непонятные вещи, — Гарри кивнул ей в качестве приветствия, но не убавил шаг. — О, Мерлин! — Гринграсс вдруг остановилась. — Профессор Снейп! У нас же сейчас зельеварение! Они испуганно переглянулись и тут же сорвались с места; несмотря на неудобные туфли, Дафна почти не отставала от Гарри. Всем было известно, что профессор Снейп не переносит опаздывающих учеников. Гермиона догнала их у самого входа в подземелья, когда они перешли на шаг, чтобы немного передохнуть. — Подождите! — она, очевидно, задыхалась. — Дафна! — когда они, наконец, остановились, Гермиона прислонилась к стене, чтобы перевести дыхание. — Я спросила у профессора Макгонагалл, каким заклинанием можно высушить тебе волосы. Профессор Снейп просто не пустил бы тебя на урок в таком виде. Она подняла палочку и сделала несколько пассов в воздухе. Когда заклинание было закончено, и волосы Дафны легли на плечи сухими блестящими прядями, Гермиона скомандовала: — А теперь бегом в класс зельеварения! Они все-таки опоздали. Снейп, еще более злой, чем обычно, летучей мышью порхал по классу, снимая баллы с учеников. А ведь с начала урока прошло каких-то пять минут! — Где вы были? — рявкнул зельевар, когда троица появилась на пороге. — Простите, профессор, — Гермиона чуть выступила вперед. — На уроке трансфигурации произошел небольшой инцидент, и мы остались, чтобы помочь профессору Макгонагалл привести аудиторию в порядок. Вот, она просила вам это передать. Пока Гермиона пробиралась на другой конец класса, чтобы отдать Снейпу пергамент, на котором профессор трансфигурации кратко изложила случившееся, Гарри и Дафна как можно тише заняли ближайшую — и единственную — свободную парту, стараясь лишний раз не привлекать внимание зельевара. Так что когда Гермиона повернулась лицом к классу, отыскивая себе место, то невольно охнула от представившейся ей перспективы. — Садитесь, мисс Грейнджер, не тяните, — раздался сзади язвительный голос Снейпа. — Нет, не нужно вставать и уступать ей свое место. Будем считать это наказанием за опоздание. Я надеюсь, что вы оба будете вести себя достаточно профессионально. Смирившись, Гермиона медленно подошла к единственному свободному месту. Занятия по высшим зельям проходили в другом кабинете — не там, где они занимались пять курсов, — и парты здесь были длиннее и шире, чтобы удобнее было разделывать многочисленные ингредиенты, но в сумме их стало меньше. Драко Малфой отодвинулся от нее так далеко, как смог, нацепив на лицо самое брезгливое выражение лица. Вздохнув и помянув Бога, Дьявола, Мерлина и Моргану, Гермиона уселась рядом с ним с таким видом, как будто отправлялась на казнь. За эти три месяца она привыкла к спаррингам на уроках ЗОТИ: Гриффиндор почти всегда ставил их в пару, потому что недостаток предрасположенности к боевой магии, которая была, например, у Гарри, они восполняли общей сообразительностью и быстрой обучаемостью — но это был поединок! А сидеть вместе на зельеварении? Тем более изучаемое сегодня зелье нужно было готовить вдвоем. — Я надеюсь, вы помните, что сегодня вам предстоит командная работа, — словно читая ее мысли, продолжил свою речь Снейп. — Рецепт на доске, способы обработки ингредиентов мы записывали на прошлом уроке. У вас есть два часа, чтобы приготовить Вдохновляющий Эликсир. — Мне бы сейчас не помешало немного вдохновения, — пробормотала Гермиона, доставая из сумки тетрадь по зельям. — Так, Грейнджер, — Малфой развернулся к ней вполоборота. — Я не собираюсь портить свои оценки по зельям из-за тебя. — Как будто я собираюсь! — Тогда мы готовим это мерлиново зелье так быстро, как сможем, и убираемся отсюда, ясно? Гермиона кивнула, и они принялись за работу. Через час девушка поймала себя на мысли о том, что Малфой был намного более удобным напарником, чем Гарри, Рон или Невилл. Он знал зелья так же хорошо, как она, и ей не приходилось поправлять его или что-то ему объяснять. В первые полчаса они приготовили почти все ингредиенты — Малфой, нужно признать, разбирался в их обработке превосходно, — и теперь Гермиона помешивала длинной ложкой сиреневатый раствор — пять раз по часовой стрелке, четыре раза против, — пока слизеринец осторожно взвешивал толченные крылышки пикси. За все время они не произнесли ни слова. На другом конце класса Гарри размышлял примерно о том же самом. Дафна, в отличие от Гермионы, никуда не спешила, и терпеливо объясняла ему, где и как он ошибся. Оказалось, что она собирается стать целительницей, и поэтому девушка уже сейчас отлично разбиралась в травах и зельях. Она была, спокойной, собранной и даже немного холодной, отличаясь от всех тех, с кем Гарри общался раньше: все на факультете Годрика были громкими и шумными. После того, как Снейп забрал учебник Принца-полукровки, выдав вместо него обычный, оценки Гарри резко упали, и помощь Дафны была как нельзя кстати. — Держи нож под углом тридцать градусов, — сообщила слизеринка, отвлекая его от раздумий. — Да, вот так. Нам нужно добавить их через семь минут, режь быстрее, если можешь. — Ага, — пробурчал Гарри. Раньше он считал всех слизеринцев злыми, но теперь, проведя с этой вполне милой девушкой достаточно долгое время, ему пришлось поменять свое мнение. Он с интересом разглядывал свою напарницу. Дизайнерская мантия не скрывала хорошую фигуру, а на фоне светлых, почти белых волос большие голубые глаза казались особенно яркими. Гарри ни с кем не встречался после неудачи с Чжоу в том году. Джинни в последнее время, кажется, совсем забыла о нем и встречалась с Дином. — Ты сегодня очень хорошо выглядишь, — решившись, негромко проговорил он. Ухаживание за девушками никогда не было его сильной стороной. — Спасибо, — Дафна улыбнулась. — Знаешь, эти очки смотрятся намного лучше предыдущих. Гарри нервно поправил оправу, стараясь не покраснеть. — Слушай, может быть, ты согласишься завтра пойти со мной в Хогсмид? Дафна надолго задумалась. — Хорошо, — наконец произнесла она. — Когда и где встретимся? — Давай в четыре около Трех Метел. Тебе удобно? Дафна кивнула, и они вернулись к приготовлению зелья. Тем временем Гермиона и Драко уже заканчивали эликсир. Малфой еще несколько раз помешал посветлевший серебристый напиток, проверяя его консистенцию, и потом аккуратно перелил немного во флакон. Гермиона в это время осторожно вписала их фамилии на мелкий листочек пергамента. — Давай сюда, — Малфой забрал пергамент из ее рук и отправился сдавать зелье. Гермиона в это время погасила под котлом огонь и начала убирать стол. Вернувшись, слизеринец помог ей, и буквально через пять минут мигом собравшая сумку Гермиона выскочила за дверь. Посмотрев на часы, она ахнула: они закончили задание на полчаса раньше положенного. — Грейнджер! — догнал ее на повороте голос Малфоя. — Грейнджер, да остановись ты, куда ты так несешься? — Чего тебе? — девушка развернулась и остановилась, хмуро глядя на приближающегося слизеринца. — У меня к тебе деловое предложение. Давай всегда готовить зелья вместе. Нам обоим будет так удобнее, быстрее, и мы всегда будем получать хорошие оценки. — Неужели? — Ты считаешься лучшей ученицей курса, а я, знаешь ли, разбираюсь в зельях получше разгильдяя-Поттера или этого ущербного Уизли. — Хватит говорить гадости! — Я констатирую факт, — Малфой закатил глаза. — Поттер ничего не делает на уроках, а Уизли без твоей помощи наверняка перепутал бы конец и начало собственной палочки. И не думай о себе слишком высоко, ты все еще нечистокровная выскочка, которая… — Прекрасно, Малфой! — вспылила Гермиона. — Сначала просишь меня помочь, а потом оскорбляешь! Найди себе другого напарника! После этих слов она стремительно развернулась и умчалась прочь из подземелий, а Драко в который раз проклял свой длинный язык. Это на первых курсах он был одержим идеей чистоты крови, сейчас же он все больше начинал походить на расчетливого отца. Правда, детские привычки никуда не делись. — Ну и что мне теперь делать? — спросил он сам у себя. — Дафна, вон, спелась с Поттером, уверен, он уж в нее вцепится, как клещ. Дафна в это же время высыпала в котел последний ингредиент. — Теперь нужно помешивать зелье против часовой стрелки четыре минуты, и готово. Я пока приведу парту в порядок. Гарри меланхолично наблюдал, как она проплывает по классу туда-сюда, расставляя на места ножи, ложки, весы и прочие приспособления. Зелье тем временем начало светлеть, приобретая серебряный отлив, и уже через пару минут Вдохновляющий Эликсир был готов. — Удивительно, — Гарри чуть не подскочил от голоса Снейпа, раздавшегося прямо над ухом. — Неужели вы, мистер Поттер, наконец ничего не напутали в зелье? Вернувшаяся Дафна подавила улыбку и помахала в воздухе флаконом. — Сейчас сдадим зелье, уберем котел и можем идти. — Ты так хорошо объясняешь, — выдохнул Гарри, наполняя флакон. — Может быть будем всегда так сидеть? — Посмотрим, — блондинка повесила сумку на плечо, взяла из его рук флакон и отправилась к профессорскому столу. Урок уже заканчивался. Ученики потянулись сдавать зелья. Мало у кого эликсир получился хотя бы вполовину так хорошо, как у Драко с Гермионой, но было, как ядовито заметил Снейп, целых четыре напитка, которые никого бы не отравили. Выйдя из класса вместе с однокурсниками, Гарри привычно поискал глазами Рона. Ему хотелось кому-то рассказать о завтрашнем свидании. Хотя пару дней назад Гермиона окончательно разругалась с Уизли, и даже послала ему вслед какое-то особо изощренное заклинание, Рон все еще оставался его единственный другом. Хотя, как начал неохотно замечать сам Гарри, их интересы все больше разнились: сам Гарри теперь думал о занятиях с Годриком и поиске крестражей, которым взрослые занимались без их участия, а Рон, как и раньше, болтал только о Лаванде, квиддиче и еде. — Ну ты как? — ладонь Уизли неожиданно легла Гарри на плечо. — Ты остался помогать с трансфигурацией, да? У меня она никогда не получалась. — Ага, мы целых десять минут превращали мохнатые шарики в хомяков. Макгонагалл дала нам по двадцать баллов. — Неплохо. — Как прошло зельеварение? У вас получился эликсир? — Куда там, — Рон махнул рукой. — Какая-то синеватая бурда. Надеюсь, Снейп не поставит мне снова тролль, а то мои оценки и так хуже некуда. Не понимаю, зачем только Макгонагалл уговорила нас ходить к нему на занятия в этом году? — Ну, мы же хотим стать аврорами. — Только это и спасает. А ты как? Я видел, — рыжий понизил голос, — что ты сидел с этой слизеринкой. Наверняка с ней было невозможно работать, правда? Это ведь Слизерин, там учатся только мерзкие снобы вроде Малфоя. Гарри разочарованно вздохнул. Было ясно, что рассказывать Рону о походе в Три Метлы не стоит. — Все нормально, — пробормотал он, поправляя очки. — Слушай, мне нужно в библиотеку, проверить кое-что. Так что извини. Увидимся за ужином, да? Кивнув на прощание Рону, он поплелся прочь. До вечера было далеко, Гермиона куда-то умчалась еще до того, как они с Дафной закончили эликсир, и Гарри чувствовал себя удивительно одиноким.