Дорога в тысячу миль

«Как ты?» «Проснулся, собираюсь на тренировку. А ты как?» «Тоже. Извини, вчера лег спать рано» «А меня вчера Кацуки выгуливал, расспрашивал» «Про нас?» «Не, вообще, откуда я такой взялся. Зовет на выходных гулять с ними» «Пойди, конечно, если у тебя тренировки нет» «Я бы лучше с тобой пошел» «Я бы тоже» Юра вздохнул, отправил ему картинку с пандой, взял щетку. За стеной тихо переговаривались Фельцман с Лилией. Может, подслушать? А может, его не касается? Собрав хвост, он вышел в гостиную. — Доброе утро. — Доброе утро, — кивнул ему Фельцман. Лилия расправила юбку, отвернулась к окну. — Я хотел с вами посоветоваться, — через силу начал Юра. — О чем? — устало спросил Фельцман. — Ну… просто не всем можно соврать, что я самоучка. Я не знаю, что говорить, когда спрашивают. Я пока молчу, но когда-нибудь ведь невозможно будет промолчать. Лилия посмотрела на Фельцмана как-то злорадно. Тот потер переносицу. — Скажи, что ходил нерегулярно заниматься где-нибудь в Подмосковье. Там я тебя заметил и какое-то время натаскивал, прежде чем явить миру. — Хорошо. А я могу сказать Кацуки правду? — Что?! Кацуки?! — Ну да, — Юра вспыхнул, — он меня вчера чуть не расколол! Вы знали, что он как Шерлок Холмс? По ногам чуть ли не стаж тренировок вычислил! Лилия и Фельцман переглянулись. Опять эта телепатия. Да они могут сколько угодно трепаться про развод — вот так друг на друга только парочки смотрят. — Кацуки хоть никому не расскажет, если я попрошу, — добавил аргумент Юра. — Ты так хорошо его знаешь? — Знаю. — У вас может быть совершенно другой Кацуки. Нет. Ты никому не говоришь про параллельные миры. Еще не хватало, чтобы тебя увезли на неотложке. — Угу, — Юра потеребил кисть скатерти, получил от Лилии по рукам, — извините. Ну спросить-то стоило. В том, что согласовать версии было необходимо, он убедился, уже выходя на каток из раздевалки. На трибуне сидел какой-то мужик из национальной федерации. Его имени Юра так навскидку не помнил, зато в лицо знал очень хорошо. Не факт, что он тут находится ради него, но все равно стоит удавиться, но показать класс. Чтобы заметили. Чтобы убедились. Может, это они с Лилией и обсуждали с утра? Стоит ли сообщать подопечным заранее о высоком госте? Ха, высокие гости. Первые в его жизни, что ли? Он выступал на международных соревнованиях, и однажды ему даже пожимал руку целый президент. Юра собрался с духом и принялся думать о хорошем. Если заявить о себе, есть шанс попасть на Олимпиаду. Маленький, но есть. Он почти не переживал. Уж из юниоров он точно сделает борщ. А чего-то более впечатляющего от него и не ждут. Ну и пусть не ждут. А он все равно покажет! Нельзя сказать, что отгрохать шоу вместо тренировки было легко. Уже через час выбившиеся из хвоста волосы прилипли к щекам. Юра подъехал к бортику попить, и Фельцман жестом подозвал его. Юра нацепил чехлы, аккуратно поставил бутылку на место и вылез. Чиновник стоял рядом с Фельцманом, его рожей тоже можно было забивать гвозди, и Юра запасся самообладанием. — Здрасте, — сказал он чиновнику. — Здравствуй. Яков Семенович, разрешите поговорить наедине. Фельцман молча кивнул, пошел строить подопечных. Юра вопросительно смотрел на чиновника, сложив руки за спиной. — Не будем ходить вокруг да около. Я читал твое личное дело, но Яков Семенович за тебя ручался. Он сделал паузу и, не дождавшись внятного ответа от Юры, продолжил: — Твое катание мне понравилось, не буду скрывать. Надеюсь, ты достаточно повзрослел, чтобы понимать, что твоя дальнейшая судьба зависит только от тебя. Начинается. Юра впился ногтями в собственное запястье, чтобы не разораться. Только от него, ага. Да от кого угодно сейчас его судьба зависит. От таких лощеных типов прежде всего. — Да, понимаю, — кашлянув, сказал он. — В виде исключения мы допустим тебя до Чемпионата России. Сумеешь отличиться — будет тебе место в сборной. Не сумеешь — не обессудь. — Да. Я понимаю, — повторил Юра, пытаясь осознать услышанное. Ни хрена ж себе Фельцман их додавил. Еще раз кашлянув, он добавил, — спасибо. Почему-то ощущалась не радость, а огромная усталость. Будто на него вывалили кузов щебня. Чиновник рассуждал про честь страны, Юра машинально кивал. Неужели получится? Неужели? Вечером он закрылся в выделенной ему комнате, растянулся на кровати, не раздеваясь. Дедушка порадуется. Отабек тоже. Они оба порадуются — по разным причинам. Кому звонить в первую очередь? — Привет. — Привет, — на фоне что-то шипело, гневно мяукала кошка. — Ты жаришь яичницу с ливерной колбасой, — ностальгически определил Юра. — Да, верно. Как у тебя дела? — Спасибо, дедушка, нормально, тренируюсь. — Получается? Ты справляешься там? — Скоро посмотрим. Скоро будет Кубок России. Мне… разрешили сегодня… к соревнованиям допустили. Я очень хочу, чтобы мне достался московский этап. Тогда ты сам бы мог посмотреть. Я бы достал тебе билет. А лучшие участники Кубка попадают на Чемпионат России. Ты будешь за меня болеть? — Конечно. Я очень рад, что ты не бездельничаешь. Бедный дедушка. Как ему мало для радости требуется. Юра облизнул губы, шмыгнул носом. — Спасибо. — Ты там хорошо питаешься? Может быть, я переведу тебе денег? — Дедушка… — обкусывать его пенсию? Никогда! Ага, а так ты оседлал шею Лилии. — Я уже пожил, мне много не надо… — Дедушка, прекрати, — перебил его Юра, — я выкручусь. И как-нибудь расплачусь со всеми сам. Спасибо. Хоть бы и правда попасть на соревнование в Москву.