Магия вместо льда

Юри стало хуже… Стоило перед ним промелькнуть фигуре Виктора и он просто сходил с ума. Сбегал, спотыкаясь об собственные ноги, пересчитывая все углы, краснел и терял любую способность к чёткой речи. С этим нужно было что-то делать… — Юри, — парень нервно обернулся, с облегчением вздохнул, заметив своих друзей. — Да забудь ты, что было! — Гарри и малейшего понятия не имел, как успокоить разыгравшиеся нервишки Кацуки. — Все хорошо, — и криво улыбнулся. — Юри! — Кацуки застыл изваянием, стоило Кристоффу тяжёлой тушей опереться ему на плечи. — Может повторим? — и подмигнул. — Это плохо, — Пхичит лишь покачал головой, отмечая сильно побледневшее лицо друга и слабую дрожь. — Хватит! Идём, — Поттеру все это сильно надоело. Нужно привести друга в норму — чем он и собирался заняться в ближайшее время.

***

Квиддичное поле встретило их лёгким ветром на фоне серого, мутного неба. Тренировок среди факультетов не намечалось, а значит они спокойно могли полетать без сопровождения чужих глаз. Юри все ещё нервничал. Многие так и норовили поговорить с ним, напомнить о недавних событиях, заставляя Кацуки покрывается краской стыда. — Проффесор Окукава. Гарри издалека привлек внимание своей едва ли не самой любимой учительницы. Женщина всегда помогала, поддерживала, воскрешала боевой настрой и никогда не отговаривала никого от полётов в небе. Никогда не разделяла учеников на категории, на гениев или неудачников. Даже ночью могла впустить на поле, с наслаждением наблюдая чужой полёт. Она обожала квиддич, любила детей, даже когда те были непослушными. Обращалась со всеми как с друзьями и всегда прикрывала от гнева других учителей. Вот и сейчас — увидев юношей, она лишь улыбнулась. Искристый шоколадный взгляд смотрел с теплотой, каштановые волосы, что раньше достигали плеча, были собраны в высокий хвост. Тонкое, стройное тело не раз привлекало к себе взгляды юношей. — Сколько раз повторять? Зови меня Минако! — женщина сначала грозно взглянула на своих учеников, но тут же улыбнулась. — Хочешь полетать? — Да, — Гарри улыбнулся в ответ. Сейчас, когда парни подошли ближе, под левым глазом Минако стала заметна небольшая родинка. — Можно? — Конечно. Юри! — Окукава сделала резкое движение вперёд и смачно хлопнула Кацуки по щекам. — Ты чего так долго не появлялся? Вижу, хотя бы в хорошей форме пришёл. — Да, — юноша стал нервно поправлять свои очки. — Вперёд за метлами, — и парни тут же рванули, не собираясь спорить. Ветер ласкал волшебников, принимал в свои объятия, позволяя метлам разрезать воздух на своём пути. Они летали, наслаждаясь дарованной свободой, медленно парили в небе, направляя взгляд ввысь. Юри почувствовал, что ему явно становится лучше. Полёт дарил безграничное чувство свободы. Все проблемы, глупые мысли и собственные недостатки смывало этими потоками ветра. И Кацуки чувствовал лёгкость, заигравшую в сердце родной мелодией. Ему стало так хорошо… — Ну как? Стало лучше? — Гарри пролетел рядом, совершая довольно опасный вираж, на губах его сияла довольная улыбка. — Да, — Юри был искренне благодарен за помощь, беспокойство и за эти моменты счастья. — Вы и правда обожаете полёты, — Пхичит смотрел на мир сквозь стекло объектива. Он любил ловить подобные моменты, отображающие часть внутреннего мира человека. — А ты фотографировать, — Поттер подлетел к другу и взлохматил его чёрные пряди волос. Смуглая кожа явно контрастировал с бледной кожей гриффиндорца. Но смотрелось… Гармонично. — Мальчики, — Минако, что с некой нежностью наблюдала за парнями, размахивала руками, призывая учеников подлететь ниже. В руках она держала небольшую коробочку. — Да? — Не хотите сыграть? — слегка открыв крышку, женщина указала на золотистый шар, что стал медленно расправляться свои тонкие крылышки. — Но, я… — Юри тут же занервничал, стесняясь своей неуклюжести. — Ты отлично летаешь, — Поттер похлопал друга по плечу, уверенно смотря своими изумрудными глазами. — Согласен. Играем, — Пхичит светится радостью — он обожал всякое веселье. — Тогда… Вперёд, — Минако полностью открыла шкатулку, выпуская на свободу снитч. Ребята летали за крохотным мячиком, кружась в танце с воздухом, весело смеясь, когда снитч буквально в последнюю секунду сбегал от них. Они просто летели, играли, создавали совместные воспоминания. Не сражались за первенство, не хотели победы, просто веселились. Они ещё долго летали, уже не раз вылавливая проворный снитч. Тело приятно ныло от усталости, а в мыслях была необычная лёгкость. — Спускайтесь. Устали небось? — женщина выглядела не менее счастливой, словно Минако летала вместе с ними. — Мне понравилось. Было красиво. Приходите ещё, а то мне совсем скучно. — Конечно, — ребята были уверены, что ещё не раз повторят сегодняшний день. Они сильно устали, поэтому не заметили внимательный взгляд, направленный на них. Изучающий.

***

Гарри шёл с Роном и Гермионой в сторону подземелий. Очередной урок зельеварения во главе со Снейпом. Поттер надеялся, что отец не успел поссориться с деканом Слизерина, ведь свою злость мужчина срывал как раз на нем. — Гарри, ты меня слушаешь? — Гермиона с некой досадой смотрела на своего друга. — А? — как обычно, он прослушал причитания Грейнджер, что повторялись изо дня в день, отличаясь лишь крошечными деталями. — Я говорила тебе о том, что стоит задуматься об учёбе. В следующем году нас ожидает сдача ЖАБА. К тому же, — девушка покачала головой, от чего волнистый каскад её волос всколыхнулся. — Преподаватели делают замечания — ты слишком много времени проводишь за столом Пуффендуя. — Но… — какое им было до него дело? — Я знаю. И ничего против не имею. Но… Ты часть Гриффиндора. Хоть иногда появляйся и за нашим столом, — Герми взлохматила непослушные волосы. — Но я не обязан всегда сидеть с вами? — Конечно нет, дружище, — Рон хлопнул друга по плечу. — Но и о нас не забывай. А то ты скоро только на него реагировать и будешь. — Неправда! — Поттер чувствовал, что краснеет. — Вам так нравится об этом вспоминать? — Ага, — Грейнджер довольно улыбнулась, а потом вдруг остановилась. — Кстати, они впереди. — Э? — обернулся он, пожалуй, слишком резко. — Иди, иди, а то ещё с ума сойдешь, — карие глаза сияли золотистыми искорками смеха. — Да-да, мы все понимаем, — рыжеволосый пытался придать себе серьёзное выражение лица, но улыбка так и дрожала на тонких губах. — Вы… — но слова так и не с летели с губ. — Гарри! — пуффендуйцы махали ему руками, зовя к себе. — Я пойду, — щеки покрывались румянцем под насмешливыми взглядами друзей. — Удачи, — только и послышались ему вдогонку. — Ты почему такой красный? — ребята обеспокоенно взглянула на него. — Не заболел? — Пхичит мягко коснулся лба, проверяя температуру. — Вроде нет. Так что случилось? — Ничего, идём? — хотелось поскорее перевести тему разговора. — Идём. Уже почти дойдя до нужного кабинета, они почуяли тошнотворный запах. Семикурсники вываливались из комнаты, зажимая носы, хоть немного пытаясь спастись от этой ужасной вони. — Что?.. — но Гарри тут же умолк, стоило глотнуть воздуха. — Откуда эта вонь? — Юри отошёл назад, ближе к чистому воздуху. — Виктор постарался, — Кристофф подошёл поближе к ним, его волосы, их светлая часть, окрасились в ядовито-зеленый и лишь коротко стриженные волоски так и остались чёрными. — Э? — образ Никифорова никак не связался с неудачей. Кацуки и представить не мог себе подобное сочетание слов. — Вот всегда он учудит, — Сара выделялась среди остальных семикурсниц своей смуглой, обласканой солнцем кожей, длинными чёрными волосами, каскадом опадающими на плечи и тёмными, отливающими фиолетовыми каплями, глазами. — Значит, гении тоже имеют недостатки? — Юри не смог сдержать этих слов, тут же получив пару удивленный взглядов. — Конечно. Он же просто человек. — Да. Если бы я использовал всю силу — я бы победил, — Кристофф тут же распрямил плечи, словно пытаясь показать всю свою силу. — Размечтался, — Мишель сильно отличался от своей сестры, хоть они и были близнецами. Кожа была на тон светлее, короткие каштановые волосы и медовые глаза, наполненные безграничной любовью к сестре. — Мистер Никифоров! После занятий ко мне в кабинет! — из-за двери показалось угрюмое лицо зельевара. — Шестикурсники — на сегодня занятие отменяется. — Это отличная новость, — радостно воскликнул Гарри. — Можно отдохнуть, — Пхичит тут же потянулся к своей сумке с излюбленным приспособлением техники. А Юри чувствовал, как небольшой камень, давящий на грудь исчез, позволив вздохнуть больше воздуха. Для него это было чем-то невероятным. Он чувствовал как граница между ним и Виктором медленно расплывалась.

***

Ребята спокойно шли, перекидываясь словами, обсуждая пройденный день и непонятные каждому моменты. Уже было время ужина, и они как раз направлялись в Большой зал. Рон с Гермионой ушли вперёд, исполнять свои обязанности старост. И все было хорошо. Даже слишком. Юри, не заметивший лежащей на полу деревянной коробочки, явно потерянную кем-то из учеников, споткнулся об неё и тут же полетел вниз. Кацуки уже готовился к встрече с твердой поверхностью, но почувствовал лишь мягкость чужого тела. Не выдержав вес пуффендуйца, человек накренился вперёд и вот уже они вдвоём скатываются с лестницы, чувствуя твердость камня, впивающегося в тела острой болью. Лишь почувствовав спиной гладкую поверхность пола, Кацуки осмелился открыть глаза. И тут же пожелал закрыть их обратно. На нем лежал никто иной как Драко Малфой — один из самых злопамятных слизеринцев. — Ты!.. — серебристые глаза вспыхнули неистовой злостью, руки сжались в кулаки. — Что ты натворил?! — только после этого Юри присмотрелся к зажатой руке блондина — из неё торчал обломанный край волшебной палочки. И почему ему всегда так везло? — Да я… — Перестань, — тонкая, даже несколько хрупкая рука без проблем подняла Малфоя, поставив того на ноги. — Для начала нужно было слезть с него. — Моя палочка! — Драко был в бешенстве. — Дуэль, — светловолосый тут же обернулся ко все ещё лежащему пуффендуйцу. — И как ты собираешься сражаться? — Мила тяжело вздохнула с недовольством поглядывая на однокурсника сапфирами глаз. Её окружали одни дети. — Я… — Кацуки буквально чувствовал тёмные замыслы слизеринца, направленные в его сторону. — Юри! Ты как? — Гарри с Пхичитом тут же подлетели, ощупывая его на предмет сломанных конечностей. — Я не закончил! Дуэль, — отказываться от этой идеи, Драко, видимо, не собирался. — С ума сошёл? Никаких дуэлей. Вам нужно в лазарет, — Поттер встал перед слизеринцем, не менее уверенно сверкая своими изумрудными глазами, пока Чуланонт помогал другу встать. — Нет! Мы… — Хватит, — Юрий появился неожиданно, рядом с ним, с совершенно непроницаемым лицом, стоял Отабек. — Успокойся, — Плисецкий взмахнул рукой, останавливая поток слов. — Я сражусь на дуэли вместо тебя. Сегодня вечером, — и насмешливо взглянул на стоящего напротив Кацуки. — Или струсил, свиная котлета? — Ладно, — собравшиеся вокруг ученики удивленно перешептывались, не ожидая такого ответа. — Что здесь происходит? — Лили Поттер с угрозой смотрела на разгорающийся конфликт. — Дуэль, — ни один из парней не собирался отказываться от своих слов. — Мистер Кацуки? — женщина ожидала благоразумия хотя бы от одной из сторон. — Я согласен, — Юри почувствовал боль в боку — это Пхичит ткнул своего друга локтем. — Через час в Большом зале, найдите себе секундантов, — и ушла, бормоча что-то о горячей крови и отсутствии ума. — Победа будет за мной, — это не звучало как угроза или насмешка — просто констатация факта. — Идём, — Плисецкий ушёл, за ним подтянулись и остальные. — Что ты творишь?! — Гарри едва ли не шипел. — Все будет хорошо, — Кацуки опустил голову, чувствуя себя виноватым. — Да ты!.. — Гарри, — Пхичит тут же закинул свою руку на чужие плечи, — успокойся. Все будет хорошо. — Издеваетесь? — но гнев слегка поутих. — И что вы собираетесь делать? — пуффендуйцы лишь пожали плечами.

***

В назначенное время все собрались в Большом зале, что сильно изменился. Посреди зала стояли сложенные столы, образуя возвышение, укрытое темно-красной тканью. По сторонам от него уже стояли ученики, ожидая первую за долгое время дуэль. Учителя тоже присутствовали, рассеялись в одном из углов огромного зала. Волнение медленно растекалось по телу, но сбегать было уже поздно. На одной стороне стояли слизеринцы. Юри радовался, что директора не было пока в школе — он бы точно этого не одобрил, прочитав целую лекцию по поводу последствий столь глупых действий. А ещё точно закормил бы лимонными дольками. — Пришёл? Я уж думал ты наконец осознал свою никчемность, — Кацуки с трепетом посмотрел на Виктора, но тот не удостоил его и взглядом. — Начинаем, — громкий голос миссис Поттер раздался под сводами огромного зала. — Становитесь. Юри и Плисецкий встали по оба конца возвышенной конструкции. Лёгкий поклон и вот они уже направляют свои волшебные палочки друг на друга. Пуффендуец чувствует неимоверное давление — почти никто не верит в его победу, ведь Юрий был пятым по силе в стенах Хогвартса. — Начинайте. — Экспеллиармус! — Юрий не стал долго ждать, но заклинание прошло мимо. — Остолбеней! — Кацуки тоже не желал проиграть в самом начале пути. Ни за что. Они обменивались вспышками магии, уклоняясь. Ни один не желал уступать. Хотелось выиграть, показать свою силу, чтобы все сумели её оценить. — Экспульсо! — Плисецкий понимал, что это может сильно ранить противника, но ему надоела эта игра в кошки-мышки. Иначе бой затянется надолго. — Протего! — Юри удалось отразить атаку, отскочившую от щита горячим воздухом. Но его успело слегка задеть, опалив левую руку. — Экспеллиармус! — снова мимо. — Коньюктивитус! * — яркая вспышка света в буквальном смысле ослепила пуффендуйца. Перед глазами все померкло. — Левикорпус! — неведомая сила подняла Кацуки вверх, лишая опоры и последней возможности победить. Юноша чувствовал ликование всех, не нужно было видеть их лиц, чтобы знать. Зрение возвращалось медленно, частями. Юри уже почти принял свой проигрыш, но что-то внутри воспротивилось этому. Он не хотел проигрывать, не хотел уступать. Победить, перестать быть никчемным, взять под контроль эту силу — вот чего он и правда хотел. Остро, на грани, всепоглощающе… Эти желания терзали его изнутри. — Баубиллиус! ** — вспыхнувшая белым светом молния отвлекла слизеринца, не ожидавшего подобного. Заклинание было прервано и Юри смачно упал на пол, отбив себе последние нетронутые места. Но времени на жалость к себе не осталось. Юноша резко встал. — Остолбеней! — заклинание в который раз не достигло цели. — Инкарцеро! — веревки, тяжелыми путами сдали ноги Кацуки, сковывая движения. — Сэкшион! *** — взмах палочки и путы разрезанными кусками опадают на землю. Слизеринец удивленно смотрит на него. — Вердимилиус! **** — поток сильного зелёного цвета полетел прямо в светловолосого. — Протего! — но было уже поздно. Заклинание поразило цель, отбросив Юрия. Плисецкий упал, почувствовав лопатками твердую поверхность дерева. — Остолбеней! — и вот он — завершающий удар. И тишина. Все молчали, не в силах переселить свое удивление. Юри же стоял, чувствуя как успокаивается бурлящая до этого кровь, а сердце медленно замедляет свой бешенный стук. Перед ним, не в силах пока двинуть и пальцем, лежит его противник. Лишь бирюзовые глаза пылают злостью. — Победил Кацуки Юри, — Лили Поттер оказалась рядом с победителем, похлопав того по плечу и помогла подняться слизеринцу. — Надеюсь, больше никаких дуэлей? — Не могу ничего обещать, — блондин тут же получил смачный подзатыльник. — Кхе, кхе… — неожиданно Юрий почувствовал обжигающий огонь, поселившийся в горле, вызывающий своим присутствием кашель. Но стоило отодвинуть руки от лица, как Плисецкий застыл, с неверием уставившись на, покрытые небольшими пятнами крови, руки. Переведя взгляд на соперника, он увидел ужас, застывший в карих глазах и безграничную боль. — Юри? — Пхичит осторожно подошёл к нему, едва схватив за ткань на локте. — Я пойду, — не думая, не желая думать, он рванул, прорываясь сквозь плотную стену из учеников. Все поздравляли с победой, но радости на лице не было. — Юри! — голос друга звучал издалека, но он не хотел оборачиваться. Ему не нужно видеть лицо Пхичита, чтобы вспомнить…