ВОТ ТЕБЕ БАБУШКА И ПЕРДЮВМОНОКЛЬ...

Генри с утра молчалив и хмур, не смотрит на мать. Эмма слегка озадачена и спрашивает у сына: — Что с тобой, милый? — Я хочу познакомиться с родным отцом! Эмма вздыхает и приглаживает Генри чёлку: — А если он за эти годы стал настоящим криминальным авторитетом, боссом мафии? Генри замечает, как Эмма косится на пёструю брошюрку, которая лежит на кофейном столике — очередные приключения Бэтмэна: — Как Джокер? — Или Пингвин. — Эмма ехидно улыбается. — Я не очень люблю комиксы, но часто ходила в кино, когда училась в колледже. С твоей тётей Лилит вместе. Так что я помню многих киноврагов Человека-Летучей Мыши. Но серьёзно — что мы будем делать, если Нил таки окажется крупным криминальным авторитетом и захочет сделать из тебя наследника своей империи? Генри пожимает плечами и ехидно улыбается: — Попросишь о помощи тётю Мэл. Или Голубую Фею и они превратят Нила во что-то более полезное в хозяйстве. — Ну-ну… … — Я начинаю думать, что это неплохая идея, — говорит Эмма, — узнать как там биологический отец Генри поживает — или не поживает. Будет малоприятно, если он реально окажется связан с криминалом и свалится нам всем внезапно на голову. Лучше знать заранее, побеспокоиться обо всём, приготовиться к возможным неприятностям. Малефисент задумчиво качает головой: — У тебя осталось что-нибудь от Нила, Эмма? Так сказать, на добрую память. Фотографии, к примеру? Эмма виновато разводит руками: — Я практически всё уничтожила, что было связано с Нилом — глупо, конечно, но я не хотела оставлять у себя вещи, которые будут напоминать о нём. Но… Эмма опускает на стол перед ведьмой небольшой кулон на цепочке. — Всё, что от него осталось. Как напоминание, что не стоит так слепо доверять людям. Его последний подарок. Мэл удовлетворённо кивает: — Отлично. Теперь мне нужно взять у тебя и Генри по несколько капель крови. — Для чего? — хмурится Эмма. — Для зелья. Думаю, что Регина повторяла тебе это и неоднократно, что многие сложные зелья и могущественные заклинания связаны с кровью. Особенно, когда необходимо на кого-то воздействовать или найти пропавшего где-то в этом мире, призвать его. — Хорошо… На приготовление зелья уходит пара дней. Всё семейство собралось в гостиной особняка. Лилит тоже присутствует. И Генри. Малефисент выливает зелье в глубокую чашу, опускает в неё кулон, медленно произносит заклинание, ждёт несколько минут — наступает почти замогильная тишина, вытягивает кулон за цепочку и украшение ложится Эмме в ладонь. — Сожми руку, — строго приказывает Малефисент. Эмма тихо шипит сквозь зубы — кулон словно продержали несколько часов на сухом льду. — Терпи. И вспоминай — Нила, самые светлые моменты связанные с ним, как вы познакомились и помни, что твоё самое главное желание сейчас — найти Нила. Направь все мысли на это. Сосредоточься. Больше ни о чём не думай — только о том, как найти Нила. Остальное не важно. Ты стрела. Он — твоя цель. Это похоже на медитацию. Не сразу, но Эмме удаётся отрешиться от всего — она закрыла глаза, забыла о кулоне, который буквально прожигал ледяным холодом ладонь насквозь, забыла о своей обиде на внезапно исчезнувшего возлюбленного, на то, в каком была отчаянии и растерянности первые дни, как только узнала, что ждёт ребёнка… — Он в Нью Йорке, — Эмма открывает глаза. Она сама не понимает как, но теперь знает где сейчас Нил так, словно помнила об этом всегда. Словно был небольшой провал в памяти, а Малефисент помогла его заполнить. — Спасибо. — Я поеду с тобой, мама? — Генри заискивающе заглядывает матери в глаза. Та фыркает: — Между прочим у тебя на завтра назначена важная контрольная по математике, молодой человек. И мне надо будет выбрать время — так что не надейся. Я поеду в Нью Йорк на следующей неделе. Эмма разжимает ладонь — никаких следов на коже от обжигающего холода, кулон опять стал тёплым, нормальной комнатной температуры и Эмма надевает цепочку с кулоном на шею. Малефисент укоризненно качает головой: — Ты собираешься лететь самолётом, когда можешь просто перенестись? — Я ещё не привыкла… — разводит руками Эмма. — Привыкай к тому, — строго говорит Малефисент, — что ты могущественный маг и должна постоянно тренироваться. Нил открыл дверь в квартиру и сразу насторожился — незнакомый запах. Духи. Женские. Поэтому в гостиную входил очень осторожно, почти на цыпочках. Никого. — Привет, дорогуша, — Эмма стояла на пороге кухни, — а ты, как я посмотрю, неплохо устроился… Хороший район. — Как… Как ты вошла? — Нил нервно сглотнул. — Через дверь, — пожала Эмма плечами, — а что? — Врёшь, — Нил немного расслабился, — может ты и способна поймать другого на лжи, но сама лгать не умеешь. На это нужен особый талант. — Какая тебе то разница? — Эмма усаживается на диван. — Может объяснишь почему ты так внезапно исчез? Ни здрасте, ни до свидания. Всё у нас было просто прекрасно и вдруг… Даже записки с извинениями не черкнул — ну типа: «Прости, дорогая, я должен срочно залечь на дно. Фараоны встали на мой след. Чмоки-чмоки. Увидимся.» — Ты смотришь слишком много дурацких детективов, дорогая, — Нил уселся в кресло — вроде расслабился, но всё равно настороже, — но мне действительно пришлось залечь на дно… — Это он? — Генри стоит, засунув руки в карманы курточки, и сердито смотрит на отца. Эмма застыла с открытым ртом: — Как?! — Я таки твой сын, — ехидно ухмыляется Генри, — и кое-что от тебя унаследовал. Магию. Не беспокойся — уроки я уже сделал. Покажешь мне Нью Йорк? — Кто это? — недоумённо хмурится Нил. Эмма не успевает ответить. — Твой сын, папочка, — Генри отвешивает церемонный поклон отцу удивительно напоминая при этом… мистера Голда. — Как… как это? — Нил начал заикаться. Эмма презрительно фыркает: — Ты не знал, что от ЭТОГО дети бывают? — Даже я знаю, — сообщает Генри и Эмма слегка краснеет. — То есть? — Нил ещё не пришёл в себя. Эмма тяжело вздыхает: — Ты просто исчез. Я тогда ещё ничего не знала. С Генри мои матери помогли и Бабуля. — Нам надо поговорить, — решительно объявляет Нил. Генри улыбается: — Так ты покажешь мне Нью Йорк, папочка? Эмма утомлённо закатывает глаза. — Тебя подбросить до аэропорта? — спрашивает Нил. Уже поздний вечер. Генри клюёт носом в кресле перед телевизором. — Я сюда не на самолёте прилетела, — ухмыляется Эмма. Генри складывает купленные в Нью Йорке книжки комиксов в сумку и встаёт рядом с матерью. — То есть? — хмурится Нил, — поясни. — Перенеслась, — Эмма внимательно смотрит Нилу в лицо, — ты не выглядишь удивлённым. Уже знаком с магией? — Знаком, — вздыхает Нил, — и довольно близко. — Бабушки тоже очень хотели бы с тобой кое о чём перетереть, папочка, — говорит Генри. — Хорошо, — разводит руками Нил, только сумку соберу… — У Бабули есть гостиница, — все трое стоят на площади напротив входа в кафе. — А завтра с утра… — Хорошо, — обречённо кивает Нил, — встретимся и поговорим. — Думаю, что потом нам всем придётся посетить нашего Арчи, — Эмма достаёт визитку, — он наш местный психотерапевт. Поможет советом. — ОК, — Нил широко зевает, — пойду устраиваться на ночлег…