Дьявол в теле.

День 12…

      Порой страх, это паралич, который вгоняет тебя в своеобразную ловушку. Из неё нет выхода, нет способа уйти или избежать последствий. Ты просто замираешь со страхом в глазах и думаешь: «Разве я этого достоин? Что я сделал не так?». Ответов тоже нет. Сколько бы ты раз ни думал и ни искал, всё сводится к одному. Страх — это неотъемлемая часть нашей гнилой жизни. Люди по своему психическому строению и мышлению являются не хищниками, а добычей с инстинктом самосохранения. Мы боимся всего: смерти, нехватки денег или квартиры, безработицы, — но всё это является лишь материальным и незначительным. Никто и никогда не задумывался о простых вещах, что окружают нас каждый день: бездомные животные, экологические проблемы, болезни и куча всего, на что мы привыкли закрывать глаза.       С другой стороны, страх — это катализатор, своеобразный адреналин. Почему? Люди, которые по-настоящему чего-то бояться, сделают всё, чтобы избежать этого страха. Но как ни смотри, люди становятся самыми жалкими, эгоистичными и циничными созданиями.       И вот сейчас, когда Бэкхён сидит в кресле перед диваном, на котором лежит Сехун, он понимает, что страх действительно опасное чувство. Парень проспал уже полтора дня, но глаз так и не открыл. Нервозность потихоньку перетекала в ужасную панику, время текло до невозможности медленно, а Бён уже хотел со слезами выбежать из дома и удрать в лес, где его точно никто не найдёт. Ему хотелось, чтобы, как в фильмах, его окутал непроницаемый шар и спрятал от всех проблем. Нервный срыв одолел слишком быстро. Бэка мучил страх, что Сехун, возможно, не проснётся, что Чанёль найдёт их и убьет, даже не посмотрев в глаза. Много разных «что», которые не давали парню спокойствия. Он просидел всю ночь рядом с О в надежде, что тот вскоре проснётся и даст ему все те ответы, о которых он так грезит.       — Бэкхён? — еле живой хриплый голос долетел до ушей парня, который тут же подскочил и взял Сехуна за руку.       — Да? Как ты себя чувствуешь?       — Сойдёт, — простонал парень и осторожно сел, смотря нездоровым взглядом на Бэка. — Ты как? Я, наверное, сильно напугал тебя вчера?       — Всё хорошо, — соврал Бэкхён и сел ближе. — Расскажи мне. Я целый день спокойствия найти не могу.       — Ты уверен? Бэкхён, почему ты не убежал вчера, когда я просил тебя? Он ведь не даст тебе покоя.       — Это уже мои проблемы, Сехун. Я бы все равно не бросил тебя, как бы ты ни просил.       — Почему?       — Дурак или да? Разве я мог оставить раненого человека?       — Только поэтому? — Сехун поднял бровь в ожидании ответа, но Бэкхён молчал. Он не мог сказать тех слов, что произносит вслух Сехун.       — Сехун, я не могу. Ты мне нравишься, даже очень, но я пока не могу.       — Всё в порядке. Я понимаю и не требую ничего от тебя.       — Сехун-а, расскажи мне, а?       — Он знает. Я не знаю как, но он узнал об этом. Вчера я был у себя на работе, когда он позвонил и сказал, что приедет. За всё время, что мы общаемся, я научился различать его настроение по голосу, и вчера оно было недоброе. Он был в гневе. Я сразу заподозрил что-то неладное, поэтому позвонил тебе и сказал, чтобы ты убегал из дома. Но когда Пак говорит, что он скоро будет, то это значит — в ближайшие пять минут. Видимо, он просто был рядом и всё. Я только нажал на звонок, как услышал его крики и рёв. На самом деле это было действительно жутко, потому что Чанёль с детства был слишком импульсивным и раздражительным. Его легко вывести из себя, и я вообще не понимаю, как он терпел столько дней, зная что ты встречаешься со мной? Через минуту он уже стоял в моём кабинете, но самое странное, что он не кричал, не махал руками и топал ногами, а просто сел. Сначала мы просто разговаривали про бизнес, про Криса в Китае, затем он поднял тему детства и нашей дружбы, что, собственно, удивило меня ещё больше.       — Ты мне другое скажи, — перебил его Бэкхён, — какого хуя у тебя рана на груди?       — Я же сказал, что Чанёля легко вывести из себя. Я случайно затронул тему про тебя, мол: «Почему ты Бэкхёна так оберегаешь?». Он разозлился, и у нас началась драка. Вообще мы с Чаном похожи по мускулатуре и имеем равную силу, но гнев действительно сильная штука. В общем, он схватил ножницы и…       — Не продолжай! Я убью его, как только он появится здесь.       — Бэкки, со мной всё хорошо, слышишь? Это всего лишь недопонимание и всё. Сегодня вечером мы уедем с тобой из города, а завтра уже будем в другой стране. Потерпи немного, ладно?       — Не могу! Что он о себе возомнил? Я не его личная шлюха!       — Тише, Бэкхён. Принеси мне покушать что-нибудь.       — Ладно, но у тебя в холодильнике пусто, поэтому могу предложить лишь рис и немного кимчи.       — Хорошо, малыш. — Улыбнулся Сехун и подмигнул парню, который остервенело сжимал кулаки от злости.

***

      Был уже вечер, когда парни сидели всё в той же маленькой комнатке и разговаривали. Свет тихонько горел, освещая лишь их довольные лица и счастливые улыбки, что они дарили друг другу. Не было уже беспокойства, панического страха, лишь удовольствие от мимолетных касаний и взглядов.       — Как ты думаешь, он сейчас ищет нас? — неожиданно спросил Бэкхён и повернулся в руках парня, которые бережно обнимали его.       — Не знаю. Наверно, да. Он так просто не оставит тебя. Чанёль жуткий собственник, но об этом месте он не знает.       — Уверен? — слегка хриплый властный голос окутал страхом двух парней, которые тут же замерли. Дверь с еле слышным скрипом открылась, и в комнату вошёл Пак Чанёль с коварной ухмылкой на лице. — Привет, Бэкхён.       Бён проглотил ком в горле и захлопал глазами, смотря неверящим взглядом на мужчину. «Бэкхён», — так Чанёль говорил, когда был недоволен парнем или зол на него. Это Бэк усвоил почти сразу.       — Чанёль? Какого.?       — Обычного, — огрызнулся Пак и плавными шагами подошёл к креслу, садясь в него и складывая руки в замок. — Ну что? Поговорим?       — Чанёль, это… — хотел начать Сехун, но Бэкхён его тут же одёрнул и посмотрел в глаза Чанёля, скрывая страх как можно глубже.       — А чём поговорить? Нам не о чем разговаривать.       — Уверен? Я думал, что тема есть. Сехун?       — Чанёль, почему бы тебе не отдать его мне? Я люблю его и знаю, что для тебя он лишь игрушка.       — Вот как? — Пак улыбнулся и покачал головой. — Ну что же, тогда мира вам и любви.       — Ты серьёзно? — нахмурился Бэкхён и сузил глаза, подозревая что-то недоброе.       — Вполне. Сехун мне всё объяснил, и я понял. Видимо, он и правда лучше меня, — Чан пожал плечами и подошёл к двери. — Но вот есть одно «но». Я знаю его как свои пять пальцев и знаю, что его родители сейчас возвращаются в Корею на машине, а на улице дождь и дороги скользкие.       — Ты не посмеешь! — пригрозил О и встал, отталкивая Бэкхёна от себя. — Чанёль, не глупи.       — Не глупи? Не глупи, говоришь? — завёлся Ёль и подошёл вплотную к Сехуну, смотря в его глаза. — Даёшь советы, а сам ими пренебрегаешь? Ты должен был подумать прежде чем решил забрать у меня Бэка. Знаешь же, что я ненавижу, когда что-то моё отнимают.       — Я не вещь, чтобы меня из рук в руки передавали! — крикнул Бэк.       — Молчи, Бэкхён, — пригрозил Чанёль и сверкнул злым взглядом в сторону парня. — Я разрешал тебе рот открывать? Ты меня сильно разочаровал, Бэкхён, но об этом мы поговорим с тобой дома.       — Я с тобой никуда не поеду!       — Не смешно, Бэкхён. Шутки кончились, ясно? Вставай и пойдём по-хорошему, или я не сдержусь.       — Угрожаешь? Не смеши меня, Чанёль. Мы оба знаем, что ты меня не тронешь, — как-то небрежно произнес Бэкхён и скрестил руки на груди.       Пак хмыкнул и сделал шаг вперёд.       — Тебе нет, а Сехуну…       — Он здесь ни при чём!       — Точно? Защищаешь его?       — Чанёль, — вмешался О и схватил мужчину за плечи, — отпусти нас, ладно? Он не тот, кто тебе нужен, Ёль.       — Это мне решать! — разозлился Пак и, замахнувшись, ударил Сехуна в челюсть. Парень отлетел и упал возле письменного стола, держась за щёку. — Бэкхён! Либо ты идёшь сам, и я его не трону, либо ты всё равно идёшь, но уже со смертью бывшего парня на своей совести.       — Не трогай его!       — Я ждал! Молчал! Думал, что Сехун лишь играется и скоро бросит тебя, но всё пошло совсем не так. Я должен это закончить, пока не поздно.       — Я не твоя собственность, чёртов ты ублюдок! Мы в свободной стране, козлина! — орал Бён.       — Я просил тебя, Бэкхён? — Пак ещё раз посмотрел на парня, что метал взгляд от О к Паку. Чанёль сделал глубокий вдох и закрыл глаза, а когда открыл, то Бён заметил его дикий, бешеный взгляд. Мужчина бросился к лежащему на полу Сехуну и принялся бить его по лицу. — Ненавижу тебя, ублюдок! — рык раздавался в ушах, от которого кровь стыла, а сердце останавливалось. Бэкхён не мог пошевелиться, подбежать к парням или ударить Пака чем-нибудь тяжёлым по голове. Он лишь молча смотрел на то, как кулаки Чанёля окрашиваются в алый цвет лицо Сехуна, что уже начало опухать от ударов, а дыхание замирать. О перевернул Чанёля и сел ему на бёдра, ударяя по всем возможным местам, что были открыты и незащищены. Громкие хрипы, маты, звук хрустящих и ломающихся костей. Всё это было слишком страшным и нереальным для хрупкого парня, который боялся даже моргнуть. — Сука! Я тебе этого никогда не прощу, ублюдок! — крикнул Чанёль и перевернул парня на спину, нанося ещё несколько кровавых ударов по лицу уже бывшего друга.       Пак встал с обмякшего тела и подошёл к Бёну, попутно вытирая руки о брюки.       — А теперь домой, — скомандовал Ёль и улыбнулся.       — Да пошёл ты, долбоёб! Псих ненормальный! Чтоб тебя камаз сбил!       — Это нехорошо, Бэкки. Ты совсем забыл о том, что я могу тебе рот заткнуть? Навечно.       — Знаешь, что? Даже если ты будешь последним мужчиной на Земле, то я тебе только в рожу плюнуть смогу. Ненавижу тебя! Всю жизнь мне испортил, козёл!       — Бэкхён, — Чанёль схватил парня за локоть и притянул к себе, смотря в полные гнева глаза, — заебал.       Один удар, и Бэкхён отключается, попадая в тёмный мир, где страхи выходят наружу.