Души‚ которыми игрąют Боги

      — Я требую от тебя объяснений, — гневно выпалил Деимос, отчеканив каждое слово.       Тайлен стоял перед ним в главном зале, опустив голову, словно нашкодивший мальчишка. Послушать, что камаэль скажет, собралась половина крепости.       — Мне вот тоже интересно, какой чёрт тебя укусил, петушок! — бурчал Баргок, строя обиженную гримасу. Над этим орочьим шутом по-прежнему все смеялись.       — Баргок, заткнись, — прошипела стоящая рядом Пандора и тыкнула орка в бок, — ты не даёшь ему сказать.       Камаэль, если честно, и не знал, о чём говорить. Он сам не понимал, что на него нашло. Говорить Деимосу правду, да ещё и на глазах у соратников, казалось самоубийственной идеей, поэтому Тайлен соврал. Но всё, что ему пришло в голову, — неправдоподобные оправдания.       — Баргок собирался применить слишком жестокие пытки. Он мог убить девчонку. Тогда мы бы точно ничего не узнали о планах «Авангарда», — с невозмутимым лицом проговорил Тайлен, глядя прямо в холодные, как оникс, глаза лидера «Аркана».       — Правда? — удивился Деимос, буравя Тайлена подозрительным взглядом.       — Да, — сказал камаэль без единой эмоции в голосе.       На Тайлена пристально смотрела немаленькая часть его клана. За спиной воин слышал шепотки, кто-то даже обнажил оружие. Ведь сейчас он врал, врал несуразно и абсурдно, на глазах у всех.       — Ах ты сволочь пернатая! Да я к ней даже притронуться не успел! Хотя очень хотел… — негодовал Баргок.       Вокруг снова раздались негромкие смешки. Кто-то из наёмников сочувственно похлопал зеленокожего неудачника по плечу. Часть воинов перешёптывались между собой и обсуждали необычную внешность похищенной невольницы.       Тайлен пошёл до конца. Ему крайне не хотелось терять авторитет. Тем более в «Аркане», где за одно неверное движение можно серьёзно поплатиться.       — Деимос, кому ты больше веришь: своей правой руке или этому жалкому шуту? — ничуть не смущаясь, произнёс Тайлен, глядя задумчивому тёмному эльфу прямо в лицо.       — Какая наглость! — крикнул Баргок, потянувшись, по привычке, рукой к ножнам — взять двуручный меч. Но его оружие, к несчастью, всё ещё лежало в оружейной.       На лице Деимоса выступила лукавая улыбка, и, посмотрев на Тайлена свысока, он ответил:       — Я не верю никому, кроме себя.       Тайлен ничуть не удивился — он и ожидал подобного ответа. Но последовавшие дальше слова его обескуражили.       — Поэтому я лично нанесу визит твоей девчонке. Допрашивать её будет Пандора. А ты, Тайлен, спокойно отдохни в крепости перед следующим заданием. Как раз отношения с Баргоком выяснишь.       Холодок пробежался по спине камаэля, хоть его лицо и осталось неподвижным. Он сам не ожидал, что так забеспокоится.       Тайлен знал Пандору с юности. Как самая преданная ученица Деимоса, она упорной работой заслужила звание заместителя лидера клана в крепости Орен. В отличие от камаэля, она действительно не испытывала жалости к врагам и всегда действовала исключительно в интересах «Аркана».       Более того, Тайлену иногда казалось: тёмная эльфийка видит в нём конкурента за симпатию Деимоса. Поэтому он не сомневался: поручение лорда Пандора выполнит безукоризненно. Однако провинившегося воина озадачило вовсе не это.       Зачем Деимосу навещать пленницу из «Авангарда»? Он почти никогда не марал руки лично, не спускался вниз, в пыточную. По крайней мере, с тех пор, как «Аркан» действительно стал грозой Эльморедена.       Как богатый аристократ, да ещё и главарь крупнейшей банды наёмников, Деимос не страдал от недостатка женского интереса. Напротив, молоденькие эльфийки из северных лесов частенько восхищённо засматривались на него. Служанки и воительницы «Аркана» соперничали за внимание лорда, силясь получить хотя бы каплю. А простолюдинки и вовсе теряли дар речи, оказываясь с ним наедине.       Тайлен не представлял, для чего Деимосу вдруг понадобилась маленькая неприметная девчонка из вражеского клана. И воин решил не озадачиваться этим вопросом. По крайней мере, под пристальным взором Деимоса и его громил.       — Всё будет в лучшем виде, — пообещала Пандора серьёзным голосом, так же лукаво улыбаясь, как и её наставник. Деимос поблагодарил её снисходительным кивком.       Когда разговоры закончились, головорезы разошлись каждый по своим постам. Тайлен продолжал волноваться. Его настораживало решение Деимоса и одновременно раздражал сам факт того, что вся эта ситуация его хоть как-то задевает.       Камаэль сделал вид, что уходит, но сам притаился за колоннами, внимательно наблюдая за действиями учителя. Тёмный эльф, недолго думая, стремительными шагами направился к выходу из зала и повернул налево — точно к темнице. Тайлен не осмелился идти за ним дальше.       Вместо бесплодных переживаний камаэль действительно решил отдохнуть, а заодно обратиться за советом и помощью к давнему другу, местному лекарю. Слегка растерянный и изнеможённый, он отправился в правое крыло крепости Орен, в помещения для раненых.       Местного лекаря звали Янни. Несмотря на молодой возраст, он являлся одарённым травником и специализировался на изготовлении исцеляющих зелий и мазей, очень востребованных среди наёмников из «Аркана». Но хоть парень и обладал выдающимся талантом, его презирали из-за излишней мягкосердечности.       Невысокий, даже по человеческим меркам, Янни отличался щуплым телосложением. Его лицо с небольшими и добрыми карими глазами слегка прикрывали вечно растрёпанные каштановые волосы. Он неизменно одевался в тёмно-зелёную, как трава в землях Гирана, мантию и почти не снимал её из-за постоянной работы. Являясь самым занятым человеком в клане, он трудился даже больше, чем гномы в оружейной.       Тайлен не случайно считал его другом. Парнишка не раз спасал воину жизнь, старательно залечивая раны после опасных заданий. Но в этот раз «рана» оказалась совершенно другого характера.       Камаэль осторожно вошёл в узкий, но длинный зал, где располагались десятки спальников. В нос ударил уже привычный запах крови, разложения и трав. Вокруг теснились искалеченные бойцы, издавая мученические стоны. Лекарь трепетно порхал над ними, стараясь облегчить их страдания. Увидев Тайлена в дверях, он ненадолго отвлёкся.       — Тайлен, я рад тебя видеть, — поздоровался парень, добродушно улыбаясь, и, замявшись, пролепетал: — Прости, что не успел поприветствовать тебя раньше. Сам знаешь, работы много, их… приносят почти каждый день.       — Да, я понимаю, — невозмутимо ответил камаэль, оглядываясь на тела с ампутированными конечностями.       — Как прошло твоё последнее задание? — спросил Янни, перебирая сухие стебли на столе.       — Как всегда, ничего интересного, — прохладно ответил Тайлен.       — Понятно. Как всегда — безупречно, — ласково улыбнулся лекарь.       — Янни… — Тайлен неловко замялся. Всё-таки не часто ему приходилось просить о помощи занятого травника. Камаэль подошёл к парню, демонстрируя взглядом намерение поговорить без лишних ушей.       Тот понял его без слов. Янни, оглядевшись по сторонам, положил остатки растений обратно и отправился вместе с другом в самый конец зала. Они зашли в небольшую комнату, обставленную ящиками со склянками, коробками с растениями и прочими ингредиентами.       Здесь же находился небольшой спальник, под подушкой которого спряталась особая памятная книга. Друг Тайлена бережно хранил этот предмет и всегда держал его под рукой.       — Я хочу попросить тебя об услуге. Но прежде пообещай мне, что об этом никто не узнает, — прошептал камаэль и положил парню руку на плечо в знак доверия.       — Клянусь, — тихо ответил Янни. Сосредоточенное лицо человека выглядело убедительным. Тайлен верил ему, и не случайно: лекарь действительно умел молчать. Янни попросил: — А теперь рассказывай.       — Недавно наши разведчики перехватили посланника из клана «Авангард». Им оказалась девчонка-камаэль. Её взяли в плен, — дрожащим голосом пробормотал Тайлен и ещё тише произнёс: — А ты сам знаешь, что бывает с нашими пленниками.       — Знаю, — понимающе шепнул лекарь и тихонько повернулся к ящикам со склянками. — А тебя волнует судьба этой девочки?       Найдя нужное зелье, Янни слушал уже внимательно, следя за каждым словом своего друга.       — Да… — неожиданно выдавил камаэль. — Причём я сам не понимаю, почему. Я узнал в ней что-то давно знакомое, но так и не понял, что именно. В любом случае, я волнуюсь за неё, и мне бы хотелось, чтобы ты помог мне.       — Чем я могу тебе помочь? — недоумённо спросил Янни.       Тайлен посмотрел на непонимающего лекаря саркастичным взглядом, а затем с мольбой в голосе прошептал:       — У тебя же есть доступ к темнице. Ты регулярно относишь туда лечебные мази. Пожалуйста, проследи за ней, чтобы… — Тайлен внезапно замялся. — Чтобы её сильно не искалечили.       — Хорошо, — откликнулся Янни, а затем уточнил настороженно: — Но ты же понимаешь, насколько это опасно? Есть ли в этом смысл, ведь её всё равно рано или поздно убьют? Или у тебя есть какой-то план?       Вдруг Тайлен почувствовал, как у него затряслись руки. Но он спрятал их за спину.       — Я… Я пока не знаю, — ответил он в замешательстве. — Но я что-нибудь придумаю. И ещё. — Тайлен слегка смутился, но всё же попросил: — Узнай её имя. Я буду тебе очень признателен за это.       Янни неохотно кивнул, всё-таки согласившись выполнить просьбу друга. Вскоре Тайлен покинул лекаря и удалился в казармы неподалёку. Там он снял доспехи, сложил оружие, нашёл свободную койку и прилёг отдохнуть, чтобы хоть как-то успокоить нервы.       Несколько часов Тайлен провалялся с закрытыми глазами, но так и не сумел уснуть, хотя не спал почти двое суток. Мысли о загадочной, смутно знакомой узнице навязчиво преследовали его.       Воспоминания унесли Тайлена в далёкое-далёкое размытое прошлое, подальше от настоящего. Туда, где он был не грозой Эльморедена, а всего лишь юным парнем с одним крылом, тренирующимся на чучеле.       Погрузившись поглубже в мысли о детстве, он увидел беспомощную восьмилетнюю малышку, которую не убил по велению наставника. Вспомнил, как она прямо и бесстрашно смотрела ему в лицо. Тогда эта девочка парализовала будущего воина, словно заглянув в его душу.        «Это она. Посланница из «Авангарда» — это та девочка…» — к своему ужасу догадался он.       Тайлен так и не сумел забыть её лиловые глаза, как бы сильно ни боролся с миражами.       Камаэль неоднократно возвращался на родину в одиночестве. Втайне от Деимоса он странствовал по Острову Душ пешком. Бродил по скалистым холодным берегам. Пробирался сквозь чащи из мёртвых деревьев. Разыскивал под обветренной травой стёртые следы прошлого.       Несколько раз в год Тайлен посещал обитель Иерарха Кекропуса. Владыка камаэлей обладал глубочайшими знаниями о божественных стихиях, но на личную аудиенцию с ним не допускались представители других рас. Деимос одобрительно относился к визитам Тайлена на Остров Душ, если по возвращению воин делился с лидером «Аркана» полученной информацией.       Кроме того, Тайлен навещал личный особняк в родном городе. Одинокое жилище, обустроенное на полученные в «Аркане» средства, тщательно охранялось вооружённой прислугой. Во дворе дома знаменитый камаэль установил памятник стражам Острова, чтобы отдать честь своим родителям.       Возвращаясь домой, камаэль каждый раз надеялся встретить на полутёмных улицах девочку из детства. Он ловил её глазами в многолюдной толпе. Однажды ему показалось, будто он увидел её на тренировочной площадке. Но, встретившись с Тайленом взглядом, незнакомка пугливо убежала, и её силуэт потерялся среди сотен лиц.       Он так желал догнать её, извиниться и попросить искупления. Но неизменно уходил ни с чем. Отчаявшись, камаэль убедил себя, что она погибла десять лет назад, а все его мутные воспоминания — лишь самообман.       Эта девочка стала отражением его слабости. Первой и единственной, кого он не убил по приказу Деимоса. Долгое время Тайлен корил себя за неповиновение, но потом смирился, принял как должное и забыл. Но вот теперь снова вспомнил, когда она сама нашла его.       Впервые за долгие годы Тайлен оказался в замешательстве. Всю свою жизнь он искал славы, мечтал стать героем. Но ради чего? Чтобы отринуть человечность? В глубине души он знал ответ на этот вопрос. Но всё же пока не представлял, что ему делать дальше.