Души‚ которыми игрąют Боги

      Нелли держали в тёмном, сыром и оглушительно тихом помещении. Тьма ослепляла глаза, холод впивался под кожу ледяными иглами, но именно тишина оказалась самой тяжёлой пыткой. Мучительной, невыносимой.       Безжалостное безмолвие доводило Нелли до отчаяния. Из-за него в голове всплывали мысли, причиняющие девушке не меньшую боль, чем тугие верёвки.       Всё, о чём думала Нелли, — это о провале. О невыполненном задании, о неоправданных надеждах. Позор казался ей хуже смерти.        «Хорошо, что Эйлин не видит меня сейчас. И жаль, что теперь я его не увижу…» — вдруг вспомнила узница о светловолосом и очаровательном рыцаре, и по её щекам, одна за другой, покатились слезинки.       Сознание беспомощно цеплялось за единственные приятные воспоминания о юноше. Ведь однокрылой девушке так не хотелось погибать в одиночестве, преследовавшем её с ранних лет.       Прошлое Нелли оказалось настолько тяжёлым, что мысли о нём как будто вытиснились из памяти. Пленница почти забыла лицо собственной матери, которую лишили жизни у неё на глазах. Позабыла убийцу.       Единственное, что она сумела припомнить, — как из последних сил убегала в неизвестном направлении по иссыхающей траве, продираясь сквозь мёртвые ветки. Жуткие монстры преследовали её повсюду. В конце, совсем ослабленная, она выбилась из сил и упала, как только добралась до каменной дороги.       Девочку подобрали смотрительницы, прибывшие из города. Сиротку не опекали, просто какое-то время держали в казармах, пока она не оправилась. Однокрылые воительницы научили её владеть арбалетом. Одна из них хоть и не заменила Нелли мать, подарила девочке «Залп» как память о детстве и беспросветном одиночестве. Но даже его теперь не осталось.       Рано для своих ровесниц, едва достигнув совершеннолетия, она отправилась на материк, чтобы улучшить боевые навыки и убежать подальше от мрачного Острова Душ и жутких видений прошлого. В «Авангард» вступила случайно, по наивности. Ей отчаянно не хотелось оставаться одной.       Неразговорчивой, замкнутой и меланхоличной девушке казалось большим испытанием открыться кому-то. Только Эйлин попытался вытащить её из этого беспросветного болота.       Они случайно встретились в городе Глудио — уютном и просторном поселении у реки, укреплённом высокими деревянными стенами. На его залитых солнцем и покрытых зеленью широких каменных улочках неизменно толпились многочисленные горожане, продавая разнообразные товары. Надеясь найти себе друзей, в Глудио часто приезжали искатели приключений всех мастей.       Эйлин, божественно прекрасный, как и все эльфы, сразу же обратил внимание на однокрылую девушку и предложил вместе поохотиться за пределами города.       — Ты прекрасно владеешь оружием, — заметил он тогда.       Его мелодичный голос очаровывал. Нелли сразу же растаяла от тёплых слов. До этого она ни разу в жизни не слышала комплиментов от представителей других рас.       Потом рыцарь рассказал ей про «Авангард» и предложил вступить в клан. Как она могла отказаться? Нелли впервые почувствовала себя нужной, хоть и не показывала этого. Рядом с Эйлином девушка хотя бы на какое-то время позабыла о непреходящем одиночестве, позабыла, что она из камаэлей.       Они провели вместе пару недель по пути в Хейн. Этот прекрасный эльфийский город на воде, выполненный из мрамора цвета слоновой кости, отлично заполнился Нелли. На его лазурных берегах, рядом с бескрайним морем, разлитым самой Богиней Евой, она почувствовала себя как дома, будто всегда там жила.       Узкие улочки Хейна украшали небольшие мостики, ведущие через тонкие реки. Сам город находился на берегу, практически на водной глади огромного озера, под которым, по легендам, спряталась наивная и юная Богиня воды, чувств и поэзии.       Именно в Хейне Нелли и поручили её первое и единственное ответственное задание. Закованный в стальную броню жирный гвардейский генерал с мясистым красным лицом напомнил салаге большую и смешную черепаху. Он недоверчиво смотрел на Нелли и курил толстую сигару, дымя прямо в лицо. Когда закончил, тут же растоптал окурок под ногами.       Он толком ничего не объяснил. Сказал только, что ей необходимо добраться до Годдарда через город Орен без использования телепорта.       Девушке казалось: никто в клане не доверял ей, кроме Эйлина. Она видела по презрительным взглядам, слышала шепотки за спиной. Но ничего не понимала.       Когда Нелли вручили запечатанный конверт, светлый эльф как будто бы испугался, предчувствуя что-то нехорошее. В последний день перед её отъездом в Гиран он как-то виновато обнял её. Как в последний раз. А потом подержал за руку. Совсем недолго, но это так крепко врезалось в память. Наверное, ему бы хотелось, чтобы девушка вернулась обратно.        «Но я не смогла!» — от этих мыслей узница взвыла. Если бы её руки так туго не связали, она бы перерезала себе вены, лишь бы не думать о провале.       Нелли уже несколько раз пыталась избавиться от верёвок и разрезать их о выпирающие кирпичи, но это ни к чему не привело. Лишь накидка, оставленная неизвестным камаэлем из «Аркана», свалилась с её плеч, заставив дрожать от холода, который, по крайней мере, вытаскивал из мыслей.       Взглянув на чёрный плащ, разлёгшийся под ногами, девушка мгновенно забыла об Эйлине и вспомнила о палаче, который несколько часов назад находился здесь, в этой камере.       Высокий, сильный, мускулистый воин с прямым, почти орлиным носом, суровым лицом и растрёпанными пепельными волосами напугал невольницу пронизывающим взглядом. Его глаза были такими же, как полумесяц на этом плаще — кроваво-алыми. Вспомнив о нём, Нелли задрожала. Её кожа покрылась мурашками, и от страха ей стало лишь холоднее.        «Он так смотрел на меня, будто хотел убить…» — подумала она, совсем позабыв о его помощи.       Но её наивные воспоминания внезапно прервал резкий грохот, разрушивший «мучительную» тишину. Нелли прислушалась.       Где-то сверху раздался громкий хлопок и скрип открывающейся двери. Потом множество звонких, стремительных шагов по ступеням. Чем ближе к её камере приближались звуки, тем тише они становились. В её темницу кто-то вошёл. Девушка оцепенела от ужаса и даже позабыла, как дышать.       Нелли не сумела различить очертаний присутствующего. Высокая и стройная фигура в чёрном капюшоне зажгла фонарь над столом. Зловещий незнакомец повернулся к ней скрытым тенью лицом.       Он медленно, почти неслышно подошёл к решеткам. Обнажённая Нелли застыла неподвижно, прижавшись к стене. Фонарь предательски освещал её наготу. Девушка покраснела и смущённо прикрылась крылом. Она не поднимала взгляда, но всей кожей чувствовала, как пронзительно тёмная фигура смотрит на неё, будто подпитываясь её робостью.       Безмолвно открыв решётчатую дверь, незнакомец резко выдернул чёрную накидку из-под её ног. Несколько минут присутствующий неотрывно наблюдал за невольницей, рассматривая с ног до головы, а потом зачем-то повесил замок на прутья и исчез.       Когда он пропал, в темницу вошла тёмная эльфийка в сопровождении стражи, и повеяло гораздо большим холодом. Нет, скорее, диким, животным страхом. Нелли поняла: её самые кошмарные сны вот-вот начнут сбываться.       Громилы немедленно открыли камеру и грубо выволокли девушку наружу. Теперь ей стало не до сентиментальных воспоминаний.       — Что же мы с тобой будем делать, малышка? — сурово улыбнулась Пандора. — Какое огромное пространство для творчества!       По приказу тёмной эльфийки наёмники вытолкнули Нелли к соседнему помещению и крепко привязали к столбу. Рядом полыхала жаровня, нагревая воздух. Пандора приблизилась к вражеской посланнице медленными, плавными шагами.       — Мне поручили пытать тебя, — угрожающе, словно дикая лисица, произнесла она и потребовала: — Расскажи мне всё, что знаешь о планах «Авангарда», или будешь молить меня о смерти!       Пандора сверкнула взглядом ледяных синих глаз так, что даже у окружающих разбойников побежали мурашки по коже — её боялись не только враги.       Но, ничего не зная, Нелли не могла раскрыть ей секретов клана. Гвардейский генерал из Хейна не рассказал никаких подробностей, лишь всучил то самое чёртово послание.       Пандора, не дожидаясь ответа, тут же приказала страже вылить на девчонку бочку ледяной воды. Нелли почувствовала, как тысячи морозных игл впиваются в её беззащитное тело, пробирая до самых костей. От шока она захлебнулась воздухом и жалобно заверещала:       — Я ничего не знаю!       Тёмную эльфийку это только позабавило. Взяв в руки плеть, Пандора безжалостно высекла Нелли. Кровь стекала по израненной коже на пол. Побагровевшие перья и пух разлетелись во все стороны. Комната пыток наполнилась оглушительными криками и мольбами о пощаде.       Когда Нелли почти теряла сознание, её раны протирали противной слизью. Те предательски затягивались, обещая ещё больше страданий.       Казалось, Пандоре нравилось причинять боль. Чем громче вопила Нелли, тем мучительнее становилась пытка. Когда руки, ноги и живот пленницы покрылась бесчисленными окровавленными полосами, Пандора лишь усмехнулась.       — Какая упёртая девка. Любой на твоём месте уже бы сдался.       Дальше в дело пошло раскалённое железо. Пока Пандора плавила металл, Нелли взмолилась, проклиная себя:       — Умоляю, поверьте мне! Клянусь, я ничего не знаю! Распечатайте моё послание! Там должна быть вся информация! Это всё, что у меня есть!       Нелли сгорала от мерзкого отвращения к себе за слабость. Она презирала себя и мучилась больше не от боли и страха, а от стыда. Ей даже дышать стало противно.       — Ты лжёшь, — процедила сквозь зубы Пандора и прислонила обжигающим пламенем металл к истерзанной коже. Девушка взвыла и затряслась в судорогах, разразившись душераздирающим криком:       — Я не знаю! Не знаю! Клянусь!       — Ты лжёшь… — упрямо повторила Пандора и холодно брякнула: — Мы уже распечатали твоё послание. В нём нет ничего.       Нелли не поверила собственным ушам.       — Как?.. — тихонечко пролепетала она.       Измученная девушка непроизвольно тряслась, истекая кровью. Физические и душевные терзания слились воедино и полностью затуманили разум.       Нелли не сумела разобрать ни слова из услышанного: её сознание попросту отказывалось их воспринимать. Но слова Пандоры говорили только об одном: «Авангард» намеренно отправил девушку на смерть.       Нелли не запомнила, что происходило дальше. Бесчисленные пытки продолжались, но её раны снова и снова излечивали противной травяной слизью. Как будто специально удерживая на грани.       Периодически тёмная эльфийка меняла «инструменты», но всё же что-то её останавливало. Она отказывалась бесповоротно изувечить тело жертвы. По крайней мере, истязательница воздержалась от отрубания конечностей. Однако даже после заживляющих мазей на животе девушки остался глубокий шрам от ожога, случайно образовав клеймо в форме полумесяца.       Когда Пандоре надоело пытать узницу, ей наконец-то позволили потерять сознание. Стража швырнула обессиленное тело обратно в камеру, и, на самом деле, однокрылой девушке совсем не хотелось возвращаться в жестокую реальность.       Спустя несколько часов Нелли очнулась от внезапного тихого шуршания. В темницу снова кто-то прокрался. Через решётки она едва разглядела невысокого человека в тёмно-зелёной мантии.       — Тихо, не двигайся, — едва слышно прошептал он, боясь, что его заметят. Его голос шорохами расплывался в её затуманенном сознании.       Человек просунул ладонь сквозь прутья и аккуратно коснулся полумёртвой девушки. Он прошептал какое-то заклинание на неизвестном ей языке, и Нелли ощутила, как из его руки полилось необъяснимое мягкое тепло. Ломота и жжение от оставшихся ран постепенно угасли. Ссадины полностью затянулись.       — Кто ты? — через силу простонала Нелли.       — Это не важно, — прошептал в ответ незнакомец и нервно попросил: — Лучше скажи, как тебя зовут.       Девушка удивилась этому странному вопросу. Впервые кому-то, кроме Эйлина, стало интересно её имя.       — Меня зовут… Нелли… — заплетающимся языком ответила она.       — Хорошо. Это тебе. — Незнакомец с трудом просунул ей тугой мешок через щель между дверью и каменной стеной и произнёс, настороженно озираясь по сторонам: — Вот, держи. И спрячь его куда-нибудь. Здесь хлеб, лечебное зелье, туника и одеяло.       Нелли недоверчиво приняла эту помощь, не понимая, зачем кому-то помогать ей.       — От кого это?       — Это не важно, — взволнованно бросил незнакомец. Вновь оглядевшись по сторонам, он предупредил: — Мне нужно идти.       На прощание гость ещё раз дотронулся ладонью до Нелли сквозь прутья. Девушка подняла голову и едва сумела разглядеть его карие глаза и каштановые волосы.       Она стыдливо потупила взгляд, чтобы человек не увидел подкатывающих к глазам слёз. Её руки задрожали, и она бессильно обхватила колени. Но не успела невольница сказать слов благодарности, как незнакомец уже скрылся во тьме без следа, оставив её одну.       И вновь наивные воспоминания нахлынули, неся с собой едкую горечь. Погрузившись в них, пленница со слезами на глазах уснула, ненадолго забыв о холоде. Забыв, что доживает последние дни.       Примечание к части       Глудио — одно из первых людских поселений. Находится к югу от лесов тёмных и светлых эльфов. Область вокруг Глудио является самой крупной в Эльморедене. Часть этих земель пострадала от войн. Регион регулярно подвергается нападениям людей из соседнего королевства — Грации.       Ева — самая младшая из Богов, дочь Гран Каина и Эйнхасад. Изначально её стихией являлись чувства и поэзия, но, когда Боги свергли её старшую сестру Шилен, к Еве перешла власть над водой. Также она взяла покровительство над эльфами, принявшими новую веру. Получив власть над водой, она не справилась со стихией и спряталась под озером. То превратилось в южное море и затопило половину материка.       Хейн — старинный эльфийский город, находящийся на юге Эльморедена. Он основан беглыми эльфами, бежавшими от междоусобной войны, разразившейся на их родине после изгнания Шилен. Часть эльфов не захотела отрекаться от изначальной Богини и скрылась на севере под землёй. Прочие остались защищать родные леса. Последние переселились на юг материка и построили Храм Евы прямо на берегу озера, под которым, по легендам, и спряталась Богиня. Спустя десятилетия вокруг храма вырос живописный эльфийский город.