Души‚ которыми игрąют Боги

      Янни прибыл в Годдард ночью, почти под утро, успев наспех обустроить небольшой привал в заброшенной хижине, которую всё-таки отыскал у дороги. В убежище он оставил спальник, сменную одежду, ингредиенты, склянки, бинты, часть зелий, повозку и запас еды.       С собой лекарь взял свиток телепортации, чтобы при необходимости быстро вернуться. Он также прихватил локон пепельных волос Пандоры, сильнодействующие исцеляющие снадобья собственного приготовления, эликсир защиты от огня и тяжёлую книгу матери с молитвами Эйнхасад, закрепив её на поясе.       Подъезжая к городу верхом на белой лошади, Янни с ужасом заметил: к Годдарду приближались многочисленные войска «Аркана».       Мирные жители и стража метались по улицам в панике. Люди и орки спешили собрать пожитки и бежать от надвигающегося огня, карабкаясь на крепостные стены и прыгая вниз. В страхе перед головорезами многие ломали ноги и руки, некоторые разбивались о камни до крови. Выбраться удавалось не всем.       Несмотря на парализующий ужас, Янни без колебаний кинулся в охваченный беспорядком город в надежде спасти Тайлена. Он стремительно проскочил внутрь через закрывающиеся главные ворота, не обращая внимания ни на лучников в бойницах, ни на суетящуюся стражу, ни на приближающееся войско. Впрочем, и им не было дела до щуплого безоружного мальчишки в сером плаще и испачканной зелёной мантии.       Спешно пробираясь по улицам, Янни время от времени останавливался и спрашивал у прохожих, не видели ли они камаэля в драконьих доспехах, прибывшего в Годдард. Однако обезумевшая толпа игнорировала его вопросы — каждый спасал собственную жизнь. Посреди людной улицы лекарь столкнулся с испуганной старухой. Та закричала:       — Безумец! Спасайся скорее! Этой ночью неизвестный убийца перерезал лордов и всех генералов!       От услышанного Янни содрогнулся, но всё равно продолжил путь, рассчитывая телепортироваться из города сразу после того, как найдёт друга.       Едва он углубился в городские кварталы, как раздался оглушающий грохот падающих с неба осадных орудий. Тяжёлые горящие камни проламывали крепостные стены и обрушивались на крыши домов, ломая их вдребезги.       Через развороченные проломы в Годдард ворвались вооружённые до зубов головорезы и сцепились с замешкавшимися стражами. Разбойники «Аркана» не щадили никого, вырезая всех на пути — в том числе женщин и детей.       Обернувшись и увидев кровопролитную битву, Янни пришпорил лошадь и наклонился к её шее, заворачивая за угол, прячась между пока что целыми каменными и деревянными домами. Проскакав вдоль крепостных стен на север города, он наткнулся на побледневшего от страха орка в нищенской одежде. Тот нёс мешок и кутался в дырявый тёмно-зелёный плащ с капюшоном.       Ненадолго остановившись на тёмной улице, скрытой ветвями толстых серых деревьев, Янни спросил:       — Ты не видел моего друга Тайлена?       Тут же запнулся и неловко шлёпнул себя по лбу, осознав глупость вопроса.       — То есть… «Крылатого смерча», камаэля? — промямлил он, поправляясь.       Неожиданно орк замер, затем суетливо закивал и прокричал в ответ, глядя снизу на юного всадника:        — Слезь с лошади! Я тебя не слышу!       Доверчивый Янни неуклюже спешился, надеясь, что незнакомец действительно знает ответ. Зеленокожий подскочил ближе и закричал:       — Я видел двух камаэлей в своей таверне!       Он махнул рукой в сторону. За крышами и переплетением ветвей поднимался густой чёрный дым от разгоревшегося пожара.       Пока Янни в растерянности всматривался в обгоревшую крышу, прикидывая кратчайший путь, трусливый орк вскочил на белую лошадь лекаря и умчался прочь. Паренёк едва успел опомниться и обернуться. Впав в ступор, он крикнул вслед вору:       — Ах ты сволочь!       Поняв, что догнать беглеца не удастся, Янни бросился к горящей таверне. Над улицами грохотали падающие камни, вокруг разносились крики разъярённых воинов, ворвавшихся в кварталы. Свист стрел рассекал воздух, раздавался лязг стали. Всё вокруг пропиталось едким запахом крови и пепла.       Он протиснулся между деревянными домами и вышел к узкой улочке неподалёку от ещё не тронутых каменных стен. Впереди лежало обвалившееся дерево, а рядом полыхало двухэтажное здание. У толстого ствола валялись обгоревшие доски, под которыми кто-то прятался. Чуть поодаль лежал почти полностью выгоревший труп.       Увидев посеревшее лицо мертвеца, окровавленные пустые глазницы и заострённые уши, Янни похолодел, решив, что друг погиб. Но, присмотревшись внимательнее, он с облегчением выдохнул — за спиной тела не оказалось крыла.       Янни услышал пронзительные вопли, срывающиеся в крики, и узнал знакомый голос. Он ускорил бег и подскочил к дереву, обнаружив прижавшегося к стволу искалеченного Тайлена. Воин с трудом удерживал «Крыло Икара» в руке, испещрённой вздувшимися ожогами.       — Янни?.. Что… ты здесь делаешь? — прохрипел камаэль, с трудом приоткрыв глаза.       — Тихо, не двигайся, — прошептал лекарь, вытаскивая из мешка за спиной лечебные зелья собственного приготовления.       Парнишка приблизился вплотную и склонился над умирающим воином. Приподняв голову, он влил в горло Тайлена сильнодействующее снадобье. Тот взвыл. Раны на плечах и руках зашипели и начали затягиваться, кровотечение остановилось.       Присмотревшись, лекарь заметил в полутьме чернеющие ожоги, которые, несмотря на действие зелья, продолжали расползаться по телу.       Янни вылил на них второе снадобье, пытаясь хотя бы замедлить распространение, но эффект оказался слабым. Тайлен стиснул челюсти и зажмурился, стараясь не привлечь внимание разъярённых войск «Аркана», рыскавших по кварталам. Его ноги судорожно задрожали. Воин через силу приподнялся, обхватил колени и выпустил рукоять меча из ладоней.       — У меня сломаны ноги… — простонал Тайлен сквозь зубы.       — Мои зелья помогут, — успокоил Янни, присев рядом и внимательно осматривая ранения.       Южную часть города охватило пламя, едкий дым заполнил улицы. Сквозь грохот и крики лекарю с трудом удавалось сосредоточиться. Янни не сомневался в собственных навыках и с тревогой понимал: зелья не действуют так, как должны. Ожоги не прекращали разрастаться.       Он достал из мешка свежий эликсир защиты от огня, приготовленный именно для таких случаев. Янни рассчитывал, что голубая мерцающая жидкость с охлаждающим и обезболивающим эффектом поможет. Откупорив флакон, он вылил эликсир на раны и вытер пот со лба, разглядывая результат.       Тайлен облегчённо закатил глаза и прохрипел, задыхаясь:       — Спасибо…       Он осторожно пошевелил коленями, проверяя ощущения. Переломы начали отпускать. Холодящий эликсир притупил боль, но прожигающая чума продолжала пожирать плоть.       — Кто нанёс тебе эти ранения? — изумлённо спросил Янни, не веря своим глазам.       — Деимос, — резко ответил Тайлен, сжав ладони, покрасневшие и покрытые чёрными волдырями. Он опёрся спиной о ствол, не вставая с земли.       — Чем?.. — переспросил лекарь с ужасом, перебирая в уме все возможные причины. Ничто из известного ему не объясняло столь стойких ожогов, не поддающихся сильнейшим зельям Эльморедена.       — Своими кинжалами, — уточнил камаэль через силу.       Янни присел, осознавая, как быстро уходит время. Стража едва сдерживала разбушевавшуюся армию «Аркана», неумолимо продвигающуюся к вершине города — к храму Эйнхасад. К счастью, воины рвались в верхние кварталы, забыв о нижних.       Внезапно над крышами раздался оглушающий рёв. Янни увидел гигантскую виверну, взмывающую в небо и изрыгающую пламя на вражеские войска. Сердце ухнуло в пятки. Лекарь метнулся к догорающей таверне, обхватил несколько досок и с трудом удержал их. Он накрыл ими себя и Тайлена, стараясь скрыться от взгляда загадочного всадника в небе.       Одумавшись, лекарь снова обратился к другу, продолжая сверлить взглядом чернеющие ожоги:       — Если можешь… расскажи об этих кинжалах.       Тайлен устало закатил глаза, но всё же собрался с мыслями и грубо выдавил, поморщившись:       — Чёрт возьми, Янни, они зачарованы!       Тут лекарь всё понял. Стало ясно, почему зелья не действуют.       Крайне редко, но всё же ему доводилось сталкиваться с раненными от зачарованного оружия. Однако такой мощной отравляющей магии он не видел никогда. Янни знал: эликсиры бессильны перед подобными ранами. Помочь способно лишь особое рассеивающее заклинание.       Под рукой не оказалось ни одного подходящего свитка, кроме телепортирующего. Янни потянулся к мешку, собираясь достать его и перенести друга в убежище, но растерянно вскрикнул:       — Проклятье!       Он вспомнил, что оставил свиток в походном мешке, привязанном к седлу белой лошади. А скакуна прямо из-под носа увёл трусливый орочий трактирщик.       В отчаянии Янни потянулся к подарку матери, уже потеряв надежду на спасение. Тайлен закрыл глаза, прижался к обломившемуся дереву и пробормотал сквозь зубы:       — Янни… уходи из города. Оставь меня.       — Я не оставлю тебя умирать, — упрямо прошептал лекарь, сжимая вспотевшими ладонями увесистую книгу. — Я что-нибудь придумаю.       Дрожащими пальцами он пролистал пыльные страницы. Лишь изредка Янни открывал этот старинный фолиант, но в суматохе вспомнил: когда-то там встречались древние исцеляющие заклинания, которыми пользуются эпископы в храмах Матери всего сущего.       Он долго перебирал молитвы, едва удерживая книгу в руках, пока не наткнулся на текст, отдалённо напоминающий надписи из свитков рассеивания.       Травник редко прибегал к магии света, запрещённой в «Аркане», и почти не помнил слов заклинания. Но всё же начал читать, стараясь войти в состояние умиротворённого транса, представляя перед собой заботливое лицо матери.       Янни коснулся вспотевшей ладонью испещрённой ожогами груди Тайлена. Камаэль зажмурился, тихо простонал, стиснул зубы и схватился за меч.       Руки и глаза лекаря наполнились мягким золотистым светом. Магия плавно перетекла к ранениям и проникла в кровь воина. Тайлен расслабленно откинулся на ствол дерева и выдохнул, перестав морщиться. Рукоять «Крыла Икара» выскользнула из пальцев.       Свет полностью заполнил тело камаэля. Раны вспыхнули, засияли, затем энергия растворилась в воздухе, остановив распространение отравляющей магии. Янни вышел из транса, когда золотистое свечение погасло в карих добродушных глазах. Он встревоженно спросил:       — Получилось?       — Получилось, — пробормотал Тайлен с облегчением и тут же с горечью добавил: — Но этого недостаточно…       Янни снова осмотрел тело друга, коря себя за поспешность. Он слишком рано использовал исцеляющие зелья, и пока искал нужное заклинание, ожоги успели превратиться в глубокие раны, продолжавшие кровоточить.       Тайлену требовалась срочная помощь и восстановление. Однако все необходимые мази и снадобья остались в скрытом убежище. Возможность перенестись туда лекарь утратил из-за собственной доверчивости.       Тяжело вздохнув, Янни осторожно выглянул из-под досок и огляделся. Весь Годдард полыхал. На стенах и лестницах шли ожесточённые бои. В центральных и нижних кварталах горели хижины, пламя неумолимо расползалось по улицам. Повсюду стоял гул — лязг стали, грохот камней, крики и стоны умирающих.       Лекарь почти утратил надежду на спасение, но в глубине души продолжал верить в чудо.       Внезапно Янни услышал до боли знакомый шорох крыльев. Рядом с ним на землю опустилась испуганная птица с потрёпанной чёрной ленточкой на шее. Почувствовав беду, дрессированный питомец Тайлена вернулся к хозяину.       — Это же Жак, наш почтовый голубь! — изумился Янни.       Тайлен не ответил. Он лишь горестно усмехнулся и закрыл глаза, готовясь к встрече со смертью.       Лекарь достал из сумки пепельные волосы Пандоры, испачканный чернилами пергамент и ручку, недавно купленную в Руне. Он быстро принялся писать, надеясь, что птица сумеет долететь до тёмной эльфийки и не погибнет в пути.       Янни оставил послание, прощаясь с воительницей и сообщая о возможной гибели. В то же время он попытался дать надежду, указав координаты тайного убежища по дороге в Руну и приглашая навестить его, если всё-таки случится чудо и он выживет.       Кое-как свернув пергамент, лекарь взмолился Богам, чтобы Пандора сумела разобрать мелкие кругляшки среди клякс. Накрепко перевязав письмо чёрной ленточкой, он закрепил его на шее голубя и поднёс пепельный локон к маленькому клюву. Выпустив птицу из-под обугленных досок, Янни прошептал на прощание особую фразу:       — Да будет мир.       Тайлен приоткрыл глаза и слабо ухмыльнулся. Сил не осталось совсем, поэтому он даже не поинтересовался, кому предназначалось послание.       Лекарь поднял с земли увесистую книгу Эйнхасад, вспоминая беззаботное детство на берегу тёплого моря и любимую матушку. Он листал страницы с молитвами и читал их тихим, безмятежным голосом, надеясь хоть немного облегчить предсмертные муки друга.