По-магловски

Когда Гермиона уже минут десять бесплодно пыталась стянуть с себя ворох ткани, она была вынуждена признать, что купить платье для подружек невесты оказалось проблемой. Сроки начали поджимать, и Джинни наконец-то согласилась, что пора уже нанять кого-то ответственного за приготовления, иначе свадьбу придется отложить на неопределенный срок. Конечно, можно было довериться Молли, но всё же им предстояло не домашнее празднество, а нечто более официальное, и нужно было держать планку. Выбор пал на одну из дам, что рекламировали свои услуги в «Ведмополитене» – миссис Пибоди. Наведя справки, Джинни уверилась, что эта мадам является устроителем праздников высшего класса, и тут же рискнула к ней обратиться. Женщина оказалась деятельной, и, узнав, в каком состоянии дела (свадьба через два месяца, а не готово совсем ничего) просто схватилась за голову. На вкус Гермионы сама миссис Пибоди здорово напоминала незабвенную Риту Скитер: манеры и кудряшки так и вовсе были точь-в-точь. Луне она, кажется, тоже не особо пришлась ко двору, хотя она и не выражала открытого сопротивления драконовским мерам и мерзкому тону распорядительницы. Но, нужно отдать ей должное, дело сдвинулось с мертвой точки. Конечно, первым делом были призваны «безответственные подружки невесты». Гермиона и вовсе не могла отмахаться: Джинни каким-то мистическим способом прознала, что она уходит в отпуск (впрочем, это объяснимо, если учитывать, что девушка отписала об этом Гарри). И теперь кроме переписки с Фредом, очень занятым в магазине, и зазубривания магловских учебников, Гермиона получила дополнительный вагон работы со свадебными вопросами. Магия, конечно, здорово облегчала им процесс, но не настолько, чтобы назвать его полностью автономным. В отпуск отпустили с неохотой. Около половины бумажной волокиты отдела давно повесили на её хрупкие плечи, и теперь совершенно непонятно было, кто же будет делать за неё всё это. Она просидела в офисе целую неделю, пропуская мимо ушей ехидные смешки, ткнувшись носом в бумаги и отсчитывая буквально каждый час. Настроение было отвратным, а комиссию, её детище, жалко было до слёз. Гермионе хотелось оставить после себя какую-нибудь гадость, как советовал Фред, но здраво рассудив, что напортачь она в своих документах, и её тут же выдернут из отпуска, девушка поумерила пыл. А потом всё же не удержалась: спрятала содержимое нескольких папок Батшебы (тех самых, что снова ненавязчиво сложили ей на стол) в самую дальнюю стопку бумаг. Найти эти бланки в ворохе без помощи магии было невозможно, потому что их как раз заколдовали от этого, а работа в отделе встанет как минимум дня на три, но не сразу, а через недельку-другую. Было ещё смутное желание обрызгать подкладку мантий этим двум очень «перспективным» зельем Фреда, что лежало у неё в тумбочке, подшутить так, чтобы пол министерства оценило. Только Гермиона снова удержалась, понимая, что слишком уж явно из этой шутки будут торчать если не её уши, так волосы точно. К тому же это всё попахивало первым курсом Гриффиндора и Фредом. А на работе ей было намного более выгодно вести себя как дальновидная слизеринка. И вот суббота была совершенно загублена бесконечным походом в магазин. Слава Мерлину, наряд невесты был наконец-то выбран ещё рано утром: Джинни остановилась на светло-персиковом шифоне с вышивкой. Но теперь настала очередь их с девчонками мучений. Джинни была скорее жилистой благодаря постоянным занятиям спортом. Такой же была и вторая подружка Надин. Гермиона обладала женственной фигурой. Луна была от природы субтильной. Как подобрать что-то приличное на три разных фигуры было совершенно не понятно. Наконец-то Гермиона вылезла из платья, к своей чести, даже не заставив его трещать, хотя возможно это было следствием зачарованных ниток. Но как только она высунулась из кабинки, к ней тут же подошла продавец-консультант. Кажется, девушка тоже старалась избегать миссис Пибоди. – Это последнее, – устало, но достаточно громко объявила она, передавая Гермионе платье. – Простите? – миссис Пибоди нахмурилась. – Что это значит? – На данный момент это все платья, что мы можем предоставить. Они и в правду торчали в этом магазине уже часа четыре, и это был третье и самое большое из пяти свадебных ателье, которые были в Англии. То, что идеально сидело на Гермионе, совершенно не сидело на Луне и делало Надин квадратной. Платья, отлично выглядящие на Луне, Гермиону и Надин чудесным образом превращали в девиц облегченного поведения. Платья Надин и вовсе не подходили двум остальным. Из дальней кабинки послышался спокойный и какой-то отстраненный голос Луны: – У меня идея. Она плавной походкой вышла из раздевалки, где тут же что-то с громким шелестом свалилось на пол. – Давайте купим платья разных фасонов. Но одного цвета и драпированные в одном стиле. И сделаем цветную свадьбу. Джинни, персиковый, да? – Персиковый, – ревниво подтвердила миссис Пибоди. – Ну вот, персиковый, но только темнее, чем у Джинни. А вышивку похожую, только не такую шикарную. Скажем не стеклярусом, как у невесты на платье, а просто нитками. Гермиона согласно кивнула. Кажется, темный персиковый подойдет всем. – Или градиентом, – высказалась она, стоило только прийти мысли ей в голову. – Допустим, Надин темнее, мне светлее, Луне ещё светлее, а Джинни самое светлое. – Нет. Что-то одно, – тут же забраковала идею миссис Пибоди. – Или цвет или фасон. – Позвольте, – вклинилась девушка-консультант. – Мы сможем гармонично соединить цвет и форму. Спор набирал обороты. Джинни задумчиво смотрела в потолок, но, кажется, наслаждалась тем, что это не ей теперь приходится быть главной движущей силой этого бардака именуемого подготовкой к свадьбе. Гермиона протиснулась к ней боком и заговорила на ухо, не желая втягивать остальных: – Волнуешься? – Только насчет того, как мне упросить Гарри надеть персиковый галстук, – фыркнула Джинни. – Можно на контрасте… ну например, синий. Или золотой тоже будет неплохо. – Да. Лучше тогда золотой. Синий Гарри не идет. – Не хочешь составить мне компанию? – Гермиона вздохнула. – Нужно купить подарок Фреду. – День рождения? – Ну да, – кивнула Гермиона, наблюдая как Луна, с горящими щеками, и Надин вдвоем азартно пытаются переспорить миссис Пибоди. – Не представляю, что ему может понравиться, а ты ведь знаешь его всю жизнь. – О. И какие были идеи? Подожди, дай угадаю. Набор юного пиротехника? Особенно ценные ингредиенты? Свитер? А может, какой-нибудь подарок погорячее? – Книга. – Просто что…? – Книга. Он сам просил. На мой вкус, – Гермиона покраснела. – Но я… – Купи ему Камасутру, как раз и пролистаете вместе, – фыркнула Джинни, но тут увидела лицо подруги и сбавила обороты. – Извини. Конечно, я схожу с тобой. И давай их разнимем что ли, а то кто-то кого-то проклянет, а виновата буду я. В итоге девчонки действительно переубедили миссис Пибоди, и даже подобрали фасоны, что Джинни едко назвала «победой». Кажется, она была не в самом лучшем настроении из-за того, что они здорово запаздывали с подготовкой свадьбы. Она тоже взяла отпуск с целью быстрее справиться с приготовлениями. Миссис Пибоди, которой вроде как вменялось не спорить с клиентом слишком активно, выглядела откровенно недовольной. На тихий вопрос Надин, какого черта Джинни ещё не распрощалась с этой дамочкой, невеста едко заметила, что так хоть кто-то знает, что делать, и заставляет подружек это делать. После выбора платьев резко встал вопрос цветовой гаммы. Они отправились к Фортескью, и там за чашечкой кофе Джинни был вручен альбом, в котором персиковый, раз уж именно он оказался лейтмотивом, был скомбинирован с разными цветами. Отлично смотрелся изумрудно-зеленый, бирюзовый, индиго, бордовый и золотой. Джинни задумчиво покрутила в руках образцы комбинаций, а потом уменьшила и спрятала их в карман, желая обсудить все с Гарри. Он, конечно, и вовсе не собирался влезать в свадебные дела, открыв своей невесте доступ к банковскому счету, но вряд ли бы его обрадовала возможность жениться в мантии ярко-слизеринской расцветки. Поскольку без понимания гаммы дальше работать было невозможно, Джинни с недовольным вздохом распустила всех по домам, пригрозив, что завтра она снова с самого утра явится к каждой и «самолично стянет всех с уютных постелек», как она сделала это сегодня. Гермиона дождалась, пока все разойдутся, и Джинни кивнет ей, поднимаясь. – Во «Флориш и Блотс»? – предложила Гермиона. Но Джинни помотала головой. – Он там был миллион раз по работе. Давай лучше у маглов поищем. Гермиона кивнула, прикидывая, какие книжные из тех, где она бывала, ещё не закрыты. Парная трансгрессия давалась ей лучше, чем Джинни, и через миг они уже были в центре Лондона, точно в одной из тех неприметных подворотен, которые она когда-то после войны специально нашла. До магазина было рукой подать, пешком всего квартала два. И Гермиона, как она думала, попыталась завести непринужденную беседу: – Ты надолго в отпуск? – Ещё не знаю, – вздохнула и нахмурилась Джинни. – Как пойдет. Хотя мне кажется, что со свадьбой в этом сезоне поучаствовать в играх мне не придется. Вынырнув на улицу, они шли неспеша, огибая людской поток. Субботний вечер ещё не опустился на город, и белое пальто Джинни бросалось в глаза. Она обладала удивительным талантом носить вещи. Особенно если учитывать её волшебные корни и то, что волшебники могут без стеснения напялить пончо с резиновыми сапогами. Рыжеволосая девушка разоткровенничалась: – Мама вот и вовсе настаивает на том, чтобы я всё бросила и занялась семьей. Видите ли, замужней женщине нельзя уделять карьере внимания больше чем мужу. Идиотизм, между прочим Гарри-то на работе постоянно, он вот-вот станет полноценным стажером, времени на меня вообще не останется. Я дома совсем стухну. – А ты не пробовала ей это рассказать? – осторожно спросила Гермиона. – Шутишь? Она не поймет. Несмотря на то, что она сбежала с отцом, воспитание берет своё. Женщина – хранительница очага. Я люблю маму, но иногда думаю, что в некоторых вещах она была неправа. Мама посвятила себя всю нам. Хотя, заметь, могла бы добиться большего. – Фред считает её образцом, – задумчиво пробормотала Гермиона. Джинни фыркнула. – Фред не выдержал бы с ней и недели один на один. Он и сам похож на маму. Хитрее разве, тут да, в отца. А я вот пойду напролом, – она дёрнула головой, словно породистая лошадь. – Я хочу большего, понимаешь? Не просто быть с Гарри, а быть личностью. А мама… мама думает, что ему будет достаточно меня такой, какая я есть. При этом, не принимая во внимание, что моё желание быть независимой и есть часть меня. – Да, понимаю – Гермиона кивнула. Она и вовсе никогда не могла представить себя домохозяйкой. Её мать всегда работала, и Гермиона не представляла как может быть иначе. Они добрели до магазина, и Джинни охнула, окидывая взглядом витрину. – Грандиозно. Два этажа книг, полки от пола до самого потолка, тысячи, миллионы томов самого разного содержания. Здесь была примерно половина всей Хогвартской библиотеки, а уж та была огромной. Гермиону однажды привел сюда отец и, признаться, едва смог уговорить уйти. Колокольчик тихо звякнул на дверях, но никто не обратил на них внимания. Разговор как-то сам собой утих, пока Джинни бродила от шкафа до шкафа, то и дело ахая от размаха. Полки, под завязку забитые книгами: толстыми фолиантами и тонкими брошюрками, цветастыми и кричащими и презентабельными кожаными, на темы знакомые и незнакомые. – Никогда не думала, что маглы столько читают, – выдохнула она. – Они и не читают, – вздохнула Гермиона. В младшей школе над ней здорово потешались за её любовь к печатному слову. – Сейчас, знаешь, больше в почете телевидение. Ну знаешь, ящик, где показывают истории, как у близнецов та штука с иллюзиями. Джинни фыркнула. – Я знаю, что такое телевидение, – огрызнулась она, а потом добавила. – Гарри показывал. Мы были в гостях у его… хм, кузена. Гермиона была наслышана. – Очень плохо вышло? – Да нет, они вроде ладят. Дадли где-то учится, он говорил, но я не помню. Снимает квартиру в Лондоне, крохотная, но жить можно. Когда им надоело бессмысленно бродить по магазину, Гермиона остановилась и задала определяющий вопрос: – Что Фред вообще может читать? – Или профессиональную литературу, или что-то забавное. В смысле, не уверена, что он оценит глубину и трагизм стихов, – Джинни кивнула на ряд справа. – Хотя кто его знает, на Фреда иногда находит. – Ну, тогда в научную часть, – кивнула Гермиона. Где-то через полчаса, когда в руках у Гермионы уже выросла приличная стопка книг, Джинни удивленно спросила. – Эй, ты собираешься всё это дарить Фреду? – Нет, конечно, – фыркнула Гермиона, осматривая стопку учебников, которые очень удачно должны были ответить на кучу вопросов, что остались у неё после учебников. – Это мне. Нужно же чем-то заниматься в отпуске? – Почему отпуск? Ты же не собиралась. Только не говори, что снова… Джинни выглядела настолько обескуражено, что Гермиона тут же попыталась её разубедить. – Нет. Просто норовят меня выгнать из отдела. Я всё больше убеждаюсь, что это кто-то из своих меня приложил. Только вот зачем? – Странные у вас дела творятся. Может тот, кто тебя… ну, может он думает, что ты шпионишь или что-то в этом роде. – Что ты имеешь в виду? Джинни подвинулась к ней и заговорила в полголоса: – Гермиона, не прикидывайся. Ты и Гарри хотя и выбрали путь с самого низа наверх, но все в нашем министерстве знают: пожелай вы – и карьера была бы стремительней вертикальной бочки Надин. И опять же ваши связи… кому-то может очень мешать, что ты на короткой ноге с министром. – Если бы это и было так, что в случае моего происхождения сомнительно, я хочу строить карьеру на своих знаниях и умениях, а не по протекции, – рассержено зашипела Гермиона. Джинни вздохнула и, вытянув наобум первый попавшийся том, сказала: – Но люди судят по себе. Они снова замолчали. Бегло просматривая химическую энциклопедию, Гермиона вроде как невзначай пробормотала: – Ты знаешь, что близнецы в этом году решили не устраивать вечеринку? Джинни действительно удивилась: – С чего бы это? Они всегда делали себе праздник… – Фред отговаривается тяжелым трудовым днем. Но… Я… не думаю, что мне стоит влезать, но… Что у них с Джорджем? – Джинни удивилась ещё больше, так что рыжие брови поползли на лоб. – В смысле? Что у них с Джорджем? – Оу, – Гермиона внезапно поняла, что Джинни и вовсе ничего не знает, и попыталась обогнуть тему. – Мне показалось, что они в ссоре. – Кто? Фред и Джордж? Не смеши меня! Ни разу за столько лет не видела, чтобы они ругались. Или я чего-то не знаю? – Да нет, – буркнула она, силясь продемонстрировать, что тема и вовсе оказалась случайной. – Просто. – Вы давно с ним виделись? – На выходных. Прошлых. Но он пишет, – если те несколько строчек можно так назвать. – Говорит, что у них сейчас на работе завал. Вроде что-то пошло не по плану, а разгребать ему. Да и мне самой было некогда, я закрывала дела по отделу. Гермиона, с сомнением посмотрела на книгу по биологии. Огромная тематическая энциклопедия страниц на семьсот. Себе бы она купила. А Фреду? Если честно, подарок казался ей немного обезличенным. Если не придумает ничего лучше, сойдет это. А если придумает, то, что ж, всегда можно оставить себе – книга, судя по тому, что она просмотрела наискось, была очень интересной. Джинни посмотрела на неё, будто знала все её страхи и сомнения. Два абсолютно бесшабашных дня и ночи. Секс, веселье и какая-то незнакомая теплота. А вслед за этим неделя коротких отписок и мучительных раздумий. Этого ли она ожидала, поддаваясь самой себе? Может, она всё придумала, желая большего, чем он готов был дать? Гермиона надеялась только на то, что он был честен, когда говорил красивые слова, когда убеждал её не только словами, но и телом, жестами, взглядами. И она всю эту бесконечную неделю зря только треплет себе нервы, подозревая его.. в чём? В подлости? В безразличии? В том, что он похож на…? Она взвесила книгу в свободной руке. Посмотрела на ценник, который был ещё вполне доступен, учитывая отпускные и другие книги, и потянула Джинни на кассу.