По-магловски

Гермиона поднималась к себе на этаж, когда услышала грохот сверху. Сегодня оказалось, что пришли сроки подачи заявлений для экзаменов. По крайней мере, об этом орал говорящий ежедневник, который Гермиона привыкла вести ещё в школе. И она как раз возвращалась из центра тестирования, когда услышала шум. Интуиция тут же начала бить тревогу. Аккуратно, буквально на носочках, Гермиона очень быстро преодолела ещё один пролет, чтобы столкнуться с кучей тряпья. Она не сразу сообразила, что это миссис Корстон. Совершенно белая, словно полотно, та полулежала на пыльных ступеньках и едва дышала. Нога женщины была вывернута, глаза закрыты, а возле её головы медленно расползалась кровавая лужа. В первую секунду Гермиона растерялась, откровенно не зная, что предпринять. Всё, на что её хватило - это кинуться к женщине и дрожащим голосом спросить: – Что с вами? Миссис Корстон, вы можете говорить? Однако женщина не отзывалась. Что-то нужно было делать. Гермиона упала перед старушкой на колени, умоляя себя не паниковать и трясущимися руками пытаясь нащупать вену на шее. Пульс был. В голове судорожно заметались мысли. Руки, будто на автомате, проделали комбинацию, которую она заучила ещё четыре года назад. В первую очередь она была магом, который привык к магическим способам врачевания. О том, что на работе за применение магии к магле её по голове не погладят, она даже не подумала. Несколько самых простых диагностических показали, что женщина действительно без сознания, у нее несколько ушибов, сломана нога, но перелом внутренний и без смещения, и сотрясение мозга. Череп не проломили, так, царапина, просто раны на голове всегда сильно кровоточат, и это заставило девушку выдохнуть с облегчением. Гермиона закусила губу, думая, что же делать. Допустим, ногу она в состоянии закрепить шиной, тут больших знаний не нужно. Заклинание достаточно простое. Но в голову она не полезет! Словно по щелчку, в голове стали всплывать наставления родителей. Лучше без магии. Гермиона отказалась от желания наложить шину – перелома не было видно. Потом она достала из сумки ручку, трансфигурировала её в платок и подложила его под голову женщине, надеясь, что никакая зараза в рану не попала. Бегом спустилась к себе, вызывала по телефону скорую. И вернулась ждать. Время обеда уже прошло, а время пробок ещё не настало, поэтому карета обернулась в течении двадцати минут. Всё это время миссис Корстон не приходила в себя, что здорово беспокоило Гермиону. В остальном в голове девушки было пугающе пусто. Врач осмотрел старушку, нехорошо поцокал языком и махнул санитару – грузить женщину на носилки, чтобы спустить вниз. Гермиона как-то сама по себе оказалась в карете, пока они ехали в больницу. – За бабушкой нужно было смотреть, – фыркнул медбрат, поймав её взгляд. – А то так не заметишь, как они шеи ломают. Если эта не сломала… Гермиона хмурилась и кивала, вовсе не слушая мужчину под сорок с колючим взглядом. – Вы родственница? – внезапно спросил её врач, когда они уже почти приехали. – Соседка, – покачала головой девушка. – Есть возможность связаться с родственниками? – врач напрягся, понимая, что они зря взяли с собой Гермиону. – Не думаю, – девушка напряглась, пытаясь вспомнить, что она вообще знала о миссис Корстон. – Насколько я знаю, она живет одна. Да и не видела я, чтобы к ней кто-то приезжал. – Ну что ж, тогда мы вас... – Если можно, я хотела бы остаться с миссис Корстон, – решительно перебила Гермиона. – Всё же она без сознания. Возможно, я смогу чем-то помочь. – Вы не родственница, мисс, – покачал головой врач, но отчего-то махнул рукой. – Но если вы… – Прошу вас, я хотя бы хочу знать, куда её поместят. Возможно, смогу найти её родню и сказать им… Медбрат посмотрел на неё с сомнением, но врач отчего-то кивнул. В приемнике началась кутерьма. Миссис Корстон сгрузили и куда-то понесли, и всё, что оставалось Гермионе – ждать в белом закутке на неудобном синем стульчике. Под конец её даже начало немного потряхивать. А что, если она неправильно наложила заклинание и на самом деле миссис Корстон пострадала гораздо больше? Спустя час из отделения, куда повезли старушку, вышел парень в халате врача. Представился, хотя Гермиона не запомнила его имя. И её снова спросили родственница ли она. На этот раз Гермиона, плюнув на честность, ответила, что она – внучатая племянница. Ей очень хотелось узнать, что с соседкой, хотя бы потому что она чувствовала себя ответственной за состояние миссис Корстон. Какой бы хамкой старушка не была – всё же живой человек. – Пойдемте со мной, – кивнул парень. – Как она? – поинтересовалась Гермиона. – Пока без сознания. Мы сделали рентген и кое-какие другие обследования. У неё сломана нога. Перелом не тяжелый, но в её возрасте… Гермиона понимающе кивнула. – Скажите, а что голова? – Ссадина. Небольшая, хотя выглядит жутко. Но мы думаем, что у неё сотрясение. Подробнее можно будет сказать, только когда она очнется. – Я могу её навестить? – Можете, хотя она сейчас не в форме. Однако нам нужно, чтобы вы подписали некоторые бумаги, – парень указал ей на дверь, за которой оказался кабинет для приема. – Какие? – насторожилась Гермиона. – Формальное согласие на лечение. Ничего серьезного. Гермиона оторопела, но потом осторожно сказала, наблюдая, как он вытягивает из стопки бланк: – Я дальняя родня. – Не страшно, – отозвался парень, надписывая диагноз. – Как только Миссис Корстон очнется, она тоже подпишет эти бумаги. А пока… Гермиона вздохнула, и жалея, что не может применить обливиейт и что так неудачно соврала, всё же подписала бумагу. Даже имя придумывать не стала. Внучатая племянница, а там как она подписана – не важно. Парень кивнул, забрал у неё заявку, вывел из кабинета, и под локоток вывел её в коридор, вдоль которого шло огромное окно. Там на одной из кроватей лежала её соседка. – В её возрасте удары головой – очень плохая идея, – с сожалением сказал парень. Гермиона молча кивнула. Миссис Корстон выглядела измученной и слабой. К ней подсоединили систему жизнеобеспечения, которая мигала показаниями пульса и давления. Гермиона, словно зачарованная конфундусом, наблюдала за своей соседкой сквозь стекло примерно полчаса, уворачиваясь от то и дело пробегающего мимо неё медперсонала. Всё же странная шутка жизнь. Ещё вчера надоедливая миссис Корстон косилась на неё. И даже едко поинтересовалась, не выгнали ли её с работы. А сегодня Гермиона подписывает бумаги на согласие на её лечении. Был конец рабочего дня, когда Гермиона наконец-то решила идти домой. У дверей холла она заметила рыжую макушку. Знакомый разворот плеча, веснушчатый нос. Гермиона почти засмеялась и уже хотела подскочить к Фреду, но… внезапно поняла, что он не один. Какая-то брюнетка крепко сжимала его локоть и что-то шептала в ухо. Гермиона моментально отскочила за стойку администратора. Лица Фреда было не видно, но то, с какой нежностью он поддерживал девушку, говорило о многом. А ещё… брюнетка была сильно, очень сильно беременна.