Путь Стража

Арсент с досадой чертыхнулся: телефона не оказалось ни в портфеле, ни в кармане. Видимо, он оставил его на рабочем столе, хотя в памяти остался эпизод, как он клал телефон в портфель. Может, воспоминания какого-то другого дня наложились на сегодняшние? Арсент нервно барабанил пальцами по стенке лифта, который вез его обратно наверх. Рецепция была уже пуста. И без того приглушенный свет коридора стал совсем тусклым. Арсент не любил задерживаться допоздна, потому что опустевшее здание наполнялось пугающей тишиной и замогильным эхом. И хоть Арсент не верил в призраков и прочую мистику, все равно ему было не по себе в этих стенах, которые по окончании рабочего дня превращались в склеп из стекла и бетона. В его кабинете было темно, однако начальница все еще сидела у себя: из приоткрытой двери на пол ложилась полоска мерцающего света и слышались голоса. Сначала Арсент решил, что миссис Гордон беседует с продюсером канала DHT Майклом Эвансом. Майкл был ее старинным другом и частенько заходил просто поболтать. В этих разговорах никогда не было ничего таинственного или крамольного, Майкл ни разу не давал повода усомниться в чисто дружеской подоплеке его отношений с миссис Гордон и ни одним словом, жестом или взглядом не намекнул на какие-то романтические шашни. Поэтому Арсент проследовал к своему столу, даже не надеясь узнать пикантные подробности из жизни своей начальницы: с Майклом она говорила только о работе, о светских мероприятиях или просто обсуждала какой-нибудь фильм или концерт. Телефон обнаружился на столе, частично прикрытый папкой с отчетами, присланными рекламным отделом. Вот почему Арсент не заметил его, когда уходил! Он сунул телефон в карман и уже собрался, было, покинуть кабинет, но замер от неожиданности: миссис Гордон назвала своего гостя Таром. Точно так звали того типа, который несколько недель назад ломился к ней без приглашения. Арсент тогда так и не понял, каким образом этот хлыщ проник в кабинет к начальнице. И, слава богу, она не устроила ему выволочку за то, что он не выполнил инструкцию! И вот сейчас этот Тар снова нарисовался. Как будто у него есть потайной ход в этот кабинет! Арсент замер, прислушиваясь. – Я правильно понимаю: вы собираетесь украсть самую охраняемую в мире вещь? – с недоверием поинтересовалась миссис Гордон. – Ты хоть понимаешь, к чему это приведет? Ты! Арсент зажмурился. Его начальница ни к кому так не обращалась, кроме своего самого близкого окружения, а этому странному типу, значит, тыкает! Референт на цыпочках перебрался поближе к двери: что-то тут намечалось таинственное. – Полагаю, к перевороту, – серьезно ответил Тар, и у Арсента быстрее застучало сердце. – Ты говоришь об этом так спокойно? – недоумевала Мэй. – Да, потому что именно этого и добиваюсь. Когда ключи будут у нас в руках, то и весь мир тоже будет у нас в руках. Это похлеще, чем завладеть ядерным оружием. Лицо Арсента вытянулось от изумления. – Господи… – миссис Гордон вздохнула. – Не могу поверить, что ты всерьез говоришь о таком. Ключи хранятся на военной базе в Куантико. Ты что же… собираешься напасть на военную базу? – Не напасть, а проникнуть, – поправил ее Тар. – Мы проникнем на базу, вскроем бункер и украдем ключи. – Ты говоришь не о банковском сейфе, а о военной базе, на которой расквартировано почти десять тысяч солдат! Туда невозможно проникнуть! – В обычное время – да. Но если создать нестандартную ситуацию, посеять панику, то в этой неразберихе легко затесаться в любое, даже самое охраняемое место. – Тар, мы говорим о военных. Эти люди обучены реагировать на любые нестандартные ситуации. Ваш план обречен на провал. – Вовсе нет! Прочти, я детально изложил все тут, – из кабинета донесся звук, будто на стол бросили папку с бумагами. – Ну а если коротко, то мы планируем распространить на базе вирус. – Какой еще вирус?! – Честно говоря, не знаю, какой именно. Ребята что-то там украли из института вирусологии в Огайо, – Тар шмыгнул носом. – Когда полбазы сляжет с температурой, у военных не будет выбора: они объявят карантин и обратятся к эпидемиологам. И вот тогда под видом врачей мы и проникнем на базу. Из-за карантина все передвижения солдат по территории будут запрещены, и мы можем не опасаться, что нас засекут, пока мы взламываем бункер. К тому же вывезти ключи вместе с зараженным пациентом, или в контейнере с пробами, да даже под защитным костюмом – проще пареной репы. Арсент закрыл рот рукой. То, что он услышал сейчас, тянуло на государственную измену, не меньше. Этот Тар – очень опасный тип, и если он прознает, что произошла утечка информации, он, конечно, не остановится ни перед чем, чтобы убрать свидетеля. Однако страх и любопытство не позволили референту даже шелохнуться, не говоря уж о том, чтобы сбежать. – Не делай этого, Тар! – в голосе Мэй послышалась мольба – интонации, которых раньше никто и никогда не слышал из уст этой женщины. – Пострадают невинные! – Во-первых, вирус хоть и агрессивный, но не смертельный. Я не убийца, что бы ты там обо мне ни думала! – Тар выдержал паузу. – А во-вторых, маятник уж запущен: зараза скоро окажется на территории базы, и через пару-тройку дней начнется эпидемический подъем. Процесс необратим. Даже вакцинация военнослужащих уже не поможет. Станет только хуже: ослабленный вакциной организм будет легкой мишенью для вируса. Мэй молчала. Арсент, как мог, напрягал слух, чтобы понять реакцию своей начальницы: злится она или плачет, неистово сверлит гостя взглядом или обдумывает, какую выгоду сможет извлечь из этого сама. – Для чего ты это мне рассказал? – наконец, заговорила миссис Гордон. Тар ответил не сразу, видимо, давая возможность собеседнице самой обо всем догадаться, но потом все же раскрыл карты: – Чтобы ты сделала выбор. Когда ключи будут у меня, мне подчинится весь мир. И я хочу, чтобы ты взошла со мной на вершину. Арсент нахмурился: все-таки этот Тар подбивает клинья к его начальнице. Ну жук! Однако миссис Гордон тоже оказалась в непростом положении: откажи она сейчас этому сумасшедшему – и он может убить ее. Где-то глубоко в душе Арсент понимал, что его начальнице требуется помощь благородного рыцаря, который спасет ее от чудовища, но разум напоминал, что он, Арсент Лафайет, далек от рыцарского образа. Ему привычней было не идти в бой с открытым забралом, а незаметно создавать такие условия, которые бы устраняли противника без физического вмешательства. Поэтому референт не ворвался в кабинет начальницы, чтобы повязать опасного Тара и передать в руки правосудия, а остался под дверью обогащаться информацией. – Я прагматик, Тар, ты это знаешь, – сухо произнесла Мэй. – Я не даю обещаний, если мечты далеки от реализации. Я не решаю уравнения, в которых слишком много неизвестных. Давай вернемся к разговору о восхождении на вершину, когда у тебя в руках будут ключи от Врат. – А сейчас почему не можешь дать ответ? – усмехнулся визитер. – Ты ведь ничем не рискуешь. Если мне не удастся достать эту штуковину, значит я наверняка погибну. С тебя снимаются все обязательства. А если я добуду ее, то тебе выгодней быть на моей стороне. И значиться в этих списках в разделе «До похищения», а не в разделе «После». Я не злопамятный, Мэй, но память у меня хорошая. Она то и дело подкидывает мне слайды с разными ситуациями… – Шантажируешь? – Отчасти – да. Но мне все-таки хочется, чтобы ты сделала этот выбор сознательно – умом или сердцем, тут уж не важно, – Тар вздохнул. – Если ты мне откажешь, то, став властелином мира, я, конечно, не буду тебя преследовать. Живи, как хочешь. Но помни: ты уже не сможешь обратиться за помощью ни ко мне, ни к моим людям. – Хорошо, я подумаю, – Мэй встала (Арсент услышал, как шаркнул ее стул по ковру). – А теперь извини, мне надо ехать. – Куда тебя отвезти? – Не стоит беспокойства: я сама вожу машину, – Мэй что-то положила в сумочку, чиркнула «молния». – Я тоже. Говори адрес! Арсент обеспокоенно огляделся. Если этот Тар сейчас застукает его здесь, то подслушанный разговор станет последним эпизодом в его жизни. Референт заметался в поисках укрытия и, наконец, юркнул под стол. Конечно, если бы в кабинете горел свет, то обнаружить случайного свидетеля было бы проще простого, но, к счастью, лампы были потушены. Вот и в кабинете миссис Гордон погас свет – и сразу стало слышно, как гудит звездный проектор. Арсент старался не дышать и даже как-то умерить свое сердцебиение, которое, как ему казалось, эхом разносилось по всему этажу. Мэй Гордон и ее спутник вышли из кабинета, их шаги все удалялись. Потом заработал лифт. А потом и он покинул этаж. Арсент все сидел под столом, боясь пошевелиться. Ему казалось, что Тар не ушел вместе с его начальницей, а притаился за дверью, чтобы застать врасплох лазутчика. Однако через несколько минут от неудобной позы заныли колени, и референт осторожно выбрался из укрытия. Сердце по-прежнему колотилось, руки похолодели, в ногах появилась противная дрожь. Что значит услышанное сегодня? Что затеял этот опасный тип? Переворот, он же сказал… Государственный переворот! Собирается украсть какие-то ключи… От чего? Что этими ключами открывается или запускается такое, от чего зависит судьба целого мира? Может, это не обычные ключи, а какие-нибудь коды, например, для активации ядерной установки или чего еще похуже? Арсент облизнул пересохшие губы и прислушался. И без того неприятная тишина опустевшего небоскреба стала какой-то особенно зловещей, но любопытство придавало референту сил, и он прокрался в кабинет начальницы. Вот стол, на котором в свете все еще мерцающего неба сереет прямоугольник папки. Это ее Тар бросил на стол, когда просил Мэй ознакомиться с деталями. Подсвечивая себе экраном телефона, Арсент осторожно открыл обложку папки. Какие-то чертежи, схема здания или что-то ее напоминающее. На второй странице – то же самое, как и на третьей, четвертой. На пятой выдержка из технической документации про водопроводные фильтры – с кучей цифр, технических выкладок и незнакомых слов. Дальше карта, видимо, план военной базы Куантико. Арсент выпрямился и выдохнул, сложив губы трубочкой. Дело принимало серьезный оборот. Папку необходимо было доставить куда следует. Вот только надо снять копии, иначе Мэй быстро вычислит лазутчика. Арсент, прихватив документы, скользнул обратно к себе, включил копировальный аппарат. Надо сделать по две или даже три копии каждого листа, чтобы иметь запас и в случае непредвиденной ситуации слить информацию какому-нибудь каналу. Когда все это просочится в СМИ, Тару некогда будет гоняться за простым секретарем. У него будет задача посложнее. Арсент улыбался, представляя, как изменится этот тип в лице, когда поймет, что его планы раскрыты. Однако все же не стоит публиковать это сейчас. Журналисты, конечно, способны поднять шумиху и придать делу резонанс, но безопаснее всего натравить на Тара серьезных ребят, которые стоят на страже государства. Для начала лучше обратиться в спецслужбы. Если у них получится схватить изменника, то Арсенту не придется беспокоиться за свою шкуру. На этом, возможно, даже удастся сделать карьеру: простой клерк обезвредил террористов. Размышляя о том, куда ехать или звонить, Арсент вдруг вспомнил, что полгода назад к ним в офис приходил некто мистер Лего, представившийся сотрудником ФБР. Спрашивал, не приходили ли к Мэй или к кому-то еще подозрительные личности, не менялся ли ни с того ни с сего порядок работы в компании и прочее. И тогда же он оставил визитку и попросил Арсента сообщать обо всем, что покажется ему подозрительным. Он обосновал это тем, что некоторые террористические группировки подкупают руководство каналов, чтобы те предоставляли им эфирное время для скрытой пропаганды. Арсент бросился к столу, принялся рыться в ящиках. Куда же он подевал эту визитку? Впрочем, тяга мистера Лафайета к порядку доказала свою полезность: через минуту он уже сжимал в руке пластиковый прямоугольник визитки главного специалиста управления особо важных расследований ФБР Ирвина Лего.