Путь Стража

Вертолет сел в одном из пригородов Западной Вирджинии, чтобы подобрать еще одного пассажира. – Заказчик велел никого не брать, – хмуро заметил Киор. Тар вернул ему способность говорить, чтобы тот приказал незамедлительно подать вертолет. – Он будет играть роль пилота, – пояснил Женька. – Заказчик же не думает, что ты или король сядете за штурвал. Услышав такое, пилот растерянно перевел взгляд со Стража на главнокомандующего. Тартанов положил руку летчику на плечо: – Не волнуйся, парень, с тобой ничего не случится. Играть роль не значит быть. Когда на борту появился Седрик, Киор понимающе кивнул: – Ты! Ну конечно! Кого же еще могла отрядить Мэй?! Мистер Дорф промолчал, не удостоив военачальника даже взглядом, а Женька между делом заметил: – Что-то ты разговорился, полковник… Киор зыркнул на него исподлобья, но больше ничего не сказал. Вертолет взмыл в ночное небо, взяв курс на таинственный Канаан. Греус, вцепившись в поручни, съежился и зажмурился, видимо, полеты доставляли ему серьезный дискомфорт. Рядом сидел полковник Годрайо, буровя взглядом Седрика, который сидел прямо напротив него. Мистер Дорф проявлял прямо-таки чудеса самообладания, обращая на главнокомандующего столько же внимания, сколько и на стенку позади него. Тару, хоть он и сидел плечом к плечу с Седриком, приходилось повышать голос, чтобы перекрыть гул вертушки: – Мы выйдем, а ты будешь ждать здесь. Прикроешь меня, если что-то пойдет не по плану. Однако истинный план операции он произносил не вслух, а мысленно, чтобы только Седрик знал о нем.

***

Река Снейк оправдывала свое название. Десятки тысяч лет назад ей пришлось прокладывать себе путь через скалы, раздвигать вековой лес, бороться с оползнями и камнепадами, которые не раз засыпали ее русло, и снова со стоическим упорством искать дорогу на юг, к большому и теплому океану. Сейчас Снейк извивалась, закладывая умопомрачительные виражи среди отвесных скал, и с гневом сносила любые мосты в период паводков. Поэтому железнодорожный мост был перекинут через ущелье почти пятнадцатиметровой глубины. Весной, в период активного таяния снегов, Снейк взбухала, становилась шумливой и неукротимой, но, как ни старалась, добраться до моста у нее не получалось. Впрочем, время было на ее стороне. Железнодорожный мост представлял собой ненадежную конструкцию: проржавевшие опоры, вбитые в породу, стонали и кряхтели, готовые сбросить с плеч одноколейное полотно, ведущее с одного края обрыва на другой. По обе стороны от рельсов имелись две пешеходные дорожки с леерным ограждением, тоже проржавевшим и не внушавшим доверия. Мост был частью железнодорожной линии горнодобывающей компании, которая разорилась в 90-е годы прошлого века. Добычу породы и известняка прекратили, и с тех пор мостом никто не пользовался, и он постепенно ветшал и приходил в негодность под напором осадков и ветров. С западной стороны ущелья плотной стеной стоял лес – темный, неприступный, неласковый. Он проглатывал рельсы, тянущиеся с моста, и казалось, что так же легко и бесследно он может проглотить и груженые вагоны. С восточной стороны имелась проплешина диаметром метров пятьдесят. Видимо, во время строительство железной дороги здесь располагался лагерь строителей: деревья были вырублены, а земля так перепахана и утрамбована техникой, что вот уже несколько десятилетий здесь так ничего и не выросло, кроме редких пучков блеклой травы. Едва вертолет приблизился к месту назначения, как на восточной стороне ущелья засветился знак посадочной площадки. То был не костер и не лампы – свечение создавала магия. Женьке это сразу не понравилось. Если у Заказчика есть силы сооружать такие магические сигналы, значит его мощь с момента их с Тартановым последней встречи намного возросла. Так называемая дистанционная магия, когда явления и метаморфозы происходили на значительном удалении от колдующего, была показателем его силы. Чем больше расстояние, тем мощнее магия. И Заказчик вряд ли прятался в кустах на краю посадочной площадки. Как только вертолет сел и заглушил двигатели, Женька наслал на пилота сон, а Седрик на всякий случай стянул ему запястья удавкой. – Как мы потом расколдуем его? – Киор недовольно кивнул на пилота. – Ты ведь обратно с нами не полетишь, а твои заклинания нам не снять. – Значит, тебе придется осваивать управление вертолетом, – хитро улыбнулся Женька и добавил, увидев вспыхнувший гнев в глазах полковника: – Не бойся, заклинание с таймером. Через час он проснется сам. Киор надел на Тара наручники и забрал свой пистолет: – Все должно быть естественным. Ты сам это сказал. – Смотри, не сглупи, полковник. Тебе не по зубам ни я, ни Заказчик. Он не дракон, хотя кажется таковым на первый взгляд. Он монстр в обличие дракона, и его истинную силу не знаю даже я. Греус спал с лица и обессиленно опустился на сиденье. Военачальника такими разговорами было трудно испугать: он привык оценивать силу и опасность противника по своей шкале. Седрик молча наблюдал за этими сборами из хвостовой части салона, положив на колени свой «Узи». Наконец, троица покинула вертолет и двинула к мосту. Женька намеренно шел, спотыкаясь. Чтобы Заказчик поверил, что перед ним действительно пленник, Тартанов должен был выглядеть истерзанным. Его вид – разорванная в нескольких местах майка и кровавые пятна на одежде – красноречиво говорил о его физическом состоянии. Пару раз Женька падал на колени, и Киор, надо отдать ему должное, подыгрывал ему: окрикивал, рывком заставляя снова подниматься на ноги. Король же, выразительно хромая, двигался чуть позади, постоянно оглядывался и вздрагивал от каждого шороха. Подойдя к началу моста, военачальник остановился, одернув пленника. С противоположной стороны ущелья на них смотрел угрюмый лес. Тишину нарушал лишь ветер, перебиравший кроны, да изредка где-то ухал филин. Киор выжидал, бегло оглядывая окрестности. На случай опасности он отвел пистолет чуть в сторону от тела пленника, чтобы успеть выстрелить в случае нападения. У Греуса первого сдали нервы. – Заказчик! – крикнул он в темноту, и ночной зловеще умножил его голос эхом. – Мы здесь! В тишине прошла еще одна минута, и стало казаться, что к прилетевшим драконам никто не выйдет. Киор, было, уже открыл рот, чтобы предложить убраться отсюда, но тут его острое драконье зрение различило неприметную фигуру на другом конце моста. Это был невысокий худощавый мужчина с абсолютно белыми длинными волосами, забранными в хвост у шеи. Женка ужаснулся тому, как всего за пару месяцев изменился Горыныч. Он высох и постарел, словно поглощенные им драконы и монстры теперь поглощали его жизненную силу. Темно-серый спортивный костюм болтался на нем, как на вешалке, щеки ввалились так глубоко, что под скулами залегли плотные тени. – Сойдемся для разговора! – крикнул теперь уже Киор, потому что король, увидев своего визави, несколько растерялся. Вместо ответа Горыныч сделал шаг вперед и исчез, но тут же объявился снова – посреди моста. Военачальник с королем переглянулись. Киор первым ступил на пешеходную дорожку, идущую вдоль рельсов. Идти вдвоем по ней было не очень удобно: приходилось толкать перед собой шатающегося и спотыкающегося Тара, который, ко всему прочему, был еще почти на голову выше главнокомандующего. Короля же такой порядок продвижения полностью устраивал: между ним и странным Заказчиком было теперь не одно, а целых два тела. Когда между ними и Горынычем оставалось метров пять, Киор остановился и спросил: – Это ты Заказчик? – Есть сомнения? – усмехнулся тот. – Думаешь, кто-то еще мог случайно оказаться на заброшенном мосту в этой дыре? Полковник Годрайо промолчал, отдавая инициативу разговора королю. – Ключи у тебя? – встав так, чтобы, с одной стороны, видеть собеседника, а с другой – успеть быстро спрятаться за спину главнокомандующего, подхватил нить переговоров Греус. Горыныч кивнул в сторону пешеходной дорожки по другую сторону рельсов, и все, включая Женьку, повернули туда головы. Поначалу не ясно было, на что указывал Заказчик, но Тартанов первый разглядел знакомый брезентовый мешок, привязанный к перекрытию моста. Сделано это было с хитринкой. Чтобы развязать узел, нужно было просунуть руки в щели между шпалами – по одной руке в каждую щель, а значит, отвязав мешок, пришлось бы изловчиться, чтобы вытянуть его на мост. При этом одно неловкое движение – и артефакт отправится в кипучие воды Снейка. – Проверь, Киор! – приказал король, небрежно кивнув на мешок. Военачальник перевел на него недоуменный взгляд. – Иди! – Греус вырвал у него из рук пистолет и уткнул ствол пленнику между лопаток. Полковник с неохотой отправился выполнять приказание. Ситуация, в которой они с королем оказались, была проигрышной по многим позициям. Во-первых, отвязывая мешок, Киор какое-то время должен был находиться в уязвимом положении: стоя на коленях, полубоком к противнику, просунув руки в щели между шпалами. Во-вторых, он не знал, как выглядят ключи на самом деле. Тар, конечно, удостоил их с королем скудной информации относительно артефакта, но что если эта информация ошибочна? Или, например, он, Киор, неправильно истолкует увиденное и вместо артефакта выменяет подделку? В-третьих, отдав пленника Заказчику, они с королем остаются без прикрытия. Ничто не помешает этому седовласому старикану пустить им пули в спины и забрать ключи вместе с Таром. Правда, в глубине души военачальник надеялся, что Страж, умеющий плавить налету пули и избавляться от защищенных магией наручников, сумеет сделать это и сейчас. Впрочем, в то, что Страж встанет на их с Греусом защиту, Киор верил меньше всего. С какой стати этому парню защищать тех, кто несколько часов назад его пытал? Наоборот, для Тара все складывается самым лучшим образом. Размышляя об этом, полковник Годрайо сам не заметил, как справился с веревкой. Теперь стоило сосредоточиться на поднятии мешка. Стараясь не делать резких движений, Киор нашел удобное положение, в котором мог перехватывать груз то одной, то другой рукой, и, просунув мешок между шпал, осторожно втянул его на мост. Заглянув внутрь, он увидел прозрачную призму, внутри которой угадывались три продолговатых предмета. Они походили на те, что бегло описал Тар, поэтому главнокомандующий поднялся и направился к королю. – Это все? – раздраженно поинтересовался тот, заглядывая в мешок. – А что бы ты еще хотел? – усмехнулся Заказчик. По его тону было понятно, что он обо всем догадался – и о том, что король никогда не видел артефакта, и о том, что теперь отчаянно пытается это скрыть. Уязвленный таким вопросом, Греус забрал подбородок: – Ты обещал еще и парня, который это украл! Заказчик слабо кивнул и, отведя руку чуть назад, поманил кого-то пальцами. На противоположном конце моста появилась фигура Фая. Она медленно двинулась к месту переговоров, запинаясь о горбыли и оступаясь, словно он не видел в темноте. Его голова была слегка опущена, а потухший взор падал прямо перед собой. Еще вчера этот молодой дракон являл собой пример грации и силы, но теперь от пружинистой походки и расправленных плеч не осталось и следа. Фай ссутулился и осунулся, его сильные руки плетьми висели вдоль тела, а звериная грация сменилась угловатостью. Женька понял, что воин стал жертвой Горыныча, когда его нашел Горан. Из всей команды он единственный, пожалуй, и был слабым звеном. Горынычу ничего не стоило внушить честолюбивому и обиженному воину, что настал час возмездия, а дальше все сделали отчаянность и чувство превосходства, когда Фай почувствовал, что у него получает обманывать и могучего Стража, и хитрого Седрика. Тщеславие ослепило молодого воина, и он не заметил, как стал марионеткой в руках монстра. Теперь все встало на свои места: вот откуда взялось заклинание, защитившее мотоцикл от попадания огненной стрелы! Вот кто надоумил Фая взять с собой Верди, чтобы переключать все мысли на нее! Вот кто подготовил пули с олием! – Мы забираем его, – безапелляционно заявил Греус, как будто диктовать условия мог только он. Горыныч пожал плечами, и король кивком указал полковнику на приближающегося Фая. – Сначала ваша часть сделки, – в голосе Заказчика появились нотки нетерпения. – Твой парень стоит дальше, – не уступал Греус, и Женька подумал, что в молодости он был жестким, не знающим отказа правителем. Это сейчас возраст и страз подточили его внутренний стержень, однако остатки характера временами проявлялись очень ярко. – У тебя в руках ключи от Врат, а ты печешься о какой-то шестерке, – фыркнул Горыныч, но король не отступал, задрав подбородок и чуть выдвинув вперед челюсть. Женька вздохнул и прикрыл глаза: немощный старик и боец с пистолетом против монстра с неизведанной силой. Горынычу ничего не стоит прихлопнуть их обоих. Киора, конечно, с одной удара убить не получится, но и долго сопротивляться полковник Годрайо тоже не сможет. Что в такой ситуации делать ему, Женьке? Продолжать играть свою роль или вступиться за драконов, раскрыв свою силу? Однако Горыныч, видимо, тоже решил до поры до времени не демонстрировать свои способности. Он дождался, пока Фай поравняется с ним, а потом придержал его за полу куртки. – Сначала Тар. Греус довольно болезненно ткнул пистолетом Женьке в спину, и тот сделал несколько шагов навстречу Горынычу. Старый дракон опустил руку, и Фай продолжил движение. Киор подскочил к нему и, схватив за плечо, потащил за собой. Король тоже заторопился прочь с моста, прижимая к груди мешок с ключами. – Ну, здравствуй, Женя, – донесся до главнокомандующего голос Заказчика, но вслушиваться в дальнейшую беседу он не стал. Предчувствие подсказывало ему, что то противостояние, которое угадывалось между Стражем и Заказчиком, грозило вот-вот пролиться смертельной схваткой. Инстинкт самосохранения советовал военачальнику держаться подальше от этого действа. Однако, уже сойдя с моста на землю, полковник Годрайо не удержался и обернулся. Тар стоял, все так же закованный в наручники, а Заказчик – все так же в нескольких шагах от него. Казалось, что они застыли в некоем стоп-кадре, и будут стоять так, пока невидимый зритель не снимет воспроизведение с паузы. Внезапно пространство позади Стража бесшумно и стремительно разверзлось. Он успел лишь вскинуть голову – и его поглотила пустота. А сам Заказчик съежился, согнулся в три погибели, будто ему сунули нож в живот… и превратился в птицу с длинными кожистыми крыльями. Издав протяжный не то стон, не то вой, птица одним взмахом крыльев поднялась в воздух и растаяла в темноте. Киор сглотнул и зашагал быстрее, таща за собой вялого Фая. Увиденное так потрясло его и в какой-то мере даже напугало, что он чуть не забыл о другой опасности – вооруженном Седрике в вертолете. И хотя Тар велел ему беспрепятственно отпустить короля и военачальника, полковник ни секунды не сомневался: мистер Дорф поступит иначе. Во-первых, Тар говорил это, надеясь, что сможет забрать ключи у Заказчика. Имея на руках артефакт, ему не было нужды убивать ни короля, ни его высокопоставленного телохранителя. И уж коль первый пункт плана провалился, то выполнять второй Седрику не было резона. Во-вторых, Седрик умел читать мысли, а значит он знает, что Киор Годрайо считает его предателем и намерен любой ценой засадить за решетку. В-третьих, мистер Дорф, как истинный преступник, презрел закон, запрещающий использовать магические умения без особого разрешения. Полковник понял это, когда вертолет совершил посадку, чтобы подобрать еще одного пассажира. В Дэвисвилле было ясно и ветрено, а на куртке и штанах Седрика темнели крапинки от дождя. Это означало, что в Дэвисвилл он перенесся при помощи телепортации из какого-то другого места, где шел дождь. При таких обстоятельствах жизнь главнокомандующего, да и короля тоже, была в опасности. Чем ближе полковник подходил к вертолету, тем яснее понимал: внутри Седрика нет. Скорее всего, он перебрался в лес, потому что оттуда было удобнее прикрывать Тара. Вертолет он мог покинуть при помощи все той же телепортации, чтобы бдительный Заказчик не заметил движения и не отменил сделку. Киор прибавил шагу, но вспомнил про короля: субординация не позволяла обгонять монарха. – Быстрее в укрытие, ваше величество! – бросил главнокомандующий скорее для проформы, нежели опасаясь за жизнь Греуса. Однако ускориться короля заставили не эти слова, а то, что произошло следом за ними. Одиночный выстрел рассек ночную тишину. Фай нелепо дернулся и повалился вперед и вбок. Главнокомандующий разжал пальцы, не в силах удержать мгновенно отяжелевшего и обмякшего пленника. – В вертушку! Быстро! – не своим голосом заорал Киор, но король уже и так ринулся к вертолету с небывалой для его возраста прытью. Полковник тоже сделал рывок в эту сторону, но потом отпрыгнул в сторону. Как и следовало ожидать, Седрик купился на этот обманный маневр, и Киор успел заметить, как из зарослей метнулась тень – и в ту же секунду мистер Дорф появился в проеме вертолетной двери. Военачальник выстрелил мгновенно, пока Седрик не сообразил, что противник обвел его вокруг пальца. Но то ли рука у полковника дрогнула, то ли мистер Дорф оказался проворнее: пуля не задела его, и он тут же укрылся в салоне. – Ты что палишь?! – завопил король, которого второй выстрел заставил упасть на колени и съежиться, и теперь пожилой правитель с кряхтением поднимался. – Уволю тебя, если будешь так стрелять! Ты мог меня убить! «Я мог тебя убить сотню раз», – устало подумал Киор, а вслух произнес: – Он пристрелит нас! Укройтесь где… Договорить ему не дала рука, ухватившая его за правое предплечье, и дуло, ткнувшееся ему между лопаток. – Если хочешь жить – бросай пушку, – спокойно произнес мистер Дорф. Полковник вдруг ощутил, как внутри разгорается знакомый пожар гнева. Пока этот шар еще не раскалился, ощущения были даже приятными, словно специальный агент Годрайо погрузился в знакомую стихию. Это настолько окрылило его, что он даже попытался сопротивляться: – Тебе велели отпустить нас. – Оружие на землю! – все тем же холодным голосом повторил Седрик. – Или к трупу этого щенка добавится еще и твой. На скулах Киора заходили желваки, но он все же подчинился требованию и откинул пистолет в сторону. – А теперь ты, Греус! – продолжал Седрик, глядя поверх головы главнокомандующего. – Неси сюда мешок с ключами. – Это собственность государства! – запротестовал король. – Как думаешь, если я вышибу мозги твоему полковнику, кто защитит тебя в этом лесу? Лицо Греуса нервно затряслось: – Ты ответишь за все! За все ваши… – Мешок! – оборвал его Седрик. – Подавись! – Греус швырнул сокровище в сторону, но почтенный возраст смазал эффектность жеста: мешок упал в двух метрах от короля. – Я просил подать мне его в руки, – казалось, Седрика ничто не могло вывести из себя. – Ты с королем говоришь, мерзавец! Как ты смеешь вообще приказывать мне?! Полковник решил воспользоваться заминкой и попытаться освободиться от захвата. Он радовался, что воплотил эту мысль, едва она пришла ему в голову, но то ли Седрик внутренне был готов к такому повороту, то ли Киор промедлил с исполнением – одним словом, его подсечка и рывок совпали с ударом в ухо, который он получил от мистера Дорфа. Оглушенный, военачальник пропустил второй удар, который окончательно сбил его с ног. Седрик метнулся к мешку. Король почему-то расценил этот бросок, как попытку покушения на собственную жизнь, и завизжал, замахал руками, готовый отбиваться. Проигнорировав его, Седрик подобрал мешок и побежал в лес. – Киор! Он уходит! Что ты медлишь?! – тут же сменил тональность Греус, с негодованием обрушившись на своего подданного. Полковник поднялся на четвереньки, пошатываясь и держась за голову, нашарил в траве свой пистолет и со стоном выпрямился в полный рост: удар у Седрика был сокрушительный. Шар злости внутри нестерпимо накалился, придавая главнокомандующему сил, и он бросился в погоню. Ежедневные тренировки, свободные руки и природная легкость тела делали его отменным бегуном. Седрик же был тяжелее, к тому же бежал с грузом – четырехкилограммовым «Узи» и мешком с артефактом, весившим примерно столько же. Полковник быстро нагонял его, и когда впереди среди листвы замелькала фигура убегающего, Годрайо выстрелил. Если поначалу, после появления мистера Дорфа на борту вертолета, у главнокомандующего была одна мысль – схватить перебежчика, засадить в тюрьму, подвергнуть всеобщему осуждению и унижению, – то теперь он жаждал лишь его смерти. Отчасти и потому, что отбирать мешок проще было у мертвого вора. После второго выстрела Седрик вскрикнул и споткнулся, но тут же ответил очередью из «Узи». Киору пришлось юркнуть за дерево. Ранив убегающего, он воспрянул духом и почувствовал крепнувший азарт, который часто возникал у него во время погонь. Этот азарт удваивал силы, позволяя забыть о боли и усталости. В такие минуты полковник не видел никого и ничего, кроме объекта, который ему важно было настигнуть. Седрик свернул к реке и сбавил скорость. Теперь он не бежал, а ломился через кусты, как раненый лось. Киор выстрелил еще два раза, но судя по тому, что мистер Дорф не сбавил скорость, промахнулся. Лес редел, приближаясь к скалистому обрыву, и Седрик теперь бежал вдоль реки, пытаясь найти удобный спуск. Киор нагонял его, и убегавший это чувствовал. Он притормозил и дал очередь по преследователю, но в этот раз полковник не спрятался за дерево. Ослепленный азартом погони, он выстрелил в ответ. «Узи» внезапно умолк, а Седрик пригнулся. «Попал!» – радостно стучало в голове у Киора. Еще каких-нибудь метров пятьдесят – и он настигнет наглеца и с удовольствием пустит ему пулю в лоб. Даже с такого расстояния Седрик услышал его мысли и рванул к обрыву. «Нет! – мысленно вскрикнул полковник. – Только не в реку!» Он выжимал из своего тела все и уже не обращал внимания на хлеставшие по лицу ветки. Его палец жал и жал на спусковой крючок, пока хромающая и согнувшаяся чуть не пополам фигура неуклюже не взмахнула руками и не ухнула вниз. Послышался хруст сбитых телом камней, которые вслед за ним катились в воду. Отборно ругаясь, полковник Годрайо выбрался на место, где еще несколько секунд назад стоял Седрик. Капли крови едва угадывались на каменистой почве. Киор подошел к краю и глянул вниз. Бурные воды Снейка, конечно же, скрыли не только следы падения тела, да и само тело было уже не разглядеть. Полковник зарычал, ощущая прилив бессильной ярости. Правда, в следующую секунду умолк. Метром ниже на небольшой уступе скалы торчал реденький куст. Прижившись в таком суровом месте, растение изо всех сил хваталось за остатки почвы, отдавая все соки не в рост ветвей, а в укрепление корней. Именно поэтому ему удалось не просто удержаться самому на скале, но и удержать от падения брезентовый мешок. Киор сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы выровнять дыхание, лег на край обрыва и потянулся за мешком. Второй раз за эту ночь ему приходилось призывать на помощь всю свою ловкость, чтобы завладеть артефактом. Колючки, покрывающие ветки кустарника, вонзились в брезент, как репей, и не желали отпускать добычу. Киор перебирал пальцами по краю мешка, чтобы найти место, где можно взяться поудобнее. Наконец, он нащупал завязку. Конец ее был короток, но его хватило, чтобы дважды обмотать вокруг пальца. Полковник сконцентрировался и рванул со всей силы. Затрещали ветки, а может, и ткань, колючки немилосердно ожгли запястье, до крови расцарапав кожу, но мешок оказался в руках дракона. Прижав добычу к груди, Киор откинулся на спину. И сразу же навалилась усталость, и ночной ветер неприятно холодил взмокшее тело. Дав себе минуту на отдых, полковник Годрайо вспомнил события прошедшего дня. Известие о смерти Генри казалось таким далеким, словно с этого дня минул год, а то и больше. «Первым делом, как взлетим с этой площадки, свяжусь с Лего, узнаю, как там продвигается расследование», – подумал военачальник, и эта мысль заставила его собраться. Еще не время отдыхать! Сначала надо убедиться, что Генри жив-здоров, и только потом можно дать себе расслабиться. Полковник рывком поднялся и, все так же прижимая к себе мешок, побрел к вертолету.

***

Греус встретил его ворчанием: – Над Стражем смеялся, а сам! Упустил ключи из-под носа, проворонил! Злость, щедро растраченная на погоню и на стрельбу по Седрику, снова начала скручиваться в тугой горячий шар в животе. Киору хотелось огрызнуться и напомнить королю, что это он смеялся над Стражем и именно у него Седрик отобрал мешок с артефактом, но полковник сдержался. – Давай сюда! – король протянул руку за мешком, но главнокомандующий отстранил его: – У меня он будет в безопасности. Король обиженно поджал губы и снова ринулся в атаку. – Как мы улетим отсюда? Пилот еще спит… Полковник молча подобрался к креслу, в котором похрапывал вертолетчик, срезал с его запястий удавку и принялся бить по щекам, чтобы привести в чувства. – Застряли тут по твоей милости! – не унимался Греус, выглядывая из-за плеча военачальника. – Почему сразу не пристрелил этого негра, когда забрал у Тара пистолет? Сейчас бы не было проблем. – Тар бы убил нас на месте. – Он бы не стал нас убивать – ему нужны были ключи и он боялся спугнуть Заказчика. У тебя никакого стратегического мышления! Как ты вообще моей армией командуешь, если не можешь просчитать ситуацию на шаг вперед?! Киор почувствовал, что начинает задыхаться от ярости, но отвлекаться на это сейчас было нельзя. Важнее было разбудить пилота. Страж не соврал: снять его заклинание не удавалось ни одним из известных способов. Это означало, что как минимум еще четверть часа придется провести в компании с ворчащим правителем, дожидаясь, пока вертолетчик проснется сам. – Зачем мы вообще садились в Дэвисвилле? – продолжал тираду король. – Ты же воин! Лучший из лучших, как я думал. Не мог поставить себя жестко, навязать свою волю? Как я могу отныне доверять безопасность своего государства дракону, который готов выполнять любые требования какого-то пришлого террориста?! Киор вцепился в плечи пилота, чтобы не кинуться с кулаками на Греуса, но тот, по-видимому, не понимал степень опасности. – Ты трус, рядовой Годрайо! Да-да, ты не ослышался. Ря-до-вой! Взял тебя на испуг какой-то фокусник. Вечной немоты ты испугался? Да тебя даже смерть не должна страшить – не то что немота! Ты должен был биться с ним насмерть, а ты что? Тряпка! Из-за тебя мы теперь торчим в лесу у черта на рогах и не известно, когда еще… – Да заткнись ты! – гаркнул полковник и вздрогнул от выстрела. В первые секунды он не понял, что случилось, но когда ощутил в ладони теплую рукоять пистолета, его пробил холодный пот. Греус сидел, откинувшись на стенку борта и слегка накренившись набок. Под его правым глазом чернело пулевое отверстие, из которого медленной струйкой вытекала кровь. Злость, клокотавшую внутри еще секунду назад, как рукой сняло. Киор перевел быстрый взгляд на пилота: спит как убитый. – Старый говнюк, – сквозь зубы выдавил полковник, сунул пистолет за пазуху и принялся вытаскивать короля из вертолета. Обмякшее грузное тело старика казалось просто неподъемным, и военачальник чуть не надорвал спину, выволакивая его наружу. Лежавший неподалеку от вертолета Фай натолкнул Киора на мысль. Тщательно обтерев пистолет (и главным образом, рукоять) рукавом, он вложил оружие в ладонь убитого парня, сжав пока еще теплые и послушные пальцы вокруг рукоятки. Теперь на оружие были отпечатки Фая Дантона, а значит свалить убийство короля можно было на него. Как объяснить убийство самого Фая, Киор еще не придумал, но был уверен, что пока летит до Нью-Йорка, сделает это. Ободренный этой мыслью, полковник разулся, связал ботинки шнурками и повесил на шею: будет лучше, если рядом со следами волочения не обнаружат отпечатка его подошв. Дотащив тело до обрыва, он столкнул его вниз и проследил, чтобы оно упало в воду. Следом он отправил и свой пистолет. Потом все так же босиком добрался до моста, там обулся и вернулся к вертолету. Когда военачальник заглянул в салон, пилот уже проснулся и сонно тер глаза. Полковник строго уставился на него и прогремел: – Где король?! Пилот подскочил на месте от испуга и уставился на главнокомандующего осоловелыми глазами, еще не до конца отойдя от чар Стража. – Ты что, спал?! – продолжал наседать Киор. – Виноват! – пилот вытянулся в струнку. – Я не знаю, как это случилось… Больше такого не повторится! – Оставайся здесь на случай, если король вернется, а я обойду окрестности. И не вздумай спать! – Есть! Полковник снова покинул вертолет и легким бегом направился в лес. Его план был прост: он бросился в погоню за Седриком, а когда вернулся, короля нигде не было. Загвоздка, правда, была в том, что если вместе с телом короля найдут и тело мистера Дорфа, то экспертиза установит, что он убит из того же пистолета, что и Греус. Киор пока не мог придумать, как это объяснить. Надежда была на то, что королева Мэй, которая теперь взойдет на престол, хотя бы на первое время оставит полковника Годрайо в должности главнокомандующего, раз уж ее протеже Седрик мертв. За это время он придумает, как замести следы и завести расследование в тупик. В конце концов, можно пуститься на отчаянный шаг – шантажировать королеву связью с иностранным шпионом Таром, настаивая, чтобы она свернула расследование смерти Седрика. Военачальник сел на землю, обхватив голову руками. Одним выстрелом он подписал себе приговор. Как бы теперь ни развивались события, итог будет один: рано или поздно он станет изгоем. Либо королева Мэй прижмет его и вынудит удариться в бега, либо она сама отбросит его на обочину жизни, лишив возможности занимать хоть какую-нибудь порядочную должность и заставив социум отвернуться от него. От этой мысли голова шла кругом и в груди ощущалась пустота – большая черная дыра, которая высасывала все эмоции и ощущения. Однако долго рассиживаться было нельзя: еще, чего доброго, пилот запаникует и вызовет подмогу сюда. И тогда пиши пропало. Главнокомандующий поднялся и побрел по лесу в обход поляны, чтобы выйти к вертолету с другой стороны.