59 вольт

Весенние каникулы в Хогвартсе вновь увеличили приток гостей в доме Снейпа. Генри занимался с несколькими учителями, которые его хвалили, Снейп считал их пристрастными из-за дорогой оплаты труда. Гермиона, забыв на время о сдаче экзаменов, появлялась на пороге дома в Тупике каждый вечер. Иногда она приводила Рона, если с ней Снейпа навещали Макгонагалл с Молли Уизли. Пару раз приезжала и чета Грейнджер, которые разбирались со Снейпом в маггловской системе образования, и рекомендовали школы на основании собственного опыта и опыта друзей. Генри мало волновало где он будет учиться, его самого по себе увлекала возможность приобретения и усвоения новых сведений. Иногда Снейп жалел о знакомстве с невыносимой зазнайкой, ее тлетворное влияние заставит Генри нахвататься знаний, но кто дает гарантию, что он сможет их применять и понимать? Каникулы пролетели и вновь дом в Тупике погрузился в относительную тишину. Теперь только по выходным появлялась Молли или Миневра, рассказывающие какие-то незатейливые истории о детях, учениках и их будущих возможностях. Приближался май и Паучий Тупик заполнился совами, Снейп с трудом уводил ребенка от окна и незаметно забирал письма. Его приглашали множество малознакомых и совершенно незнакомых личностей. Довольно скоро он перестал их вскрывать и интересоваться предложениями, по ночам письма поддерживали огонь в камине. Ближе ко Дню Победы, его дом посетил министр, всучив Снейпу конверт, он нашел Генри в его спальне и минут пятнадцать развлекал его беседами. Спустившись вниз, он застал Снейпа сидящего на кухне со стаканом виски. − Баллантайс? Лучшее виски в мире, − заметил Кингсли. Зельевар только хмыкнул, предлагать выпить с ним он не собирался. − Это официальное мероприятие, − Кингсли подошел к столу и принялся барабанить по дереву пальцами, − ты обязан пойти. − Разве я отказывался? − злобно спросил Северус. − Увидимся, − министр спешно покинул кухню и Паучий Тупик. Генри спустился вниз, он редко видел Снейпа выпивающим и каждый раз его сердце тревожно ёкало. Подойдя к приемному отцу со спины, он обнял его за плечи. − Что-то случилось? − спросил малыш. − Все как всегда, Генри, − Снейп отодвинул стакан, − что ты читал? − Джонс,- ответил мальчик. − И все же? − Мне придется второго мая уехать в Лондон на весь день. Важное мероприятие, которое я не могу пропустить и не могу взять тебя с собой. − Приедет Молли? − радостно воскликнул мальчик. − Нет. Возможно, я смогу попросить Грейнджеров присмотреть за тобой. Генри отпустил мужчину и заглянул в холодильник. Он быстро разогрел на плите брокколи и мясо, разложил по тарелкам и сел за стол. В бокале Снейпа виски не убавилось. − Я могу сам о себе позаботится, − заметил он. − Не сомневаюсь, но мне будет тревожно, − Снейп поднялся и вылил виски в раковину, − так что ты читал? − «Заколдованная жизнь». − Кто тебе это подсунул? − с полуулыбкой спросил мужчина. − Гермиона. Снейп кивнул и приступил к еде. Грейнджеры отказались присматривать за Генри – они также были приглашены на торжество. Молли порывалась остаться в Паучем Тупике и проследить за мальчиком, но тут Снейп отказался – у нее было значительно больше поводов появиться там, куда их пригласили, нежели у него. От безысходности зельевар был согласен на кого угодно, лишь бы не приглашать в его дом постороннего маггла. Миневра предлагала ему нескольких магглорожденных и полукровок, презрительно щурясь, мужчина отвергал все кандидатуры. Злобно сжимая чашку, Миневра, сидевшая на кухне Снейпа, произнесла: − Трелони будет свободна, она может посидеть с Генри. − Ладно, кого ты там называла? Эмили с пуфендуя? Я согласен. Она казалась мне добросовестной и не такой идиотичной, как многие студенты. − Вот и чудно, − улыбнулась Миневра, − а где Генри? − Гермиона вывела его на прогулку, рассказывает какие-то байки о правительственных наградах. Завтра в четыре Эмили должна быть здесь. − Я прибуду вместе с ней, Северус, на бой снова вместе. Мужчина посмотрел на директрису: ей явно не хотелось участвовать в торжестве, лучше почтить память погибших в одиночестве. Авангард вновь обязывает их, придется сомкнуть ряды и выдержать все это вместе. Речи воскресят каждого мертвеца, затронут потаенные струны души, уже сейчас Снейп чувствовал, что фальшивит. Не только вид Поттера беспокоил его, даже скорее Поттер его совсем не беспокоил, но его собственное предательство, повлекшее за собой смерть стольких людей! Теперь он знал, как легко он мог найти общий язык с каждым из них. Например, Люпин. Почему он не дал оборотню шанс? Почему он не простил ему то, чего тот не совершал? Миневра и Эмили появились в условленное время. Генри был представлен девушке, ему понравилась ее живая улыбка, робкие ответы его отцу и истории, которые она начала рассказывать, как только взрослые покинули дом. После шести они немного прошлись по улице, встретили пару знакомых Генри – продавцов и соседей, все они познакомились с Эмили и нашли ее приятной девушкой. Однако, им всем казалось, что с девушкой была одна странность – ее левая рука дрожала, сжимаясь в кулаках. На торжестве Победы, Снейп встретил Поттера, конечно, он и не ожидал его отсутствия. Подготовка к экзаменам волновала Героя не так, как популярность. Они пару раз столкнулись у стола с закусками, несколько раз их вовлекли в совместную беседу, Гарри частенько поднимал глаза на своего бывшего профессора и косвенно обращался к нему. Снейп жалел. Миневра, которой сначала было не по душе это сборище, теперь развеселилась и перебегала от одной группы знакомых к другой. Поттер, заметив злобно прищуренные глаза зельевара, перестал попадаться ему на пути, принявшись наблюдать из угла за высоким экраном камина. Снейп часто чувствовал ядовитый взгляд, остановленный на нем, но ни разу ему не удалось это подтвердить, когда он поворачивался к Поттеру, он видел, как тот разглядывает кого-то в противоположной стороне. Произнеся короткую речь, Снейп не стал дожидаться центрального номера вечера: выступления Героя. Попрощавшись с Миневрой, зельевар быстрым шагом пересек зал и направился на выход. Остановившись у маггловского кафе, мужчина окинул взглядом вход для посетителей в Министерство. Дома его не ждали так рано, а из телефонной будки никто не вышел, спеша нагнать его. Направившись в кафе, он заказал кофе и несколько булочек. Он сел у окна, и чертова будка постоянно маячила на горизонте. Часы показывали двадцать минут десятого. Речь мистера Поттера по идее уже достигла кульминации. Скоро он произнесет скомканную концовку и сойдет к своим обожателям. Вышел из кафе он минут через двадцать, вдоволь насладившись видом пустующей улицы. Времени все еще было не очень много, а тишина на улице призывала его пройтись вдоль фонарей, лучи которых мерцали в лужах. Не зная точно куда направиться, Снейп отдалялся от телефонной будки, сворачивая в первые попавшиеся проулки. Беспокойство навалилось ему на плечи, заставляя поминутно смотреть назад. За его спиной мелькали тени, холодный ветер пробирался в рукава пальто и холодил кисти. Снейп остановился под перегоревшим фонарем, его глаза никак не привыкали к темноте, а сзади слышались шаги. Собрав всю решимость, мужчина не смотрел назад, подняв голову к темному стеклу фонаря. Кто-то остановился за его спиной, две тени на дорожке замерли. У самых пальцев Северуса остановились чужие пальцы, не прикасаясь к его коже, они тем не менее согревали. Дыхание достигало его шеи, волосы, собранные в хвост, не препятствовали этому. Снейп склонил голову, увидеть, кто за его спиной не было никакой возможности – но он знал и без этого. Сжав кулаки, мужчина отсчитывал последние секунды, разрешенные секунды надежды. − Поттер, − устало прошептал он, поворачиваясь. За его спиной никого не было. Дома Снейп накричал на Эмили, попросил прощения и выпроводил ее из дома. Генри насуплено выговаривал ему о дружелюбии, совершенно не боясь бешеного взгляда своего приемного отца. Объяснять ребенку какое отвратительное происшествие было с ним, он не хотел. Поняв, что никакие слова не пробьют броню отца, Генри забрался ему на колени и принялся гладить его по голове. − Папа, ты устал от меня? − Нет. Когда я устану от тебя – ты первым об этом узнаешь. − Пф, − Генри распустил ленту в волосах отца, − пора спать и этот день забудется. Ты сможешь больше не выходить из дома до самого сентября. − Так я и поступлю. − Снейп рассмеялся и поднялся, подхватив Генри на руки, − вы ужинали? − после кивка малыша, мужчина продолжал, − тогда гасим свет. ≈Осколки≈ Снейп был просто гостем на банкете. Гарри старался не смотреть на него, ничем не выдать своего интереса, Гермиона сжимала его руку, Рон иногда отвлекал вопросами, когда тянулся за очередной порцией жареных крылышек. Выдержка изменила Поттеру только раз, когда он заметил, как Снейп покидает преподавательский стол. Помчавшись за ним, он нагнал бывшего профессора на крыльце. Разговора никакого не было, Снейп только раз ответил на его вопрос и умчался, у него даже плечи не дрогнули, когда он звал его. Дважды в полный голос и еще несколько раз шепотом, опускаясь на землю и запуская пальцы в траву. Рон вышел через пару минут после того, как Поттер оборвал вокруг себя все росточки увядающей зелени. Подняв друга и обхватив его, Рон двинулся с ним в замок, в башню. Гарри выпал из реальности на неделю, с трудом перенося бессмысленные уроки, он неустанно допрашивал друзей как ему быть. − У тебя целая жизнь впереди, успеешь добиться своего, − говорил Рон. − Если ты отлично закончишь Хогвартс и сдашь зелья на превосходно – это должно его впечатлить, − говорила Гермиона. − Он смотрел на тебя, наверняка все дело в его заморочках, − Рон хлопал друга по плечу. − Он хочет, чтобы твой выбор был осознанным, подожди немного. Посвяти время учебе, займи себя литературой, все уладится, − Гермиона раскладывала перед Гарри толстые тома. Ее слова подействовали на него благотворно и, к концу первого месяца, Гарри взялся за ум. Поглощенный учебой, он поддался мечтам Рона о Хэллоуине, пире и веселью.