Без чувств

Глава 28. В кабинете Данзо как всегда было темно и немного душновато. Глава Корня сидел за своим столом, смотря на своих двух подопечных. Старик с трудом сдерживал рвущийся наружу кашель, ведь показать слабость перед подчиненным было бы непростительной ошибкой. Для своих подопечных он был не просто главой, руководителем. Бойцы Корня смотрели на него, как на олицетворение силы и мужества, которые всегда будут непоколебимы. Этот образ нельзя разрушать, и Данзо знал об этом… Курой и Аой терпеливо ждали, когда глава объяснит им причину своего вызова. Пара шиноби не могла не заметить того факта, что Шимура стал слишком часто вызывать их к себе в кабинет. Так же они отметили и то, что с каждым днем глава становился всё более задумчивым, а в делах базы – рассеянным. - Ваше мнение об успехах Лиса,- слова Данзо прозвучали так, словно они уже вели разговор некоторое время.- Аой? - Да,- негромко откликнулась девушка.- Прогесса в намеченном напралении не наблюдается. Возможно, стоит изменить методику. Что касается боевых навыков – сложно дать оценку. - Почему?- сухие отчеты, которые приходили в кабинет Данзо не давали полной картины происходящего, поэтому старый шиноби нередко задавал вопросы именно этой группе, так как их аналитические способности были лишь на ступень ниже, чем его собственные. - Анализируя тренировочные спарринги с нами и реальное сражение с Мануке, можно придти к выводу, что манера ведения боя в них разная. - В чем причина таких изменений? - Я не знаю, Данзо-сама. Однако общий уровень у него довольно высок. - Ясно,- старик на секунду задумался и перевел свой острый пронизывающий взгляд на мужчину.- Курой. - Да. Считаю, что методика выбрана правильно, только неправильно стоит задача. Вместо того, что пытаться заставить его пользоваться чакрой Кьюби, думаю, будет более правильным научить его использовать чакру биджуу. Насчет остального – Лису не хватает опыта. Его боевые действия и движения, может, и имеют высокий уровень, однако подчиняются определенной системе. Сражение с Мануке явное тому доказательство. - Понятно. Что насчет моего задания, Курой? - Простите, Данзо-сама,- мужчина склонил голову, словно чувствуя свою вину. Шимура вновь замолчал, что-то обдумывая. В это время куноичи косилась на своего командира, будто хотела заставить взглядом сказать ей суть этого задания. Почти месяц назад Данзо-сама поручил Курою миссию, суть которой он не рассказал им. К тому же командир еще ни разу не покидал базу без них, а это наводило на мысли, что задание необходимо выполнить в пределах базы. «Что же это может быть?» - частенько думала она. -…дня,- Аой едва не пропустила слова старика,- у меня назначена встреча с советниками и вы мне понадобитесь. Она начнется в пятнадцать часов. К этому времени вы должны быть уже в кабинете старейшин. - Есть, Данзо-сама,- синхронно произнесли бойцы. - Свободны. Шиноби вышли из кабинета главы и едва успели пройти с десяток метров, как Аой услышала странные шумы из кабинета Шимуры. Звуки были едва слышны, но куноичи точно не почудилось. - Ты тоже это слышал?- тихо поинтересовалась она у мужчины. - Нет,- бросил в ответ Курой. Девушка пару секунд вглядывалась в коридор, но потом быстро нагнала напарника. Цунаде медленно поставила печать Хокаге на листке бумаги, будто желая насладиться этим моментом. Женщина положила его на левый угол стола и задержала взгляд на большой стопке документов, которую санин успела изучить за сегодняшний день. Сенжу протерла глаза, пытаясь снять с них усталость, и развернулась на кресле к окну, едва успев к концу заката. С тех пор, как она заняла пост главы деревни, Цунаде хватило бы и пальцев одной руки для того, чтобы пересчитать те моменты, когда ей удавалось вдоволь полюбоваться заходящим светилом. Сенжу просидела так еще двадцать минут, наблюдая за тем, как зажигаются уличные фонари и начинают ярко светиться вывески заведений. Она частенько ловила себя на мысли, что начинает сравнивать себя с предшественниками, а именно с Четвертым. Как было бы при нем? Насколько она лучше Минато? А может хуже? Иногда такое сравнение доходило даже до абсурдных мелочей. Цунаде ушла из деревни задолго до того, как Намикадзе стал приемником Сарутоби. Воспоминания о былой любви не давали женщине покоя, поэтому она покинула селение, желая забыть все невзгоды. Через некоторое время, сидя в одной из забегаловок города, она услышала новость о том, что ученик Джирайи стал новым Хокаге. Сенжу была рада за своего друга, ведь тот возлагал большие надежды на возможно последнего представителя клана Намикадзе. После разговора с Данзо остался неприятный осадок, убрать который Пятая смогла только через несколько недель непрерывной работы. Её помощники, видя резкую смену в поведении Цунаде, не стали задавать ненужных вопросов и загрузили её как можно большим количеством документов и отчетов. Хокаге встряхнула головой, избавляясь от ненужных сейчас воспоминаний, подошла к полочкам и выбрала недочитанную книгу. Закладка лежала на том же месте, где и неделю назад. - Ну, наконец-то,- устало улыбнулась она. Литература, подобранная Хирузеном для стояния на полках в кабинете, была весьма интересна. Старинные поэмы, написанные неизвестными писателями и собранные в сборник, философские и поучительные рассказы – из всех этих умных книг только одна, казалось, случайно попала на полку. «Повесть о бесстрашном ниндзя» - первая и единственная книга Джирайя, которая не была построена на его «исследованиях». Цунаде решила, что её друг специально поставил свою книгу на полку, чтобы Сарутоби не забывал своего ученика. Сенжу не знала, сколько времени уже читает, только вот с каждой секундой всё больше хотелось пройтись по резиденции. Не в силах побороть это желание, Цунаде отложила книгу на край стола и вышла из кабинета. Чувство того, что в здании нет никого кроме неё, немного тревожило, но в то же время и успакаивало. Прогулка по тёмным коридорам расслабляла уставшие глаза. Уже собираясь возвращаться в кабинет, женщина увидела едва заметный свет, идущий из проема под дверью. Подрагивающий свет, видимо пренадлежавший пламени свечи, исходил из кабинета с табличкой «Старейшины», что было довольно таки странно, ведь Цунаде своими глазами видела, как старики покинули резиденцию. Рука Сенжу потянулась к дверной ручке, но так и замерла на полпути из-за голоса, раздавшегося с той стороны. - Ты уверен, Данзо?- хрипловатый женский голос, глухо донесшийся до ушей Хокаге принадлежал Утатане Кохару. - Да, Кохару. Уверен. По-другому нельзя. Последней каплей стал прием «зеленой» куноичи в АНБУ. Цунаде сразу поняла, что имеет в виду старик. Та девочка, Харука, зашла в кабинет и попросила Цунаде зачислить её в АНБУ. После отказа санина девушка закатила истерику, со слезами на глазах рассказывая о мотивах своего решения и умоляя Хокаге согласиться. Скрепя сердцем Сенжу всетаки отдала приказ на зачисление Харуки. Это случилось на третий месяц после назначения женщины на пост главы деревни. - Ты ведь понимаешь, чем это может закончиться?- раздался голос второго советника, Митокадо Хомуры. - Конечно, но это необходимо сделать,- голос Данзо был как всегда тверд и спокоен. Советники замолчали, обдумывая слова главы Корня. Цунаде же казалось, что её сердце бьется слишком громко, а дыхание отдается эхом в коридоре. Женщина давно ни за кем не следила, да и в молодую пору слежка была не самым сильным её качеством. В добыче информации она всегда полагалась лишь на две вещи: силу и красоту. - Хорошо, Данзо,- прервал молчание Хомура,- я согласен. - Я тоже,- оповестила о своем решении Кохару.- Для Цунаде это будет огромный сюрприз. «Что?» - Сенжу едва не сказала это вслух. - Не сомневаюсь,- Данзо как всегда был спокоен. У Пятой даже не появилось сомнений в том, что всё идет по ему одному известному плану. Цунаде едва не скрипела зубами от злости, а мысль зайти в кабинет и поубивать этих маразматиков, пришлось затолкать как можно дальше. Нападение на советников стало бы фатальной ошибкой, ибо эта троица могла тягаться один на один с Сарутоби, чем Сенжу похвастаться вряд ли могла. - Чтож,- продолжил Данзо,- на этом и закончим нашу маленькую встречу. - Ты уверен, что года тебе хватит?- задала вопрос Кохару. - Вполне. Едва слышимый выдох и пламя свечи погасло, заставляя санина действовать. Куноичи исчезла из коридора так быстро, как могла. Оказавшись в своем кабинете, Пятая перевела дыхание и глянула на книгу. «Черт, всё так хорошо начиналось,- Цунаде прикрыла глаза, будто убегая от этой опостылевшей реальности.- Ладно, начнем разбираться с этим завтра. Ну, или сегодня». Взяв со стола книгу и поставив её на полку, Сенжу задержала свой взгляд на произведении Джирайи. Невольно в голове всплыл образ улыбающегося санина, с его идиотскими рисунками на лице. Цунаде помнила, как мужчина с серьезным видом, так ему несвойственным, покинул Коноху и до сих пор не прислал ни одной весточки. Его помощь сейчас оказалась бы нелишней… Оонише Томэо и Мияби Сато как обычно встретились перед входом в резиденцию. - Доброе утро, Мияби-сан,- вежливо поздоровался бывший шиноби. - Доброе, Томэо-сан. Каждое утро они здоровались друг с другом на улице и молча шли до кабинета Хокаге. Уже долгое время работая вместе, они так и не наладили между собой никаких отношений кроме деловых. Их часто видят вместе, но только в стенах резиденции. Оонише открыл дверь в кабинет Хокаге и по обыкновению пропустил вперед Сато. Погрузившись в свои мысли, Томэо прошел следом за девушкой, закрывая за собой дверь. Мужчина настолько задумался, что едва не столкнулся с замершей на месте Мияби. Помощница Хокаге сделала лишь пару шагов к центру кабинета и резко остановилась. Бывший шиноби был слегка удивлен такой неожиданной реакцией и, выглянув из-за её спины, посмотрел вперед, желая увидеть, что же именно стало причиной такого поведения. - С добрым утром,- хмурясь, произнесла Пятая. Её руки, сцепленные в замок, закрывали пол-лица. Эта странная привычка означала только одно – Цунаде над чем-то серьезно задумалась. - Д-доброе утро, Цунаде-сама,- отойдя от шока, ответила девушка. - Доброе утро, Цунаде-сама,- спокойно поздоровался бывший шиноби, обходя так и не сдвинувшуюся с места Мияби.- Что-то случилось? - Сложно сказать,- туманно пояснила Сенжу. - Вот как. Тогда, Цунаде-сама, может нам стоит отменить все дела на сегодня?- спокойствие помощника помогло санину собраться с мыслями. - Нет, не надо. Продолжаем работать. Время еще есть. - Время?- Мияби мало что поняла из этого разговора. - Неважно, Мияби-сан,- Цунаде посмотрела на двух человек, стоявших перед ней.- Принимайтесь за работу. - Да, Цунаде-сама… С самого утра в резиденции Хокаге суетились люди. Кто-то бегал из кабинета в кабинет по мелким поручениям, кто-то отчитывался о выполненной миссии. Время летело настолько быстро, что помощники Хокаге и не заметили, как наступил день. Мияби смотрела на хмурую Цунаде, которая уже пять минут изучала один листок и не могла сказать ей ни слова. Привыкшая к вечно отлынивающей, сонной и частенько слегка нетрезвой Хокаге, девушка с трудом привыкала к переменам, произошедшим с санином за короткий срок. Брюнетка снова бросила взгляд на бывшего шиноби, который, казалось, даже не обратил внимания на изменения в поведении Пятой. Сато в который раз удивлялась способностям шиноби к быстрой подстройке к ситуации, контролю эмоций и странному отношению к жизни. Работая на Хокаге, ей всё же довелось стать свидетелем того, как шиноби отчитывался перед Цунаде за миссию, выполненную или проваленную; как боец рассказывал о погибших на задании товарищах. Мияби прекрасно знала, что отношения между ниндзя Конохи всегда были особенные. Они словно большая семья, которая часто ругается, выясняет отношения при помощи силы, но любит друг друга. Помощница Хокаге, глядя на свиду спокойного мужчину, который рассказывает о смерти куноичи во время миссии, так хотелось взять его за ворот жилета, хорошенько потрясти и прокричать: «Почему ты так спокоен?! Она умерла! Понимаешь! Умерла!!!» Только через несколько месяцев работы, когда Мияби уже едва сдерживалась, Томэо пригласил её на ужин, сказав, что хочет о чем-то поговорить. Сато была ошеломлена, но согласилась. В тот вечер Оонише привел её в какой-то ресторан на отшибе селения и рассказал то, чего не знает, пожалуй, ни один мирный житель деревни. Томэо поведал девушке о том, что многие из тех шиноби, которые так спокойно рассказывали о смерти друзей и подруг, потом идут на самый дальний полигон, где вымещают всю злость и ярость. Они проклинают всё и вся: себя - за то, что не смогли их защитить; их - за то, что позволили себя убить; Хокаге - за то, что поручила это задание именно им; деревню - за то, что сделала его шиноби. Но на следующий день вновь берут свои эмоции под контроль, прекрасно осознавая, что деревне нет дела до их проблем. Томэо долго рассказывал о суровых буднях ниндзя Листа, развеивая все иллюзии девушки. - Зачем Вы это рассказали?- сконфуженно спросила тогда Мияби. - Вы, Мияби-сан, работаете в резиденции Хокаге. Вы гражданская, поэтому далеки от мира шиноби, но это не значит, что Вы не должны понимать то, что в нем происходит... В этом мире все ходят по лезвию ножа,- пояснил Томэо, видя раздражение на лице Сато.- Вот только шиноби, по сравнению с обычными людьми, делают это босиком. С каждым шагом лезвие всё глубже входит в плоть, идти всё труднее, ведь раны не заживают. Но они упрямо двигаются вперед. Когда не могут идти – ползут. Когда не могут ползти – крепко хватаются пальцами и продолжают движение, пока окончательно не срываются. Речь пускай и прозвучала напыщенно и пафосно, но очень неплохо смогла донести тот факт, что смерть всегда дышит в затылок шиноби. - А знаете почему? - Н-нет,- она, словно маленькая девочка, затаила дыхание в ожидании ответа. - Хм-м,- уголки губ чуть дернулись вверх,- кто знает? У каждого свои причины. В тот вечер, выйдя из кафе, девушка как-то по-детски обиделась на бывшего шиноби, придя домой с чувством, что её обманули. Вот только на утро отдохнувший разум подкинул несколько здравых мыслей по поводу вчерашнего откровения… Этот эпизод неосознанно всплыл в голове Мияби во время обеда. В небольшом кабинете, выделенном специально для помощников Хокаге, девушка всё время бросала взгляд на мужчину, который сидел на кожаном диване и ел принесенную с собой еду. В первый же день их назначения Томэо сделал небольшую перестановку в кабинете, поставив диван возле другой стены так, чтобы входящий видел только два кресла, журнальный столик и пару горшков с какими-то цветами, стоящих на полу. На очевидный вопрос Сато Оонише лишь коротко ответил: «Привычка». Девушка быстро доела небольшую собойку и подождала, пока мужчина не закончит свою трапезу, чтобы начать разговор. - Оонише-сан? - Да. - Вы не находите поведения Цунаде-сама каким-то странным? От взгляда голубых глаз мужчины у Мияби пробежали мурашки по спине. Такой пронизывающий, изучающий, будто видящий саму душу. Брюнетка быстро отвела взгляд, спасаясь от этого неприятного чувства. Такой взгляд она очень часто видела у джонинов селения, которые отчитывались перед Цунаде за задание. Взгляд, который, казалось, видел нечто скрытое от простых смертных, словно, пройдя через некие испытания, открывалась другая, существенно отличающаяся от первоначальной, истина. - Учитывая данную ситуацию, нет,- нарушил тишину голос мужчины. - Какую ситуацию?- ответ сбил Мияби с толку. Она не привыкла к тому, что ответы на вопросы рождают ещё больше загадок. - Не имею ни малейшего понятия,- улыбнулся Томэо. «Да ему просто нравится меня дразнить», - вспылила Сато. - Почему все шиноби вечно что-то скрывают?- вслух возмутилась брюнетка. - Потому что секреты помогают выжить,- и вновь эта мимолетная улыбка. Оонише посмотрел на настенные часы, хлопнул себя по коленям и встал с дивана. - Всё, Мияби-сан. Перерыв окончен. Мужчина подал руку девушке, помогая той подняться с мягкого кресла. Секретари Хокаге вышли из комнаты, оставив грязную посуду на журнальном столике. В конце рабочего дня Оонише вновь произнес фразу, которая стала уже ритуальной: - Цунаде-сама, вы идёте? - Нет, я ещё задержусь,- последовал привычный ответ. Солнце уже скрылось за горизонтом, однако на улице по-прежнему было светло. Цунаде ждала того момента, когда её помощники покинут кабинет. - До завтра, Цунаде-сама. - До завтра, Мияби-сан. - Цунаде-сама,- голос Томэо прозвучал уж слишком грубо. - В чем дело?- Пятая была немного удивлена интонациями мужчины. - Ни в чем. Успокойтесь, тщательно всё обдумайте и только потом принимайте решение. Всегда есть время для того, чтобы оценить ситуацию и выбрать оптимальный выриант. Если понадобиться совет, мы всегда рядом,- уверенный голос бывшего шиноби успокоил Сенжу, которая не находила себе места после той ночной прогулки. - Спасибо, Томэо-сан. До завтра. - До завтра, Цунаде-сама. Секретари покинули резиденцию и разошлись по домам. Сегодня Мияби почувствовала себя пустой и никчемной. Стало грустно от осознавания того, что она оказалась бесполезной. Сато встряхнула головой, прогоняя пессимистичные мысли. - Шиноби может понять только шиноби,- пробубнила себе под нос девушка, успокаиваясь.- Не волнуйся Мияби, будет и на твоей улице праздник. Улыбнувшись своим мыслям, брюнетка поспешила в свою квартиру. Цунаде отложила последний лист на край стола и подошла к полкам. Достав нужную книгу, санин села за стол и открыла нужную страницу. «Он прав. Время еще есть». Когда солнечные лучи упали на его лицо, Кирихара Кейго нехотя открыл глаза. Деревянный потолок, который он увидел, заставил парня зажмуриться. Юноша еще несколько секунд держал глаза закрытыми. За это время в голове пролетели события последних двух месяцев, начиная с дерзкого и удачного побега. Вновь медленно подняв веки и увидев небольшую комнату со шкафом и тумбочкой, беглец поверил в то, что это реальность. За пару минут застелив кровать и одевшись в так любезно предоставленную ему одежду, Кирихара спустился вниз. Из кухни доносился вкусный запах готовящейся еды. Двадцатилетний парень не стал мешать хозяевам, поэтому тихо вышел через заднюю дверь во внутренний двор. Небольшой участок земли был обнесен невысоким заборчиком, который лишь информировал о границах личной территории хозяина. Пару десятков ровных грядок, засаженных различными травами, оставляли свободными только несколько квадратных метров, на которых расположилось корытце с чистой водой, приносимой вручную из общего колодца. Кейго подошел к деревянному корытцу и посмотрел на водную гладь. Юноша до сих пор не мог поверить в то, что человек в отражении - это он. В сознании навсегда отпечатался образ шумного шатена с зелеными глазами и широкой улыбкой, вот только, проведя четыре года в тюрьме, не видя солнечного света и едва сохраняя свою жизнь, тот пацаненок исчез навсегда. Яркий зеленый цвет глаз поблек, привыкая к полутьме подземелий. Волосы отросли до поясницы, но от каштанового цвета в них осталось мало – проступала седина, да и сам оттенок стал серее. Впалые щеки и сломанный нос довершали образ побитого судьбой человека, который всё же находит в себе силы идти дальше. Умывшись холодной водой, Кейго подвязал волосы лентой, чтобы те не спадали на плечи. - Кирихара-сан, завтрак готов,- позвал пожилой мужчина, стоявший в дверном проеме. - Спасибо, Каноджи-сан. Я сейчас. Трапеза прошла в полном молчании, как в прочем и всегда. Кейго уже успел освоиться в этом доме, чтобы ненароком не нарушить одно из правил его владельца. В первые дни юноша получал замечания от пожилого мужчины, который спокойно объяснял, что именно сделал не так его гость. Дважды повторять Кирихаре не пришлось. Правила поведения врезались в его мозг, отпечатываясь навсегда, ибо он всё еще помнил, как Горо карал за неповиновение. Конечно, Кейго принимал во внимание тот факт, что Каноджи не будет вести себя как тот тюремщик, но призраки прошлого не отпускали шатена. - Сходите за дровами сегодня, Кирихара-сан?- ставя мытую тарелку на полку, спросил старик. - Хорошо, Каноджи-сан,- шатен поставил свою тарелку около старика, который сразу же помыл её в ведре с водой. Это было одним из правил хозяина дома – гость посуду не моет. - Наши леса не совсем безопасны, поэтому будьте осторожны. - Не сомневайтесь, буду,- учтиво ответил Кейго, старательно пряча улыбку. «Не совсем безопасны?! Ну конечно», - в памяти невольно всплыли события почти двухмесячной давности… Выбравшись, наконец-то, из места, которое по праву можно назвать адом, Кирихара почти сутки бежал по лесу, желая оказаться как можно дальше от полуразвалившейся хижины. Истощенный организм после такой нагрузки просто свалил своего хозяина в удушающем приступе. Учащенным дыханием тело пыталось доставить так необходимый кислород. Сердце будто стучало в горле, готовое вот-вот выпрыгнуть наружу, а в голове не было ни одной мысли. Уставшие ноги сводила судорога, но ничто не могло испортить настроение юноше, который, прислонившись к стволу дерева, улыбался. Вот только эта радость была недолгой. Ей на смену пришла первая здравая мысль после побега. Что дальше? Вокруг стало настолько темно, что юноша едва видел носки ботинок на вытянутых вперед ногах. Желудок жалобно урчал, прося еды. По телу пробежали мурашки – одежда не спасала от холода. Чуткий слух с трудом уловил жуткий вой. Теперь перед Кирихарой стояла новая, еще более трудная задача, чем побег. Ему предстояло выжить. В легкой панике Кейго собрал немного сухих веток, содрал с дерева кору и превратил ту в труху. Отец учил парня охотиться, рыбачить, даже читать следы. Сейчас Кейго был благодарен своему родителю за такое обучение. Приготовившись разжечь костер, он только сейчас обнаружил, что при себе у него нет ничего, что помогло бы высечь искру. В душу парня стал закрадываться страх. Руки судорожно осматривали карманы, ища хоть что-нибудь, что могло помочь. Почувствовав холод металла, правая рука извлекла из внутреннего кармана пальто маленький предмет цилиндрической формы. Видимо удача решила всё же помочь горе беженцу, ведь в ладошке Кирихара держал не что иное, как зажигалку. Развести костер не составило труда, и, уже глядя на языки пламени и слушая треск сухого дерева, Кейго явственно ощутил – всё у него получится. Уже засыпая, Кирихара краем сознания отметил, что вой диких зверей стал чуть-чуть ближе… Каждый день, проведенный в лесах, стал напоминать безумную гонку, призом в которой была жизнь Кирихары Кейго. Днем юноша старался пройти как можно больше, утоляя голод собранными по пути ягодами, а на ночь разводил костер, чтобы не замерзнуть во сне. Кирихаре приходилось довольствоваться лишь растительной пищей, так как от ловушек на животных пришлось отказаться уже на третий день, так как ни один зверь не попался в установленную парнем западню. В десятую ночь Кейго не смог закрыть глаза, ведь жуткий вой раздался совсем близко, что означало лишь одно – скоро лесные охотники доберутся до него. Следующие двое суток превратились в стремительный спрут. Кирихара в панике искал выход из этой ситуации, пока вечером одиннадцатого дня не заметил на покрытой мхом почве вереницу следов. Они не были свежими, однако цепочка шагов не могла появиться на пустом месте, значит, появился шанс. Времени, отведенного солнцем, едва хватило для того, чтобы развести три костра. Кирихара устроился в центре небольшого треугольника и всю ночь подкидывал сухие ветки в горящее пламя. Юноша сильно устал, хотелось спать. Даже голова стала болеть из-за недостатка пищи. Он понимал – завтрашний день может стать последним. Морозным утром в предрассветные сумерки Кирихара стрелой помчался по следам, лавируя между деревьями. Позабыв обо всем, Кейго не отрывал взгляда от земли, полностью сосредочившись на своей спасительной ниточке. Весь мир сузился до того пространства, которое выхватывали глаза юноши. Звериный вой всё же отвлек беглеца от следов, ибо тот раздался настолько близко, что казалось достаточно лишь обернуться, чтобы увидеть дикого волка, готовящегося к прыжку. Пересилив себя, Кирихара осмотрелся. В метрах двухста, между деревьями мелькали большие тени, приближаясь к парню полукругом. Картины ужасной расправы промелькнули в голове парня за доли секунды, и тело, подстегнутое адреналином, отважилось на последний рывок. Ноги несли Кейго по следам незнакомца, в то время как страх играл с разумом юноши. Споткнувшись о выступающий корень, Кирихара ссадил себе колени, однако не позволил себе вскрикнуть от боли. Нет, такой услады для ушей этих тварей он не допустит. От бессилия закрыв глаза, он стал ждать момента, когда крепкие клыки вонзятся в его плоть. Кирихара просидел так будто вечность, но от ожидания становилось только хуже. Медленно открыв глаза, Кейго едва поверил в то, что видел. Вернее, не видел. Лес был пуст, словно кроме беглеца здесь никого и никогда не было, только две вереницы следов, оставленные в разное время, свидетельствовали об обратном. Из-за всего произошедшего Кирихаре жутко хотелось отдохнуть и выспаться, но силой воли он смог загнать эти мысли поглубже. Не стоит искушать судьбу. Едва переставляя ноги, уставший и голодный Кейго поплелся дальше, с трудом фокусируя взгляд на чужих следах… Сколько времени длился сон, он сказать не мог. Как и определить тот момент, когда его скосила усталость. Открыв глаза, Кейго заметил несколько строений, которые виднелись за редеющим частоколом деревьев. Было уже за полдень, судя по положению солнца. Радость от наконец-то завершенного блуждания подстегнула измотанный организм. Кирихара поспешил покинуть объятия уже надоевшей природы. Подойдя к краю леса, он замер в нерешительности. Борясь со своими страхами и недоверием к людям, беглец осторожно подошел к стене ближайшего дома и выглянул из-за угла. Деревня казалась безлюдной, словно её покинули совсем недавно. Кейго медленно брел вдоль домов, внимательно изучая местность, но так и не увидел ни одного человека. - Вам помочь, молодой человек?- голос, раздавщийся за спиной, испугал юношу. Кирихара резко обернулся. Это была его первая встреча со стариком Каноджи. Чуть позже он познакомился и с другими жителями этой деревеньки, в числе которых были и Сакаки Шима со своей внучкой… - Кирихара-сан, зайдите перед этим к Сакаки-сану,- фраза старика прервала воспоминания Кейго. - Хорошо,- стоя в дверях, ответил юноша.- Я скоро вернусь. Дом Сакаки находился чуть в удалении от других построек, словно не признавая родства остальных зданий. Юноша поднялся на крылечко и легонько постучал в дверь. Улыбка, сама собой появившаяся на лице Кейго, быстро сошла, под напором старческого, но всё еще острого взгляда. Кирихара успел привыкнуть к тому, что гостей в этом доме встречает внучка Сакаки, с которой он уже успел подружиться. В этой небольшой деревне было не так много ребят, которым еще не исполнилось двадцати лет, и все они держались как-то обособленно друг от друга. Молчаливые и неулыбчивые, они будто всегда были себе на уме, постоянно сосредоточенные на чем-то, поэтому появление нового жителя осталось без внимания. Только дочка Шимы, словно неучтенный фактор уравнения, со своим поведением и характером смогла пробиться через стену недоверия Кейго. Общительная, веселая и жизнерадостная, она стала тем человеком, который помог ему освоиться в этом старом, но таком новом мире. - О, здравствуй, Кейго-кун. Проходи на кухню. Немного опешив от того, что дверь ему открыл сам хозяин дома, Кейго выполнил просьбу Сакаки и сел за стол на кухне. Хорошее настроение медленно улетучивалось, а на смену ему приходило чувство тревоги. Юноша был напряжен и заметно нервничал, что не укрылось от глаз старика. Через пять минут, когда Шима поставил на стол перед парнем чашку чая и сел напротив, беседа, наконец, началась. - Ну, как тебе здесь, нравится?- хозяин дома первым прервал тишину. - Да, спасибо. Я очень благодарен Вам, Сакаки-сан, за то, что позволили остаться. - Пожалуйста. Этому месту не помешают небольшие изменения. Старик задавал обыденные вопросы, на которые Кирихара отвечал пусть и не охотно, но честно. Поставив на стол чашку с уже остывшим чаем, Кейго всё же не сдержался: - Что-то Вы уж больно сдалека заходите, Сакаки-сан. Что Вам нужно? - Я знал, что этот разговор состоится рано или поздно, поэтому откладывал его столько, сколько мог,- серьезный взгляд старика сверлил дно чашки. - И? - Что ты думаешь о моей внучке?- спросил Сакаки и посмотрел на юношу. - Вы издеваетесь!?- вскочил Кейго, опрокинув стул. - Вовсе нет. Ты и сам не мог не заметить те взгляды, которые она бросает на тебя. Пока это только заинтересованность,- пояснил Шима, видя недоумение на лице Кирихары. - И что в этом плохого?- парень поставил стул и вновь сел за стол. - В целом ничего, но я боюсь, что это может перерасти во что-то большее. - Я не совсем Вас понимаю,- Кейго окончательно запутался в мыслях старика. - Ты не дурак, Кейго-кун, по крайне мере, я на это надеюсь,- с легкой улыбкой сказал Шима.- Тебе придется покинуть эту деревню, ты и сам это прекрасно понимаешь. Кирихара хотел было возмутиться, но старик не дал ему и слова вставить. - Прошлое оставило очень сильный отпечаток на твоей жизни, Кейго-кун. - Откуды Вы?..- глаза парня расширились от страха. Его воображение рисовало картины возможного будущего, в котором в этот дом врываются неизвестные люди и вновь надевают на него наручники. Взгляд заметался по комнате, то и дело останавливаясь на серьезном лице старика. - Неужели, юноша,- продолжил Сакаки, словно не замечая состояния своего собеседника,- Вы еще не задавались таким вопросом, считая, что в этой деревне находитесь в абсолютной безопасности? - Эм… А… Кирихара так и не смог ответить на этот вопрос. Слова старика пусть и прозвучали резко, но заставили Кейго серьезно задуматься над своим будущим. Люди, которым была необходима та тюрьма, наверняка захотят отомстить. Своим поведением он навлекал беду не только на себя, но и на жителей деревни. - Простите, Сакаки-сан,- понурив голову, ответил юноша. Ему почему-то стало стыдно. - Не волнуйся, я понимаю. Так вот, не хотелось тебя торопить, но уйти ты должен в ближайшее время. - Почему?- парень понимал, что ведет себя нагло, но вопрос слетел с языка быстрее, чем Кирихара успел подумать о причинах столь быстрого выпроваживания. - Я боюсь,- нехотя начал Шима,- что моя непутевая внучка захочет пойти с тобой. Я не могу подвергать её такой опасности. - Ясно,- погрустнел Кейго.- И Вы не допускаете даже мысли о том, что я смогу её защитить? - Почему же, вполне допускаю. Учитывая твой талант… Брови Кирихары поползли вверх. Он был испуган, удивлен, обескуражен. Старик, сидевший напротив него, пугал и одновременно восхищал. - Ха-ха, видел бы ты себя,- улыбнулся Шима.- Уже на второй день твоего пребывания здесь, ко мне пришел Каноджи-сан и подробно рассказал о тебе. Этот человек знает всё, что творится в мире шиноби. «Странная деревенька», - пронеслось в голове Кейго. - Понятно,- тихо произнес Кирихара.- Вы опасаетесь не меня, а того, что скрыто во мне. - Если опустить мелкие детали… Да. На кухне повисла тишина. Сакаки не давил на юношу, давая ему время на размышления. - Чтоже,- ответил Кейго, вставая со стула,- тогда у меня только один вариант: собрать дров для Каноджи-сана и покинуть деревню. Печальная улыбка тронула губы парня. - Спасибо за понимание,- Сакаки встал и проводил Кирихару к выходу. - А где,- Кейго остановился в дверном проеме, поворачиваясь, чтобы задать вопрос хозяину дома. - Она сейчас в лесу. Собирает ягоды. - Но ведь в лесу небезопасно!?- Кейго поразился такой безответственности. Он слишком хорошо запомнил свою гонку со смертью. - Если знать куда можно ходить, а куда – нельзя, то там вполне безопасно,- Шима улыбнулся парню, хлопнув того по плечу, но от этого дружеского жеста Кирихаре не стало легче. Старик проводил юношу взглядом и закрыл дверь. Ближе к полудню в дверь постучали. Сакаки был уверен в том, что это его внучка, наконец, вернулась с ягодами. Открывая дверь, мужчина хотел отчитать непутевую родственницу: - Где ты… Слова застряли в горле после того, как Сакаки увидел перед собой морщинистое лицо Каноджи. - Эм, Каноджи-сан, чем обязан? - Да вот, Сакаки-сан, решил зайти и спросить об одном общем знакомом. Хозяин дома понял, о ком идет речь. Он проводил друга в гостиную, где они сели в два старых, но по-прежнему удобных кресла. - Так, что случилось?- Шиму больше волновало отсутствие внучки, поэтому желания узнать о чем-то другом у него не было. - Вот, прочтите,- Каноджи вынял из кармана листок бумаги и протянул его собеседнику. Сакаки быстро пробежался по строчкам, написанным нетвердо и каряво. Было видно, что юноша давно не пользовался карандашом. В общих чертах там говорилось о том, что Кирихара очень благодарен за кров, заботу и пищу, а так же извиняется за похищенный у Каноджи нож. Взамен же он оставляет один подарок, которым, надеется Кейго, не придется пользоваться. - Славный малый,- с улыбкой произнес Сакаки, возвращая письмо.- А что за подарок? - Вот,- на маленький журнальный столик опустился небольшой флакончик, доверху наполненный какой-то черной жидкостью.- Он наглец, не находите? Ответ Шимы прервал стук двери о стену, будто её вышибли. Каноджи быстро спрятал флакончик обратно в карман. Девочка вбежала в дом, бросив корзинку на пол. Она была настолько испугана, что не замечала присутствие гостя. Всё чего она хотела, это побыстрее обнять дедушку, чтобы тот защитил её ото всех опасностей. Ну и что, что ей уже шестнадцать, она до сих пор остается для него маленькой и беззащитной внучкой. - Не бойся, милая. Всё позади, не волнуйся,- успокаивал рыдающую девушку старик, поглаживая её по голове.- Расскажешь, что случилось? Между рыдания и всхлипываниями мужчины смогли разобрать сбивчивый рассказ. Гуляя по лесу и собирая ягоды, девчушка увлеклась и забрела дальше, чем стоило. Витая в облаках она не сразу заметила тени, мелькающие меж деревьев, а когда всё же обратила на них внимание - было уже поздно. Стая волков медленно сжимала кольцо, приближаясь к своей жертве. Она кричала, звала на помощь, но не сильно надеялась на спасение, как вдруг невдалеке показался человек в черном плаще с капюшоном. Волки забыли про свою первую жертву и рванули к незнакомцу. Девушка не видела, что произошло, но буквально через несколько мгновений стая, скуля, убежала прочь, а незнакомец как можно быстрее скрылся среди деревьев. Одолеваемая любопытством, девочка осторожно подошла к тому месту, где недавно стояла фигура в плаще. Кроме следов лап и ботинок на земле были едва заметны черные капли. Услышав ужасные звуки, идущие из леса, она подобрала корзинку и рванула обратно в деревню. Дослушав историю внучки, Сакаки заставил её лечь на диванчик, стоящий в гостиной, и немного поспать. Девушка отнекивалась, говоря, что с ней всё в порядке, но через несколько секунд уже крепко спала. Стараясь не шуметь, мужчины вышли на крыльцо дома. - Вот так прощальный подарочек. Да, Сакаки-сан? Огромная клетка с золотыми решетками, запирающаяся на клочок бумаги, уже давно стала привычным атрибутом данного помещения. И пусть эти гигантские ворота были обыкновенны и просты, но для них они выглядели совершенно по-разному. Будто светящиеся в темноте звериные глаза с ненавистью смотрели на эту мощную преграду, которая отделяла Девятихвостого Лиса от еще не забытой, но очень желанной свободы. А вот со стороны зала эта клетка выглядела не столь могуче, и казалось, что хватит одного мощного рывка, что сорвать врата с петель. Вот только обладатель холодных голубых глаз уверенно взирал на заточенного Кьюби без какой-либо тревоги. Наруто спокойно подошел ближе к клетке, остановившись на минимальном безопасном расстоянии, словно дразня заключенного тем, что его тюремщик сейчас так близко, а сделать с ним тот ничего не может. - Что ты здесь забыл, мальчишка?- Кьюби был недоволен и зол, впрочем, как и всегда при появлении Узумаки. - Мне нужна твоя сила,- спокойно ответил брюнет, четко отвечая на поставленный вопрос. Девятихвостый биджуу никак не ожидал такого ответа. Он считал, что из юнца сделали идеального шиноби, которому хватает своих сил для выполнения задания. Выходит, что Демон-Лис ошибся? Нет, он в это не верил. Значит, напрашивался другой ответ – этот человечишка считает Его силу своей. Злость и ненависть завладели созанием биджуу, и его когтям не хватало лишь пары десятков сантиметров, чтобы разорвать парня на части. - Да как ты смеешь!- взревел Кьюби, продолжая тщетные попытки достать брюнета. Наруто стоял и ждал, когда гнев биджуу сойдет на «нет». Ждать пришлось долго, а когда Лис успокоился, шиноби повторил свой ответ: - Мне нужна твоя сила. - Зачем?- слова Девятихвостого были полны презрения. - Для защиты деревни. Кьюби стоило догадаться. Данзо хорошо промывает мозги своим подчиненным. - И почему же именно сейчас тебе нужна моя чакра? Помнится, раньше ты обходился без неё. - Потому что до этого я не получал приказа овладеть чакрой Кьюби,- ответил брюнет. Наруто ответил правду – он действительно получил такое задание, а, как известно, приказы не обсуждаются. - Допустим, я соглашусь поделиться с тобой своей силой. Какие выгоды от этого я буду иметь?- хитрые прищуренные лисьи глаза изучающе всматривались в джинчурики, и с долькой радости отметили изменения на лице шиноби. Брови парня чуть сошлись к переносице, на лбу появились морщины – признак совсем нерадужного детства. - Ну,- немного подумав, ответил Узумаки,- чем дольше я проживу, тем лучше для тебя. Кьюби был в недоумении от слов брюнета. Каким это образом жизнь этого глупого мальчишки может быть выгодна ему? - Моя жизнь,- продолжил шиноби,- гарантия того, что ты не попадешь в другие руки. Никто не сможет дать гарантии того, что с новым джичурики тебе будет проще. Да и особенностей печати Четвертого никто не знает, поэтому нет одназначного ответа, что произойдет с тобой после моей смерти. Убеждения мальчишки долго доходили до Девятихвостого Демона-Лиса, а когда всё же биджуу осознал смысл сказанных слов, то рассмеялся. Этот дикий и мощный смех разносился по помещению, уносясь в коридоры подсознания. Он даже заставил непробиваемого Узумаки оступить на шаг. А Кьюби всё смеялся и смеялся. - Ха-ха-ха! Глупый мальчишка, неужели ты думаешь, что после твоей смерти мне может стать хуже!? Ха-ха-ха,- истерика Кьюби продолжалась еще пять минут, пока от спазмов могучее тело биджуу не опустилось на холодный пол клетки. Мощные лапы больше не могли удерживать своего хозяина. Наруто только теперь понял, что Демон-Лис знает намного больше чем он. Его доводы, которые казались правильными и логичными были раздавлены одним смехом. «Надо придумать что-то ещё. Что-то, с чем он точно согласится». Успокоившись, Кьюби вновь посмотрел на свой сосуд, который опять усиленно размышлял над тем, что сказать. В этот раз молчание длилось намного дольше предыдущего, и это могло значить лишь одно – заготовленных фраз больше не было. Естественно Узумаки не просто так затеял этот разговор и, конечно, он должен был подготовиться. Кьюби это отлично понимал и из-за этого немного расстраивался. Сам факт того, что его реакцию хоть и частично, но смог предугадать этот мальчишка, бил по самолюбию биджуу. - Тогда,- тщательно подбирая слова, осторожно начал Наруто,- я могу предложить тебе то, чего ты так жаждешь. Молчание сильнейшего хвостатого зверя показывало заинтересованность Кьюби. - Ты уже знаешь, что наши чакры взаимодействуют друг с другом. Если я получу доступ к твоей силе, соотношение сил внутри моей СЦЧ будет постепенно меняться. Каким бы сильным не был мой организм, и как бы сильно не воспевали особенности клана Узумаки, твоя чакра всё равно остается ядом. Кьюби внимательно слушал джинчурики, осозновая его правоту. Если бы клан Узумаки имел те силы и возможности, которые им преписывают, то и Мито, и Кушина могли бы безбоязненно использовать чакру биджуу постоянно. Возможно отрицательные эффекты и намного меньше, чем у других, но они есть. - Я предлагаю тебе сократить срок твоего пребывания здесь. Твоя чакра будет негативно воздействовать на моё тело, сокращая продолжительность жизни. Так ты выйдешь на свободу гораздо раньше, чем мог бы. Девятихвостый Демон-Лис обдумывал слова парня в течение нескольких минут. Затевать данное мероприятие было рискованно. Об условиях сделки естественно будет знать и Данзо, который либо сам дал согласие на этот разговор, либо будет поставлен в известность после него. Что предпримет этот старый ублюдок, Кьюби мог только предположить. - Хм… Хорошо, Узумаки,- взвесив все «за» и «против», ответил биджуу.- Я соглашаюсь на твоё предложение. Наруто, кивнув, исчез из зала. Кьюби лишь на несколько секунд задержал свой взгляд на том месте, где стоял джинчурики. Этого хватило, чтобы через мгновение заметить свечение и небольшой столбик дыма, исходящий из печати на клетке. Видимо она приняла условия сделки. Кьюби злорадно усмехнулся. Мальчишка не до конца понимает, с кем связался. - Курой, Аой, оставьте его мне,- Хаииро едва смог скрыть своё возбуждение. Ещё бы, проверить себя и свои силы на таком противнике. В десяти метрах от кураторов стоял Наруто, готовый к спаррингу. В его внешности почти ничего не изменилось, если не считать блеск золотых глаз, который не смогла скрыть даже маска. Узумаки чувствовал, как по его улучшенной системе циркуляции бурлящим потоком бежит демоническая чакра. Это должно было стать первым серьезным испытанием новых способностей после недели тренировок с чакрой Кьюби. - Ты в своем уме, Хаииро,- ответила куноичи.- Ты ведь не знаешь, что может произойти. Данзо-сама не разрешал такого боя. - Но и не запрещал,- ответил вместо напарника Курой.- Оставляем его на тебя. Аой последовала за командиром к выходу с тренировочного полигона, недовольная его решением. Она ни сколько не сомневалась в отменных боевых качествах Хаииро, но сейчас была против этого сражения. Нет, она прекрасно понимала, что каким бы ни был противник, напарник его победит. Но какой ценой… Стук стальной двери за спиной куноичи прервал её размышления. - Почему ты разрешил? - Не произойди это сейчас, то потом могло стать хуже,- спокойно пояснил мужчина, прислонившись к стене. Он не любил много говорить, но прекрасно понимал, что напарница не отстанет, пока не получит полный ответ на этот вопрос.- Ты не хуже меня знаешь, что Хаииро всё равно устроил бы этот спарринг, так пускай он пройдет в то время, когда у него больше шансов на победу. Куноичи не смогла возразить командиру группы, так как прекрасно осознавала его правоту. Не один год работая вместе, она прекрасно изучила двоих мужчин, которые были словно сторонами одной медали. Вечно собранный и хладнокровный Курой и непостоянный, непредсказуемый Хаииро. Пока два куратора ждали окончания спарринга, на тренировочном полигоне разгоралось нешуточное сражение. Первым своим выпадом, от которого Хаииро едва увернулся, отпрыгнув влево, Наруто показал, что этот бой будет намного тяжелее предыдущих. Мужчина усмехнулся, почувствовав опасность, исходящую от ученика. Наставник проанализировал возросшую скорость юноши и отметил внушительный след от удара в бетонном полу. - Ну, понеслась!- произнес куратор. По давно сложившейся традиции, бой между ними проходил без использования техник, поэтому единственный способ закончить спарринг – победа в тайдзюцу. Хаииро быстро привык к скорости Узумаки и успешно блокировал его мощные удары, которые доставляли немало проблем. Усиленное чакрой Девятихвостого тело джинчурики преобрело не только поразительную молниесность, но и удивительную силу. За две минуты непрерывного контакта куратор смог лишь раз ощутимо задеть Лиса, ударив локтем в солнечное сплетение. Обычно, от такой атаки отходят долго, но парень будто и не заметил попадания, продолжая бой. Уворачиваясь и постоянно выставляя блоки, мужчина с удивлением и легкой тревогой заметил, что руки стали постепенно тяжелеть. Шиноби даже не хотел думать о том, сколько трещин на костях его предплечий оставили кулаки парня. «Такими темпами меня просто возьмут на измор», - невесело усмехнулся Хаииро. Впервые, проводя спарринг с Узумаки, шиноби в серой маске начал уставать. Это было лишь вопросом времени, когда его защита даст сбой и пропустит удар. Мужчину спасало лишь то, что Лис пользовался теми навыками, которыми его научил куратор, следовательно, Хаииро прекрасно представлял себе все комбинации, имеющиеся в арсенале юноши. Не желая проигрывать, он ускорил поток чакры до максимума, дождался мимолетной заминки в атаках Наруто и рывком приодолел защиту парня, резким движением раскинув его руки в стороны. Шквал ударов обрушился на тело брюнета. Хаииро вкладывал в свои кулаки все силы, которые только остались. Он нутром чувствовал, что второго шанса на подобную атаку уже не представится, поэтому очень хотел закончить поединок прямо сейчас. Последняя атака мужчины впечатала юного шиноби Корня в стену полигона с такой силой, что даже лампы заморгали. Мужчина глубоко дышал, пытаясь успокоить бушующий организм. Поток чакры нормализовался, принося приятную тяжесть и усталость. - Так, ладно. Пора звать Аой. Хаииро развернулся к стальным дверям, но не успел он сделать и двух шагов, как интуиция завопила об опасности. Резкий поворот на стовосемдесят градусов, и куратор едва успевает пригнуться. Огромная лапа из сине-красной чакры чуть не снесла ему голову. Мужчина проглотил комок и с опаской посмотрел на бетонный пол, на котором после косого удара Наруто остались борозды. - Нападать со спины невежливо,- поучительным тоном произнес Хаииро, глядя на покров чакры, медленно обвалакивающий Узумаки. «Он уже потерял сознание, значит, мне нужно продержаться пару минут,- мужчина напряженно всматривался в своего ученика, ожидая следующей атаки.- Стоп. Продержаться? Когда это ты успел так низко пасть, Хаииро? А когда он потеряет сознание, разве ты признаешь такую победу?- шиноби покрепче сжал кулаки, остановил работу организма, чтобы усложнить задачу парню, и приготовился атаковать.- Вперед!» Атакуя первым, Хаииро решил проверить какими стали возможности парня в бессознательном состоянии и пришел к неутешительному выводу – благодаря чакре Кьюби реакция и поведение брюнета изменились. Проводя быструю комбинацию по корпусу, мужчина не смог преодолеть блок юноши, зато пропустил ощутимый удар в левое плечо. Не отвлекаясь на мелочи, шиноби в серой маске продолжал наступать, отмечая в движениях Лиса какую-то животную диковатость и неожиданность встречных выпадов. Хаииро был уверен, что уже прошло больше минуты, следовательно, пора заканчивать. Открыв левую часть тела для атаки, мужчина незамедлительно получил удар. На груди появились четыре глубоких пореза, нанесенные когтями из чакры, - Наруто, как только потерял сознание, перестал пользоваться кулаками, словно руки превратились в лапы. Хаииро едва успел поймать руку брюнета и провести бросок. Не медля ни секунды, он заломал парня так, что его голова оказалась зажата между коленями мужчины. Шиноби не выпускал схваченную руку и продолжал душить Наруто. Мгновения до того, как организм мальчика окончательно сдасться, текли очень медленно. Покров из чакры, обжигал руки и ноги мужчины, заставляя того терпеть адскую боль… Покров из чакры наконец исчез, и шиноби в серой маске ослабил хватку. Хаииро проверил пульс у Узумаки и облегченно выдохнул – он небыл уверен в том, что победа достанется ему без смерти противника. Схватив мальчишку за шиворот, мужчина направился к выходу с полигона, которому после такой жаркой тренировки потребуется серьезный ремонт. Открыв стальную дверь, он бросил бессознательное тело брюнета на холодный пол коридора. - Ты чего творишь?- возмутилась Аой, приседая и осматривая Наруто. Её голос был ровным, но чувствовались едва заметные гневные нотки. Когда зеленое свечение, окутывающее руки куноичи, погасло, девушка встала и, наконец, обратила внимание на напарника. Левое плечо было вывернуто, а на боку виднелись порезы, будто нанесенные холодным оружием. Заметив, что из раны кровь почти не идет и на поврежденную руку Хаииро не обращает внимания, Аой передумала отчитывать мужчину за состояние джинчурики и просто спросила: - Сколько у меня времени? - Минут двадцать,- пожав плечами, ответил шиноби Корня. Аой аккуратно залечивала травмы Хаииро, стараясь ничего не упустить. Сейчас, когда тело шиноби «мертво», куноичи могла только залечить видимые повреждения, после чего придется за оставшееся время осмотреть другие части организма. Ей никогда не нравился этот древний стиль рукопашного боя, после применения которого легко погибнуть от нанесенных ранений. На них просто не обращаещь внимания до момента выхода из режима. - Ну и как он?- Курой перевел взгляд с бессознательного брюнета на сероволосого мужчину. - Хорош. Скорость, сила, реакция – всё на другом уровне. Если бы «это» не сдерживало его, то мои шансы были бы близки к нулю. - И? - Для Кьюби это прекрасый шанс,- немного подумав, ответил Хаииро.- Иногда в движениях проскакивает какая-то дикость, инстинктивность, словно напротив тебя зверо-человек какой-то. Это сложно объяснить. - Понятно. Аой,- Курой заставил отвлечься девушку от лечения.- Этих – в медпункт,- и, чувствуя недовольство Хаииро, добавил.- Это приказ. - Не поможешь? - Нет. Данзо-сама ждет… Курой медленно шел по каридорам базы, держа курс на кабинет главы Корня. Почему-то именно сейчас не хотелось использовать перемещение. То ли из-за новостей, которые предстаяло сообщить, то ли из-за мимолетной слабости. Шиноби постучал в дверь, а в ответ раздалось едва слышимое «Войдите». - Что-то случилось, Курой? - Я с докладом, Данзо-сама. - Я тебя внимательно слушаю. - Был проведен спарринг с Лисом. Подробный отчет Вам сдаст Хаииро, после того как покинет медблок. - Хм-м, ты правильно поступил,- кивая своим мыслям, ответил Шимура.- Это всё? - Нет, Данзо-сама. По поводу Вашего задания… Курой немного замялся. Он не думал, что сказать это будет настолько трудно. - И? - Я проверил всех бойцов и весь персонал базы. Искомый объект не обнаружен. - Вряд ли ты пришел бы ко мне в кабинет, чтобы сообщить об этом,- старческий голос, полушепотом разносившийся по кабинету, был абсолютно спокоен. - Вы правы, Данзо-сама. Ответ может быть только один, и он Вам не понравится. Данзо прекрасно видел, к чему ведет его подопечный, но ждал этих слов именно от шиноби в черной маске. - Человек, который передает информацю на сторону,- продолжил Курой,- это один из нас. Пожалуй, впервые за долгую службу в Корне Курой увидел удивленное лицо Шимуры Данзо. Всегда спокойный и хлоднокровный, будто забывший про эмоции, старик был олицетворением идеального шиноби. Неужели эта новость так сильно повлияла на него? Через секунду Данзо вернул себе самообладание, а боец Корня, словно впервые открывший глаза, увидел, как сильно постарел его начальник. - Можешь идти,- полушепот Шимуры прервал затянувшуюся паузу. - Да, Данзо-сама. Старик ещё долгое время провел в своем кабинете, пока ему не сообщили, что советники Хокаге хотят его видеть. Такие вызовы происходили довольно часто, поэтому к таким неожиданностям в графике Данзо уже привык. Спустя несколько минут деревянная трость постукивала по каменному полу коридора резиденции, отмеряя шаги своего хозяина. Шимура без стука вошел в кабинет, где на одном из старых, потрепанных диванов его ждали Хомура и Кохару. В этой комнате, наверное, ничего не менялось со времен Первого Хокаге, ведь, заходя сюда, сразу ощущался запах некой древности и мудрости. - В чём дело?- сев напротив советников, спросил Шимура. - Кажется, Данзо, одна твоя проблема нашла неожиданное решение,- произнесла Утатане Кохару. - И какая же? Хомура выудил из рукава письмо и протянул его главе Корня. Скрученный свиток не представлял собой ничего особенного, если бы не сломанная печать, которую Данзо моментально узнал. - Почитай. Шимура развернул свиток, и его глаза забегали по строчкам письма. «Уважаемые старейшины и Шимура Данзо. Совсем недавно мы предоставили Вам свою помощь, врезультате чего потеряли очень способного и талантливого юношу. Мы очень огорчены данным фактом и нам очень бы хотелось знать, как это произошло, но свои правила мы не нарушаем. Мы очень огорчены тем, что Вы не соблюдаете условия заключенного договора. Нам известно о тяжелой ситуации Вашей деревни, поэтому было решено пойти на некоторые уступки. Мы готовы немного отступить от правил и предложить Вам небольшую сделку. В обмен на юношу, погибшего, выполняя ваше задание, мы просим предоставить нам не менее одаренного юношу, который бы смог на время заменить погибшего, чтобы мы смогли подыскать замену. Узумаки-Намикадзе Наруто, джинчурики Девятихвостого Демона-Лиса, как нельзя лучше подошел бы нам. Надеемся на выполнение нашей просьбы. А.С.Ш.» Пустив чакру в свиток, Данзо недолго наблюдал за тлением особой бумаги. Печатка уже была сломана, следовательно, старейшины уже знали о содержимом письма. Мысли о том, чтобы не выполнить просьбу, глава Корня даже не допускал. Во-первых, это очень удачная возможность скрыть джинчурики на какое-то время. А во-вторых, пускай здесь всё было написано достаточно сдержано, однако только глупец не смог бы понять, что на самом деле это никакая не просьба, а ультиматум. Невыполнение данных условий могло слишком негативно сказаться на деревне Скрытой в Листве. Однако существовали определенные риски, о которых нельзя забывать. И основным из них был Мануке. Этот шиноби имел просто поразительные способности. Его цели и мотивы оставались неясны, однако заинтересованность в Узумаки Наруто была на лицо. - Итак, Данзо. Что скажешь? - Не вижу причин отказывать в этой просьбе,- Шимура встал и направился к выходу. - Надеюсь, ты не выкинешь ничего безрассудного?- сказал Хомура, сверля взглядом спину главы Корня. - Вы же знаете, я в первую очередь думаю о благе деревни. - Да, конечно,- саркастическая фраза долетела до ушей Шимуры уже после того, как он закрыл за собой дверь… Темный кабинет в недрах подземной базы гордым молчанием встретил своего хозяина. Глава Корня не успел сделать и пары шагов, как понял, что что-то не так. Идя на поводу своих инстинктов, словно дикий зверь, Данзо безошибочно определил – здесь кто-то был. Кто и зачем?.. Осматривая кабинет зорким взглядом, Шимура не обнаружил ничего опасного и подозрительного, разве что клочок бумаги, лежащий на столе, которого точно не было в тот момент, когда Данзо решил направиться к советникам Хокаге. Опасности для своей жизни старик так и не ощутил, но всё же с легкой осторожностью отнесся к неожиданному сюрпризу. «Хм, интересно», - Данзо сел за стол и не отрывал глаз от листика, будто, если посмотреть на него еще чуть-чуть дольше, что-нибудь произойдет. Но после нескольких минут игры в гляделки так ничего и не произошло. Старческая рука потянулась к бумажке, приподняла и перевернула её. Прочитав содержимое, Шимура с легкой ненавистью сжег лист чакрой. Происходящее стало нравится Данзо ещё меньше. Он не любил, когда кто-то вмешивался в его игру и начинал управлять его фигурами. Но Шимуру бесило другое – осознание того, что либо он сам чья-то фигура, либо его шахматная доска лишь часть другой, ещё большей доски. Данзо отогнал от себя неприятные мысли, не став заострять внимание на том, чего не изменить… Через неделю глава Корня вызвал в свой кабинет джинчурики. В дверь постучали спустя секунд двадцать, и после негромкого «Войдите» в помещение вошел тринадцатилетний шиноби, чьё лицо скрывала маска с изображением морды лиса. Боец спецподразделения преклонил колено, ожидая приказа старика. - Лис, ты отправишься на миссию, у которой не будет ранга. Завтра в полночь ты должен прибыть на место, которое будет обозначено на карте. Если кто-то на базе будет задавать вопросы, скажешь, что будешь патрулировать границу со страной Ветра, ясно? - Да, Данзо-сама. - Документы у тебя в комнате. Так же ты найдешь там список людей, чья смерть обезопасила бы Коноху. Работать по этому списку не нужно. Ликвидация только при личном контакте. Информация о людях будет находиться в красном блокноте,- голос главы звучал устало. Там, наверху, ещё стояли предрассветные сумерки, поэтому уже немолодой организм старика законно заявлял о так необходимом отдыхе. - Я понял, Данзо-сама,- сомнений в правильности решения своего начальника у Наруто не возникало. - Когда приблизишься к месту назначения,- продолжил Шимура,- распечатаешь зеленый свиток и переоденешься в его содержимое. Всю униформу АНБУ, кроме водолазки, и всё, что может выдать твою принадлежность к Конохе, запечатаешь в зеленый свиток и максимально повредишь печать. Потом доберешься до места назначения и уничтожишь карту. Понял? - Да, Данзо-сама. Шиноби внимательно слушал старика, подсознательно осозновая серьезность ситуации. Эта первая миссия, которую Лис получает в устной форме, без изучения папки со всей доступной информацией. - Дальнейшие инструкции получишь уже на месте. - Я всё понял, Данзо-сама,- после недолгой паузы ответил Наруто.- Можно вопрос, Данзо-сама? Дождавшись кивка, Узумаки продолжил: - Есть ли сроки выполнения задания? - Это бессрочная миссия. Вернуться сможешь только после получения соответствующего приказа,- после недолгого молчания всё же ответил глава Корня.- Свободен. - Есть. Шиноби покинул кабинет начальника и направился прямиком в комнату изучать полученные документы, а старик достал из стола чайный набор и стал готовиться к новому продолжительному дню, который, как он рассчитывал, пройдет без сюрпризов… Узумаки оставалось пройти около ста метров по извилистым коридорам базы, как увидел, что ему навстречу идут двое его кураторов. Хаииро закинул руку на плечо куноичи и медленно шел вперед, желая как можно быстрее достигнуть своей комнаты. Гордость бойца взыграла внутри немолодого мужчины, заставляя усилить нагрузки на тренировках. Пускай тот спарринг он и выиграл, но неприятный осадок всё же остался. Аой за прошедшую неделю три раза помогала дойти своему напарнику до личной комнаты. - Лис? Что ты здесь делаешь?- устало спросила Аой, уже не обращая внимания на тщетные попытки мужчины отдышаться. «Сам виноват», - укоряла она. - Задание,- обронил брюнет, проходя мимо парочки. - А что за задание?- Аой неспроста задала этот вопрос. Обычно их ставили в известность о предстоящих миссиях подопечного, и сейчас только удачное стечение обстоятельств позволило им встретиться в этом коридоре. - Патрулирование границы со страной Ветра,- отчеканил Наруто, не сбавляя шаг. Узумаки скрылся за поворотом, а шиноби медленно побрели в сторону комнат. - Спасибо,- еле слышно произнес Хаииро, дрожащей от усталости рукой окрывая дверь. - Будешь должен,- ответила девушка.- Хаииро, ты что-нибудь знал об этом задании? - Нет, да и мне как-то по боку. Стукнула металлическая дверь, оставляя куноичи одну в коридоре. - Ясно. Куноичи не стала заострять на этом внимание, решив, что глава Корня имеет полное право отдавать приказы джинчурики, не ставя в известность кураторов. Все они здесь бойцы одного подразделения и делать какие-то различия между ними не имеет смысла. Зайдя в свою комнату и бросив взгляд на металлический будильник, кое-где уже покрывшийся ржавчиной, девушка сняла маску и жилет. Дежурить в одном из медблоков не требовалось, да и тренировка будет только во второй половине дня, поэтому она решила поспать. Когда долгое время работаешь на износ и даже не представляешь, что может произойти через минуту, нужно уметь находить время для короткого отдыха, чтобы натренированный организм не подвел тебя в момент опасности. Боец Корня в который раз в сердцах высказала всё то, что она думает о ночных тренировках Хаииро. Девушка очень быстро заснула, а стрелки на маленьком цифеблате показывали начало седьмого. Покинув базу рано утром, чтобы ни у кого не осталось сомнений в том, что брюнету предстоит долгий путь до границы со страной Ветра, Наруто бесшумно передвигался к месту назначения. Изучив карту в первый раз, брюнет мысленно набросал на неё передвижение патрульных отрядов и выбрал наиболее оптимальный маршрут. Он даже учел возможность встречи с каким-либо отрядом Конохи, идущим на задание или возвращающимся с него. Огромный лесной массив, словно зеленый океан, раскинулся на многие километры вокруг деревни Скрытой в Листве. Ходили слухи, что большая часть этого леса создана Первым Хокаге селения для защиты от непрошенных гостей. Однако этот же лиственный купол прекрасно скрывал передвижения шиноби. Именно этим и пользовался Узумаки Наруто, прыгая с ветки на ветку. Долгие тренировки научили его передвигаться незаметно и не оставлять никаких следов позади. Кора на ветках не обвалиться из-за неправильной подачи чакры в стопы. Веточки не сломаются из-за неосторожного движения тела шиноби. Двигаясь вперед на средней скорости по меркам шиноби, Наруто оказался в паре километрах от места назначения уже к двум часам дня. Он уже бывал на этой поляне, поэтому не удивился необычным исполинским костяным отросткам, торчащим из-под земли. Последняя техника врага, последний рывок перед смертью. Узумаки спрыгнул с дерева и медленно пошел через поле, осматривая гигансткие клыки. Что-то в этом пейзаже цепляло взор брюнета, заставляя его не ускоряться и подольше находиться здесь. Может вон тот зуб, на котором ещё остались следы крови Хатаке Какаши. Или может быть легкое чувство горечи из-за того, что он не учавствовал в этой битве. Кто знает. Двадцать минут потребовалось Лису, чтобы пересечь поляну. Он не боялся того, что его заметят. Здесь не прозодил ни один маршрут патруля, поэтому можно не опасаться допросов со стороны АНБУ. Приказ Хокаге запретил командам шиноби, идущим на задание за пределы страны Огня, прокладывать свой маршрут через поле. Это место будто вырвали из географии страны на некоторое время. Достигнув противоположного края поляны, Наруто распечатал зеленый свиток. С хлопком и облаком дыма из печати появился потрепанный комплект одежды. Удобным сандалиям шиноби пришли на смену вязаные лапти. Потрепанные со смножеством латок штаны, льняная рубаха на пару размеров больше и жилетка с пароу карманов пришли на смену столь привычной для бойца спецподразделения униформе. Завершал образ крестьянского парнишки серый платок, повязанный как бандана. Единственным предметом одежды, который остался от предыдущего комплекта, стала черная водолазка с весьма необычными свойствами. Реагируя на чакру носителя, особый материал сжимался и становился менее эластичен. Покрывая только руки и торс, водолазка так же воздействовала на нижние конечности, влияя на проходимость сигналов мозга. Этот универсальный утяжелитель при постоянном использовании позволял увеличить скорость и силу носителя. Но, как и у многих изобретений, данный образец имел несколько минусов, главный из которых мог стоить шиноби жизни. Взаимодействуя с СЦЧ, водолазка резко реагировала на смену скорости потока энергии. Ускорение чакры вело за собой усиление эффектов на тело. Джинчурики приходилось сложнее всего. Его модифицированная система циркуляции, влияя на предмет одежды, подвергала организм серьезной физической нагрузке. Первые дни Узумаки тратил все силы на то, чтобы просто выполнять дневной распорядок базы. Миссии забирали столько сил, что порой из-за изнеможения перед глазами всё плыло и искрилось. Во время задания по охране тюремных повозок, ночные дежурства вкупе с быстрой регенерацией помогали отдохнуть телу. Но самое тяжелое время – это первые пять минут после использования чакры Девятихвостого. Перегрузка энергией биджуу превращало водолазку в смертельные оковы. Наруто прилагал колоссальные усилия, чтобы сделать всего один шаг. Создавалось впечатление, что тело брюнета сдерживают сотни цепей. Лис ощутил легкое разочарование из-за необходимости носить этот предмет одежды и дальше. Запечатав снаряжение и униформу Корня, брюнет пропустил через ладони чакру ветра, разрезав зеленый свиток пополам. Каждую половинку он разрезал ещё на две части. Теперь восстановить печать мог только мастер фуиндзюцу, поэтому Узумаки оторвал небольшой кусочек бумаги с частичкой изображения и, поместив его между ладоней, легким потоком чакры ветра превратил тот в труху. Теперь восстановление не представлялось возможным. Расскидав части свитка в разные стороны, Лис продолжил движение к месту назначения, указанному на карте. Долина Завершения встретила брюнета лишь звуком падающей воды. Шиноби уничтожил карту и подошел к краю обрыва, наблюдая за стремящимся вниз потоком. Наруто перевел взгляд на две статуи великих основателей Конохи. Шиноби спустился вниз, туда, где шум воды заглушал все звуки природы. До встречи было ещё далеко, а патрульные отряды частенько прочесывали эту местность, поэтому юноше необходимо было спрятаться до наступления темноты. Подойдя почти вплотную к водопаду, Наруто применил хенге, превращаясь в серый валун. Никто не обратит внимания на очередной валун у ног статуи. Время текло медленно и размеренно, приближая час встречи. Солнце постепенно пряталось за горизонтом, забирая с собой свет и тепло. Узумаки отменил технику только тогда, когда ночь полностью властвовала на земле. Парень просто сидел, прислонившись спиной к холодному камню и рассматривая звездное небо. Только в новолуние можно было увидеть Млечный Путь. Для кого-то этот вид столь привычен, но только не для него… Шум перекатывающихся камушков отвлек Лиса, заставив сосредоточиться на окружении. На той стороне реки появился человек, но в темноте силуэт был едва различим. Наруто поднялся, ощутив покалывание в затекших мышцах. Он подошел к краю берега и посмотрел на незнакомца, который также стоял у кромки воды. Два человека стояли друг напротив друга, словно копируя огромные каменные статуи. Ни один не спешил сближаться с тем, кто стоит на другой стороне. Узумаки не знал, с кем должен встретиться. Не было даже условного сигнала и пароля, который мог бы прояснить ситуацию. Игра в гляделки продолжалась довольно долго, пока незнакомец не стал приближаться к шиноби, ступая по водной глади. Лис пошел навстречу лишь мгновением позже, но ненатренированному взгляду показалось бы, что движения начались одновременно. Встретившись на середине реки, они несколько секунд изучали друг друга, рассматривали, ища то, за что мог бы зацепиться острый взор шиноби. Наруто смотрел на незнакомого парня, который был одного с ним возраста, возможно, старше на пару лет. Цвет волос, как и цвет глаз, разглядеть не представлялось возможным, но вот бледность кожи не смогла скрыть даже ночная тьма. Одежда юноши была во многом похожа на одежду джинчурики, только была впору. - Хорошо,- грубый, с хрипотцой голос нарушил затянувшееся молчание.- Идешь за мной. Все вопросы потом. Причины не доверять этому парню были, причем небезосновательные, поэтому, когда незнакомец одним прыжком преодолел пол реки и оказалася на том берегу, с которого пришел, Наруто не сдвинулся с места. Юноша, правильно растолковав бездействие брюнета, вмиг вернулся обратно на середину реки. - Данзо-сан предупредил тебя, что инструкции ты получишь в месте назначения? Ответом послужил легкий кивок со стороны бойца Корня. - Вот и замечально. Считай, что ты их уже получил, Лис. А теперь следуй за мной и не отставай. В этот раз Узумаки последовал за юношей, который взял очень приличный темп. Всю ночь он бежал по ветвям деревьев, следуя за таинственным парнем. Эффект от водолазки быстро истощал организм Наруто, забивая мышцы молочной кислотой. После шести часов бешеной скачки, когда джинчурики едва поспевал за бежавшим чуть впереди шиноби, его провожатый резко спрыгнул вниз и остановился. Лис последовал за ним, мягко приземлившись на мокрую траву. - Дальше пойдем пешком. Джинчурики шел позади, не понимая резкой смены темпа. Он только надеялся, что это не связано с его усталостью, которую легко можно было приравнять к слабости. Его учили никогда не показывать слабость врагу, а этого человека он пока не считал союзником. Двесте метров по тихому ночному лесу немного восстановили Наруто. Ему всё равно приходилось напрягаться, но теперь усилий требовалось намного меньше. Куда его ведут, он не знал, да и природа была какая-то не такая, другая… Узумаки резко остановился, всматриваясь в стоящие в десяти метрах деревья. Интуиция подсказала – что-то не так. Его провожатый остановился через секунду, в легком удивлении посмотрев на джинчурики. - А ты глазастый,- произнес он.- Всё в порядке,- добавил парень чуть позже, видя нежелание брюнета продолжать движение. Легкая дымка оповестила о том, что Наруто прошел через барьер. Его недоверие к путнику и к тем, что его ждет, росло… Светало. Первые лучи солнца позволили брюнету рассмотреть незнакомца хотя бы со спины. Каштановые короткие волосы и бледная кожа никак не прояснили ситуацию, относительно личности. Только вот начало дня позволило рассмотреть неожиданные детали гордероба. Льняная рубаха скрывала ножи, закрепленные на предплечьях. Прятал шатен своё оружие довольно умело, вот только от взора брюнета это не ускользнуло. - Пришли,- коротко бросил парень. Видимо он не любил много говорить.- Оставайся здесь. Через час подойдешь к дому старосты. Дальний дом. Недоверие росло внутри брюнета каждую секунду, но лишь две вещи останавливали его от того, чтобы развернуться и вернуться на базу. Первая – это молчавшее чутье, вторая – приказ Шимуры Данзо. Как бы подозрительно это всё не выглядело, ослушаться Наруто просто не мог. Через час Лис уже стучал в дверь нужного дома. Он постарался незаметно подойти к нужному зданию, чтобы избежать лишних вопросов со стороны жителей, вот только весь путь брюнет чувствовал на себе чьи-то взгляды. Дверь открыл старый мужчина, одетый в потрепанное временем серое кимоно, которое когда-то сияло белизной. Он определенно ждал гостей. - Кто там?- услышал Наруто девичий крик. Любопытная девушка выглянула из-за угла кухни, но её дедушка полностью заслонял гостя. - Это ко мне,- добродушно ответил старик, потом вышел на крыльцо и закрыл за собой дверь.- А ты очень пунктуален. Ну, давай знакомиться. Сакаки Шима – староста этой деревни. - Лис,- ответил шиноби, пожимая старческую руку. Брюнет слегка удивился крепкой хватке Сакаки. - В этой деревне тебя будут звать Наруто, понял? - Да, Сакаки-сан,- кивнув, ответил Узумаки.- Откуда Вы знаете это имя? Частые диалоги с Мануке, слова, сказанные несколько лет назад Девятихвостым, - все называют его этим именем, хотя никто не должен его знать. - Ну, это ведь было когда-то твоё имя,- с улыбкой в глазах ответил Шима.- Видишь тот дом,- старик указал на одну из построек и, дождавшись кивка, продолжил.- Жить будешь там. Хозяина зовут Каноджи-сан. Твоими тренировками займемся чуть позже. Вопросы есть? - Есть, Сакаки-сан. Как долго я пробуду здесь? - Ну, не меньше года. А теперь иди. - Есть. Наруто спрыгнул с крыльца и направился к нужному дому. - Наруто-кун,- чуть повысил голос старик. Он подождал, пока брюнет обернется, спустился с крыльца, опираясь на деревянную трость, и ласково произнес: - Добро пожаловать в АСШ!.. P.S. С Наступающим!!!