Мой пленительный принц.

      Ночь за окном была какой-то пугающей и привлекательной одновременно. Немолодая женщина сидела на пуфике возле своего дамского столика и бережно собирала огненные волосы в хвост. Буравящие ее мысли не давали покоя. Будь она обычной женщиной, все бы можно было списать на волнение, но не сейчас, когда она является ведьмой и хранительницей рода. С каждой секундой она волновалась все сильнее и сильнее. Ее сын не звонил ей вот уже три дня, и это было странно. Конечно, она могла бы сама позвонить, но Мэтт был крайне неаккуратен с телефонами и вечно их терял или ломал. Поэтому матери оставалось лишь одно — ждать.       — Дорогая. — Вампир медленно касается нежных плеч, заставляя женщину поднять взгляд. — Что-то случилось?       — Я чувствую какое-то волнение за Мэтта.       — Не переживай. Он уже взрослый парень.       — Ты не понимаешь. Это что-то другое.       — Вряд ли, дорогая. Ты слишком обеспокоена, что он вырос и теперь не находится рядом с тобой постоянно. Не звонит тебе так же часто, как раньше. Не отчитывается.       — Может, ты и прав. Но я все же…       Хотч перебил свою жену:       — Или тебя волнует, что пара нашего сына одного с ним пола?       Вампир, кажется, разгадал еще один страх ведьмы. Да, пусть она любила своего сына, уважала Рэо как омегу, как сильного омегу, но принять пару сына она не могла. Она хотела для него самого лучшего. Красивую девушку с прекрасными глазами. Заботливую жену. А в итоге получается, что пара ее сына — японец. Обеспокоенная фантазия уже нарисовала Вере низкорослого, нескладного, узкоглазого паренька. Она поняла, что не сможет его принять, пусть даже и Мэтт будет любить его.       — Ох, дорогая, — встал Хотч на колено и прижал жену к себе, — ты должна понять и принять. Альфы и омеги слишком сложны в обычном понимании. Они не выбирают себя пару, она уже им дарована свыше. Наш Мэтт — полукровка, в нем течет наша с тобой кровь, и ты думаешь, такому парню могла достаться ужасная пара?       — Этого я и боюсь, — молвит женщина, медленно вдыхая запах тела ее любимого вампира.       — Ты стала ревнива после его взросления. У него было столько кандидатов на роль пары, но тебе ни одна не нравилась. А сейчас, когда наш сын встретил своего омегу, ты решила и его забраковать?       Женщине стало стыдно. Очень стыдно. Но она желала сыну счастья и любви. И никогда бы не смогла причинить ему боль или вред. Просто она действительно ревнует своего мальчика к тому омеге, которого даже не видела.       — Ты у меня самый лучший, — улыбнулась и, притянув мужа ближе, поцеловала его губы.       В это самое время Мэтт пытался вспомнить номер хоть одного из родителей, но не мог. Словно в памяти была дыра. Хотя эта минутная ложь не могла исправить муки совести. Ведь один номер парень все же помнил — номер Рана. Молодой человек, конечно, мог попросить номер родителей у Барта, но не счел это хорошей идеей. Потеребив свои волосы, парень взглянул на два рюкзака, что лежали на двуспальной постели. Третий забрал омега, когда решил переодеваться в небольшой ванной комнате, располагающейся тут же, за дверью. Сейчас оба друга находились в спальне, что семейство оборотней выделило для альфы и полукровки. Но спать в этой комнате они не собирались. Каждый для себя уже все решил и пусть и до конца не открывался, но цель у них была одна, как и решение, которое они приняли.       Побег казался самым лучшим вариантом из множества других. И сейчас полукровка внимательно следил за Вильгельмом, что аккуратно складывал вещи. Кто бы мог подумать, что его весьма неаккуратный друг вдруг станет таким аккуратистом.       — Черт, — рыкнул полукровка, опустившись на корточки и зажимая голову в тиски своих собственных рук.       — Что такое? — тихо молвит Вильгельм, подозрительно смотря на друга.       Сейчас оборотень был рад, что его самый близкий друг поддержал его. Присутствие Мэтта в своей жизни Вильгельм считал огромным счастьем и удачей. Ведь это хорошо, когда ты можешь опереться на чье-то плечо, а кто-то может опереться на твое. Конечно, мнения у них не всегда совпадали, но дружить от этого они не переставали. Секретов друг от друга у них не было.       — Номер предков забыл, — ворчит Мэтт, поднимаясь на ноги.       Пойдя к постели, он сел на мягкую поверхность.       — А чей-то номер помнишь? — вымолвит альфа, усмехнувшись. Ведь он наверняка знал, чей номер Мэтт даже во сне может произнести, не задумываясь.       — Рана.       — Почему я не удивлен! — Вил мотает головой.       — Слушай, в ванной стало как-то тихо.       Мэтт решил вначале перевести разговор в другое русло, но, прислушавшись, понял, что оказался прав. В ванной комнате было очень тихо, словно никого живого там и в помине не было.       — Может, Брендон уже переоделся, но услышав наш разговор, решил не выходить?       — Возможно, — качнул головой Мэтт.       Альфа оторвался от своего занятия. Немного помедлив, Вильгельм прислушался к своим ощущениям и тут же осознал происходящее… Все тело парня наполнилось тяжелым свинцом, а сердце пропустило удар. Его пары не было в той комнате. Его не было в доме.       — Брендон! — зовет омегу Вильгельм, надеясь, что ошибся, но за дверью так же тихо. Тогда альфа подходит к двери в ванную комнату и стучит, но там по-прежнему остается тихо. — Все хорошо?       Не дождавшись ответа, альфа дергает ручку на себя. Мягкий металлический замок поддается достаточно быстро, открывая парням взор на пустое помещение. Небольшое окно было открыто, а на полу валялись вещи, которые Ник давал Брендону. Омега взял только самое необходимое с его точки зрения. С полки пропала бритва, зубная щетка, паста и маленькое зеркальце.       — Черт, он снова сбежал в окно! — рычит альфа, вбегая обратно в комнату.       — Что делать будем?       Мэтт взволнованно смотрел на волка и совсем не понимал поступка омеги. Он мог остаться, они бы все равно ушли бы этой ночью. Все вместе ушли бы. Но тогда разгадка пришла мгновенно — мальчишка просто не хотел с ними идти.       — Вил…       Но полукровка дернул головой и замолчал. Он словно отгонял от себя даже мысль о том, чтобы сказать другу свои предположения. Он смолчит и ничего не скажет, так решил Мэтт.       — Ты вещи собрал? — с холодностью в голосе спрашивает молодой вервольф.       — Да.       — Тогда бежим. Если он думает, что сможет удрать от меня, то он ошибается.       Душа Брендона разрывалась на части, когда он вошел в маленькую ванную комнату. Мальчишка схватился за раковину и всхлипнул. Если он пойдет с Вильгельмом, то альфа может пострадать снова, и тогда рядом не будет взрослого волка, чтобы им помочь.       — Ты знаешь, что нужно делать, Брендон, — еле слышно молвит мальчишка, заглядывая в глаза собственному отражению. — Прости меня, Вильгельм, но так будет лучше для нас обоих.       Пока он спрыгивал в окно, парни в комнате что-то бурно обсуждали и поэтому не заметили побега. Омега не зря прихватил щетку, зеркало и пасту. Он измазал зеркало в пасте и своей крови и кинул в сторону, когда был на достаточно приличном расстоянии от дома. Брендон понимал, что альфа ринется его искать, и решил запутать его след. Дать себе самому возможность сбежать. Ночной лес не был преградой для чуткого зрения юного волчонка. И хоть в ночном лесу он чувствовал себя не совсем комфортно, но видел он все отменно. Резко свернув в другую сторону и вновь пробежав приличное расстояние, бросил щетку в сторону.       Брендон старался бежать очень быстро, ведь никто не давал гарантии, что его уже не хватились. Благо, беременный омега дал подавители и заботливо вложил в сумку омеге еще один стандарт. Его должно было хватить надолго. Значит, его аромат притупился, и план по запутыванию альфы сработает. Остановившись вновь, мальчишка измазал пастой дерево и выкинул уже ненужный предмет. Свой след нужно скрыть, и ему это удается. Вил попался в ловушку, когда бежал на запах. Его волк немного запутался в темном лесу, чувствуя омегу сразу в нескольких сторонах.       Станция поезда тут не проходила, но поезда останавливались на небольшом участке пути, дабы перестроить рельсы. Этим и воспользовался омега, запрыгивая в проезжающий рядом состав. Открыть железную дверь оказалось проще, чем выглядело. Предохранитель, располагающийся вблизи с дверью, был как нельзя кстати. Ведь стояло потянуть его немного вниз, как дверь вагона распахнулась, давай мальчишке возможность забраться внутрь.       Брендон закрывает за собой металлическую дверь и медленно бредет в сторону более пустого вагона. В ночное время суток поезда ходили полупустые, поэтому найти достаточно пустой вагон не составило труда. Куда идет этот поезд, омега не знал, да это и не нужно было. Сейчас самое главное — сбежать. И плевать куда. Просто сбежать. Пусть мать когда-то и говорила, что ее брат ему поможет, но это было не так. Подставлять под удар семью мужчины совсем не хотелось. От этого и было принято такое, казалось бы, спонтанное решение, как побег.       Омега садится на свободное место у окна. Практически все места в этом вагоне пустые, кроме парочки впереди, и когда Брендон занимает место возле окна, двое мужчин, что тоже тут находились, обернулись к нему. Омега пытается успокоиться, но отчего-то у него это не получается. Волнение охватывает его с новой силой, а рассматривающие его взгляды пугают. Двое мужчин, что смотрели на него практически в упор, оказались вампирами. Их кровавые взгляды пугали и настораживали. Ведь все это может плохо кончиться. Свет в вагоне начинает мерцать, привлекая внимание. Мальчишка смотрит на лампочку, а после неожиданно до его ушей доносится звук снятого с предохранителя оружия и медленные шаги. Его как жаром обдало. Осознание всего пришло мгновенно.       Осторожно опустившись на пол, Брендон пропихивает рюкзак под соседние сидения и медленно пролазит сам. Благо, мальчишка был хрупким и маленьким и легко смог пролезть в достаточно узкое пространство внизу. Шаги становятся ближе и ближе. Волчонок старается уползти как можно дальше, но мужчины, поднявшиеся со своих мест, словно слышат его.       — Это бесполезно, малыш, — молвит мужской голос, — мы слышим, как ты дышишь.       Омега подрывается на ноги и бросается к спасительной двери в другой вагон. Но вампир, что был ближе всего к нему, хватает волчонка за плечо, за что тут же получает рюкзаком по голове. Конечно, этот удар не мог ранить вампира, но на время он пригнулся. Они не ожидали такого сопротивления, и Брендон смог дернуть дверь в другой вагон. Парнишка закрывает ее на специальный затвор и тут же слышит выстрелы в металлическую преграду. Эти звуки заставляют его отступить, а пассажиров в вагоне обернуться. Люди вокруг зашептались, медленно переглядываясь.       Омега понимал, что промедление может стоить ему жизни, поэтому дрожащими пальцами он натянул рюкзак на плечи и побежал вперед. У него был план в голове, который он хотел осуществить. Пока начальник поезда добежит до последнего вагона, омеги и следа не будет. Как правило, в самом последнем вагоне имелась дверь, как и между другими вагонами. Дверь можно было открыть изнутри и выпрыгнуть наружу. Брендон старается быстро обходить стоявших в проходе людей.       — Простите, — заполошено молвит он, когда наступает на ногу какой-то девушке.       — Смотри, куда прешь, — огрызается блондинка, но все же пропускает омегу.       Следующий вагон оказался пуст, как думал мальчишка, пока не врезался в гору из мышц, преградившую ему путь. Подняв свой взгляд, он видит красные глаза. Вампир усмехается попыткам омеги вырваться. Лицо вампира было суровым и излучало холод и надменность. Красные глаза смотрели на парня в упор, будто этот вампир уже поглотил его полностью. И кто бы в этот момент подумал, что побег обернется такой опасной встречей. Вампир больно сжимал плечи Брендона.       — Добегался, — усмехается мужчина.       — Руки убрал, — рычит волчонок.       Это заставляет вампира усмехнуться, но не отпустить бедолагу, а только прижать сильнее к своему холодному телу. Брендон выставляет руки вперед, пытаясь вырваться из стального захвата, но у него это плохо получается.       — Хах, вы посмотрите, какие мы смелые стали. Что, голосок прорезался?       Омега дернулся в сторону. Ему страшно, и вампир это чувствует. Зажатый в тесном проходе между креслами, омежка пытался придумать план, как выкрутиться, но ничего дельного в голову не приходило, пока вдруг он не увидел, что недалеко он него располагаются несколько крюков, видимо, когда-то на них висели полки для вещей пассажиров, а потом их сняли. Это был шанс. Возможно, единственный шанс для Брендона спастись из этой ситуации.       Дождавшись, пока двое других вампиров, преследовавших его, начнут подходить к ним, омежка прыгнул вверх, выскальзывая из рук мужчины, что держал его. Ухватившись за клюки, волчонок пнул вампира. Когда вампир упал, Брендон спрыгнул и, быстро переступив через лежавшее тело, побежал на выход.       Сердце в груди клокочет и, казалось, уже начинает пульсировать в голове. Было страшно. Страшно за свою жизнь. Ведь ему действительно казалось, что он спасся от опасностей, а тут попал в них вновь. От бешеного стука сердца мальчишка начинает ощущать легкую одышку и боль где-то в районе груди. Но он не останавливается и продолжает бежать назад, в самый последний вагон. Люди непонимающе смотрят на столь странного паренька, а кто-то его даже узнал и уже схватился за свой смартфон.       Вбежав в последний вагон, волчонок дергает дверь, что, по идее, должна быть открыта. Но он тут же стонет от отчаянья. Замок заклинило, и он не поддавался даже его силам. Преследовавшие вампиры уже тут как тут. Все трое были злы и, кажется, даже готовы были разорвать его на части.       — Ну что, попался, сучонок! — рычит ударенный Брендоном вампир.       Омега вжимается в некогда спасительную дверь, пытаясь придумать выход, но не находит его. Волчонок дергается в сторону, но один из вампиров валит его на пол, прижимая дуло пистолета к его виску. Ледяной металл раздражает нежную кожу омеги и заставляет его вскрикнуть.       — Убей его, — молвит один из преследователей, потирая руки, — уже не терпится получить наши денежки.       Но задуманному не дано было случиться. Когда палец мужчины, казалось, нажимает на курок, его валит на пол огромный черный волк. Это был Вильгельм. Брендон сразу узнал его. Альфа рычал и рвался вперед, отгрызая конечность первому вампиру, что хотел причинить вред его паре. Мэтт оставался в стороне и держал в своих руках вещи для Вильгельма и его рюкзак. Брендон медленно отполз к стене и вжался в нее. Кровь брызгала в разные стороны, марая всех присутствующих. Волк был силен, но и вампиры, с которыми он дрался, оказались не такой легкой добычей. Один из них даже умудрился отбросить вервольфа в сторону и вновь дернуться к омеге. Но не тут-то было. Бешеная гора запрыгнула на вампира сверху и оторвала ему голову. Теперь все преследователи были мертвы.       Вервольф медленно порыкивал, приближаясь к омеге. Брендон хотел провалиться сквозь землю от стыда и отчаянья. Он, дурак, сбежал от альфы, хотел уйти от него, но попал впросак и чуть не пострадал, но альфа нашел его и спас. Было неописуемо стыдно, ведь мальчишка действительно думал, что так будет лучше для всех, и в первую очередь для самого альфы.       Вильгельм трансформируется и медленно подходит к омеге, натягивая по пути вещи, протянутые Мэттом. Брендон дрожал, как осиновый лист на ветру, а когда пара подходит ближе, просто обнимает альфу, прижимаясь к нему.       — Прости, прости, прости меня, — тараторит мальчишка, вжимаясь в крепкие объятия, — я думал, так будет лучше… Так вы не пострадаете… Ты не пострадаешь… Мне так жаль.       — Я обещал защищать тебя. Обещал, что не отпущу твоей руки. И ты обещай мне это! Только вместе мы справимся!       — А если опять волк выберется, и ты пострадаешь, что я буду делать тогда?       — Мы всегда будем рядом, — молвит вмешавшийся Мэтт, — а сейчас нам пора сваливать, а то сюда идет начальник поезда. Боюсь, ему объяснять бесполезно, он все равно не поймет, кто мы такие.       Альфа дергает замок, что не поддался омеге, и ребята спрыгивают с поезда. Вильгельм прижимает к себе омегу, вдыхая его запах. Все же его волк оказался прав, когда потянул его в одном единственном верном направлении. Они вовремя успели запрыгнуть в поезд, а после просто шли по следу и, как оказалось, не зря.       — Мы проехали не так много, но я немного не понимаю, где мы, — тихонько интересуется мальчишка, оглядываясь по сторонам неизвестной ему деревушки.       — Я тоже не знаю, — потирает виски Мэтт и пытается сосредоточиться. Место, где они находились, ему совсем не нравилось.       — Скорее всего, это пригород, — делает свои предположения Вильгельм и оказывается прав.       Поезд просто огибал город, и ребята сейчас находились в пригороде. Старые потрепанные дома, что были некогда выкрашены в зеленый цвет, сейчас казались декорациями к фильму ужасов. Повсюду валялся мусор, а неприятный запах беспокоил рецепторы. Несколько подозрительных личностей выглянули из обветшавших окон. Мальчишка вжался в тело альфы сильнее. Отчего-то омега ощущал опасность, исходящую от этого места.       Мэтт с Вильгельмом переглянулись, но им все равно не осталось другого выхода. Нужно было пройти по этим улочкам, свернув в нормальную часть города.       — Фу, какая вонь, — прикрывает нос Мэтт, слегка отвернувшись в сторону.       Из нескольких домов вышли люди, на ребят все смотрели, как на ненормальных. Словно они пришли из другого мира. Пожилая женщина в старой одежонке подошла к ребятам ближе всех.       — Простите, вы не подскажите, как мы можем попасть в город? — спросил у нее Вильгельм.       Но старушка молчит. И только сейчас при очень близком расстоянии альфа замечает пустоту в ее глазах. Он немного медлит, а после резко дергается в сторону, как от удара, и закрывает собой омегу.       — Что случилось, Вил? — кричит Мэтт, дергаясь так же, как и его друг.       Но альфа молчал, внимательно следя за дальнейшими действиями старушки. Женщина оскалила свой рот, словно догадавшись, что ее раскусили, и тут же бросилась вперед.       — Хватит! — раздался резкий крик, что заставил старушку остановиться. Из одного здания вышла девчушка лет двенадцать. — Седрик, перестань.       Девочка приближалась довольно быстро, словно не шла, а парила. Дымка от магии рассеялась, являя ребятам вместо старушки достаточно молодого парня.       — А то что? Они сами купились, — пожал парень плечами и повернулся к ребятам.       Теперь можно было лучше рассмотреть стоявшего перед ними парня. Это был довольно молодой человек, не больше двадцати лет, это точно. Его каштановые волосы были хаотично рассыпаны по всей голове. Одет он был в достаточно приличную одежду цвета хаки и, что было самое интересное и особенное — он являлся оборотнем. Судя по зеленым глазам и характерному строению зрачка молодой человек принадлежал к расе кошачьих оборотней. У него была достаточно приветливая улыбка, что заставило Мэтта расслабиться, а вот Вильгельма и Брендона, наоборот, напрячься.       — Меня зовут Элиан, а этого остолопа — Седриком.       Девчушка усмехнулась и, махнув головой, выпустила из плена резинки свои прекрасные белые волосы, которые рассыпались по ее плечам россыпью прядей. У нее было приятное открытое лицо, ровная белая кожа без какого-либо изъяна, ну, кроме маленькой родинки. Бросив свой взгляд на Вильгельма, девчонка усмехнулась. Одета столь юная особа была в джинсовую куртку, пышную, до колена юбку, и берцы с не до конца завязанными шнурками.       — Меня зовут Мэтт, — решил полукровка заговорить первый, — а это Вильгельм и Брендон.       — Не слушайте эту мелкую пиявку, она вам тут такого сейчас наговорит!  — наигранно закрыл парень-кот рот рукой, чтобы, мол, девчонка не услышала, но он знал, что она все слышит.       — Эй, кого-то ты тут пиявкой назвал? — возмутилась девочка. — Мне вообще-то в этом году пятнадцать!       Девчонка надула губы, а после сверкнула своими оранжевыми глазами. Она тоже была оборотнем. Ребята переглянулись, словно одновременно поняли эту истину.       — Меня зовут Вильгельм, — начал альфа, — это мой друг Мэтт и мой возлюбленный Брендон.       Седрик и Элиан подозрительно оглядели своих гостей, но вскоре улыбка появилась на лице юной особы, и она подбежала к Брендону, схватив его руку.       — Ты тоже омега? — воодушевленно спросила она.       — Да-а.       — Как здорово! Мне как раз помощь омеги и нужна, а то Седрик альфа, и у него я спросить не могу то, что меня интересует. Идем, — махнула девочка в сторону одного дома.       — Прости, я без своего альфы не пойду, — бросил Брендон взгляд на Вильгельма, а тот в свою очередь махнул в знак одобрения его решению.       — Вы уже закрепили связь?       Такой вопрос заставил покраснеть волчонка.       — Не-ет, — протяжно вымолвил Брендон.       — Тогда в чем же дело? Даже если он твой альфа, пока вы не закрепите связь, он тебе не указ! Ты можешь поступать, как хочешь!       — Я… Мы…       — Отстань от него, пиявка, — усмехнулся Седрик, — извините ее, она слишком болтлива.       — Пф, а кого мне еще спрашивать? Мы же ни с кем не общаемся, да и гостей у нас практически не бывает.       — Никого. Простите ее. Она слишком рано покинула свой дом, чтобы знать какие-либо основы этикета. А гости у нас не часто бывают.       — Ничего страшного. Нам нужно попасть в город. — Мэтт двинулся вперед. — Срочно.       — Конечно. Идемте, — махнул рукой Седрик и, не дождавшись, пока ребята пойдут за ним, медленно побрел куда-то вперед.       Переглянувшись между собой, Мэтт и Вил словно приняли решение без словесного разговора. Махнув омеге, они пошли вслед за Седриком. Брендон шел рядом с Элиан, а девчонка все не унималась с расспросами.       — У вас правда еще ничего не было? А течка у тебя как прошла? А волк у тебя какой? А мой вот бело–серый, но очень слабый. Возможно, все из-за того, что я омега. А у тебя так же? А вы обручены или женаты? А родители не против вашей связи?       Омега терпеливо слушал вопросы новой знакомой, но старался придумать выход, чтобы на них не отвечать. И, кажется, нашел. Он решил просто перевести разговор в другое русло, чтобы отвлечь юную волчицу.       — Элиан?       — А? — отозвалась девчонка.       — Почему вы тут одни?       — Я сбежала из дома, меня долгое время задирал старший брат. Не подумай, что родители не пытались меня остановить, просто им вечно некогда… Они работают, а брат меня достал своими придирками, тогда-то я и сбежала. Меня долго искали, но магия Седрика, с которым я познакомилась на тот момент, помешала им это сделать. Это место словно укрыто мантией-невидимкой, и никто, кроме особых существ, не может сюда проникнуть. Вот так как-то.       — Разве тебе не хотелось вернуться… домой?       — Нет. С Седриком хорошо, он отличный парень, пусть и не рассматривает меня как свою пару, но относится ко мне лучше, чем моя семья. Возможно, со временем я и вернусь домой, но не сейчас, это точно. Рана от обиды слишком глубока.       — А я бы все отдал, лишь бы вернуться домой, — опустил Брендон голову и глубоко вздохнул.       — Так вернись! Что тебе мешает? Или альфа не позволяет?       — Нет, тут все сложнее. Просто у меня… нет дома.       — Нет дома? — Элиан подозрительно посмотрела на омегу. — У всех есть дом, просто каждый воспринимает его по-своему. Кто-то обретает его, находясь рядом со своей парой, кто-то с семьей. Так что дом — это понятие растяжимое.       Они замолчали и больше не проронили и слова. Каждый был в своих мыслях. Элиан напевала песенку у себя в голове. Брендон же задумался над ее словами про дом. Ведь отчасти она права. Понятие дома растяжимое.       Вил и Мэтт, поравнявшись с Седриком, иногда бросали взгляды назад, словно проверяя, идут ли за ними омеги.       — Как вы тут оказались? И зачем идете в город? — поинтересовался кот.       — Мы ехали на поезде, — начал было Вил, но замолчал. Придумать ответ он отчего-то не смог.       Мэтт увидел замешательство друга и решил помочь:       — Брендон сбежал из дома, мы долго его искали, а когда нашли, он уже был в лапах другого альфы. Но мы забрали его, но тот альфа отказался так просто отпускать омегу и наслал на нас своих дружков. Так что с поезда пришлось сойти. И вот мы здесь.       — Хм, понятно. Дело с ревнивыми альфами я имел, так что, ребята, вам крупно повезло, что вы оказались здесь.       — Если ты выведешь нас отсюда, мы будем тебе очень признательны.       Мэтт похлопал Вила по плечу, словно искал поддержки в своих словах.       — Эй, ребята! — обеспокоенный голос Элиан заставил всех обернуться.       Брендон сжимал свое лицо руками, а сквозь пальцы просачивалась кровь. Его плечи подергивались, как от судороги, а лицо казалось мертвецки бледным. Рука Элиан покоилась на плече омеги, словно она хотела сама привести его в чувство, но когда не получилось, решила позвать остальных. Вильгельм дернулся первым и, достигнув своей пары, сжал его плечи.       — Брендон, что с тобой? Брендон, подними лицо!       Но омега вновь его не слышал. По его телу прокатывалась крупная дрожь, а крови становилось больше. Не выдержав такого внутреннего давления, ноги омеги подкосились, и он стал опускаться вниз. Благо, Вильгельм вовремя это заметил и опустился на землю вместе с парой. Брендон убрал руки от лица, являя альфе источник крови. Кровь шла из его носа.       — Что с ним? — обеспокоенно спрашивает девочка, отходя назад к Седрику, словно кот мог защитить ее.       — Черт, — рычит Вильгельм.       Глаза омеги были закрытые, но это не мешало кровь медленно течь. Смахивая крупные ручейки возле носа, альфа пытался придумать, как поступить.       — Мэтт, достань любую ткань из рюкзака и дай мне. Кровь нужно остановить.       Полукровка скинул свою рюкзак и, выудив оттуда какую-то футболку, протянул ее другу. Вил скомкал ткань и прижал к носу. Ткань начала довольно быстро пропитываться кровью омеги. Но это было полбеды. Лицо волчонка вмиг стало зеленым и безжизненным.       — Воды, дайте воды! — закричал Вильгельм, повернув голову в сторону обеспокоенно смотревших на него ребят.       Элиан бросилась в один из домов, а Седрик подошел ближе. Еще никогда молодой кот не видел таких приступов. Он, конечно, догадывался, что с волчонком что-то не так, но вот только не мог понять, что. Мать Седрика всегда учила его оказывать первую помощь пострадавшим, так как работала медиком в городской больнице, но парень просто растерялся. А бежавшая обратно Элиан с кружкой холодной воды привела кота в чувство.       — Отойдите, — требует кот, забирая пострадавшего у альфы, — нужна еще ткань и платок или что-то очень тонкое. Усади его и наклони голову вниз.       Седрик действовал быстро. Выхватив платок, он затолкал его омеге в нос, а другую ткань смочил холодной водой и приложил к лицу парня. Держать в своих руках холодное тело было страшно. Эта сразу коту навеяло воспоминание о гибели единственного родного существа — матери. Они попали в аварию, когда ему было еще десять лет. Огромная фура с железобетонными блоками не справилась с управлением и врезалась в их машину. Седрик выжил лишь из-за того, что мать усадила сына назад, а не вперед, как это было всегда. В тот день мальчик остался сиротой. Его хотели отдать в приют, но он сбежал и много скитался. А сейчас, видя омегу без сознания и ощущая холод его тела, он чувствовал страх.       — С ним все будет хорошо, — стальным голосом молвит кот, словно успокаивая не всех присутствующих, а именно себя.       Омега закашлял и открыл глаза. Убрав тряпку из его носа, Седрик протер лицо волчонка мокрой тканью. Брендон непонимающе смотрел на обеспокоенные взгляды. Что произошло, он не помнил. Вроде все было хорошо, а потом вмиг чернота.       — Ты как? — шепчет Вильгельм, целуя пару в нос.       — Странно, я не помню, что произошло, — еле вымолвил Брендон.       — Ты так нас напу…       Но слова Седрика были прерваны странными звуками, словно где-то неподалеку кружил вертолет.       — Что это? — Элиан смотрела в небо и не могла понять, что это за звуки.       — Это вертолет, — молвит Мэтт, отступая на пару шагов.       А потом и черная железная птица показалась на горизонте. И тут ребята поняли. Это за ними. Резко поднявшись на ноги, Вильгельм поднимает Брендона.       — Это люди того альфы, — молвит Мэтт, отступая еще несколько шагов назад, — нам нужно бежать.       Вертолет готовился на посадку, когда ребята ринулись от него. Вервольф тащил омегу на себе, не давая тому упасть, но один он не мог это сделать, тут-то на помощь и пришел Мэтт, схватив волчонка под другое плечо, тем самым облегчая им побег.       Вертолет уже приземлился и из него вышли двое. Первым был подтянутый мужчина с длинными серебристыми волосами и слегка удлиненными ушами.       — Какие будут указания, господин? — шепчет один из его охотников.       — Всех убить, мальчишку не трогать, он нужен живым, — рычит мужчина, спрыгивая на землю.       — Есть, сэр. Вперед за ними.       Оборотень смотрел вслед удаляющихся охотников и не мог поверить в свою удачу. Еще несколько дней назад он посетил его дом, а сегодня его колдунья обнаружила омегу недалеко от того места, где они пролетали. Ну разве это не судьба свела их?       — Чего задумался, Мартэс? — шепчет Хелен, внимательно следя за оборотнем.       — Я не верю в свою удачу, а тут раз — и он так близко. Словно сама судьба свела нас вместе.       — Какой ты романтичный. Не будь таким садистом, я бы начала ревновать.       Мартэс усмехнулся и медленно побрел вперед, догоняя своих людей. Ему нужен этот омега. Он еще не решил, как сразу передаст его госпоже. Может, он успеет поиграть с ним сам, до того, как его убьют.