По ту сторону багрового заката

Ослепительный утренний свет прорывался сквозь тонкие занавески окон просторных покоев. Легкий ветер нежно колыхал их, наполняя комнату свежим воздухом, радуя ее уличной прохладой, такой приятной и необходимой в разгар жаркого лета. Здесь было светло и уютно, тепло и безопасно. Здесь слышалась симфония полуспящего города. Здесь было приятно ложиться, приятно и просыпаться. Мелкие, но быстрые шажочки теребили роскошный паркет. Их заменяли громкие прыжки, а иногда даже и падения, и кувырки. Рычания и урчания заменялись женским смехом, и умело манипулируя им, то делали его громче, то заставляли умолкнуть. Внезапно все утихло. На пол легла изодранная тряпка и замерла, словно предвещая бурю. Все затаило дыхание и ждало какого-то знака. Три пары глаз были прикованы к такой, должно быть, очень важной вещи, как эта изодранная тряпка. И ни единого звука вокруг. Молчание. И только тихое урчание слегка нарушало его. Мохнатое тело пригнулось и опустилось к полу. Маленькая морда уперлась в паркет, а глаза не выпускали из поля зрения свою беспомощную жертву. Он ждал сигнала. Того, что его жертва была еще способна к сопротивлению. В другом случае он не нападет. Ведь не по-рыцарски, не по-королевски, не по-мужски, в конце концов, на лежащую жертву поднимать свою лапу. Большие уши поворачивались в стороны, улавливая звуки, от куда-то, из коридора, но внимание кота, все равно было приковано только к этой тряпке и ни к чему другому. - Ну, давай, ну! – вполголоса, но, при этом, не скрывая веселого смешка, отозвалась девушка. - Ччч! – резко отозвался мужчина, лежащий рядом с ней, и, немного погодя, приподнял кисть, держащую тряпку, и, как следует, дернул ею, слегка приближая ее к коту. Вот он – знак. Как по сигналу короля, как по зову прекрасной дамы, кот яростно бросился на безоружную тряпку и вцепился в нее лапами и зубами. Но как только она попыталась вырваться из его хватки, он тут же отскочил. Все комната прогремела звонким хохотом девушки. Кот прыгал и гонялся за дразнящей его тряпкой. Он злобно рычал, когда та попадалась ему в зубы. От скорости своих движений он иногда терял равновесие и падал, вызывая тем самым еще большую бурю смеха у девушки и широкую улыбку у лежащего рядом мужчины. Мужчине же, в свою очередь не так было важно то, что кот царапал паркет или разбрасывал, и без того, лежащие не на месте вещи. Не так ему важно было и то, что он, порой взбираясь на кровать, драл своими когтями дорогую перину. Более важно было то, что он забавлял его любимую девушку, и заставлял ее так весело смеяться. Кот резко бросился на ногу девушке. Моментально он вцепился в нее лапами и зубами, да так неожиданно, что та, испугавшись, отдернула ее, вытащив тем самым кота на кровать. - Ай, Артур! – от неожиданности вскрикнула девушка, и снова залилась хохотом. Артур подкинул тряпку на кровать и начал дергать ею, что бы отвлечь внимание кота от ноги Гвиневры, но в итоге просто дал этой тряпкой по морде коту, и тот сам соскочил с постели. Оглянувшись назад, кот начал удирать от, ставшей внезапно агрессивной, тряпки. В порыве страха он забежал за стоящий рядом с кроватью комод. Рука Артура повела тряпку вслед за ним. Заметив это, кот хитро высунул морду из-за комода и начал драть израненную соперницу лапой, периодически прячась обратно в свое убежище. - Ну, что это такое?! – эмоционально воскликнул Артур. – Вылезай и дерись как мужчина! А Гвиневра все продолжала хохотать. Ее нежный смех ласкал Артуру слух, и заставлял его улыбаться больше, чем озорные игры кота. Но через несколько минут ее смех начал стихать. Она пыталась отдышаться, и, через какое-то время, совсем успокоилась. Гвен отвела, наконец, взгляд от игривого кота и нежно прильнула к спине своего мужа. Артур прекратил дергать тряпкой перед носом кота, но интереса от этого у зверька не убавилось. В итоге, Артур просто кинул ее, и кот продолжил кромсать свою игрушку, без чьей-либо помощи, выдергивая из нее последние нитки. Король взял руку Гвен в свою, и, закрыв глаза, они просто лежали вместе. Весь мир тогда казался Артуру прекрасным сном, из которого не хотелось просыпаться. Но просыпаться, все-таки, надо было. И, на смену теплому уюту бархатной постели, внезапно пришел холод и твердость деревянного пола. - Гвен, Гвен! – голосил сквозь сон Артур, но Гвен рядом не было. Забыв о том, где он находится, Артур резко подорвался с пола, и тяжело дыша, начал осматриваться по сторонам. Неряшливые деревянные стены, вдруг показались ему чужими и пугающими. Но постепенно, место, в котором он находился, начало казаться ему более-менее знакомым. Он медленно начал вспоминать все то, что с ним приключилось, и после этого он, наконец, облегченно, но и разочарованно вздохнул. Да, увы ничто здесь не напоминало ему того места, из которого его только что вырвали. Ни просторных покоев, ни перины, ни Гвиневры, и даже кота здесь не было. А хотя, кое-что все-таки было: в противоположном углу, кажется, лежала какая-то тряпочка, тоже в дырках. Но Артура это вряд ли утешало. Под утро мышцы короля разболелись так, что и вставать (даже с пола) не хотелось. Он снова упал обратно, в прежнюю позу, и, приложив свою щеку к холодному дереву, решил не отдирать ее от него еще хотя бы час. Сонно зевнув, он уже было собирался снова вернуться в объятия Морфея, но внезапно что-то вспомнив, он резко открыл глаза и подорвался с пола. - Мерлин? – позвал он, и замер, прислушиваясь, но отклика на его зов не последовало. Артур удивленно сдвинул брови и поднялся на ноги. - Мерлин? – снова крикнул он, заглядывая в кухню (или что там у него?), но мальчишки в доме не было. Артур удивился. Но посмотрев в окно, он ужаснулся тому, сколько же он спал. Солнце уже стояло высоко. Весь лес почти обсох и уже вовсю шумел сотнями лесных тварей. Удивленно открыв рот, Артур подошел к окну, из которого еще вчера смотрел на него слуга, и устремил свой взор далеко вглубь леса. Картина, что разворачивалась у него перед глазами, будоражила сознание. Складывалось впечатление, что все летучие и ползучие твари этого леса вдруг собрались здесь, решив обсесть каждую ветку, каждый кустик, каждый квадратный метр вокруг этой поляны. Каждый из них издавал какой-то звук. Каждый из них куда-то перемещался. Это все было невероятно похоже на один огромный танец, хаотичный и не связанный. Это все безумно напоминало один огромный организм, окутывающий каждой клеточкой весь лес. Такого буйства Артуру с роду не доводилось видеть. А еще вчера этот лес был почти пуст. Король оторвался от окна и помчал обратно в комнату, так, словно боялся куда-то опоздать. Быстро обведя взглядом весь ее периметр, он поймал глазами свой меч, и, мигом схватив его, вылетел вон из избы. Снаружи эта картина разворачивалась куда шире, чем в маленьком окне. Но выйдя туда, Артур оценил и достоинства пребывания в избе. Его сразу обдало холодным ветром, и он внезапно пожалел о том, что его плащ вчера пошел на растопку печи. Обхвативши себя руками, и слегка сгорбившись, он направился вглубь леса, в то же время, не без восхищения осматривая все вокруг. *** Пожалуй, радоваться дневному солнцу Артур начал рановато. Когда он находился в пределах поляны, оно светило ярко, но в густых дебрях леса его ожидал угрюмый и пугающий сумрак. Пышные кроны деревьев заслоняли землю от света широкими узловатыми ветками. Но, несмотря на это, сквозь многочисленные «дыры» этого живого настила все-таки просачивались яркие пучки солнечных лучей, от чего лес вокруг наполнялся волшебным и необычным сиянием. Но помимо сумрака, у этого заросшего леса возникали и другие проблемы. И одна из них и доставляла Артуру больше всего неудобств. От того, что солнечным лучам было довольно трудно пробраться сквозь густые хоть и на удивление лысые заросли, земля здесь сохла хуже, чем везде. В то время, как поляна высохла почти полностью, в самой глубине леса всё ещё стояли грязь и лужи. И, должно быть, где-то неподалеку отсюда был еще и какой-то водоем, так как в лесу, невесть откуда, взялись жабы. С огромным энтузиазмом, а самое главное, скоростью, они облюбовали новую землю и стремительно двигались всё дальше. Всё это было мерзко, и Артур уже почти пожалел, что не дождался Мерлина в избе. В придачу, к неприсущему летней поре, холоду, здесь было ещё и влажно, а железная кольчуга ещё и начала холодеть. - Мерлин! – начал звать Артур, но в ответ он слышал только шум и крик слетающих с деревьев птиц. Король оглянулся назад, чтобы лишний раз убедиться, что он отошел недалеко от поляны. Уверенный в том, что не потеряется, Артур решил пройти ещё немного, ведь, вполне возможно, что Мерлин зашёл достаточно глубоко в лес. Но, внезапно, Артур обнаружил под ногами то, чего не видел здесь за всё время проведенное в лесу. Пройдя всего несколько метров, его нога ступила на довольно хорошо протоптанный путь. Такого он точно не ожидал. Когда он искал эту тропу, пробираясь через густые заросли, не жалея ног, её не было. Ну а теперь, когда она не особо была и нужна, она, вдруг, появилась. Да еще и какая? Среди густо разросшейся травы, она, словно ясное солнышко, светила своей голой землей. У Артура аж дыхание спёрло от такой неожиданности и жестокой иронии. Но, получше присмотревшись, он все-таки обнаружил на тропе то, что могло его заинтересовать. На ней красовались свежие и довольно глубокие следы, ведущие вглубь леса. Артур несказанно обрадовался. Должно быть, это были следы Мерлина. Скорее всего, бывший хозяин этой избы и протоптал эту тропу, а Мерлин её и нашел, и теперь ориентируется на неё, когда ходит в лес за дровами. Всё правильно. Но только, какие дрова он собирался искать, когда вокруг сплошная сырость и грязь. Да и стоило ли это вообще делать. Конечно, вчера было достаточно холодно. Но солнце ведь уже вышло, и вскоре должно было уже потеплеть. О том, что Мерлин мог пойти на охоту Артур почему-то думать не хотел, ведь какой из Мерлина охотник, да ещё и без оружия. Хотя Артур был готов поклясться, что вчера в его ужине присутствовало мясо. Да ещё и эти его слова: «В лесу вообще трудно что-нибудь найти», - не лезли из его головы. Должно быть, он и пошел искать это «что-нибудь». Но от этой мысли Артуру стало не по себе. Он сидел без дела, в то время как Мерлин, наверное, ещё рано утром, отправился лазить по этому одичалому лесу, абсолютно без оружия, в поисках чего-то, чем вечером можно было бы накормить их обоих. А у Артура, в свою очередь, ещё и меч с собой был. Постояв и подумав об этом, Артуру почувствовал себя неловко. Он вытащил из ножен свой меч и внимательно посмотрел на него. Он так и не почистил его вчера от крови, и теперь она засохла, напоминая о минувшей битве с диким зверем. На мгновение перед его глазами предстали моменты вчерашней схватки. То, что вепрь вчера его не раздавил, казалось Артуру чудом. Этот зверь был необычайно огромен. А сейчас он, скорее всего, лежит посреди леса, а его вонючую тушу, наверняка поедают падальщики или, может быть, трупные черви. Артур вспомнил и все свои предыдущие охоты, и понял, что такой большой зверюги ему ещё ни разу не приходилось убивать. А ведь такая огромная добыча была бы сейчас им с Мерлином очень даже кстати. Но на секунду представив, что ему ещё хоть когда-то пришлось бы сразиться с таким зверем, он вмиг отбросил мысли о нём и зашагал по, истоптанной Мерлином, тропе в поисках дичи. *** Довольно долго шагал Артур тропой. Отклониться от неё он боялся, так как она оставалась для него последним ориентиром, и только по ней он мог впоследствии добраться до избушки. Лес вокруг шумел кучей разной живности. Но большая её часть, как назло, засела высоко на деревьях и даже не думала спускаться. Под ногами у Артура оставались только, либо самые быстрые и ловкие создания, либо самые мерзкие и несъедобные, как например те же самые жабы. Уж их то тут развелось как грязи. Словно какая-то зараза, они блестели повсюду своими скользкими тушками, и голосили так, что масштабы захваченных ими территорий можно было оценить, даже не видя их. Единственным достойным созданием, попавшимся Артуру под руку, а точнее под меч, был хорек. Не особо большой, но и достаточно жирный. Пройдя ещё довольно большое расстояние, и не найдя больше ничего, что стоило бы его внимания, Артуру можно было бы уже, и подумать о том, чтобы вернуться. И он неоднократно останавливался, поднимая и осматривая свою добычу, в раздумьях о том, хватит ли её. И скорее всего, он бы таки вернулся, если бы меж деревьев не показалось кое-что весьма крупное. Артур неподвижно замер и уставился на, только что зашевелившийся, объект. Вытянутая рука так и замерла, держа крошечную, по сравнению с тем что стояло впереди, тушку хорька. За толстыми ветками густых зарослей, скрыл свое стройное тело красавец-олень. Он беззаботно гулял лесом в поисках пищи и даже не подозревал о нависшей над ним опасности. Артур пригнулся и осторожно сделал шаг навстречу добыче. Ещё ни разу не доводилось ему охотиться таким необычным для него способом. Вместо арбалета в его руках был меч, и его многолетний опыт и навыки могли оказаться абсолютно бесполезными, и полагаться оставалось бы только на удачу. Шаг за шагом, он медленно подбирался к добыче. Чем ближе он оказывался, тем больше он нагибался и следил за тем, чтобы не издавать ни звука. И вот он совсем близко. Короля и оленя отделял только низкий кустарник и ещё, быть может, шаг. Длинная шея оленя вытягивалась в поисках чего-то съедобного высоко на дереве и до Артура ему точно не было дела. Король осторожно положил хорька на землю. В этой битве ему нужны были обе руки и все его внимание. Аккуратно взяв меч обеими руками, он замер, рисуя хитро-мудрую тактику в голове. Этот куст хоть и помогал ему оставаться незамеченным, в свою очередь, был также и самой большой преградой. Незаметно перепрыгнуть через него вряд ли удалось бы, а с такого расстояния животное точно не убить. Решение все не приходило. Долго думая, Артур все-таки пришел к выводу, что с такой позиции, серьезно ранить животное вряд ли удастся. Но не смотря на это длинная лапа оленя, стоящая всего в паре метров от него, невероятно манила Пендрагона, и не найдя другого, более правильного, решения, он собрал в кулак всю силу и резко перевалившись через куст, как следует, замахнулся и врезал острием меча по тому, что было ближе всего к нему. Зверь громко заревел и отскочи назад. Ступив на раненую лапу, он чуть было не упал. В этот момент, Артуру представилась идеальная возможность вылезти из своего убежища, и пока животное пыталось твердо встать на ноги, нанести ему ещё один удар. Как только король перелез через куст, олень, увидев его, бросился наутек. Прихрамывая на раненную лапу, он бежал быстро, но не достаточно для того, что бы удрать. Увидев это, Артур бросился за ним вслед. Сломя голову он несся через густые дебри леса. Олень, то пытался встать на больную ногу, то бежал на трех. Артур мчался с невообразимой скоростью, перепрыгивая все преграды на пути. Расстояние между ним и его жертвой медленно, но верно сокращалось. Артур был поглощен только этой мыслью. Осознание того, насколько он уже близок к своей цели придавало ему сил и заставляло бежать быстрее. И вот, он почти догнал. Чувствуя это, король занес меч, готовясь к тому, что бы нанести удар. Он тяжело дышал. Пот лился с него градом, и он уже, и думать забыл о холоде. Ему было невероятно жарко, от того, как быстро он бежал, от того, что жертва его совсем близко. Заметив Артура сзади, олень испугался ещё больше. Его длинное тело начало ходить зигзагами, пытаясь ускориться. Перед его носом показалось огромное дерево, и зверь счел это за прекрасный шанс. Недолго думая, он свернул за него, надеясь на слабую маневренность своего преследователя. Пытаясь не упустить оленя с поля зрения, Артур так же свернул за ним, но не успел он опомниться, как перед ним, неизвестно откуда, вырос Мерлин с полными руками дров. Резкий удар вышиб из Артура весь дух. Перед его глазами, словно что-то взорвалось, рассыпая сотни огоньков. Вместе с Мерлином, он упал прямо в грязь, выбивая из его рук ветки и заваливаясь своим массивным телом прямо на него. - Какого черта! – завопил, опомнившись, Артур, глядя на то, как олень удирал далеко в лес. Сбитый с толку Мерлин не мог даже понять, что произошло. Он упал на спину, и его широко раскрытые глаза устремили свой взор в небо. - Черт, Мерлин! – разочарованно завопил Артур, глядя вслед удирающей добыче. – Ты никогда не появляешься вовремя! На эту претензию Мерлин не ответил. Вполне возможно, что из-за невоспитанности, но, скорее всего, из-за того, что его ребра, так некстати, сдавил упругий живот его собеседника. Почувствовав сдавленное и хриплое дыхание под собой, Артур, наконец, поднялся на руки, и попытался закрепить свои ноги на, довольно скользкой, почве. Вышло. Чего не скажешь о Мерлине. Вяло двигаясь, он попытался встать, но Артуру это удалось куда успешнее. Медленно поднимаясь на руки, ему почти удалось закрепиться в таком положении, но на мокрой и скользкой почве его рука соскользнула, и он снова упал. Еще никогда в жизни, Артуру не приходилось испытывать такое разочарование. Этот красавец был почти у него в руках. И всё равно ведь сдохнет рано или поздно. Забежит куда-то в лес и упадет. Истечет кровью, скорее всего, или попадется в зубы какому-нибудь хищнику. Его лицо скривилось от досады, и он едва ли смог оторвать свой взгляд от того места, за которым скрылась его раненая добыча. Опустив взгляд на Мерлина, он обнаружил кучу веток лежащих вокруг него. «И все сухие! - подумал Артур. - Сколько ни живи с таким слугой, а удивляться ему не устанешь никогда». Обратив внимание на весьма неудобное положение Мерлина, Артур снизошел и подал ему руку. - Ты гнался за этим оленем? – спросил Мерлин и начал подбирать своё имущество. Его невозмутимость в самых неожиданних ситуациях просто поражала. - И догнал бы, – буркнул Артур, глядя на то как, нагибается его слуга, подбирая ветки. – А какого хорька я оставил, – вздохнул он, немного погодя. - Какого хорька? – спросил Мерлин, поднимая взгляд на Артура. - Которого я поймал, - с досадой ответил Артур. Мерлин отвлекся от своих веток и разогнулся, встречаясь глазами с Артуром. Около секунды, посмотрев в них, он резко и неожиданно расхохотался. - Что? – улыбнувшись, спросил Артур. Но Мерлин не отвечал, а просто продолжал заливаться громким хохотом, сгибаясь пополам. Артур долго стоял и размышлял над тем, что же стало причиной смеха его непутевого слуги. Эти мысли заводили его в разные места. В итоге, он решил, что, вероятно, что-то не так в его внешнем виде, и начал осматривать себя. Увидев это, Мерлин начал смеяться ещё громче, и от этого, и у самого Артура расцвела на лице улыбка. - Что? Говори! – смеясь, требовал Артур, толкая, весело хохочущего Мерлина. - Ничего, – задыхаясь от смеха, ответил тот. - Что мы будем есть сегодня, друг мой? Вместо ответа Мерлин успокоился и выровнялся. Обернувшись назад, на то место где он упал, он забегал глазами в поисках чего-то. Прочесав всю территорию, находившуюся в его поле зрения, он полностью развернулся и сделал пару шагов. Поблуждав взглядом, он наконец-то зацепился за что-то. Рассмотрев объект своего внимания получше, он подошел к кусту, растущему за шаг от него, и схватил в руку тоненький канатик. Артур внимательно наблюдал за его действиями. Вечностью казался тот миг, когда Мерлин тянул эту веревку из куста. Вскоре, вместе с ней показался пучок шерсти, а за ним и … целый заяц. За зайцем еще один, а за тем еще один. В итоге, на канатик было нанизано целых пять крупных зайцев. - Этого хватит? – самодовольно спросил Мерлин, вытащив всю связку. Артур не ответил. Завидев такую добычу друга, ему хотелось провалиться сквозь землю. «Как? Как это нерасторопное создание может делать все настолько лучше? Мало того, что неизвестно, где он нашел сухие ветки, так еще и это». Удивлению Артура не было предела. На уме его вертелось столько вопросов, что и в голове не помещалось. - Я хотел поговорить с тобой сегодня за ужином, – внезапно став серьезным сказал Мерлин, тыча связку в руки Артуру. - О чём? – холодно спросил Артур. - Долго объяснять, - ответил Мерлин, нагибаясь за ветками. – Вот за ужином и расскажу. Тоненькими пальцами, он начал подбирать всё то, на добычу чего потратил целый день. Некоторые ветки попали в грязь и почти полностью были покрыты ею. Такие как эти он аккуратно вытаскивал, и внимательно рассматривал, раздумывая над тем, пойдут ли они ещё на растопку или нет. Так, копошась в земле, он, то откидывал негодную древесину, то складывал остальную в отдельную кучу на сухой земле. Артур долго стоял и смотрел на эти манипуляции, держа в руках зайцев. Какой-то необъяснимый ступор взял его и сковал по рукам и ногам, не давая возможности пошевелиться. Он просто стоял и смотрел, и даже не думал помочь. Уставившись на согнутую фигуру Мерлина, он всё больше чувствовал, что какое-то необъяснимое чувство постепенно подкатывается ему прямо к горлу. Эта согнутая фигура, вдруг, вызвала в нем необычайную жалость. И когда это чувство наконец достигло своего пика, он не выдержал и подал голос. - Да брось ты это, в конце то концов, они всё равно не будут гореть! – почти грозно крикнул он. Мерлин удивился и поднял на него глаза. Но точно так же он и опустил их обратно. - У меня всё будет гореть. - Да, на кой черт тебе это надо? – протестовал Артур, и, наклонившись, начал отбирать ветки из рук Мерлина и отбрасывать их в сторону. – Мы не замерзнем этой ночью, не волнуйся. Какой придурок топит летом печь? От этих слов Мерлина словно ледяной водой обдало. Он посмотрел на Артура и тут же отвел глаз. Казалось, он находился на грани истерики, и его тяжелое дыхание словно предвещало громкие вопли. Он выбросил из рук свои ветки и поднялся. Отойдя пару шагов назад, он не сводил возбужденного взгляда с Артура. - Оглянись, Артур! – громко, но ещё не криком, сказал Мерлин, разводя руки в стороны. – Осень вокруг, а не лето. Артур не понял. Но последовав совету слуги, он осмотрелся по сторонам, и не в силах был поверить своим глазам. Вокруг него стояли почти полностью голые деревья. В воздухе за всё время, что он здесь, не пролетел ни один мотылек, а земля вокруг не зеленела, а золотилась от опавшей желтой листвы. - Как осень?! – дрожащим голосом спросил Артур.