По ту сторону багрового заката

Солнце стояло уже достаточно высоко и сушило последние листья на деревьях. Легкий осенний ветер срывал их и подхватывал, унося их дальше, пока они не опускались и не ложились на землю, все больше устилая ее золотым покрывалом. Под огромным настилом деревьев леса все выглядело спокойным и молчаливым. Все, кроме медленно скользящих вдоль него двух крошечных пятен. Навьюченные как ослы, Мерлин с Артуром продвигались через густые заросли леса. Артур даже и подозревать не мог, что в той мелкой избе могло храниться столько провизии. Мерлин греб все без разбора, и Артур не в силах был его остановить. Сначала он взял два пледа, и, конечно же, подумал о том, на что они будут ложиться. Потом он набрал кучу разных инструментов, половину из которых Артур видел впервые в жизни. А еды он набрал столько, что хватило бы, наверно, на неделю, и на вопросы Артура: «Зачем надо это, или это? И кто будет все это тащить?» Мерлин авторитетно заявлял, что он дольше живет в лесу, и лучше знает, что для этого надо. Спорить с ним в такие моменты было просто невозможно. Поэтому, намного проще было просто закинуть это все на себя и тащить, дабы душенька его заботливого слуги оставалась спокойной. «Хорошо хоть дрова не взял», - думал Артур, периодически поглядывая из-подо лба на идущего впереди Мерлина. На том, в свою очередь, еще и мило покачивались вчерашние четыре зайца, которых тоже оставлять в пустой избе было бы просто возмутительно, и они, конечно же, были крайне необходимы им с Артуром в полном живности лесу. Чем дальше заходили они в лес - тем сложнее было пробираться сквозь заросшие местности. Но на такой случай Мерлин прихватил с собой еще и, видимо, сооруженный из какой-то большой ветки, посох, и порой опирался на него, когда на пути встречались холмы или еще какие-то неровности поверхности земли. С этим нехитрым приспособлением в руках, издалека он слегка походил на глубокого старца. Но идущий сзади Артур, сталкиваясь с точно такими же проблемами, не без зависти посматривал на этот кусок дерева. В такие моменты он почти начинал верить в то, что куча хлама, которую он нес на себе, им еще быть может пригодиться так же, как Мерлину этот чертов посох. В отличие от Мерлина, который все это время шел бодрячком, за полдня неустанной ходьбы Артур уже еле тащил за собой ноги. И не надо судить о его выносливости по большой мускулатуре и внушительным габаритам. За всю свою царскую жизнь ему еще ни разу не приходилось самому лично тащить на себе вещи, и уж тем более пешком. Сколько он себя помнил, это всегда делали за него слуги и оруженосцы, в то время как сам он просто гордо восседал на коне. Так что, за полдня неустанной ходьбы он уже начал проклинать себя за то, что не остановил вовремя Мерлина, когда тот нагружал его, словно лошадь. Истекая уже, наверное, седьмым потом, Артур искренне поражался выносливости и выдержке Мерлина, который шел ровно таким же темпом, каким и начинал. Наверно, он исходил не мало миль здесь за все то время, что живет в лесу, и проходить такие расстояния для него не составляло абсолютно никакого труда. Дело клонилось к вечеру. С самого пика своей высоты, солнце плавно начало катится на запад. Подняв свой взор в небо, Мерлин остановился, а вместе с ним остановился и Артур. Не веря в свое счастье, он тяжело вздохнул и думал уже предложить остановиться для привала. Но язык все никак не поворачивался. Почему-то ему было стыдно признать, что он устал, в то время как Мерлин был еще полон сил. О том, что высматривал в небе его юный спутник Артур не знал, и знать не хотел. Оторвавшись от предмета своего повышенного интереса, Мерлин обернулся, наконец, к Артуру. Смерив длинным взглядом его весьма красноречивый внешний вид, он развернулся к нему и вынул, достаточно удобно прикрепленную к поясу, флягу. Протянув ее Артуру, он произнес так долго ожидаемые им слова: - Бросаем вещи здесь. Привал. Словно приготовившись к этому еще за час, Артур, не отрываясь от фляги, просто пошевелил плечами, позволяя тяжелому грузу соскользнуть с них и шумно свалиться на землю. Не с такой ловкостью, а с большей аккуратностью, но тоже быстро, Мерлин освободился от своих вещей, и устало упал на землю. - А ты, я вижу, неплохо здесь ориентируешься? – начал Артур, протягивая флягу, обратно Мерлину.Тот глотнул разок, едва промочив горло, и только после того, как плотно закрыл и нацепил флягу обратно, лениво ответил: - Да. Неплохо. - Сколько нам еще идти? - пытаясь отдышаться, спросил Артур. - Примерно столько же, - ответил Мерлин, удобнее устраиваясь под стволом дерева. - Ты думаешь, что там я смогу вернуться обратно? - Я не думаю, я знаю, - ответил слуга, на что Артур только удивленно взглянул на него, но возразить не смог. «Знает он, как же. Только глупец может так утверждать», - но сказать это вслух Артур не решился. Как-то странно прошли для него последние дни. Компания такого странного Мерлина была ему весьма непривычной. Не то, чтобы неприятной. Просто… непривычной. Артур долго лежал и размышлял над тем, что приключилось с ним за последние несколько дней. Он подумал и о том, что происходит там, в его времени. Как отреагировали близкие на то, что он не вернулся? Удалось ли вернуться Мерлину? Или может его таки догнала Моргана. Мерлин тоже лежал, задумавшись. Артура распирало от любопытства, что же тревожит сознание его спутника. Не слуги, на этот раз. Ведь его настоящий хозяин умер, и не этот Мерлин был его слугой. Перед ним сидел уже свободный человек. И один вопрос, который Мерлин (Артур был уверен) хотел сейчас слышать меньше всего, вертелся у него в голове и не давал ему покоя. Посидев так и понаблюдавши за Мерлином несколько минут, Артур неловко замялся, и, наконец, первый подал голос: - А жизнь в лесу пошла тебе не пользу. Словно проснувшись от этих слов, Мерлин скорчил непонимающее лицо и спросил: - В каком это смысле? - Ну… не знаю, - ответил тот – Ты как-то возмужал. Мерлин не выдержал и рассмеялся. Но видно было, что такие слова ему польстили, и он искренне улыбнулся. - Надо же. Не ожидал. Артуру и самому стало приятно от того, что он заставил Мерлина улыбаться, хотя раньше ему было бы от этого неловко. Но вспомнив то, что на самом деле хотел сказать, он снова неловко замялся. Не зная как начать, он принялся мять пальцы, и подыскивать нужные слова. - Э-э-эм, Мерлин, – начал он. - Что? - А кто сейчас правит, если я умер? Мерлин стиснул зубы и задумался. Неприятный разговор снова возвращался, но ожидать его стоило, и как бы Мерлин не старался его избежать, а состояться он все-таки должен был. - Да… - замялся он. – Урод один, – преодолевая ком в горле, с необъяснимой злостью ответил Мерлин. Артур обрадовался тому, что Мерлин хотя бы ответил, и, поняв, что лед тронулся, начал медленно и аккуратно тянуть за ниточку, в надежде вытащить как можно больше информации. - Он тебе не нравится? – заглядывая Мерлину в глаза, спросил Артур. - А то бы я стал называть его уродом. Твоей смышлености нет предела, – огрызнулся Мерлин, словно пытаясь защититься от чрезмерного любопытства Артура. Но Артур, увы, был не из робкого десятка. И пропуская грубость Мерлина мимо ушей, он с прежней упорностью, но и осторожностью, продолжил вытягивать из Мерлина информацию. - Так значит, я был лучше? - Да, – несмело ответил Мерлин. - И ты бы хотел, чтобы на его месте, снова был я? Мерлин задумался, а его лицо покрыла печальная маска. - К чему этот разговор? – не выдержал он. - К тому, что возможно все это произошло не просто так. Ну, я об этом скачке во времени. Возможно, это шанс все изменить. Ведь просто так ничего не случается. И если бы ты сказал мне как и при каких обстоятельствах я умер, этого можно было бы избежать. Мерлин молчал. Он уставился куда-то, а лицо его искривила печальная гримаса. Вскоре, его глаза заблестели приливающей к ним влагой, и мельком взглянув на Артура он коротко ответил: - Это вряд ли. После этих слов он поднялся с земли и подобрал свои вещи. Расценив это как знак, Артур поступил точно так же. Поняв, что Мерлин больше не будет с ним разговаривать, он больше не стал ничего спрашивать, но все равно остался глубоко разочарованным от того, что ответ снова ускользнул от него. Дальнейшая дорога продолжалась уже без прежнего азарта. Вскоре усталость начал чувствовать даже Мерлин. За все время они не обмолвились ни словом. И тишина, сопровождающая их, начала угнетать еще сильнее. Артура она угнетала из-за своей недосказанности. Ну а Мерлин просто боялся очередных допросов, и идущий сзади Артур, словно камнем давил на него. Стаи осенних птиц начали постепенно стихать. Вечернее солнце становилось кроваво-красным. Все вокруг начало погружаться в сон, и Мерлина это необычайно беспокоило. Тени деревьев начали удлиняться, становиться глубже и расплывчатей. Все больше мрак начал вытеснять свет. А дорога им с Артуром предстояла еще долгая, и от этого Мерлин начал заметно нервничать. Он все чаще начал посматривать на небо. Артур видел это, но спросить о том, что он там ищет, он все еще не решался. Облака на горизонте покрывались ярко-алым цветом, и выглядело это необычайно волшебно. - Завтра будет гроза, – задумчиво глядя на это, заключил Мерлин. Артур ничего на это не ответил. Ему больше не о чем было разговаривать с Мерлином. Но все же его взгляд обернулся на чарующее зрелище и надолго приковался к нему. Его мысли переваливались за горизонт вместе с солнцем, в любопытной погоне за тем невидимым, по ту сторону багрового заката. *** Ночи в лесу прекрасны, хоть и пугающие. После тяжелого дня сил идти больше не было. Даже Мерлин, забыв уже думать об экономии времени, бросил в первом удобном месте свои вещи и устало завалился на землю. Было уже довольно поздно. Пройти еще оставалось не очень много, но Мерлин все равно спешил. За целый день ходьбы они оба безумно устали и проголодались. И желание поесть жестоко конкурировало с желанием упасть и заснуть. Но победило все-таки первое, и они оба начали лениво раскладывать костер и готовить оставшихся зайцев. Все, что они делали, стоило им титанических усилий. Когда они расселись вокруг костра, то оба просто начали клевать над ним носом. Артур был недоволен тем, что в таком состоянии ему еще приходилось что-то делать. Сотни упреков в сторону Мерлина вертелось у него в голове. Первым и самым большим из них было то количество вещей, которое он непонятно зачем нагрузил с собой в дорогу, и от которых у Артура отчаянно ныла спина и плечи. Все это рвалось наружу. Но даже на то, что бы высказать накипевшее, сил просто не было. Оба молчали. Оба смотрели в костер, и, от этого, их еще больше клонило в сон. Вялые мысли смолой тянулись в их голове, мечтая, наконец, угаснуть и уступить место более красочным фантазиям их подсознания. Но даже среди этих мыслей еще попадались иногда проблески. - Нам надо в это кольцо, я правильно понял? – лениво спросил Артур. - Да, - зевая, ответил Мерлин. - А как же мы туда попадем? Ведь кольцо-то плотное. - Хорошо мыслишь, друг мой, – ответил Мерлин, и, устало протер глаза. - В одной скале есть пещера. К ней мы идем. Я уже не раз там был и хорошо в ней ориентируюсь. Аргумент был хорошим. И Артур не стал больше ничего говорить. На скорую руку поев, оба, тут же, завалились спать. Тяжелые мысли отступали, освобождая разум для нового дня: трудного и волнующего.