Часть 15
22 марта 2017 г., 09:45
Гена все чаще замечает, что Слава не спит ночами - без устали сидит за столом под тусклым светом ночника с бежевым абажуром и что-то беспретанно пишет, пишет, пишет - словно у него внутри есть собственная атомная электростанция.
Когда Гена недовольно на него ворчит - мол, свет в глаза бьет, и вообще, пошел бы лучше поспал - Слава иногда оставляет своё неизменное занятие и ложится на диван рядом с Геной.
Иногда - нет.
И потом может проспать чуть ли не целые сутки напролет. Это немного пугает, но... после всего, что они пережили, наверное, и не такое случается?
Гена всё спрашивает, что же Слава пишет такого, что до сих пор ему не показывает - он хранит исписанные листы в отдельной коробочке, не под замком, конечно, но явно не просто так - и Гена не хочет нарушать его личное пространство.
Также он спрашивает почему Слава насколько увлечен этим, что не спит целыми сутками, а в конце даже шутливо заявляет, что завидует его продуктивности.
Славе в ответ на всё это постоянно удаётся как-то отшучиваться, съезжая с темы, а Гена предпочитает не давить.
Захочет - расскажет. Не маленький.
В одну из тех ночей, когда Слава-таки выполняет вполне ставшее привычным полупожелание-полуприказ Гены и ложится на светлые простыни рядом - и бессменно к нему спиной - он всё же замечает кое-что странное.
Замечает, как плечи Славы слабо дрожат - а в какой-то момент он и вовсе думает, что тот плачет - но потом понимает, что движения слишком судорожные, больше напоминающие озноб.
- Эй, ты в порядке? - Гена придвигается и закидывает на него свою руку - подобие объятий от Гены Фарафонова.
- В полном, - слышит он тихий ответ, который смешивается с каким-то странным тяжелым звуком - будто зубами проскрежетали.
- Сходи завтра к врачу, - Гена прижимается ближе и теперь обнимает его уже по-настоящему, обхватывая сзади за пояс и отмечая, каким худощавым стал Слава.
- И так авитаминоз, а ты еще толком не ешь, - он целует его в макушку, а потом трется об нее щекой, надеясь, что такое обращение простимулирует Карелина все же всерьёз взяться за здоровье.
Слава в ответ только что-то бессвязно мычит, но Гена уже проваливается в сон, будучи невероятно изнеможденным - сегодня он сделал свои первые самостоятельные шаги, и это стоило больших усилий, однако он всё равно бесконечно рад, что наконец начинает вставать на ноги.
Значит, совсем скоро всё наладится, всё придет в норму и они со Славой смогут быть счастливы целиком и полностью.
С этой до безумия дорогой мыслью Гена проваливается в сон и не знает, что Слава так и лежит с открытыми глазами всю оставшуюся ночь, будучи физически неспособным испытать на себе спасительное действие какого-то хорошего, доброго сновидения, и оттого тупо пялится в стену - безрезультатно но отчаянно стараясь сдержать дрожь во всем теле - лишь бы не разбудить человека, обнимающего его сзади и мирно сопящему куда-то в шею.
А под утро, когда все же удается наконец забыться, ему снится кошмар.
Слава вздрагивает и просыпается в холодном поту - встречая испуганный взгляд до боли любимых глаз, устремленных прямо на него.
Слава кричал во сне.
Гена обеспокоенно расспрашивает его обо всех подробностях, но он только отмахивается - мол, у всех бывает.
Гена почти верит в это, почти успокаивается, почти выбрасывает эту непослушную мысль из своей головы.
А днем этого же дня Гена находит в мешке из-под мусора использованный одноразовый шприц.
Он натыкается на него совершенно случайно - просто без задней мысли хочет выбросить упаковку от йогурта в полупустую корзину под мойкой и вдруг замечает почти на самом дне что-то тонкое и блестящее.
Какое-то время он прикрыв рот ладонью тупо пялится на металлическую иглу, надетую на корпус пластикового цилиндра с прорезинненым поршнем на конце.
Гена находит в своей квартире использованный одноразовый шприц.
А Гене не назначали никаких уколов.
