сплетни .

От Хосока пахнет табаком, немного пивом и резиной. 'О Боже' - именно так думает Тэхён, когда видит его с сигаретой в одной руке и с шлемом в другой. За спиной Хосока самый настоящий мотоцикл, Сузуки или как там, и в глубине сознания Тэхёна верещит маленькая школьница. Прямо внутренняя богиня, как в каком-то шлаковом бестселлере, о котором без умолку трещали сокурсницы, то ли в прошлом году, то ли ещё когда. Тэхён хихикает над этой мыслью, но потом Хосок смотрит на него. И Тэхён вспоминает неудачный поцелуй, "как с сестрой". Сразу становится неловко, особенно, потому что Хосок весь такой крутой и с мотоциклом, но целоваться с Тэхёном то ли просто не вышло, то ли не понравилось. - Привет? Голос Тэхёна срывается в конце фразы в отвратительный, визгливый вопросительный знак, но Хосок словно не замечает. Тэхён чувствует себя дурочкой, даром что сисек нет и между ног свисает. Хосок щелчком пальцев отправляет тлеющий окурок в полёт до мусорки, и у Тэхёна по-дурацки потеют ладони. - Слушай. Тэхён слушает, конечно, слушает, как вообще можно не слушать. На губах Хосока медленно тает приветственная улыбка, а взгляд какой-то остро-задумчивый. Что Тэхён там должен слушать? Он залипает на пролёгшую между бровей Хосока складку, когда тот хмурится. Хосок явно теряет мысль, отняв взгляд от асфальта и взглянув через плечо Тэхёна, и откуда-то из-за спины городской шум разрезает громкое: - КИМ ТЭХЁН. Чонгук с Чимином на закорках - явно не то, что ожидаешь увидеть в вечер среды, в трёх кварталах от их дома. Из-под широкой штанины, на бинте, обматывающем гипс, выглядывает размазанное синее солнышко. У Чонгука мокрый лоб и на висках прилипшие пряди волос. - Здрасьте. Тэхён тоже теряет мысль, перескочив на ту, где возникает вопрос о местоположении костылей. Чонгук гаденько улыбается. - Нам придётся подождать, пока заслуженный пенсионер догонит нас со своей ценной ношей. Тэхён пытается вспомнить, не оставлял ли у него в последний раз свой "клад", и заторможенно смотрит на Хосока. Хосок стреляет по Чонгуку странным, неясным взглядом, и Тэхён радуется, что его лишили возможности дослушать. - Мы решили, что настало время выйти в свет, - заявляет Чонгук и слабо подбрасывает Чимина, потихоньку сползающего с его спины. - А ещё здесь есть отличная жральня. Тэхёну кажется, что на его глазах что-то происходит, раз они всё чаще сталкиваются где-то за пределами мрачной квартиры и клубов. Ну и потому, что через минуты две с той же стороны неспешно ковыляет Юнги с видом "как же я ненавижу весь этот мир" и костылями в руках. Тэхён вспоминает про "заслуженного пенсионера", думает переименовать Юнги в своём телефоне и начинает ржать. Не хватает только Намджуна и совсем чуть-чуть Сокджина, и весь их стрёмный клубок будет в сборе. "Отличная жральня" оказывается того же типа, что и магазин с играми несколько недель назад - в подворотне. Хосок идёт с левой стороны от Тэхёна, с этим своим мотоциклом за ручки. - Его у тебя обязательно спиздят, - доверительным тоном говорит Тэхён. Хосок смотрит на него взглядом "ты что дурак совсем". Чонгук с Чимином недолго препираются на тему: "спусти меня" - "сам спустись" - и в итоге Хосок с кряхтением снимает последнего с чужой спины. Чимин случайно отдавливает ему ногу костылём, но в целом могло быть и хуже. Тэхён думает, что если бы Намджун сломал ногу - они все бы оказались покалеченными. Тэхён тормозит в дверях и оглядывается на остановившегося покурить Юнги, который с флегматичным видом рылся и продолжает рыться в телефоне. Наверное, дело в том, как Юнги словно на автомате протягивает руку к Чонгуку, ничего не спрашивает, даже не смотрит. Хосок тоже прибивается к их кучке в количестве двух штук, со своими ужасно дорогущими и пахучими сигаретами. Тэхён никогда не относил себя к типу людей "все бегут, и я бегу", но хосоковские сигареты правда сильно пахнут, кажется, вишней, а у него на такое нет денег. Чимин закатывает глаза и называет их пепельницами. - Хоть с прохода отойдите. Чонгук уворачивается от тычка костылём, чуть не сшибает Юнги, и Тэхён подозрительно щурит на них глаза. Потому что Юнги, конечно, матерится как сапожник и отвешивает Чонгуку подзатыльник, но на самом деле ни разу не вздрагивает на подхватившую его руку. Тэхён берёт у Хосока сигарету и совершенно случайно касается его руки слишком много, задерживает свои пальцы в его ладони на лишнюю секунду и испуганно дёргает головой. Никто не замечает: ни Юнги, ни Чонгук, ни, самое главное, Чимин. Лишь Хосок вскидывает брови на его беспокойные метания. Юнги берёт себе пиво, и Тэхён запоминает только это, кажется, как и все, потому что в итоге они путаются в тарелках после бесконечных пересаживаний и споров. Только Юнги без колебаний забирает стакан с густым слоем пены себе. Тэхён слышит за всеобщим гамом, как Чонгук негромко говорит: "Если ты будешь столько пить, нам даже на сигареты до конца месяца не хватит" - видит за мельтешением рук Хосока и яркой шевелюры Чимина, как Чонгук для этого наклоняет голову к Юнги почти незаметно. Юнги роняет родное и неотъемлемое "отъебись" одними губами. И слова Чонгука Тэхён, сидящий ровно напротив, тоже читает по губам. Мысли Тэхёна путаются в двух неожиданных голубках, Хосоке, Чимине, барахтаются, точно в сетях. Как страшно оказалось смотреть в другую сторону, словно сменить привитую с детства религию. Словно только жёсткий пост не позволит умереть в одиночестве, отвернувшись от бога. Тэхён знает, что всё это чушь, и он не умрёт без Чимина, но Он отвлекает себя и всех звуком собственного голоса. - Почему снова какая-то дыра? Чонгук, ты же знаешь, что хорошие дети не шарятся по подворотням? На "хорошие дети" Юнги давится пивом, Чимин начинает ржать, а сам Чонгук снисходительно улыбается. Тэхён краем глаза замечает, что Хосок смотрит на Чонгука. Все эти мелочи кажутся ему чрезвычайно важными. - Все вопросы к Юнги. Хосок вздёргивает брови, а Тэхёна перетряхивает. Юнги под столом пихает Чонгука локтем в бок. - Хёну, - со смешком исправляется тот. Не то чтобы вопиющее пренебрежение таким важным суффиксом от Чонгука в новинку, но это же Юнги, а не Чимин. Тэхён всё же прикидывается дурачком - так проще собирать кусочки рассыпанного в их компании пазла - и с важным видом кивает. - Тогда никаких хороших деток. Чимин слева гогочет и заезжает гипсом Хосоку под коленку. Тэхён думает, что их слишком много для пятерых. Юнги каким-то смутно знакомым, но не своим движением одёргивает капюшон большой толстовки - тоже явно не своей, несмотря на то, что весь его гардероб напоминает склад мешков тёмных расцветок (за исключением в шутку подаренных светлых скинни, больше похожих на лосины). Тэхён вспоминает, что, кажется, долго выпрашивал её у хозяина, когда-то давным-давно. - Вы слишком очевидно палитесь. Чонгук, выбравшийся вместе с ним на перекур, поворачивает к нему голову и вздёргивает брови. Тэхён усаживается на корточки возле кирпичной стенки. - Ты же своими вещами не делишься, а на Юнги-хёне та самая толстовка. Что за "та самая" Чонгук не спрашивает, лишь смешливо цыкает. - Вы очень прозорливы, мистер Холмс. Тэхён сыто улыбается. От мысли, что у старшего в их педиковатом обществе (Сокджин не считается) хоть кто-то появился, пусть даже и Чонгук, ему становится до странного.. уютно? И нет ничего странного в том, что Юнги ничего ему не рассказал. Когда они возвращаются, Тэхён довольно смотрит на вечно хмурую рожу Юнги, для которого сейчас существуют только интернет и наполовину опустошённый бокал пива. Юнги отвечает ему вздёрнутыми бровями, на чужой манер. Тэхён ощущает себя посвящённым в какое-то идиотское таинство. Он чувствует слабый толчок коленкой и косится вниз; Хосок под столом правой рукой придерживает уложенную поперёк его бёдер ногу в оковах гипса, и от этого уже совсем не уютно. Тэхён дёргает головой и смотрит на Чимина, который с задумчивым видом грызёт сложенные вместе кончики деревянных палочек. - Хосоку предложили моё место в следующем туре. Чимин говорит неожиданно и совсем без того, что Тэхён ожидал бы услышать. В смысле, его маленькая мечта канула в небытие из-за идиотской оплошности и снова станет актуальной не меньше, чем через год, должно же быть хотя бы обидно. - Но хён решил, что он слишком гордая птица, и теперь вместо нас там какой-то придурок. Хосок закатывает глаза и щиплет Чимина за кожу над гипсом через штаны. Тэхён смотрит на них, как на нечто инородное в привычной системе, но пока абсолютно без какого-либо понимания. Хосок откидывается на спинку стула и с важным видом покачивает рукой. - Просто хён дальновиднее и прекрасно понимает, что и кого на самом деле расстраивает. Тэхён прыскает в кулак с такой серьёзности. Иногда Хосок как будто попадает под "луч Нолана" (ежедневные залипания в обзоры фильмов от иностранных ютуберов оставляют в его голове целую кучу словосочетаний со слишком сложным объяснением), и его лёгкая адаптация в среде обитания долбоёбов мгновенно улетучивается, и вот он - суперсерьёзный Чон Хосок, которому не хватает только высокопарных речей о судьбе мира. - Эй. Они все поворачивают головы к Юнги, точно совы, и тот смотрит на них чересчур осмысленным взглядом для человека, только что вынырнувшего из бескрайней сети. Юнги щёлкает кнопкой блокировки на телефоне и опускает его на стол. Тэхён думает идиотскую мысль о том, что его рожа, даже серьёзная, всё равно похожа на кротовью. - Намджун попросил встретить его в следующую субботу. Голос Юнги звучит немного ошарашенно. - В аэропорту. Как будто это уточнение действительно нужно. Тэхён улавливает краем сознания вертящего головой Хосока, который бросает взгляды то на одного, то на другого. У Юнги такое лицо, словно они не могут просто взять и встретить Намджуна после такого долгого отсутствия. Но разве не прошло всего два года? Тэхён косится на знатно похудевшее с тех давних пор лицо Чимина, бросает взгляд на раздавшегося в плечах Чонгука, в котором всё меньше похожего на птенца, вывалившегося из гнезда. Они с Хосоком пересекаются взглядами, и Тэхён не представляет, что у него застывает в мимике и взгляде. - Его там точно не в закрытом гробу везут? А то у вас такие скорбные рожи. Со стороны доносится чонгуковский смешок. Взгляд Хосока к Тэхёну явно и очевидно доносит: он не понимает, что за ебанина живёт у того в голове. Тэхён чувствует некоторую толику разочарования, словно Хосок должен был разобраться в нём за два щелчка, и вообще в них всех. На улице в общем-то ничего не меняется, когда они весёлой гурьбой высыпаются из забегаловки. Юнги недовольно ворчит, когда ему вновь вручают костыли. - Почему мы не можем просто вызвать такси? Чонгук смотрит на него многозначительным взглядом и, возможно, успевает сообщить что-то и без озвучивания до того, как встревает Хосок. - Тебя подбросить, хёён? Хосок так противно протягивает это "хён", что Тэхёна передёргивает. Его в принципе дёргает от возмущения. В смысле, подбросить? А его кто подбросит? Во всех смыслах. После отходняка от "луча Нолана" Тэхён потерял всякую связь в голове между мыслями. Чонгук смотрит на них троих (про себя Тэхён, конечно же, недоумевает: оно-то тут при чём) как на душевнобольных. - А костыли вы как повезёте? Примерно, как и Юнги-хёна? У тебя, конечно, крутой байк, и вы оба дохленькие, но, упс, кажется, он одноместный. Чонгук разводит руками, и Чимин с его спины разражается матерной тирадой, что, впрочем, не мешает ему обменяться очередными долгими, странными взглядами с Хосоком. Тэхён не знает, хочет он закатить глаза или взять метлу и разогнать их всех к чёртовой матери. Почему всё крутится вокруг Чон Чонгука? Даже Юнги затянуло на его орбиту. Цунами в голове Тэхёна утихает, когда их остаётся на троих меньше, но не исчезает, потому что это же Хосок. Тэхён не знает, чем руководствуется та часть его мозга(?), которая швыряется любовью в абсолютно рандомных людей. Может быть, в этот раз это всего лишь попытка убежать от неугасающего и безответного к лучшему другу. Тэхён встряхивает головой и театрально марширует мимо Хосока, чтобы первым достигнуть мотоцикла. Он надеется, что его восторженный скулёж слишком тихий, и Хосок не услышит. Тэхён прижимает зад к сиденью просто самого охуенного мотоцикла из всех, что он видел в живую, и ультимативно складывает руки на груди. Хосок застывает в паре сантиметров от его коленок с плохо скрываемой улыбкой. - Намекаешь, что хочешь прокатиться? Тэхён даже не пытается - скалится в открытую - и по его шее пробегают мурашки от всех шуток (и не очень), которые возникают в голове со словом "прокатиться". - Да кто ж не хочет? Он убеждает себя в том, что на улице просто прохладно, когда Хосок подходит совсем близко - настолько, что расставляет ноги по бокам от его. Тэхён впивается пальцами в собственные руки и старается как можно незаметнее ёрзать. Длинная футболка прикрывает Хосока до середины бедра. - А чего ещё ты хочешь? Малолетняя фанаточка в голове взрывается бешеным визгом, а в реальности у Тэхёна дёргается рот. Хосок серьёзно спрашивает или так же шутливо заигрывает? Может быть, он сможет ещё потрахаться с ним, как с сестрой? Звучит довольно мерзко и отталкивающе, но Тэхён готов, блин, просто на всё. Непонятно, кстати, почему именно, но всё так. - Отсосать тебе? Тэхён выпучивает глаза и хлопает ресницами, как будто это сказал кто-то другой, но, боже, кто вообще придумал эти футболки, дающие простор воображению? Джинсы-то на Хосоке обтягивающие. Хосок странно дёргает головой и смотрит тоже странно. Тэхён вжимает голову в плечи. Хосок выдавливает из себя звук, подозрительно напоминающий кряканье, и откровенно гогочет. Он по-отцовски гладит Тэхёна по светлым волосам. - Ты просто прелесть. Эта его сдавленная спазматическим хохотом фраза прямо серьёзно уязвляет Тэхёна. В смысле "прелесть"? Выеби меня, блин. Хотя если Хосок любит ролевые игры в Голлума и кольцо, то Все шутки улетают в категорию девятнадцать плюс, и у Тэхёна пылают уши. - Если ты сейчас снова меня отшил, то, - Тэхён соображает над угрозой недолго, - Оп! - Он резко выпрямляет ногу, но не доносит до чужой промежности. - Я тебе по яйцам врежу. Лицо Хосока наигранно вытягивается - он поджимает губы, округляет глаза и вскидывает подбородок, но после просто поднимает ногу и переступает через тэхёновскую. Тэхён задумывается о том, что если Хосок не хочет ничего в него засовывать, то, может, он бы сам засунул. Хосок расслабляет своё лицо и похлопывает ладонью по бедру Тэхёна. - Давай как-нибудь в следующий раз, когда я буду на байке, на который можно посадить кого-то, помимо меня. Тэхён складывает губы трубочкой и издаёт унылый стон. Чёрствый одиночка, даже до дома подбросить не сможет. Стоп. Тэхёну сводит скулы, и расстроенная мина превращается в гримасу. - У тебя есть ещё один байк? От неожиданности Тэхён даже забывает привычно завысить интонации, и обиженный бас звучит крайне глупо. Кажется, штаны скоро станут совсем тесными. - Ага. У Хосока какая-то невыносимо довольная рожа. Он неспешно застёгивает свою кожаную куртку по горло. - Так что в следующий раз одевайся потеплее, - Хосок смешливо осматривает его голые лодыжки под задравшимися широкими штанинами, - и мы даже купим тебе нормальный шлем. Рот Тэхёна непроизвольно растягивается в широкой улыбке, но весь этот воодушевлённый момент очень портит тот факт, что его спермотоксикозу снова сказали нет. Тэхён недовольно жуёт губы и смотрит на Хосока, который крутит в руках шлем и в мыслях уже давно улетел далеко от тупых подкатов в свою сторону. - Кто такой Намджун? Тэхён хлопает глазами, и ему требуется несколько долгих секунд, чтобы переключиться на ту же волну. Хосок смотрит с вопросительным ожиданием, и он, наверное, думает, что это Тэхён знает всё и обо всех, как старая сплетница. Тэхён глумливо хихикает. Старая сплетница совсем не старая и совсем не сплетница, и вообще это не он. - Это очень классный хён, - Тэхён даже оттопыривает вверх указательный палец, выцепив одну из двух скрещенных рук, для важности. - У него небольшие проблемы с контролем гнева, и он немного сука, а ещё свалил два года назад в Нью-Йорк, но в целом он правда классный и даже умный. Хосок загадочно улыбается, и Тэхёну хочется его попросить. Он переставляет подмёрзшие ступни и вскидывает подбородок. - Кстати, пока ты меня не поцелуешь, я отсюда не слезу. Тэхёну несложно поболтать о Намджуне, но Хосок разбил его убеждение в собственной моногамности и теперь обязан что-то с этим сделать. Тэхён встряхивает головой и глядит на Хосока из-под отросшей чёлки, потому что так эффектнее смотрится. Образ пустоголовой блондинки определённо был создан лично для него. Хосок тяжко вздыхает. - Как ты хочешь? Тэхёну хочется крикнуть: "ПО-СОБАЧЬИ" Хосок касается его вздёрнутого подбородка пальцами, поднимает ещё выше и поигрывает бровями. - Как в аниме? Тэхён глупо хлопает ресничками, к его лицу бережно прижимаются холодные ладони. - Как в дорамах? Хосок давит на его щёки. - Может быть, страстно? Или очень страстно? Хосок совсем уж собирает лицо Тэхёна в кучу, выдавливает из его рта звук, напоминающий о сдувшемся шарике, и смеётся. - Ой, ну тебя нахуй. Тэхён обхватывает чужие запястья, стряхивает сдавливающие тиски со своих щёк и тычется носом в левую ладонь. Хосок напрягается, точно как и в прошлый раз. Тэхён старается улыбнуться многообещающе. Он раскрывает рот, прикрывает глаза ресничками и широким влажным движением лижет ладонь Хосока. - Блять, Тэхён. Тэхён удовлетворённо улыбается надтреснутому голосу и поднимается на ноги, ни секунды не смущаясь, что они сталкиваются носами. У Хосока такое лицо, словно его действительно домогается сестра. Не вечер, а одно сплошное разочарование. Тэхён давит весёлую лыбу, чтобы скрыть неловкость, и щекочет Хосока под подбородком. Он выползает из узкого пространства между ним и его пиздатым мотоциклом, снова обернувшись неуклюжим долбоёбом. Хосок смотрит на него слишком внимательно, чтобы ничего не понимать, и от этого ещё хуже, наверное. Он ловит Тэхёна под локоть, обзывает дураком и невинно чмокает в висок. По дороге домой, среди мыслей о грядущем дне в университете и на подработке, Тэхён думает, что надо было влюбляться в Мин Юнги или Чон Чонгука. Или в Сокджина. Да даже в Намджуна.