Монтегю-Затейник

Выдры молчаливым строем надвигались, с двух сторон огибая озеро. Я всеми Сезонами заклинал леди Фелес не нападать на них, но кошка все равно не решилась оставить позиции: пираты вместе с защитниками крепости сомкнулись в полукруг перед сожженными воротами, ощетинившись копьями, мечами, саблями, стрелами, топориками — и так стояли, пока выдры не подошли уже на двадцать ярдов. Повстанцы остановились, все как один, и вперед вышел сам Людо Лагунный. Вилле - то есть Виигу - говорил, что Людо был поклонником покойной Королевы Кланов, а гибель ее воспринял острее прочих ее друзей и близких. До того, как младший Фелес взял инициативу в свои лапы, благородный бунтарь наводил ужас на котов Балуура, топил солдат, спасал рабов и сочинял крамольные песенки. Так известнейшим его произведением была кадриль с припевом: Раз-два! — Намни Балууру морду, Он стал чрезмерно что-то гордый! И три-четыре! — В глаз и в пах: Не будет кот впредь сеять страх! Пять-шесть! — Поклон, пинок под хвост, Знай, выдра-бунтовщик не прост! Семь-восемь — Добивай кота, А всех солдат — за ворота! Но за почти что двадцать сезонов, картина разительно переменилась: с начала существования Кудесничной и появлением нового оружия, повстанцы все чаще терпели поражение в своих дерзких вылазках, а юный кот - именем которого выдры-родители еще долго будут пугать малышей - написал уже собственную злодейскую песню, на ту же самую мелодию. Теперь во время поредевших стычек с повстанцами, коты встречали врага словами: Раз-два! — Бей всех веслохвостых: Нас сломить не так-то просто! Три-четыре! — Людо жги, Выбей наглецу мозги! Пять-шесть отчекрыжем ног, Чтоб враг убежать не смог! Семь и восемь — истребим, Сломим и поработим! Не сказать, чтобы выдр полностью истребили и поработили, однако дух их долгое время и впрямь был сломлен. Потому встретить армию повстанцев едва ли не в полном составе оказалось неожиданностью — причем не из приятных. Ростом Людо был ниже, чем я его себе представлял, и практически наполовину лыс: шкура выдриного предводителя походила на мозаику из седых участков меха и розоватых блестящих проплешин — следов знакомства с Виигу Фелесом. Тунику его украшал полосатый кошачий воротник, почти такой же плешивый. Я был уверен, что выдриный предводитель снял его много сезонов назад. -Оп-па, приплыли! - воскликнул Трепач и присвистнул. - Это вы на пирушку нашу позарились? Так мы вас не особо-то и ждем вообще-то! -Нам нужен Ястреб, - пролаял Людо. -Вам одного мало, не? Птица, сделав круг над озером, спикировала на земь точно перед горностаем, от чего последний невольно ойкнул. В пернатом спутнике Людо я тотчас же узнал того самого ястреба, который отбивался от чаек в день отплытия с Терраморта. -Нам нужен Ястреб на четырех лапах, - сквозь зубы процедила коренастая выдра с ополовиненным носом. -Креветок тухлых переели, ей-Сезоны, чтоб мне сдохнуть! - Трепач покрутил пальцем у виска. - В природе и ястребов-то таких нет, двоечники! Вы где вообще такой экземпляр видели?! Медальон. Я спешно выудил из-за пазухи медальон, вытащил перо и, прежде чем Ядвиига или Саймон успели меня остановить, выбежал во двор, за ворота, на берег озера — навстречу повстанцам, держа высоко над головой странный подарок Гвидо. -Мы не станем тратить время на пустомель! Нам нужен… "Я! Вам… В общем, вы меня ищете!" Тяжелый взгляд Людо Лагунного стал чуть менее сумрачным, и в рядах веслохвостых бойцов послышался одобрительный шепот. Корсары и солдаты, напротив, стали вдруг мрачнее туч. Кто-то крикнул "предатель!", в дюйме от моей лодыжки в прибрежный песок вонзилась стрела. Я обернулся и не без удовольствия заметил, как Олли перерубил тетиву вспыльчивого стрелка вместе с его щекой: "Пусть сперва объяснится!" Спустя миг появилась Ядвиига и, с неслыханным проворством опередив меня, встала между котами и выдрами. -Миледи Деревянное Копытце, - недобро рассмеялся выдриный предводитель. - Как поживает ваш пучеглазый братец-недоносок? Небось не заметили, как далеко он убег?… -Мне дела нет до ваших острот, сир Плешик, - ответила она тоном, явно говорившем об обратном. - Может, все-таки объясните, с чего столь внезапный визит? А то я, кабы знала о нем, сама бы раскочегарила печи Кудесничной — для вашей августейшей персоны. -Я тебе не сир, хромоножка. А ты не в том положении, чтобы угрожать мне и моему народу. -Ты забываешься, недобиток! Моего положения достаточно, чтобы вырезать ошметки твоей банды! Людо выхватил из-за спины тяжелый дротик, Ядвиига, заткнув за пояс обе трости, с щелчком извлекла из них шпаги. Я понял, что пора вмешаться: "Она права, Лагунный!" - осторожно начал я вставая между заклятыми врагами и представляя, как оба они рвут меня в клочья. - "Мы не будем сражаться…" -Это мы еще посмотрим! - фыркнула леди Фелес. "… Вы ведь не за тем пришли? Солдат мало, ваших зверей тоже! Вы хотели найти меня, эээ, ястреба с четырьмя лапами — зачем?" -Затем, что лис-казначей сказал найти тебя. Сказал, что-де "у Ястреба будет перо, так вы его и узнаете". Он сказал и то, что позади у тебя множество испытаний, а впереди испытания пострашнее… -Ты знаком с Гвидо? - недоверчиво протянула кошка. -Я со многими зверьми, не впример порядочнее тебя, давно зна… и ты знакома?! - настала очередь Людо возмутиться. -Мы друзья по переписке… Если можно назвать другом зверя, который, как выясняется, якшается с Людо Лагунным. -Я думал он наш друг! Он посылал к нам Бритвоклюва, он рассказывал о секретах кошачьей крепости, ваших междоусобицах… -Ах так?! О ваших идиотских вылазках, которые вы почитаете за стратегические ходы, он тоже немало наговорил, вот что! Великие Сезоны… "Так, эээ, ладно. Ладно, давайте помолчим и подумаем, чего Гвидо-Лис от нас троих добивался." Людо посмотрел на меня, словно на несмышленого крысеныша: -Он добивался, чтобы ты с двуногим ястребом это обсудил. Проделки Виигу то есть. Бритвоклюв всем своим видом говорил, что не говорит на общем лесном, о чем я тотчас сообщил выдре. -У него письмо от лиса. Нам он его прочесть не дал. Ястреб, посыльный Гвидо, угрожающе щелкнул клювом, едва я потянулся к пергаменту, привязанному к чешуйчатой ноге. Очевидно есть некий ключ, подсказка… Я протянул Бритвоклюву обломок пера. Бритвоклюв протянул мне ногу с привязанным к ней письмом. -Лис оберегал нас от кошачьей погани, учил сеять среди них раздор, я и представить не мог… -Гвидо предупреждал нас о любой хитрости с твоей стороны, Лагунный. При первых признаках выдриной вони, мы знали что де… -Ха! Он обманул тебя, кошатины кусок! -Так же, как и тебя, псина недожаренная! "Так, тихо!" - мое терпение лопнуло. - "Тут послание для вас обоих: Прошу простить, мой гордый друг, Что не сказал сначала, О том, что с кем-то еще вдруг Сотрудничать пристало. И вас прошу, миледи Ф. Не принимать серьезно С Лагунным мой нелепый блеф. Пока еще не поздно, Спешу сказать, что супостат, Единый в лицах двух, Кому-то враг, кому-то брат, Сломил пиратский дух. Не покорен лишь биверист — Творец мирских загадок. Но путь его весьма тернист… Так, ладно, буду краток: Наш друг-картограф — Ястреб есть (Метафора такая) Он вам двоим окажет честь, Обоих вас спасая: Свезите в Терраморт его, Он знает все что нужно Нам будет сделать для того, Чтоб Вилле свергнуть дружно. Не нужно армию везти: Свою мы уж собрали. Ее, чтоб Терраморт спасти Не хватит нам едва ли. Забудьте покамест вражду — Попали вместе мы в беду. И я на помощь вам приду — Коль лапы вы пожмете. Виигу тоже ведь в беде! В совместном дружеском труде Найдем решенье. Нет вражде! Лишь так вы мир вернете." Дойдя до приписки мелким шрифтом ("остальное для тебя — не читай вслух"), я остановился и, насколько мог, укоризненно посмотрел на притихших врагов. -За четыре сезона, что мы имели дело с лисом, мы лишь дважды по-крупному сражались с котами, - первым начал Людо. - Он не давал нам взять над ними верх, но мы и не терпели серьезных поражений, кроме того случая, когда Пирмант разрушил жемчужную ферму… Коты почти не трогали нас. -Как и вы нас, - тихо ответила Ядвиига. - Вы жили севернее Окаяного Омута, а мы южнее. Гвидо писал, что чем меньше рабов Виигу заберет в Кудесничную, тем реже выдры из лагеря рабского будут звать мятежников'... Он думал, что так помирит нас? Людо фыркнул и рассмеялся: -Он не дурак же, чтобы мирить выдр с вами! Ядвиига тоже фыркнула, убрала шпаги в ножны и, вытащив трости из-за пояса, снова превратилась из воительницы в простую регентшу. -По крайней мере, он прав на счет моего брата: пока он правит на Терраморте, там будут гибнуть наши солдаты, ничуть не меньше, чем сами корсары. -Мой сын состоит в ОЗОЗО. -Что еще за ОЗОЗО? -Не твое… Грхм. Тоже мятежники. Спасают тамошних рабов от тамошних же узурпаторов. И им тоже туго придется. Пока выдра и кошка гадали, как власть младшего Фелеса на Терраморте повлияет на их собственные судьбы, я пытался разобрать бисерный почерк Гвидо: "Нам нужен броский новый символ, Чтоб знали: орден наш воскрес, Но инкарнация иная — Такая, чтоб вновь не исчез. Глубоко мы пустили корни В рабов повстанческий союз. И даже козням Пироманта Не разорвать впредь этих уз. Что ж, друг мой Монтегю, прошу я, Чтоб ты идею подал нам, Чтоб мастер отлил нам в глазури Наш новый знак, дабы врагам Известно было: час наш пробил, Их план — на волоске повис. Их свергнут белка-нинианка, Лис-казначей, картограф-крыс." В конце послания был нацарапан бобриный хвост, украшенный перевернулым крестом. Перевернутый крест, если верить натуралистам, украшал Врата Ада и потому вызывал у праведных зверей неподдельное отвращение и ужас. Нинианство были терпимее, однако и их вера не спасла в свое время Линдена… -… мы поможем поднять один затопленный корабль, снарядим команду и довезем картографа до Северной бухты. Корабль останется у нас. -Если остальные корабли поднимете, тогда забирайте, я не против. Но за бесценок свой флот я раздавать не намерена. -Ну ладно, не хочешь — как хочешь. У нас есть и свой йол. -Наш йол, я полагаю? Который вы угнали сезонов десять назад? Чувствовалось, что Ядвиига с трудом сдерживает гнев. Трепач не придумал ничего лучше, кроме как подойти и хлопнуть кошку по плечу, заверив, что дескать он, Трепач, и его друзья с радостью поднимут все затопленные в бухте корабли, а если она захочет, то еще и "лодочек на озерцо настругают — лишь бы миледи не смотрела так кисло". Ядвиига, чуть повеселев, попросила горностая собрать команду для выдриного йола, чтобы не вся слава "досталась веслохвостым", а заодно собрать побольше оружия для озозошников. Когда радостный Трепач кинулся выполнять поручение своей хозяйки, последняя обменялась с Людо короткими кивками. -Хоть бы и так, лишь бы остановить Виигу. -Это такая образина, что даже я не могу отказать в помощи. Они вяло, но улыбались. Я и не ждал, что они кинутся пожимать друг другу лапы, однако достигнутое согласие внушало надежду. *** Спустя три дня "Куцый Кот", трофейный йол Людо Лагунного, уже был готов к отплытию. Борта его переливались в затейливом рисунке — зеленых волнах и синем небе, взамен черно-оранжевых кошачьих полос. Вода приходилась по самой ватерлинии, поскольку нижнюю палубу почти полностью заполнили влажные груды пузырчатки, собранной под чутким руководством Саймона. Разношерстная команда - выдры, коты и крысы-пираты - выстроились на полусожженном пирсе, отдавая честь плешивому выдре и безногой кошке. Последнюю сопровождали двое вассалов, Олли и Трепач, за которыми семенила маленькая кошечка Хедви — воспитанница Ядвииги. Саймон, самопровозглашенный капитан нашего отряда, от лица всей команды "Куцего Кота" поблагодарил и солдат, и повстанцев, собравших корабль в нелегкое плавание, а заодно проклял пиратов, оставшихся служить у Ядвииги. -И твоего папу туда же, - отмахнулся Трепач. - Возвращайся к своей Щуке Лапьей, а нам и здесь весело. Бывай давай! Я поблагодарил миледи Фелес еще по пути в бухту — за то, что приняла нас с Саймоном, за то, что рассказала правду про Вилле. За то, что поддержала идею Гвидо и заключила перемирие с выдрами. -Так они хорошие что ли? - неуверенно спрашивала у нее юная наследница. -Разумеется, нет, Хедвиига. Однако они разумные звери и не тронут нас, пока мы их не тронем, - терпеливо отвечала ей леди Деревянное Копытце. - А если мы будем уважительно относится к их гостям, то они будут хорошо обращаться с нашими. -Гостями? А папа говорил, что это наши рабы"… -Твой папа был прав, маленькая, но это теперь все иначе. Видят Сезоны, благодаря Гвидо-Лису мы еще успеем насладиться мирной жизнью. -А кто такой Гвидо-Лис? -Наш мудрый друг. Ты о нем еще услышишь. Прощались мы недолго, но неожиданно трогательно — без высокопарных слов, что звучали тогда, на Терраморте, в день рокового отплытия. Олли посадил обоих кошек себе на плечо, и они еще долго смотрели нам вслед. -Останови его, если сможешь! - только и услышал я, когда мы только отчалили, от чего вдруг вздрогнул. - Он не ведает, что творит! Заставь его убить нерожденного! Спустя час, когда уже нельзя было различить фигурки на берегу, я направился в свою каюту, а Бритвоклюв, ястреб Гвидо, последовал за мной. Я снова перечитал письмо казначея, подумал немного, глядя на на изображение бобрового хвоста. Обмакнул в чернильницу обломок ястребиного пера и нарисовал на обороте липовый лист с черенком, похожим на тугую темную каплю. Поразмыслив, вывел поверх прожилок такой же темный крест. Бритвоклюв словно бы ждал этого момента и с готовностью протянул мне ногу, когда я свернул послание тонкой бечевкой. "Абрикосине понравится,""' - вслух подумал я, глядя, как улетает величественная птица, и только тогда понял вдруг, как сильно соскучился по ворчливой белке. *** Странствие порядком измотало меня на тряском маленьком кораблике, но объятия Северной бухты, смыкающейся за спиной жадными челюстями капкана, едва не заставили пожалеть о возвращении на Терраморт. Остров, серый и неприветливый, особенно после зеленых и лесистых кошачьих угодий, встречал нашу маленькую команду как будто с неохотой. Ястреб возвращался еще дважды, чтобы передать, когда и откуда лучше приближаться к конечному нашему пункту назначения. Дважды нас едва не снесло на рифы. И еще один раз мы едва не наткнулись на вражеский йол. Тем не менее, на этом наши злоключения закончились — ровно до того момента, как мы ступили на берег. Нас встретил молодой выдра, очень похожий на Людо, даром морда только у него была повеселее. Когда мы оказались на твердой земле, он потребовал, чтобы Саймон покинул корабль. -С какого перепуга я его покину?! - возмущению хорька не было предела, особенно когда он узнал в младшем Лагунном раба-трубочиста, которого сам нередко порол. -С такого, что лис велел. Линда откатит его к нашим ребятам, а я провожу вас к шефу. Я с трудом убедил Саймона подчиниться (или, как я сам выразился, снизойти), поскольку бед у нас и так немало. -Ладно, - буркнул он, злобно покосившись на молодую серую выдру - очевидно, Линду - поспешившую на капитанский мостик. В скале открывался узкий проход из которого начали пробиваться отсветы факела. Наш спутник-выдра как будто встревожился, услышав нестройный перестук деревяшки. Однако я, услышав его, вздохнул с облегчением. "Амброуз! Мы здесь." -Я уже понял, Монти, спасибо, - проворчал бурый крыс, показываясь из-за поворота. - А где корабль-то ваш? "Пока ушел швартоваться, куда вы там планировали его швартовать." -А ну ясно... На вас напали, так? "По пути на Зеленый Остров," - я был рад его привычной осведомленности и, коротко пересказав ему историю Ядвииги, по обыкновению засыпал встречными вопросами. -А на нас и не нападали, можно сказать. Просто помешанный кот устроил пожар на Торговой Площади — Гильдия торговая нас, ясное дело, позвала на помощь. Когда весь Совет бросился на помощь, коты вырезали остатки стражи и заперлись внутри. Так и сидят там... Время от времени выбираются и грабят город, отвоевывают по кускам. Я спросил, кто из Совета остался в живых. Амброуз невесело заржал. -Ты не поверишь, но покамест все живы-здоровы! Даже Щучья Лапа: засела у Винса на работе и там встречный заговор плетет, против кота нерожденного. Только после ее прокола с казной успехи у нее так себе. Десять кораблей. Сундуки с золотом. "Виигу перекупает пиратов?" -Угу. И лиса нашего призывает найти, да только Гвидо не сидит подолгу на одном месте... Хьюго, где-то он сейчас? Выдра пробучал что-то невнятное про то, что лис не велел говорить. -Ну и как же мы тогда его найдем? Хьюго Лагунный промычал что-то уж совсем невнятное. На миг наши глаза встретились, и в них я прочитал чуть больше. Он не ждал Амброуза. Это не было частью плана. Зверь Гвидо ему не доверяет. -Я тебя спрашиваю, олух! - громко, отчеканивая каждое слово, крикнул Амброуз, словно обращаясь к Биллу-Великокрысу. - Где Гвидо?!… Ты, должно быть, обдурить нас хочешь? Хочешь повернутому коту продать, да, выдра? Нерожденный, проникший под видом посла… Хлесткая пощечина. -Я задал вопрос! Если ты…Ох-хохо, клянусь клыками, если я прав… Я потерял лапу, глаз и хвост в бою с этой тварью! Я спасал от него Мэйса, когда Сучья Лапа устроила нелегальную торговлю оружием, а отвечать перед Фелесом пришлось ему!! Я все отдал, я… Отдал честь. Предал всех. "Амброуз," - меня затошнило. - "Ты видел его." -Что? "Ты видел его во время визита на Зеленый Остров. А еще ты пересекался с Вилле, нерожденным. Ты знал, что Вилле и Виигу — один и тот же кот. Видел врага в двух лицах. И молчал... Сволочь." Звип! Такой неказистый, с сонной, вытянутой, как у ишака, мордой — он оказался невероятно, проворен: короткая абордажная сабля словно сама вынырнула из ножен, прошив Хьюго Лагунного насквозь. Я отскочил прочь - бежать! бежать прочь! - но нож, выхваченный из-за пояса мертвой выдры настиг меня уже через пять шагов. Убил моего брата. Обоих братьев. И меня убьет. Шаги приближаются. Нож вошел в бедро по рукоять, кровь стекала по ноге ручьями, невозможно согнуть. Больно. Амброуз коснулся моего носа обагренным острием сабли. В другой его лапе по-прежнему зажат факел. От пламени молочно-белый левый глаз кажется желтым, а правый, черный, похож на нору какого-то жуткого насекомого. Я чувствовал, как теряю сознание. -Братишкам привет передавай... -Нет! Стой! Так нельзя! Кот сшибает Амброуза с ног, выхватывает факел, пинком отшвыривает саблю. Идет ко мне. Наверное такие глаза и есть у смерти — выпученные янтарные глаза…