Великая жертва

— Феликс, можно? — Гилберт заглянул в кабинет. Лукашевич сидел за столом, разложив перед собой документы, то ли для красоты, то ли для того, что сравнить их. — Этот зануда наконец-то ушел? — с надеждой спросил он. — Я уже тотально подумал, что он сюда жить типа переехал. — Ушел. — Гилберт улыбнулся. — Так почему ты не хочешь перебираться ко мне? — Хочу. Просто я хотел подождать, пока этот джентльмен тотально свалит. Опять начнет разглагольствовать об этике и эстетике... прическа у меня типа женская... ха! У самого тотальное воронье гнездо на башке! — блондин сложил все документы обратно в стопку и виновато посмотрел на друга: — Я типа не хотел подслушивать... Просто услышал, что вы заговорили о Стефане, и мне стало тотально интересно, что даже тот чувак, которого мы встречали лишь однажды в суде, когда относили протоколы, давно знает того, кого я встретил типа только в этом месяце. — Он его не знает, он за ним бегает. Причем очень давно, просто Стефан его не переваривает именно из-за его чопорности, — Гилберт обнял Феликса. — А что ему типа надо от Стефана? — удивился Лукашевич. — Он маг, но общаться с ним не горят желанием. На этот раз у Феликс возникли противоречивые мысли по этому поводу. — Но если это типа его мечта, то почему ему тотально запрещают только потому, что он зануда? Это несправедливо. Быть может он изменится, когда его тотально признают? — Не исключено​, поэтому я и хочу поговорить со Стефаном. — Ты тотально добрый. Всем-всем помогаешь, — улыбнулся блондин. — Это не доброта. Это прагматичность. — Гилберт присел на стол. — Называй как хочешь, но дело тотально доброе, — Лукашевич вопросительно посмотрел на Байльшмидта, который проигнорировал стул, стоящий рядом. — Идем в наш кабинет? — Пошли, только типа мне тотально нужно работать, иначе я тотально до конца месяца из всей этой документации тотально не выберусь. А еще надо тотально обзвонить потерпевших, — сразу предупредил Феликс. — Так что если будешь обниматься, то молча, окей? — Ооо дааа! — Гилберту это и нужно было. — Тогда пошли. Лукашевич взял все документы и пошел в соседний кабинет следом за альбиносом. — Телефон в твоем распоряжении, — Гилберт пододвинул аппарат к Феликсу. — Понятное дело. Тебе ведь сегодня он для работы тотально не нужен, так ведь? Блондин разложил на столе документы и заметил папку с делами о пропавших людях. — Потому что всех уже обзвонил. Хочешь почитать? — Гилберт подал ему папку. Лукашевич молча разглядывал фотографию девушки, а потом перелистнул страницу. — Значит я не ошибся, — хмыкнул он, глядя на фотографию мальчика. — Это действительно они. — Ты сейчас о ком? — не понял Байльшмидт. — Они ходили в тот же костел, что и я. Садились на скамью ближе к органу. А после мессы мальчик всегда говорил своей сестре, что хочет петь в хоре, когда вырастет, — Феликс чуть склонил голову. — Вот только они перестали ходить в костел еще в конце прошлой зимы. — Как раз тогда и пропали, — Гилберт​ посмотрел на дату. — Им повезло, что дело у нас. — Ты найдешь их? — с надеждой спросил Лукашевич. — Уже нашел. Малыш у Стефана, на счет девушки не знаю. Завтра мальчишку привезу в санаторий. — А что они тотально забыли у него? Ты ведь говорил, что вы со Стефаном помогаете проститутке и ее... погоди-ка... — не веря своим догадкам, блондин в шоке уставился на Гилберта. — Жизнь такая штука. Жаль, что для нее все так обернулось, но с другой стороны Скотт от нее без ума, — Гилберт погладил его по руке. — Я не знаю, кто этот Скотт. Без ума он или с умом — мне тотально без разницы, — Феликс захлопнул папку. — Просто я бы тотально никогда не подумал, что для такой хорошей пани может все так тотально обернутся. Что случилось с ней? — Похитили брата... — Гилберт уставился в окно. — Но для чего? Что она им сделала? — Неординарная внешность плюс желание оберегать брата. Лукашевич понял, что альбинос сейчас говорит вовсе не об этой девушке. Ничего неординарного в ней не было, а вот в Гилберте... — А может кому-то случайно дорожку тотально перебежала? — А вот этого я не знаю, нужно с ней говорить. Только вот я думаю оставить ее имя, а Артур настаивает на новом. — Это вы решите тотально вместе с ней, — блондин вздохнул, собираясь с силами, и придвинул к себе всякие заявления и телефон. — Ага, вот только всю веру она растеряла. Как я ее понимаю. — Она ее вернет. Сейчас, когда вы тотально спасете ее и ее больше ничто не будет беспокоить, она тотально снова поверит, — блондин смотрел на текст заявлений, будто сосредоточился на работе. Вот только мысли у него были совсем другими: "Жаль, что тебя не спасли". Гилберт стал писать бумажки к делу о пропавших. Они работали молча более двух часов. За окном мчались машины, стрекотали от напряжения провода над трамвайными путями. Не было тишины, но было помогающее сосредоточится спокойствие. — Пора попить кофе, — Гилберт оторвался от бумаг. Блондин кивнул, откладывая ручку и потирая глаза. — Тотально. Еще два с половиной часа, полные обзвона незнакомых людей, тотально требует энергии. Гилберт поставил перед ним кофе и круассаны. — Начинка шоколадная. — Спасибо, — поблагодарил Феликс. Небольшой перекус прибавил энергии обоим. Гилберт опять сел за бумаги.