Господа Лунатик,Бродяга,Сохатый и Хвост

      Жизнь в школе чародейства и волшебства Хогвартс била ключом.       Дни сменяли друг друга с поразительной скоростью. Первокурсники всё увереннее ориентировались в бесконечных коридорах замка, всё реже путались в расписании и всё больше чувствовали себя дома. Они с восторгом изучали Хогвартс и его окрестности. Осваивали магию. Заводили друзей. Спорили. Мирились. Получали первые похвалы преподавателей и первые взыскания. Учились летать на мётлах. Варить зелья. Превращать спички в иголки. И с каждым днём всё сильнее убеждались в том, что попали в самое удивительное место на свете.Казалось, впереди целая вечность. Семь лет приключений. Семь лет открытий. Семь лет магии. И каждый из них мечтал однажды стать великим волшебником.       Ремус Люпин был благодарен судьбе за этот шанс.       За возможность находиться в древних стенах Хогвартса. Изучать магию. Спать в спальне вместе с другими мальчишками. Сидеть за одним столом с сотнями учеников. Слушать лекции профессоров. Жить обычной жизнью. Для большинства детей всё это было чем-то само собой разумеющимся. Для Ремуса — настоящим чудом.       Раньше он не смел даже мечтать о подобном. Ведь почти всю жизнь он провёл в одиночестве. И дело было вовсе не в том, что он не любил людей. Совсем наоборот. Ремус был любознательным, весёлым и общительным ребёнком. Ему хотелось бегать с другими мальчишками по улицам. Играть. Смеяться. Спорить. Заводить друзей. Но он не мог.       Потому что был оборотнем. Стоило людям узнать правду, как в их глазах появлялся страх. Иногда жалость. Иногда отвращение. Но никогда — желание дружить. Поэтому со временем Ремус привык держаться в стороне. Так было проще.       Не подпускать никого близко.       Не привязываться.       Не надеяться.       А потом в их дом пришёл Альбус Дамблдор. Ремус до сих пор помнил тот вечер. Помнил встревоженное лицо матери. Помнил напряжённого отца. И спокойный голос директора Хогвартса.       — Ваш сын будет учиться в Хогвартсе.       Всего одна фраза. Но именно она изменила его жизнь.       — Я знаю, кто он. И приму все необходимые меры безопасности.       Дамблдор тогда говорил спокойно и уверенно. Словно речь шла о чём-то совершенно обычном.       — Маг должен учиться магии.       Ремус опустил глаза.       Он до сих пор не мог поверить, что кто-то произнёс эти слова. Что кто-то увидел в нём не чудовище. Не угрозу. Не проблему. А просто ребёнка. Конечно, родители долго сомневались. Их можно было понять. Они боялись. За него. За других детей. За то, что может случиться. Но в конце концов согласились.Потому что любили своего сына и хотели для него счастья.       Ремус поднял взгляд к потолку и едва заметно улыбнулся. Даже если его счастье продлится всего несколько лет. Даже если однажды всё закончится. Он всё равно будет благодарен. За Хогвартс. За этот шанс. И за человека, который однажды решил поверить в него.       Вот и сейчас Ремус стоял в спальне Гриффиндора и в очередной раз мысленно благодарил директора. За этот шанс. За возможность быть здесь. За возможность хотя бы ненадолго почувствовать себя обычным ребёнком.       — Эй, Люпин!       Дверь спальни распахнулась. В комнату буквально влетел Джеймс Поттер. Его карие глаза горели знакомым лихорадочным блеском. Таким блеском, который обычно означал очередную авантюру.       — Там скоро тренировка по квиддичу начнётся! — выпалил он. — Пойдёшь с нами? Он уже накинул на плечи тёплую мантию и теперь нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Словно ответ нужно было дать прямо сейчас.       Ремус замер. На секунду ему отчаянно захотелось сказать «да». Очень захотелось. Пойти вместе с ними. Посмотреть тренировку. Послушать, как Джеймс будет восхищаться ловцами. Посмеяться над шутками Сириуса. Просто побыть рядом.Как обычный мальчишка. Как друг. Но тут же в голове всплыли слова отца.       Будь осторожнее.       Не привязывайся.       Люди не поймут.       Когда-нибудь они узнают правду.       И тогда будет больнее.       Ремус опустил взгляд.       — Э-э…       Джеймс терпеливо ждал.       — Нет, спасибо.       Слова дались неожиданно тяжело.       — Я пойду в библиотеку.       Улыбка Поттера слегка померкла. Совсем чуть-чуть. Но Ремус всё равно это заметил.       — Мне ещё эссе по зельям писать. И трансфигурацию читать.       Несколько секунд Джеймс молчал. Потом пожал плечами.       — Как знаешь. — Он попытался сказать это безразлично. Но в голосе всё равно промелькнуло разочарование. И от этого Ремусу стало ещё хуже.       — Ладно.       Поттер направился к выходу. У самой двери он обернулся.       — Если передумаешь — приходи. — И он улыбнулся. Так просто. Так искренне. Словно отказ ничего не изменил. Словно он действительно будет рад его видеть. Ремус почувствовал неприятный укол совести.       — Сириус! — крикнул Джеймс, сбегая по лестнице. — Давай быстрее! А то всё пропустим!       Снизу тут же донеслось возмущённое:       — Я ищу шарф!       — Ты ищешь его уже десять минут!       — Потому что кто-то его спрятал!       — Потому что кто-то постоянно всё разбрасывает!       Ремус невольно улыбнулся. Ему нравились и Поттер, и Блэк. Нравились их бесконечная энергия и способность находить приключения буквально на ровном месте. Нравилось, как Джеймс всегда говорил то, что думал. Нравилось, как Сириус смеялся. Нравилось, что рядом с ними становилось легко. Словно все проблемы вдруг отступали куда-то далеко.Но потом всё равно возвращались.       Ремус отвёл взгляд к окну. Как бы он хотел быть таким же. Беззаботно смеяться. Спорить о квиддиче. Нарушать правила. Планировать ночные вылазки по замку. Дружить. По-настоящему дружить. Не думать о приближающемся полнолунии. Не считать дни до очередного превращения. Не бояться, что кто-нибудь узнает правду. Быть обычным мальчишкой. С обычными проблемами. Но увы. Судьба распорядилась иначе. Именно поэтому он и держался особняком. Так было проще. Потому что однажды правда всё равно выйдет наружу. И тогда они посмотрят на него так же, как смотрели все остальные. Со страхом. Или жалостью. Ремус боялся этого больше всего на свете.       Он тяжело вздохнул и закинул сумку на плечо. Раз уж соврал про домашнее задание, придётся действительно идти его делать. А потом можно взять в библиотеке какую-нибудь книгу. Читать Ремус любил всегда. С самого детства. Книги никогда не задавали неудобных вопросов. Порой ему казалось, что именно они и были его единственными друзьями.       Из спальни он вышел один. Но уже через несколько минут заметил рядом Питера Петтигрю. Тот шёл чуть позади, словно опасаясь помешать. Тихий. Незаметный. Молчаливый. Питер почти ничего не спрашивал. Не лез в душу. Не пытался разговорить его любой ценой. И за это Ремус был ему благодарен. Поэтому, когда Петтигрю поравнялся с ним, Ремус лишь слегка улыбнулся. Питер улыбнулся в ответ.       — Не против? — спросил Питер, когда они вышли из гостиной.       Ремус посмотрел на него. Петтигрю выглядел немного смущённым. Словно боялся услышать отказ.       — Конечно нет, — отозвался Люпин.       Они не спеша двинулись в сторону библиотеки. Некоторое время оба молчали. Ремуса это вполне устраивало. Питер не пытался вытянуть из него разговор. Не задавал лишних вопросов. Не лез туда, куда его не просили. Пожалуй, именно поэтому рядом с ним было спокойно.       — Ремус, — наконец произнёс Петтигрю спустя несколько минут.       — Да?       — Не поможешь мне с трансфигурацией? Я там немного запутался.       Ремус невольно улыбнулся. Трансфигурация давалась ему легко.       — Помогу.       — Правда? — Питер заметно оживился.       — Конечно.       — Спасибо.       После этого он снова замолчал. И почему-то это молчание совсем не тяготило. Ремус поймал себя на мысли, что рад компании.Пусть даже такой. Нет, Питер не был его другом. По крайней мере пока. Просто однокурсник. Такой же тихий и немного потерянный мальчик, каким иногда чувствовал себя он сам. Наверное, именно поэтому они и начали общаться. Их разговоры редко выходили за пределы домашних заданий, уроков и преподавателей. Но обоих это вполне устраивало. Питер не требовал откровенности. А Ремус не был готов её дать. Поэтому они просто шли рядом по освещённому факелами коридору. И впервые за долгое время Люпин почувствовал, что одиночество стало чуть менее тяжёлым.       В библиотеке было тихо. Лишь шелест страниц, скрип перьев да негромкое покашливание мадам Пинс нарушали тишину. За длинными столами сидели ученики. Кто-то писал эссе. Кто-то читал учебники. Кто-то отчаянно пытался закончить домашнее задание до ужина.       С одного из столов им помахала Лили Эванс. Рядом с ней сидели Марлин Маккиннон и Алиса Стоун.       — Привет! — лучезарно улыбнулась Лили.       — Привет, — отозвался Ремус. Питер лишь смущённо кивнул.       Люпин заметил разложенные на столе учебники и свитки пергамента.       — Делаете зелья?       — Да, — ответила Алиса, сдувая с глаз непослушную чёлку. — Слизнорт же разрешил работать в группах.       — А хотите с нами? — неожиданно предложила Лили. Она заметила заинтересованный взгляд Питера и немного подвинулась, освобождая место. — Мы только начали. Так что ничего не пропустите.       Питер тут же радостно закивал. Ремус замер. Сердце неприятно кольнуло. Это же не считается, правда? Они просто делают домашнее задание. Это не дружба. Не привязанность. Не то, чего он так старательно избегал. Просто совместная работа. Ничего больше. Ничего страшного. Ничего опасного.       — Рем?       Он вздрогнул. Лили смотрела на него с лёгким беспокойством. Её ярко-зелёные глаза словно пытались понять, о чём он сейчас думает.       — Всё хорошо?       — Да. — Ремус быстро отвёл взгляд. — Всё хорошо. — Он сел рядом с Питером. — Давайте уже работать. Какие у вас есть наработки?       Лили улыбнулась. Марлин тут же подвинула к нему свои записи. Алиса достала черновик. Питер открыл учебник. Через несколько минут все пятеро уже склонились над пергаментами, обсуждая свойства ингредиентов и споря о формулировках.       В какой-то момент Марлин пошутила. Лили засмеялась. Даже Питер улыбнулся. Ремус поймал себя на том, что улыбается вместе с ними. И замер. Потому что вдруг понял одну простую вещь. Сейчас никто не смотрел на него с опаской. Никто не боялся его. Никто не видел в нём чудовище. Для них он был просто Ремусом Люпиным. Обычным первокурсником. Таким же, как все остальные. И от этой мысли почему-то стало одновременно тепло и больно. Тепло — потому что именно об этом он мечтал всю жизнь. Больно — потому что он не был таким. Но впервые за долгое время Ремус позволил себе не думать об этом. Хотя бы несколько минут. Хотя бы один вечер. И именно в этот момент он вдруг почувствовал себя совершенно обычным мальчишкой.       

       ***

      — Ну кто так кидает?! — Сириус вскочил со скамьи и возмущённо всплеснул руками. — Сильнее надо! Закручивай ты этот квоффл!       — Они тебя не слышат.       — Это не мешает мне говорить очевидные вещи.       Джеймс рассмеялся. Они сидели на трибуне и во все глаза следили за тренировкой сборной Гриффиндора по квиддичу.       День выдался на удивление тёплым для октября. Ярко светило солнце. Над полем гулял лёгкий ветер. А в небе то и дело проносились игроки в алых мантиях.       Сириус провожал каждый манёвр таким взглядом, словно сам находился сейчас на метле.       — Эх… — Он тяжело вздохнул. — Жалко, что в команду только со следующего года можно пробоваться.       Квоффл красиво ушёл от одного охотника к другому.       — Я бы хотел играть за охотника.       — А я за ловца, — тут же отозвался Джеймс.       — Даже не сомневался.       — Что ты хочешь этим сказать?       — То, что ты бы гонялся за снитчем, даже если бы он был размером с дракона.       — И поймал бы.       — Самоуверенный павлин.       — Завидуй молча.       Сириус фыркнул.       Несколько секунд друзья молча наблюдали за тренировкой. Высоко над полем пролетел один из игроков. Джеймс проводил его взглядом. И вдруг грустно вздохнул.       — И полетать нельзя.       — Вот это действительно жестоко.       — На Рождество дома налетаюсь. — Глаза Поттера тут же загорелись. — Родители обещали подарить новую метлу.       — Правда?!       — Ага!       — Какую?       — Пока не говорят.       — Изверги.       — Полностью согласен.       Джеймс улыбнулся. Перед глазами вдруг всплыла Годрикова Впадина. Небольшие домики. Знакомые улицы. Старый сад возле дома. Летнее небо. И метла под ногами.       — У нас, конечно, тоже нельзя летать слишком высоко, — сказал он. — Но все летают.       — Все?       — Почти. — Поттер усмехнулся. — В Годриковой Впадине половина жителей — волшебники.       — Серьёзно?       — Ага.       — И маглы ничего не замечают?       — Замечают. — Джеймс рассмеялся. — Ну, или делают вид, что не замечают.       — Умные люди.       — Иногда мне кажется, они давно обо всём догадались.       Сириус задумчиво посмотрел на друга. Он никогда не слышал, чтобы кто-то рассказывал о доме с такой теплотой.        — Я тут останусь. — Сириус произнёс это тихо, не отрывая взгляда от поля. — Не хочу домой.       Улыбка медленно исчезла с лица Джеймса.       — Как так? — Он искренне не понимал. Домой хотели все. Ну или почти все.       Сириус некоторое время молчал. Ветер растрепал его тёмные волосы.       — Моя семья ненавидит меня за то, что я поступил на Гриффиндор.       Сказано это было спокойно. Слишком спокойно. Словно он повторял эти слова уже много раз. Но Джеймс всё равно услышал боль. И от этого внутри неприятно сжалось. За последние месяцы Сириус стал для него больше, чем просто другом. Он стал братом. Тем самым братом, которого у Джеймса никогда не было. И сейчас ему отчаянно хотелось сделать хоть что-нибудь. Исправить. Помочь. Защитить.       — Как это? — В голосе Поттера прозвучало искреннее потрясение.       — Очень просто. — Сириус невесело усмехнулся. — Все Блэки учились на Слизерине. - Он поднял небольшой камешек и бросил его вниз с трибуны. — А потом появился я.       — И?       — И оказался неправильным Блэком.       — Таких не бывает. - Джеймс нахмурился.       — Поверь, в моей семье бывают. - Сириус отвернулся. — Белой вороной я был с самого рождения. А теперь окончательно всех разочаровал.       Несколько секунд оба молчали. Где-то над полем раздались радостные крики игроков. Но здесь, на трибуне, вдруг стало удивительно тихо. Джеймс смотрел на друга и никак не мог понять. Как можно злиться на человека за факультет? Как можно не радоваться тому, что твой сын счастлив? Как можно не гордиться Сириусом? Для него это было совершенно чуждо. И вдруг его осенило.       — Тогда ты поедешь ко мне.       Сириус моргнул.       — Что?       — На Рождество. - Джеймс говорил так, словно это было самым очевидным решением на свете. — Я уверен, мама и папа будут только рады.       На лице Сириуса невольно появилась улыбка. Совсем маленькая. Почти незаметная.Ему действительно нравилась Дорея Поттер. Да и Карлус был совсем не похож на его собственных родителей. Но… Сириус покачал головой. Он слишком хорошо знал, что такое быть обузой.       — Давай поговорим об этом потом?       — Почему?       — Потому что ты опять несёшься вперёд быстрее Хогвартс-экспресса.       — Это талант. - Джеймс рассмеялся.       — Это диагноз.       — Возможно.       Они снова посмотрели на поле.       Сириус улыбался. И впервые за долгое время мысль о Рождестве не казалась ему такой уж ужасной. Хотя до него действительно оставалось ещё два месяца.        — У нас есть и другие проблемы. Да вон же снитч, ты что слепой что ли?! — воскликнул Джеймс потрясая рукой и указывая на маленький золотой мячик. — Я в очках, и то его вижу!        — Ты что-то говорил про проблемы? — напомнил тому Блэк.        — Ах да. — спохватился Джим. — Точно. Только не проблемы, а проблема. И зовут эту проблему Ремус Люпин.        — А что с ним не так?        — Я хочу с ним подружиться. Пусть он будет с нами. А что, парень вроде неплохой. Вот только скрытный и себе на уме. И шугается всех. Неделю назад он от меня убежал, когда я предложил вместе пойти на завтрак. Странный он какой-то. И я бы очень хотел узнать причину этих странностей.        — От великого Джеймса Поттера кто-то убежал? Конец света близок. — рассмеялся Сириус. — А вообще я с тобой согласен. Было бы здорово подружиться с ним. Он бы помогал нас с шалостями и покрывал может быть нас. Ну и мы его. Были бы друг за друга горой. Да и умный он. Учится хорошо. Все профессора от него в восторге. Может будет помогать нам с домашней работой, если что.        — Красиво звучит. — улыбнулся Джим наблюдая затем как команда дружно спускается на землю и подходит к капитану. После нескольких фраз и кивков все разошлись, а капитан направился прямо к ним.        — Эй малышня! — крикнул он подойдя к трибунам и лукаво смотря на них снизу вверх.       Сириус и Джеймс оскорбленно переглянулись. Для своего возраста они были достаточно высокими.Они нахмурились и спустившись вниз грозно, как им показалось посмотрели на четверокурсника. Тот слегка рассмеялся глядя на их грозные лица.        — Я Майкл Норд. Капитан сборной Гриффиндора. Мы слышали ваши, так сказать, комментарии. Первокурсники виновато опустили головы. Как бы им сейчас вообще не запретили смотреть тренировки любимой сборной. Этого мальчишки хотели меньше всего. Лучше уж потерять баллы, чем лишиться возможности смотреть квиддич. Баллы всегда можно заработать. Страшного в этом ничего нет. Ну разве что, Эванс опять пилить будет… А вот квиддич, это же жизнь!        — И я хочу сказать, что что-то в них есть. Мне понравилось. Некоторые члены нашей команды играют последний год. Так что, на следующий год, добро пожаловать. Я бы очень хотел видеть вас в команде. Джеймс и Сириус подняли головы и горящими глазами посмотрели на Норда. Неужели их не ругают, а наоборот?        — А какие вакансии? — спросил Джеймс слегка дрожащим от волнения голосом. Ведь он всегда мечтал играть.        — Да, кто нужен будет? — поддакнул Сириус.        — Охотник и Ловец. — отозвался Норд. — Ладно, мне пора. Жду вас в следующем году, а пока тренируетесь.        — Спасибо! — дружно сказали ребята смотря ему вслед.        — Тренируетесь! — крикнул им Майкл и скрылся в замке. Несколько минут они стояли в полной тишине, смотря на залитый осенним солнцем замок. Они и поверить не могли, что сам капитан пригласил их в команду. Они стояли и в уме уже видели себя на метле и в разных матчах… От такой шикарной картины лица мальчишек растянулись в радостной улыбке. Ребята пошли в школу и многие на них оборачивались, ведь от них разило счастьем за километры. Перед башней Гриффиндора они остановились.        — Слушай, я тут подумал. — Сириус взъерошил волосы и посмотрел на друга. — надо с Люпиным просто поговорить. В нашей спальне. Сказать ему, что мы против него ничего не имеем, что не обидим его, ну и всё такое в этом же духе.        — Согласен. — кивнул Поттер. — прямо сейчас?        — А чего тянуть гиппогрифа за хвост? Давай прямо сейчас. Если он в библиотеке, подождем и всё.        — Точно. — весело кивнул Поттер. — львиное сердце. — сказал он пароль. Проем открылся и ребята войдя в гостиную поспешили в свою спальню. Там как они и предполагали никого не было. Лишь тишина, да из открытого окна было слышно как поют птицы в Запретном лесу. Ребята легли на свои кровати и приготовились ждать, морально готовясь к предстоящему разговору.