Любовь и лёд

***

Вся моя жизнь — Фигурное катание. Это всегда было так. Я фигуристка, и люблю этот чёртов лёд, который кажется твоим другом, но это твой главный враг. Он подставит тебя в самый важный момент, он заставит остановиться, а если ты не захочешь, опустит к себе, и ты упадёшь… а сможешь ли подняться? Я смогу.

наверное…

Вторник. Ночная пелена давно окутала город. Зимняя метель стучалась в окно, напоминая о существовании внешнего мира. Запотевшее зеркало ванной комнаты отражало оголенную спину девушки, сидевшую в полной воды ванной. Ее сгорбленная осанка говорила о тяжелом внутреннем состоянии. Она сминала пальцы ног и томно вздыхала. Последний чемпионат, и по совместительству ее дебют во взрослой категории, стал для нее настоящим провалом. С треском провалившись на последнее место, она завершила прошлогодний сезон. Ей было всего шестнадцать, она только дебютировала в этой группе, показав худшее выступление французской сборной по фигурному катанию. Травма руки. А все дело в том, что недостаточно она поверила в себя. Напрочь сдалась, еще ничего не начиная. С сожалением покинув тренера, она вернулась к семье в отдаленный Прованс. Возможно это было бы ее концом. Но отец ошарашил семейство новостью. Он связался с матерью, и она сказала, что поможет встать его дочери на ноги. Так София вернулась на родину, спустя десяток лет. Встретилась с бабушкой, которая когда-то покорила весь мир своими танцами, став примой балериной Большого театра. Нескончаемые тренировки под руководством Лилии, помогли вернуться в прежнюю форму. Частные уроки Якова по ночам, в закрытом для всех Ледовом дворце, привили выносливости. Ежедневные культурные вечера, чтение вслух, посещение спектаклей, балетов, оркестров и опер, художественные выставки, уроки театрального мастерства дали свои плоды. Постепенно чувства раскрывались в лучшем своем проявлении. В России она будто вернулась к жизни. Она вставала в шесть утра, завтракала и начинала свой путь совершенствования. Эти пол года пролетели словно миг. И вот настал день, когда девушка открыто попала в команду российских фигуристов, успешно заявив о себе. Этот день она не забудет никогда. Как смотрели на нее другие фигуристы, как дедушка с бабушкой гордились ей, видя результат упорной работы. Как ей самой было приятно. Теперь оставалось лишь держать планку, и ни за что не сдаваться. Посмотрев на свои обмякшие пальцы, София поняла, что пора выбираться. Обернувшись большим махровым полотенцем, она вышла из ванной. С первого этажа, огромного особняка Госпожи Барановской, доносились восторженные голоса, мотивы первого концерта Чайковского и звон бокалов. Сегодня, ее родители вновь покидают Россию. Отец возвращается к работе, а мама, как его коллега по фирме, не может больше приглядывать за дочерью. С этого дня, девушке придется справляться самой. Как пару лет назад, когда она только попала в сборную Франции, как выдающийся Юниор. Войдя в свою комнату, она надела огромную футболку с изображением флага СССР, и плюхнулась на кровать. Это был слишком длинный путь, чтобы так все бросать. Пришло время взять себя в руки, и наконец-то исполнить свою мечту. Девушка провалилась в сон до самого утра. А вот Юре не спалось. Переворачиваясь с одного бока на другой, он все никак не мог заснуть. Царство Морфея не хотело впускать фигуриста в свои невесомые дали. Слишком много мыслей поселилось у него в голове. Выругавшись, он взял в руки телефон и начал искать все прокаты новоиспеченной фигуристки. Самым популярным было видео с прошлогоднего сезона. Все комментарии были пропитаны сожалением. Множество пользователей писали, что девушке не стоит сдаваться, что провалы бывают у всех. Парень понял, что выступление будет ужасным. Нажав на кнопку проигрывания, перед ним замелькали обложки чемпионата. На лед выехала девушка и стала в стойку. Полилась музыка. Начало было красивым. Чувства, техника, все при ней. Все как надо. Вдруг, при выходе из тулупа, фигуристка цепляется о лед и падает, сразу поднимаясь. Плисецкий жмурится, от испуга. Прокат продолжается. Два удачных прыжка. Зал рукоплещет. Начинается заход на тройной аксель. Юра сжимает подушку, замирая от нервов. Спортсменка выходит из прыжка, вновь падая на ту же руку. По ней видно, что боль пронзает до костей. Неожиданно, камера начинает снимать ушибленное место. Тонкой струей, кровавая дорожка просочилась из-под рукава купальника. Открытый перелом. Плисецкий останавливает видео, и выкидывает телефон, давая себе отдышаться. Для фигуриста это видело настоящий фильм ужасов. Больная нога начала ныть, вызывая очередной приступ боли. Спустя пару мнгновений, блондин возвращается к просмотру. София не сходит со льда, продолжая программу с сильнейшей травмой. Еще на моменте перелома программа должна была закончиться, но если спортсмен не сходит со льда до конца, то он продолжает учавствовать. Судьи подпрыгивают с мест. Она все катится и катится. Слезы застыли в глазах. Мелодия утихает и девушка падает под оглушительные крики зала. Наконец, репортаж прерывается. Еще долго Плисецкий не мог отойти от увиденного. Время близится к середине ночи, но Юрий не планирует спать. Его голову заполоняют видео, фотографии… Он досконально изучает всю информацию, которая есть на просторах интернета. Баранова кажется холодной, неприступной ледышкой, хотя в ней горит пламя надежды, которое все больше и больше разгорается с каждым днем. Казалось, он посмотрел все, что мог, но тут парню попался инстаграмм юной особы. b_a_r_a_s_h_s_k_a_t_e — Что за ник? — Воскликнул фигурист. — Кто так пишет… — Усмехнувшись, он продолжил изучать снимки. Везде девушка улыбалась, окруженная другими спортсменами, фанатами и Отабеком? Блондин подскочил на месте. Что его друг забыл с этой лягушатницей?! На многих фотографиях с ней стояли родители и мужчина, обнимавший фигуристку, показался парню знакомым. Как будто он когда-то встречал его. Блондин надолго завис на просмотре фотографий. В эту ночь, что-то изменилось в голове парня. Какая-то шестеренка начала движение. В будущем, она повлияет на всю его жизнь. На улице начинало светать. Новое зимнее утро наступало в городе, пробуждая Петербуржцев для начала нового дня.

***

Запах деревянного пола в балетном зале всегда напоминал детство. Часы проводимые за отработкой точности движений, всегда отпечатывались в памяти. Вьюга не утихала. Тысячи снежинок врезались в окно, оставаясь в хороводе причудливых узоров. Старые чугунные батареи грели от души, от чего было невыносимо душно. Маленький увлажнитель воздуха еле справлялся со своей задачей. Юная девушка, держась за станок, выводила круговые движения идеально вытянутым носком. Лилия внимательно наблюдала за происходящим. Урок длился уже около получаса, а второго «виновника торжества» так и не было. Прошло еще немного времени, после чего огромная деревянная дверь скрипнула, и из-за нее показалась мужская фигура. Классическая музыка прервалась, погружая помещение в гробовую тишину. Барановская положила веер на стул и сложила руки на груди. — Юрий! — Громко воскликнула женщина. — Ты опоздал на сорок минут! — Ой как пылала от ярости балерина. Больше всего в жизни она ненавидела отсутствие дисциплины и опоздания. — Мне стоит выгнать тебя? Или ты удосужишься объяснить, что на этот раз у тебя случилось?! — Блондин все же зашел внутрь, ставя сумку около зеркала. — Лилия Игоревна… — Неуверенно начал фигурист. Вот так. Один промах, и даже для наглющего Плисецкого, Барановская превращается в Лилию Игоревну. — Я…Эээ… Отвечу вам честно, проспал. — Как только он закончил говорить, в него прилетела пуанта. Это обычное событие для мира танца. В тебя прилетают различные предметы, от предметов гардероба, до травмоопасных термоса и стула. — Еще одно опоздание Плисецкий, и ты будешь искать другого хореографа! Я трачу свое время на неблагодарных подростков! — Женщина присела на стул и поднесла руку ко лбу. — Встал к станку! Урок продолжался без происшествий, потому что Юра, больше Якова, боялся только Лилию. Эта балерина была самым жутким человеком, которого ему доводилось встречать. Такой смеси строгости и интеллегентности он никогда не идел. Все же Лилия больше больше 30 лет преподавала с балетной академии Большого театра. А как правило в искусстве стать авторитетом возможно только с подобным характером. Во время гранд-плие парень запнулся и пошатнувшись, чуть не упал. Закатив глаза, он приготовился молиться. — Стоп, стоп, стоп! — Барановская бросила в спортсмена вторую пуанту за сегодня. — Что с тобой? Где ты витаешь? Соберись! Это движение нежное, текучее, посмотри на свои ноги! Все это время София стояла с невозмутимым лицом, стараясь над каждым движением. На фоне явного недосыпа, криков Барановской, и обмякшего тела, ее выражение лица просто раздраконило блондина. Во время парного элемента, он максимально близко наклонился к девушке, от чего она испуганно дернулась. — Это все из-за тебя! — Прошипел Юра сквозь зубы, нахмуривая брови. — Что? — Так же тихо спросила девушка, боясь быть услышанной бабушкой. Несмотря на родство, поблажек не было. Никому. — Ничего, лягушатница… — Уж лучше он вообще ничего не будет говорить. Пошло оно все к черту! Блондин со злости наклонился назад, выполняя следующий элемент. Его спина почти коснулась пола, когда Лилия вновь воскликнула. — Вот! Растягивайся! А то как истукан среди индейцев! — Сравнения этой женщины всегда вызывали смешок у фигуристки. Легкая улыбка озарила хмурое личико. Слух парня уловил тихий смех, от чего тот скривился. Прошло еще около получаса. Лилия объявила о том, что подготавливать программу ребята будут самостоятельно, и что она отлучится на некоторое время, оставляя эту взрывную парочку наедине. Как только тяжелая дверь балетного зала хлопнула, спортсмен упал на пол, жадно хватая воздух. — Вот же заебала старая! — Не стесняясь в выражениях, начал Плисецкий. София удивленно распахнула глаза. — Что, впервые мат русский слышишь? Че вылупилась? — В ответ только глухое молчание. — Я с тобой разговариваю! — Блондин подорвался с пола и подлетел к растерянной спортсменке. Его с самого утра все бесило пуще вчерашнего. То ли от недосыпа, то ли от небольшого чувства вины, за такое злое отношение в самом начале, то ли от ноющей ноги… И он ждал всего, заиканий, извинений, просьб отстать, но не этого… — Иди нахуй. — Грубо отозвалась Баранова. Лицо Юрия вытянулось непонятно в какой эмоции. — Что, впервые русский мат слышишь? — Копируя интонацию противного фигуриста, пошутила девушка. — Лучше программу повтори, а то Лилия тебе целый балетный магазин обеспечит. Будешь пуантами торговать! — По кабинету разлетелся звонкий смех. За каменной маской и нежными чувствами, скрывалась та еще язва. — Ты че, страх потеряла лягушатница?! — Сгорая в ярости, парировал Юра. — Лучше тебе завались свое еба…рот… — Он даже растерялся. Второй день ходит как призрак, а тут устроила комедийное шоу. — Я может и лягушатница, но хотя бы не нахальный фигурист, который не соблюдает дисциплину. — Отмахнувшись, с отвращением ответила брюнетка и стала к станку, вытягивая шпагат. — Поехавшая… — Злобно стукая по стулу, прохрипел юноша. Они долго не разговаривали, что очень радовало девушку. Ей совершенно не нравилось тратить время на болтовню, вместо работы. Ведь она понимала насколько ценна каждая минута, потому что в один прекрасный момент, этого всего может не стать. За стенами Ледового дворца бушевала стихия. Петербуржские ветра завывали, как стая диких шакалов. Мороз облепил стекла, рисуя великолепную гжель. София вышла в центр класса и приготовилась. Но музыку нужно было включить, а так, она опоздает на начало. Юрию было фиолетово на все происходящее, поэтому он сидел в шпагате в углу, залипая в телефон. Девушка сдалась и обратилась к парню. — Юрий, пожалуйста включи музыку. — Она позвала его очень вежливо, не выражая ненависти, что уже успела зародиться. — Сама включай! — Буркнул он и вернулся к телефону. — Тебе что, сложно? Просто на кнопку нажми! — Блондин поднял голову, прожигая фигуристку взглядом и направился к музыкальному центру. Легким движением нажав на кнопку, он включил музыку. Стоило Софии закрыть глаза, как она тут же погрузилась в танец. Первое движение было словно взмахом ситцевой накидки, таким же легким и невесомым. Она порхала как маленький воробушек, не издавая ни одно лишнего звука. Словно в ней и в полу были два разных конца магнита, отталкивающихся друг от друга. Прыжки хромали, как и на вчерашнем прогоне. На выходе из тройного акселя, она зацепилась ногой за пол, чуть не упав. Блондин зажмурился, вспоминая то злополучное видео. Ей удалось продолжить танец. Как ветви плакучей ивы, она извивалась, разливаясь словно вода, вновь приковывая любопытный взгляд к себе. Она держала внимание железной хваткой. Аккуратно закончив прогон, девушка опустилась на пол и пыталась отдышаться. Плисецкий стоял как завороженный, не смея заговорить. Хотя ему так хотелось, так хотелось спросить, что она делает, чтобы быть такой живой. Девушка прекрасно понимала, что именно заставляет его так смотреть на нее. Она еще вчера заметила как деревянно выглядит Юрий на прокате. Его идеальная техника теряется на фоне его ледяного выражения лица. Когда парень взял серебро на олимпийских играх 2018 года, его прокаты были совсем другими. Как будто после олимпиады что-то случилось. И она знала как начать такой необходимый разговор. — Хочешь так же? — Начала сама фигуристка. Он лишь коротко кивнул. — Ты не сможешь… По крайней мере сейчас. — Это просто вывело парня из себя, он вновь загорелся агрессией. — Это почему еще?! — Крикнул Юрий, нависая сверху. — Когда ты переживешь то, что заставит твое сердце остановиться и вновь забиться, сможешь передать и прожить… — Аккуратно поправляя чешки, рассуждала Баранова. — Когда ты холоден словно лед, когда ты так силен, эмоции заточены внутри. Но стоит тебе сломаться, и… — Брюнетка встала и подошла вплотную к фигуристу. Она выставила указательный палец и ткнула прямо ему в сердце. — И ты затрепещешь, боясь, что катаешься в последний раз. Тебе будет плевать плакать или смеяться, будет плевать, что думают о твоем образе окружающие. Я каждый раз выступаю с надеждой, чтобы мне дали еще возможность хоть раз выйти на лед. — Их взгляды пересеклись. Она стояла перед ним, прямо как открытая книга. Только вот на совершенно незнакомом языке, который невозможно прочитать. Он будто смотрел в китайский словарь. — А смеяться у тебя получится, от радости, что эту возможность дали. Плисецкий так и продолжал стоять, обдумывая сказанное. Брови невольно съехали к переносице, делая его вид привычно хмурым. Вчерашнее видео болью отдавало где-то в районе желудка. Перед ним стояла самая главная загадка его жизни. И уже второй день не давала ему покоя. А ведь в ее словах было мудрости больше, чем в любом мотивационном видео, которое им постоянно включали на сборах. Такая юная девочка, а пережила страшную боль, и похоже еще не сдалась… — А ты не хотела просто бросить? — Последнее слово, он произнес с опаской, боясь ее ответа. Хотя, скорее всего он боялся своих мыслей на это счет. — Конечно хотела! — Отмахнулась София. — Покажи мне хоть одного человека, который не думал опустить руки. Самое главное, сделал он это или нет… Вот в чем суть. — Озаряя растерянного парня улыбкой, спортсменка кивнула и вернулась к музыкальному центру. — Покажи мне свою программу, я попытаюсь помочь… А ты. — Она на секунду запнулась. — Пожалуйста, помоги мне с техникой. Лилия так и не пришла. Эти двое до самого вечернего проката подсказывали друг другу как лучше, указывая на все слабые места. На самом деле Барановская и расчитовала на это. За долгие годы работы, и знанием этих двоих, они с Яковым заранее договорились оставить их друг с другом. Так сказать поместить медведя и дракона в одну клетку. Зная философские заскоки своей внучки и жажду Юрия к знаниям, из фигуристов получался великолепный дуэт. Один холодный и расчетливый, другой категоричный и непробиваемый. Словно Инь и Янь с общей целью. В этот раз прокат был достойный. Прыжки были куда чище, но злополучный аксель все равно не давался спортсменке. Падая раз за разом, он продолжала вставать и делать снова и снова, пока не начинала кружиться голова. Плисецкий был чуть более эмоциональным чем обычно, но рассеянным, витающим где-то. Фельцман видел, что всего сутки, а крохотные изменения были четко видны. Идея с внучкой, пошла на пользу. Вообще бывшие супруги весь вечер переглядывались, улыбаясь друг другу, что даже вызвало разговоры среди фигуристов, о восстановлении отношений. Хотя эти двое и не думали. Как и тридцать лет назад, они были уверены, что вместе им не прожить. Загрызут друг друга коршуны, жадные до побед. По окончанию, тренер решил не трогать измотанных подростков, и сообщив о выходном, удалился. Постепенно начинали разбредаться по домам и остальные. Только вот не София. Девушка битый час лежала в середине арены на холодном льду. В голове витало множество мыслей, что не давали уехать отсыпаться перед пятничным прогоном. Тихая мелодия фортепиано играла в наушниках. Быстрые мелизмы, исполняемые профессиональным пианистом, вызывали мурашки. Девушка горячо любила музыку Чайковского, и очень сильно хотела катать произвольную программу под одно из его произведений. Она так и бы и продолжила лежать посреди арены, мечтая о шикарной произвольной. Вдруг кто-то коснулся ее ноги, от чего она испуганно разлепила глаза. Это был тот рыжий парень, что не давал ей прохода со вчера. Брюнетка поднялась с пола и смущенно посмотрела на нежданного гостя. — Ты чего тут? — Как-то неуверенно начал Соколов. — Я сегодня дежурю, каток пора закрывать. — Он почесал затылок и улыбнулся. — А…да… Извини. — Поднимая со льда наушники, Баранова виновато закивала. — Да ничего, подожди меня в раздевалке, я кое-что сказать хочу. — Она лишь коротко кивнула и поспешила сойти со льда. Наконец-то приняв холодный душ и сменив потную форму на чистые вещи, девушка вздохнула с облегчением. Это был длинный день. В дверь постучали. И уже через секунду из-за нее показался новый знакомый. Рыжеволосый Даниил, вроде как неплохой парень. Он присел рядом девушкой на скамейку и улыбнулся. — Я весь день хотел сказать, что мне очень понравилось, как ты каталась. — Словно хитрый лис, он источал сомнение. Баранова отодвинула ногу от парня. Но он придвинулся еще ближе. — Как ты это делаешь? — Лукаво щурясь, он двигал юное тельце в краю лавки, пока фигуристка не впечаталась в стену. Эти сцены она ненавидела больше всего. Девушка смущалась и терялась. — Я просто катаюсь и совершаю типичные ошибки, ничего такого. — Протараторила София на одном дыхании. Внутри нее бушевало цунами страха. Как же ей хотелось думать, что на этом все и закончится. Она просто сидела и смотрела в стену, избегая зрительного контакта. Вдруг парень отодвинулся. — Не бойся меня. — Соколов мило улыбнулся, как говорится до ушей. София застыла, боясь последующих действий. — Я не причиню тебе вреда. Правда! — Он снова придвинулся ближе. — Ты показалась закрытой. Но там было так много людей. Я подумал, что мы можем спокойно пообщаться наедине, без толпы народа. — Ну… — Девушка запуталась в своих же мыслях. Она особо не планировала сближаться с кем-то. Ей было комфортно и наедине с собой. — Можно. — Обижать не хотелось, но как дальше вести диалог, тоже было непонятно. — Называй меня Даня. — Фигурист протянул руку. — Давай будем общаться. Ночь вступила в свои права. Ледовый дворец постепенно опустел. Лишь Юрий не собирался уходить. Яков и охранники уже давно привыкли, что он тут чуть ли не прописался. Планируя завтра занять каток, юноша принял решени заночевать на месте. Как обычно, он прогуливался по этажу, проверяя раздевалки и подсобки, на наличие таких же умных как он. Чаще всего там сидела Мила или Георгий — парочка отбитых перфекционистов. Идя мимо женской раздевалки, парень уловил странное шебуршание. Приложив ухо к двери, ему удалось застать любопытный разговор. Сомнений не было, внутри находился Соколов с девушкой. Этот бархатный голосок, который Юра считал похожим на скрежет старого напильника, спутать было тяжело. Надеясь на какое-никакое развлечение, блондин решил задержаться, продолжая слушать на первый взгляд абсолютно невинный разговор. — Не то, чтобы я против… — Как-то неуверенно звучал девичий голосок. Совсем не так уверенно, как в балетном классе. Фигурист насторожился. Интересно, о чем они говорят? — Как знаешь. — Усмехнулся рыжий. — Кстати, как тебе Плисецкий? Он у нас такой своеобразный, знаешь… Я не считаю его каким-то гением фигурного катания, но самомнения у него хоть отбавляй! Ха-ха! — Юра нахмурился. Этот Даниил раздражал его уже давно. Но так в открытую обсуждать его со своего рода партнершей, уже ни в какие ворота мать вашу! Блондин собирался резко зайти в раздевалку, дабы застать парочку за сплетнями, но в последний момент убрал руку от ручки. Ему было до чертиков любопытно, что фигуристка скажет. Но никакого ответа не было. Послышался какой-то скрип, и еще целый набор странных звуков. Блондин не понимал, что происходит. Почему она не отвечает? — Не люблю о ком-то говорить. Извини. — Это прозвучало слишком близко к двери. Парень понял, секунда и София выйдет из комнаты. От одной мысли, что его вот так вот застанут врасплох, его накрыла паника. Резко отпрыгнув влево, он скрылся за открывшейся дверью. Облегченно выдохнув, он дал себе расслабиться. Вот только зря. Вдруг девушка закрыла за собой дверь и застыла, находясь то-ли в состоянии испуга, то-ли удивления. Они стояли и смотрели друг на друга, не смея проронить ни слова. В этот морозный день что-то изменилось, заставляя взглянуть на мир совершенно другими глазами.