Любовь и лёд

Ветер, завывал за окном уже который час. Шумный город, утонувший в снегу, не замирал ни на секунду. Даже в утренний час, улицы были заполнены людьми, спешившими кто куда. Мы стояли в пробке, на пути к отелю. Я ехала в такси с бабушкой и Милой. Она то и дело пыталась поболтать со мной, но я так устала за последние сутки, что просто провалилась в сон на пару часов. Наконец-то мы приехали. Выйдя из машины, передо мной возвышалось огромное здание отеля. Около входа стояли мужчины, которые принялись забирать наши вещи, стоило машине припарковаться. Поднялась суета. Начали прибывать и остальные фигуристы. Лениво зайдя внутрь, я оглянулась. Холл был поистине королевским. Огромный мраморный пол, большие окна, открывавшие вид на великолепную улицу, цветы в античных горшках. Обставлено все было со вкусом, как надо. — Госпожа Барановская! — К нам подлетел высокий стройный мужчина в костюме и поцеловал руку моей бабушке. Я опешила. Ничего себе у них, столичные нравы. — Я подготовил все номера, сейчас я провожу вас. — Этот невероятный мужчина взял сумку балерины и направился к лифту. За ней поплелся раздраженный Яков. По дедушке было видно, что ему не нравилась такая обходительность со стороны администратора. К нам так же подошла работница и сказала следовать за ней, а вещи доставит персонал. В лифте было тесновато. Девочки не захотели долго ждать, и я их прекрасно понимала. Спать тянуло нереально. Моей соседкой оказалась Мила. И я была этому рада. Остальных я знала хуже, чем ее, хоть и с Бабичевой мы не были близки. Девушка радостно плюхнулась на кровать, стоило нам зайти. — Наконец-то! — Она не снимая вещей, казалось, провалилась в сон. — Я так устала! — Я согласилась, и поспешила разобрать вещи, чтобы со спокойной душой отдохнуть. Когда мне удалось развесить все, красноволосая подошла сзади и через мою спину уставилась на белое платье. — Красиове. Ты его наденешь? — Ага. Мне подойдет? — Прикладывая костюм к себе я покрасовалась перед соседкой. Она улыбчиво закивала, а потом потянулась в свой чемодан, доставая оттуда что-то черное. — А мне? — Показывая свой наряд, она тоже приложила его к себе. Это было великолепное платье в темных оттенках, с множеством стразов и кристаллов. — Тебе очень подойдет. — Возвращаясь к разбору гардероба, я сделала фигуристке комплемент, показалось даже, что от самого сердца. Снова запуталась. Где заигралась, а где говорю правду. — Ну все. Я спать! — Мила залезла под теплое одеяло и моментально задремала. Я последовала ее примеру, проваливаясь в такой желанный сон. Мне снилось что-то невнятное. Мандраж чувствовался с самого начала. Очередной кошмар. Я бежала, спотыкаясь и постоянно падая. Мчалась без оглядки, от чего? Сама не понимала. Какие-то крики, стоны, вой. Меня бросило в пот. А я все бежала. Вдруг, меня схватили и прижали. Это было что-то холодное и мерзкое. Крик застыл в горле. Не получалось звать на помощь, мне будто оторвали язык. — Хочешь домой? — Чей-то низкий, хриплый голос вызвал тысячу мурашек. Он заполнял всю голову. Я кивала как могла. — Не верю, ты слабая! Не сможешь сбежать, не ври! — Руки этого сжимают меня сильно, до боли. — Слабая! — Это слово врезается в голову, отдавая эхом. — Слабая! — Нееет! — Начинаю верещать, прорезавшимся голоском. Хриплым от страха. отрываюсь от существа, что сдавливало меня и поворачиваюсь. Передо мной стоял Юрий. Он грустно смотрел на меня. А потом подошел ближе и сказал. — Ты слабая, София! — Мое имя как молния, врезался в самое сердце. Эхо звенело в голове, вторя его словам. Неожиданно, он толкнул меня и я проснулась. Передо мной сидела испуганная мила и теребила мою руку. В ее глазах читался страх и переживание. Девушка сидела сгорбленно, и завидев, что я проснулась, подпрыгнула. — Тебе кошмар приснился да? — Она взволнованно гладила меня по руке. Теплая она, совсем не как то… существо. — Тебе воды дать? Ты так кричала, я испугалась. — Мила такая заботливая, что вызывала у меня улыбку. — Спасибо. — Приняв стакан с холодной жидкостью, я сделала желанный глоток. Горло совсем пересохло от такого ужаса, что снился мне пару минут назад. — Извини, я наверное напугала тебя. — Все нормально. — Перебила меня красноволосая. — Всякое бывает. — Она забрала мой стакан и поставила на тумбочку. — Ты переживаешь перед прокатом? Просто мне всякая хрень снится обычно перед такими мероприятиями. — Есть такое. — Может попробовать говорить более открыто? — Я давно к зрителям не выходила, не хочу провалиться. — Рассматривая лицо Милы, максимально честно отвечала я. У фигуристки было такая приятная внешность. Аккуратный носик, высокий чистый лоб, а волосы, вообще огонь, в прямом смысле этого слова. — Знаешь, многие говорят о тебе не самые приятные вещи, а значит ты им интересна, а значит и зрителям интересна. А поэтому не смей их подвести, поняла? — Она уставилась на меня с таким серьезным лицом. — Это ты меня так поддерживаешь? — Я рассмеялась. — Не думай о том, что происходит вокруг, даже о себе не думай, просто катай, как будто летишь где-то в небе. — Девушка снова взяла меня за руку. — Предлагаю развеяться. Выступление в девять вечера. Сейчас час дня. До сбора у нас еще есть время. Прошвырнемся во центру? Ты была в Москве? — Я отрицательно замотала головой. — Отлично! Переодевайся! Мы собирались недолго. Спортивки, ботики, пуховик. К выходу готова! Незаметно покинув номер мы поспешили к лифту. Неизвестно разрешили ли уходить куда-то, так что конспирация лишний раз не помешает. Я нажала на кнопку вызова, а Бабичева, зачем-то затянула меня в коридор. Завернув за угол, мы спрятались, чтобы посмотреть вдруг кто приедет, и нас застанут врасплох. Прозвучал сигнал, но внутри никого не оказалось. Выдохнув, мы рванули в лифт, судорожно нажимая на первый этаж. Двери начали закрываться, вроде все прошло удачно, как чья-то нога встряла между дверьми. Сердце забилось от испуга. Перед нами стоял измученный Юрий. Он лениво зашел и нажал на третий этаж. Мила округлила глаза и посмотрела на меня, что-то шепча. Я так и не услышала что, поэтому придвинулась. Но между нами стоял фигурист, поэтому подойти в плотную не получалось. — Ой, хватит комедию ломать. — Проворчал блондин. — Сбегаете? Так че актрис включили, будто я Яков. — Мы застыли, переглянувшись. — Нужны мне ваши гулянки. — С этими словами, он покинул лифт, оставляя нас вдвоем. — Придурок! — Выкрикнула девушка. — Зачем так пугать?! Идиот! — Я улыбнулась. Мила была такая смешная, когда ругалась. — Я чуть не родила, реально, видел же нас! Бесит! На улицу мы попали без всяких придурков. Снегу было до потолка первого этажа. Холодная Москва конечно. Бабичева потащила меня вдоль по улице. Архитектура была просто потрясающая. Витиеватые узоры фасадов зданий, новогодние гирлянды вдоль дорог и модные бутики на каждом углу. В Москве я была однажды, и то, проездом. Я и не думала, что она такая красивая. Спустя минут десять, мы подошли к огромному красному зданию. Перед нами простиралась красная площадь. Потрясающее зрелище. Я пребывала в шоке, пока Мила не толкнула меня под локоть и не потащила в ГУМ. Торговый центр был больше похож на сказочный мир из какой-нибудь истории про снежную королеву, а не на магазины. Мы долго бродили по разным местам. Я продолжала удивляться всему, что видела, словно ребенок. И на сердце вроде полегчало. — Ну что, пора домой? — Смотря в мобильник, сказала фигуристка, отрывая меня от любования очередной красотой. Мы поспешили вернуться в отель. Снег кружил под ногами, ветер дул со всей мощью, но не продувал до костей, как в Петербурге. Влажность была куда ниже. С неба летело еще много-много снежинок, превращая простой день в волшебство.

***

Множество людей в масках, не давали спокойно протиснуться. Повсюду чей-то лепет, разговоры. Шум стоял невероятный. Зайдя в одно из помещений, парочка девушек бросила свои сумки на стулья. Одна из них обессилено сползла на пол, а другая села на стул рядом с вещами. Осталось каких-то пару часов до открытия. Они выйдут на лед со своими прокатами, чтобы покорить публику. Нервно переминаясь с ноги на ногу, в помещение зашла еще одна девушка, а за ней и остальные фигуристы с тренерами. — У вас есть пол часа привести себя в порядок! — Крикнул мужчина в шляпе, и почесал переносицу. — Жду на катке! — После этих слов, он удалился. Все начали подготовку. Девушки наносили яркий макияж, заплетали прически, переодевались, выгнав всех парней. Время пролетело незаметно. К зеркалу подошла брюнетка и посмотрела на свое отражение. Внутри творилось что-то необъяснимое. Белое платье аккуратно подчеркивало талию и стройные руки. Высокий хвост украшала белая лента. Все было идеально. Она уверенно кивнула своему отражению и поспешила покинуть комнату. Быстро идя по коридору, она случайно столкнулась с какой-то девушкой, и они упали на пол, под ее визг. Сестра по несчастью тоже оказалась спортсменкой. У фигуристки были белые волосы и большие серые глаза. Она недовольно нахмурилась и поспешила встать. Брюнетка судорожно извинилась, но этой особе видимо, было недостаточно. — Что за идиотка?! — Выкрикнула девушка в сером платье и отряхнула его. — Я извинилась. — Уже как-то отвлеченно ответила так же упавшая на пол София. — И, и что? У меня выход через пару минут, а ты меня толкаешь! — Баранова закатила глаза. Ну что за надоедливая фигуристка? Зачем из-за случайного падения устраивать такие разборки? Брюнетка продолжала стоять и слушать истерию девушки, смотря куда-то вдаль коридора. — Алло, кривоногая! Ты меня слышишь вообще? — А, ты что-то говорила? — Спортсменка посмотрела на нее с абсолютным спокойствием. За годы в спорте ей удалось не раз столкнуться с подобными персонами. Поэтому, не тратя запас нервных клеток, София просто игнорировала истеричку. — Блин! Какая ты раздражающая! — Блондинка толкнула девушку и поспешила удалиться. Странная она. На пустом месте развела цирк. Вот только даже клоуны уехали из него, она их тоже довела. Кареглазая двинулась дальше. Сейчас приоритетом для нее было совершенно другое. Это успокоить бешенный поток мыслей и переживаний, заполонивших желудок. Фигуристка подошла к выходу на арену и ударила себя по груди. Шаг. Все, она на катке. Но смелость улетучилась, как только она заметила сколько людей сидело на трибунах. Они трещали от переполненного зрителями зала. Сердце было готово выпрыгнуть к чертям. Голова пошла кругом. Ухватившись за ближайший бортик, Баранова выдохнула. Нужно перезагрузиться. Но как это сделать? Скоро ее выход. Позади стали выходить остальные ребята. Все были при параде, в красивых нарядах, с широкими улыбками и сияющими глазами. В попытках остановить рвотные позывы, фигуристка сложилась пополам, опуская голову к полу. Остановись, прошу остановись. — Как мантру повторяла девушка, пока ее коснулась чья-то рука. Она испуганно обернулась. Это была Мила, вроде как ее новая подруга. — Помнишь, что я говорила? — Она поправила прядь волос за ухо девушке и улыбнулась. — Не думай ни о ком, только о полете. — Неподалеку стоял Плисецкий, который внимательно наблюдал за разговором. Он видел, как позеленело лицо его так называемой партнерши, как ее трясло. И как она собирается кататься, когда ее пробирает такой мандраж? Свет погас и в центр арены выехали ведущие — Алексей Ягудин и Женя Медведева. Живые легенды фигурного катания. Они поприветствовали восторженные трибуны, и объявили начало ледового шоу. — Открывать наш праздник будет ученица Московской школы фигурного катания. Чемпионка мира и Европпы. — Начал мужчина в строгом синем костюме. — Под композицию «Despasito», которая стала самой прослушиваемой песней в мире! — И на лед приглашается Кристина Ломакина! — Закончила его мысль Евгения. — Она будет кататься у себя дома, на родном катке! Зрители поприветствуйте нашу звездочку! — Арена взорвалась аплодисментами и криками. На лед выехала та самая истеричка. Девушка стала в начальную позу, готовясь к началу. Началась музыка. Звучные струны гитары запели, и с ними фигуристка начала движение. Легкие ритмичные движения передавали всю мелодичность номера. Она широко улыбалась и словно порхала по льду. Сложнейшие элементы выглядели как танец, страстный, чувственный, по истине Испанский! Первый прыжок тройной аксель получился чистейшим. Затем четверной лутц, опасный, и мало кем выполнимый среди женщин, прыжок. Практически идеально. Публика захлебывалась в криках. Ломакина каталась перед любимыми зрителями, которые встречали землячку просто восхитительно. Кристина сделала шикарное вращений и упала на лед, завершая танец страсти. Как же кричали зрители, наверное София никогда не слышала такого восторга. Техника этой фигуристки была отточена просто идеально. Ноги подкашивались, нервное напряжение все больше давило. Перед ней еще один фигурист и наступит ее черед. Бабочки заполоняли желудок, от чего рвотные позывы вернулись. Она отвлекала себя как могла. Но стресс не спадал, даже когда на льду оказался юноша и начал прокат. Брюнетка подняла голову и побежала прочь с арены. Слезы вот вот начнут катиться градом из перепуганных глаз. У нее было пару минут успокоиться в тишине и выйти как ни в чем не бывало. Вдох. Выдох. И так по кругу. Пытаясь остановить сумасшедшее сердце, София закрыла глаза и расслабилась. Пульс вернулся в норму. Пора возвращаться. Девушка сделала шаг к катку, как в нее влетел парень. Плисецкий вцепился в фигуристку и шокированными глазами уставился на нее. У спортсменки перехватило дух. — Ты сдурела?! — Закричал блондин. — Куда убежала, ты следующая! — Он тряс ее, и кажется, переживал не меньше, чем она. — Я просто… — Голос задрожал. — Я просто хотела успокоиться. — Успокоилась? — Юрий приблизился к лицу девушки и внимательно посмотрел в ее глаза, шоколадного оттенка. Получив на свой вопрос неуверенный кивок, подхватил перепуганную брюнетку и потащил на арену. Подойдя к самому бортику, он отпустил ее. — Ты катаешься последний раз! — Выкрикнул парень, когда фигурист на льду уже начал кланяться зрителям. — Больше на лед ты не выйдешь! — Последнее, что услышала девушка перед тем, как Яков постукал ее по плечу и пожелав удачи отправил на арену. — На льду София Баранова. Бывшая участница сборной Франции. Чемпионка Европпы среди юниоров, серебряный призер «чемпионата четырех континентов». Представляет Петербуржскую школу фигурного катания Якова Фельцмана «Союз фигуристов». С великолепной композицией «Love story». Времени убегать больше нет. Она стояла одна посреди огромной арены. Люди аплодировали, фигуристы кричали слова поддержки, а сердце билось, готовое вот-вот выпрыгнуть из груди. Девушка подняла руки наверх вставая в начальную стойку. И пусть… И пусть я провалюсь, пусть упаду сотню раз, я катаюсь в последний раз — Крутилось в ее голове. Полилась музыка. Звуки аккуратных клавиш фортепиано вызвали мурашки по всему телу. Первое движение рукой, словно летящая вуаль самых нежных шелков. Повороты, такие чувственные, такие нереальные. Она словно ожившая картина крутилась одна, среди огромной арены, только теперь со всей боль, отбросив куда-то страх. Девушка будто летала по огромной арене. Прыжок. Тройной тулуп, а затем двойной. Связка почти никогда не выходила удачно. Взлет. Она будто замерает на секунду в воздухе, как птица. Плисецкий, жмурится, боясь открывать глаза. Но восторженные крики все же заставляют разлепить глаза. Удачное приземление. Начинается разгон и еще один прыжок. Тройной лутц. Ей удалось прыгнуть идеально. Зал аплодирует. Ее разбег продолжается. Дорожка шагов такая невесомая. Она и музыка слились в единое целое. Лицо, такое прекрасное, как мраморная статуя, как изваяние великого мастера. Пластичные руки, как ленты. И тут близится самый страшный прыжок — тройной аксель. Девушка закрывает глаза, молясь внутри. Вдох. Она подпрыгивает так высоко, как только смогла. Приземление не получается идеальным. Она касается льда и сразу возвращается в позицию. Зал ликует. Она одна, в луче света, направленного на нее, кружится, как в последний раз. В каждом вздохе читается боль, печаль и ужас творящийся внутри. Все молча наблюдают, как она делает последнее вращение и застывает в стойке. Публика взрывается в восторге. Аплодисменты глушат уши, люди кричат, скандирую «Молодец». Девушка в попытке отдышаться, начинает рыдать, падая на колени. Она справилась. София поклонилась зрителям и покинула лед. Прям на выходе ее встретили Лилия с Яковым. Они радостно обняли девушку. Потом на нее набросилась Мила, говорящая, что все прекрасно, и что она так прекрасно летала. Остальные тоже не скупились на комплименты. Брюнетка накинула фирменную куртку, и осталась, чтобы посмотреть выступления остальных. Мысли все еще кружились в танце, позволяя оставаться в пьянящем чувстве. Во время проката Алины и Марка, к ней подошел Юрий, и осторожно коснулся девичьего плеча. Девушка вздрогнула от неожиданности, отвлекаясь от зрелища. На нее глядела пара бирюзовых глаз. Плисецкий ничего не говорил, просто молча смотрел на фигуристку. — И все же не последний… — Пробормотала она, улыбаясь. Парень никак не отреагировал сначала, а потом просто обнял «партнершу». София застыла. Она ожидала чего угодно, но только не объятий от Юрия. Не известно сколько они стояли так. Но вдруг прозвучало имя спортсмена. Он резко отпрянул и двинулся на лед, даже не оборачиваясь.

***

Город погрузился в ночь. Снег остановился, открывая яркие звезды на небосводе. Фигуристы отдыхали после грандиозного открытия. После выступления и пышного фуршета, им наконец-то удалось попасть в номер. Никто не переодевался, оставаясь в вечерних платьях. Довольный Фельцман, как только ступил на порог отеля, объявил отбой и направился вместе с Лилией в какой-то ресторан с другими тренерами, предоставляя подростков себя самим. Конечно же, никто не собирался спать. Ночная жизнь в Москве, казалась куда приятней, чем кучкование по номерам. — София. — Обратилась красноволосая к соседке по комнате. — Ты же пойдешь? — Лукаво смотря в растерянное лицо подруги, Бабичева усмехнулась, понимая, что спортсменка понятия не имеет о чем речь. — Мы собираемся в клуб! Там будут все фигуристы, которые участвовали. Ты обязана пойти! — А как же отбой? Если тренера узнают, нам крышка. — Да ладно тебе! — Подхватывая девушку под руку, Мила уговаривала ее. — Когда еще так потусим? — А ведь действительно, когда в последний раз Баранова веселилась в компании друзей, отдыхала и уже тем более пила? Положительно кивнув, Бабичева запищала и поспешила поправлять макияж. София подошла к зеркалу, чтобы проверить свой внешний вид. На ней было красное платье, которое она надела для фуршета. Вроде все было красиво, но как-то не по клубному. Пока она пыталась понять, что же не так, к ней вышла соседка. — Тебе бы платьице сменить. Оно такое, знаешь, через чур праздничное. Как принцесса. — Показывая корону из пальцев над головой усмехнулась Бабичева. — У тебя есть еще что-то? — Есть, но оно слишком короткое. Меня Ли… — Поняв, что чуть не сказала непоправимое, София замолчала. Она так расслабилась с Милой и ее дружным настроем. — Короче, как по мне, через чур. — Давай показывай! — Развеселилась красноволосая. Баранова закатила глаза и пошла переодеваться. Через пару минут, она вышла из ванной, демонстрируя наряд. Бабичева зависла, прибывая в шоке. На брюнетке было короткое коктейльное платье черного цвета, идеально подчеркивающее талию и стройные длинные ноги. — Ты идешь в этом, больше я ничего слышать не хочу! — Хватая сумку и шубку, выкрикнула фигуристка. — Ну неет! — Жалобно протянула кареглазая. Но не долго она возмущалась. В комнату постучали, и из-за двери показалась Яна. Увидев Софию в шикарном платье, она присвистнула. — Девчонки, все ждут. Если мы сейчас не уедем, уже никогда не уедем! На выход! Троица бежала на неудобных каблуках к лифту, где их ждали остальные девчонки. Спустившись вниз, им открылся холл, заполненный мужской составляющей команды, кроме Аркадия. Парень заявил, что не любит подобное и остался в номере, за чтением очередного детектива. Девушки вышли из лифта, получая множество комплиментов от парней. Когда вперед вышла брюнетка, все удивились. Выбор был действительно достойный. Откинув назад хвост, Баранова поправила край юбки и подняла голову. На нее пристально смотрел Юрий. Между ними еще с шоу было что-то странное, а теперь вообще какая-то откровенная неловкость. — Ты неплохо выглядишь, лягушатница. — В своей привычной манере, подмигнул девушке фигурист и поплелся на улицу, к вызванным такси. Кареглазая улыбнулась. Ну и дурачок. Дорога до клуба заняла около двадцати минут. Если бы не снег и собачий холод, можно было и пешком дойти, потому что половину пути, тянулась огромная пробка. Когда они зашли в огромное помещение полное людей, им открылся вид на море алкоголя, танцпол, на который ринулись Мила, Яна и Соколов, светомузыку и красивого диджея за пультом. Атмосфера так и кричала о свободе и раскрепощении и грех было ей не поддаться. София, в компании Георгия, Юрия и Лены Савиной, подошла к барной стойке, решив, что грамотней будет начать с выпивки. Это было очень редким ритуалом в жизни девушки, ведь спортсменам, такие вещи были строго настрого запрещены. Взяв в руки бокал с виски, она залпом осушила его, заставляя Поповича удивленно присвистнуть. Затем в ее руки попал еще один, и еще, и еще. Фигуристка, почувствовав удар в голову, направилась к Миле, растворяясь в танце. Ей было так хорошо, так свободно. Она совсем позабыла, что вчера ревела в своей комнате, боясь ехать. Сейчас, она только рада, что оказалась тут. Как свежий глоток воздуха, словно новая надежда. Девушка танцевала так чувственно, даже тут. Алкоголь окончательно расслабил. Маски отброшены. Есть только она, музыка и яркие огни прожекторов. Время летело, а внутренний порыв все не отпускал. Пока Баранова танцевала, рядом с ней крутился Даниил. Мила о чем-то болтала с пьяным Георгием. Яна с Леной тоже развлекались в танце. Алина с Марком давно куда-то пропали, скорее всего нашли место скрытое от посторонних глаз. Плисецкий стоял рядом с Поповичем и потягивал Джин, наблюдая за всем этим сумасшествием. — Все в порядке? — Соколов наклонился к фигуристке как можно ниже, чтобы его вопрос можно было расслышать. — Да вроде да. — Заплетающимся языком, брюнетка пыталась ответить что-то внятное. Рыжий рассмеялся, хватая девушку за талию, чтобы она не свалилась на пол. — Не хочешь присесть? — Продолжая крепко держать Софию, спросил зеленоглазый. Оно много раз отрицательно помотала головой и продолжила двигаться. Даниил решил действовать. Притягивая пьяную девушку к себе, он танцевал с ней. Идеальный момент для сближения. Они бы так и продолжили, если бы Яночка не окликнула парня, отвлекая от такой открытой сейчас фигуристки. — Даня! — Чуть не плача, крикнула пьяная блондинка. — Я не знаю где Лена! А я не в состоянии найти ее! — Она тараторила так быстро, что рыжий еле успевал воспринимать поток ее слов. — Сейчас найдем. — Соколов проводил Баранову к барной стойке, подмигнул фигуристам стоявшим там и направился в толпу вместе в партнершей. Пьяная в стельку брюнетка потянулась за бокалом виски, стоявшим прямо рядом с ней. Но его вовремя выхватила чья-то рука. — Мне кажется тебе хватит. — Строгим, через чур холодным тоном, сказал Юрий, смотря на девушку. Она ничего не ответила. Алкоголь кажется подступал к горлу. Она перебрала. В суматохе перебирая ногами, она спешила в уборную, чтобы избавиться от тошнотворного чувства. Залетев с туалет, где музыка была на порядок тише, девушка поставил руки по обе стороны раковины и посмотрела в зеркало. Ее отражение плавало. Постояв так еще какое-то время, она поняла, что полегчало. Кареглазая помыла руки и поспешила покинуть помещение. Девушка вышла в темный коридор клуба, обвешанный различными неоновыми надписями и картинками, надеясь быстрее найти своих знакомых. Как вдруг, кто-то хватил ее за талию, возвращая обратно в уборную.