Я искал рыцаря на белом коне (а нашел принца)

Было больно. Это все, о чем мог думать Мерлин, когда он упал на землю после десятого удара. Болело так сильно, как еще ничто не болело за всю его жизнь. Сначала он думал - после трех плетей, - «это не так уж плохо ", а затем четвертый удар заставил его колени подогнуться, а пятый удар был уже просто невыносим. Он чувствовал, как руки подхватывают его за подмышки. Он застонал и отшатнулся, но знакомый запах, тепло и мягкий шепот "Все будет хорошо, тсс" проникли в его сознание и он понял, что это Гаюс, который помогает ему постепенно встать на ноги и повел его куда-то. Зрение Мерлин было размытым от слез, бежавших по лицу, он не мог видеть, куда он идет. Было слишком больно, чтобы думать. Когда он проснулся в следующий раз, он лежал в своей постели, на животе, руки по швам, и его спина пульсировала. Он попробовал двигаться и почувствовал себя так, будто кто-то уронил кислоту ему на спину. Он жалобно застонал. - Не двигайся, даже не пытайся двигаться,- сказал кто-то, и рука коснулась его щеки, когда он повернулся лицом на звук. Гвен улыбалась ему, но улыбка была с оттенком грусти, и глаза ее были огромными и полными беспокойства. Звуки голосов проникали ему уши, и он мог различить, что это Моргана и Артур, ругающихся где-то на заднем плане. - Утер не может так делать, - говорила Моргана, высоким голосом. - Мерлин не сделал ничего плохого … - Он посчитал, что пререкаться с принцем Камелота "неправильно". - Не будь идиотом, Артур, ты не можешь наказать кого-то за то, что он сказал, что у тебя большое самомнение, это даже не ложь. - И не начинай,- сказал Артур резко. - Это не я выбрал такое наказание. Мерлин захныкал, когда голоса стали громче, заставив его голову болеть. Через полуоткрытые веки, он увидел, как Гвен встала с лицом, полным ярости, и затем он услышал, что она прошипела что-то ядовитое, заставляя голоса замолкнуть. Когда он открыл глаза в следующий раз, светило солнце, и в комнате было почти жарко, когда свет упал на его лицо. На этот раз он лежал на спине. Его тело болело меньше, чем раньше. Он мог даже немного двигаться, не падая без сознания. Стук в голове также стал меньше. Некоторое время Мерлин просто лежал, наслаждаясь лучами, ласкающими его лицо, и теплом – весна уже превратилась в жаркое начало лета, хотя оно должно было начаться лишь через пару месяцев. Он вновь открыл глаза и повернулся, чтобы встать с кровати. Он был удивлен, обнаружив Артура сидящим на стуле у его кровати и дремавшим, опустив подбородок на грудь. Мерлин, должно быть, издал какой-то звук, или, может быть, поспешное движение, потому, что вдруг Артур вскинул голову. Его глаза расширились, прежде чем он встал и подошел ближе к кровати, моргая. -Ты проснулся. - А ты спал, - пробормотал Мерлин. - Как давно ты здесь? - Не будь смешным, я просто закрыл глаза на минуту. Я пришел, чтобы проверить, как проходит твое восстановление. Мне не хватает слуги, если тебя это интересует. Мерлин криво усмехнулся. - Я чувствую себя отлично, спасибо. - Правда? Тогда почему ты начинаешь потеть от напряжения? Артур поймал капли пота на лбу пальцами, и Мерлин почувствовал, как его тело реагирует на это прикосновение с дрожью. Он вздрогнул, отступая. Артур закусил губу и отошел, давая ему пространство. Дверь в его комнату открылась и Гвен поспешно зашла. - Ох,- сказала она и покраснела от удовольствия. - Мерлин, дай я позову Гаюса, он ужасно за тебя волновался. - Она тоже ужасно волновалась за тебя,- сказал Артур, как только она ушла. Мерлин пожал плечами и поморщился. - Она просто заботится о людях. Артур нахмурился. - Ты так говоришь, будто думаешь, что я не забочусь о людях. - Я знаю, что ты заботишься о своем народе, когда говоришь о "благе Камелота ",- сказал ему Мерлин. Было сложно думать. Он гадал, когда Гаюс уже будет здесь и спасет его от неприятного разговора. Его мозг был медленным и неповоротливым от боли и, возможно, от наркотиков, которыми его накачал Гаюс. - Я не думаю, что ты заботишься о служанке, чьи руки были изрезаны в кровь осколками или… или об отце Гвен, который был убит потому, что…. Гаюс вошел и он, вероятно, был как раз вовремя так, как Мерлин заметил, как брови Артура хмурятся в предвещании начала грозы, и он мог сказать что-то непростительное, если бы он продолжил свою мысль. - Мне жаль прерывать вас,- тихо сказал Гаюс. - Мой господин, не могли бы вы отойти в сторону, чтобы я мог позаботиться о ранах Мерлина, он снова будет к вашим услугам через несколько дней. – Его улыбка была печальной, он выглядел опустошенным. Артур замер, пристально глядя на Мерлина. Наконец, он сказал: - Да. Да, конечно. Он вышел из комнаты, дверь закрылась за ним с хлопком. Мерлин вздохнул и упал на постель со стоном от жгучей боли, растекшейся по позвоночнику, только теперь понимая, что все его тело было покрыто потом, а сам он тяжело дышал. - Ты не должен пока напрягаться, - засуетился Гаюс. – Твоя лихорадка только прошла. Радуйтесь, что она вообще прошла, ты мог просто умереть… Мерлин закрыл глаза и провалился в сон.