Фиалковый закат.

-Джесс, просыпайся. Петухи давно пропели, через час сбор, — проговорила Лили над самым ухом Джессики. – Не заставляй будить тебя старым школьным способом, — пригрозила она. При упоминании старого школьного способа, а точнее выливания ведра холодной воды на голову девушка поспешила проснуться. Она сонно протерла глаза и огляделась. Утренний солнечный, по-зимнему бледный свет пробивался сквозь песочные дешевые шторы. Три кровати стояли прислоненные друг к другу, занимая все свободное место в комнате. Утренняя тишина и затхлость давила на девушку, постепенно создавая впечатление удушливости и сдавленности. Свесив ноги с кровати, Джессика вспомнила события вчерашнего дня и в памяти всплыли все заснувшие чувства. В комнате стало намного душней, от чего все ощущения только обострились. Джесс быстро натянула свитер, валявшийся на стуле, который каким-то чудом смог уместиться в этой комнатушке, и выбежала за дверь. Она не могла надышаться воздухом и распахнула окно в коридоре. Только высунув нос на улицу, Джесси смогла отдышаться. Девушка неторопливым взглядом обводила заснеженную поляну и окрестный лес. Ее взгляд не мог зацепиться на чем-нибудь конкретном, так как пейзаж был до ужаса однообразным. Она уныло поглядела на серое небо, не предвещавшее ясного дня. Но ее бессмысленное стояние было прервано раздраженным и даже возмущенным покашливанием. -Как у себя дома, окно на распашку!— начала возмущаться мегера и захлопнула окно, бесцеремонно оттолкнув девушку к стене. Джессика открыла рот, возмутиться, но женщина уже начала спускаться по лестнице игнорируя злобный взгляд девушки. -А, что б тебя,— грозно крикнула Джесс и резко повернулась к стене, намереваясь подолбиться об нее головой. Джесс не больно стукнулась лбом о стену и так и осталась стоять, опираясь на нее руками. Девушка громко выдохнула и проныла: -Почему моя жизнь похожа на переносной дурдом?! Она закрыла глаза, намереваясь успокоится, но от этого ее отвлек тихий скрип и шорох. Девушка приоткрыла левый глаз и уставилась туда, откуда, по ее мнению исходил скрип. Из-за косяка выглядывало четыре головы, недоуменно таращившиеся на нее. Головы все ближе приближались и одна из них, которая была головой Римуса, наконец спросила: -Джесс, ты чего? -А…— девушка остановилась в нерешительности.— Я…я… -Все понятно! Слетела с катушек, — с озадаченным видом и, подняв палец вверх, проговорил Сириус. -Нет…я — замахала руками девушка. -Ищешь решение ситуации?— спросил Джеймс, подплывая к Джессике. -Нет. Я просто… -Совсем отчаялась?— спросил Райан, выглянув из-за спин троих друзей. -Да нет же,— разозлилась девушка.— Придурки ненормальные. -Можно подумать, что это мы долбились об стену лбом,— хмыкнул Сириус. -За что мне это?-взвыла Джесс и зашла в комнату девочек, хлопнув дверью у парней перед носом. Те пожали плечами и вернулись к себе — продолжать сборы. На самом же деле ребята старались отвлечь Джесс от грустных мыслей. И нужно сказать им это удалось. Они так рассердили девушку, что та и думать забыла о своих проблемах. *** Теплое утро сменилось морозным днем. Ветер крепчал, а тучи наливались свинцом, застилая все небо, вплоть до горизонта. Редкие деревья, попадавшиеся по пути, были спрятаны в сугробах, и казалось, что это снежная арктическая пустыня, а не окраина Англии. Мир, погрузившийся в снежный сон. До Годриковой впадины оставалось меньше мили, но мороз мешал лететь. Руки не слушались и мало того, даже не двигались. -Может, уже остановимся? — крикнула Джесс, стараясь заглушить в ушах свист ветра. -Осталось немножко. Сейчас нет смысла останавливаться, — ответил Поттер и резко накренился вправо под оглушающий визг Эванс. Римус на секунду обернулся и подмигнул Джессике: -Держись крепче, еще несколько поворотов и мы долетим. На самом деле поворотов оказалось намного больше, но через час ребята всё же прилетели в Годрикову впадину. Дом Поттеров был с виду очень приветливым. Белый ровный заборчик, заснеженный садик, подметенная дорожка к домику. Рядом с домом Джеймса, да что тут, во всем городе один дом был похож на другой. Ровненькие чистенькие и аккуратненькие. А самое, что было замечательное в этом городе или скорее селении, он был полностью населен волшебниками. И большинство из них были чистокровными, в состав которых входили и Поттеры. Поэтому ребята могли беспрепятственно приземлиться перед домом, что и не замедлили сделать. Как только ноги Джесс коснулись твердой земли, рассудок ее вновь прояснился. Она с наслаждением прошла по аллее, искренне желая скорее научится трансгрессии. Тем временем Джеймс открыл калитку и пропустил ребят вперед. Ярко-алая крыша прекрасно сочеталась с кирпичными стенами, а ели, стоявшие на заднем дворе, возвышались над двухэтажным домиком. Вдоль белого аккуратно заборчика тянулись кусты, сейчас припорошенные снегом, но нижние черные ветки все равно умудрялись проглядывать из под снежной корки. Ребята преодолели аллею и оказались около тяжелой деревянной двери. Она сама по себе распахнулась и из дома потянула теплом и тонким ароматом горячего шоколада. Они с наслаждением воли в теплый и приветливый дом. Прихожая освещалась парой весело мигающих фонариков, которые свободно парили в воздухе и подлетали то к одной голове, то к другой. Внезапно в прихожую заглянула немолодая женщина. Она тепло улыбнулась ребятам и представилась: -Я миссис Поттер. Проходите дорогие…Джеймс, дорогой, как перелет? Не устали? Курица на столе, мы с папой уезжаем, срочное совещание в министерстве. И женщина, быстро чмокнув сына, трансгрессировала в неизвестном направлении. -Аха, это что же получается, весь дом в нашем распоряжении? – решил уточнить Сириус, но его рот тем временем расползался в довольной улыбке. -Похоже на то. Родителей часто вызывают, даже во время праздников. Так что я как раз рассчитывал на наше министерство,— ухмыльнулся Поттер.— Ну, вы проходите, пойдемте, курица долго ждать не будет — улетит! Кухня в доме Поттеров была приятного нежно-розового оттенка, скорее даже персикового оттенка. Уютная, домашняя, легкие занавески наполовину закрывали окна, начищенный паркет цвета грецкого ореха приятно блестел в свете тех же паривших фонариков. Теперь они светили гораздо ярче, чем прежде, наверное, освещение зависело от месторасположения. Ребята грелись за чашкой лимонного чая и болтали о том, о сем. Курице они все же не дали улететь и подчистую смели ее. А тем временем за окном начинало темнеть, ведь зимние сумерки начинаются очень внезапно и рано. Ветер постепенно стихал и ветви елей, до этого качающиеся из стороны в сторону, теперь не били в стекла своими лапами. Джесс подошла к окну. В стекле было видно ее отражение, бледное и нечеткое: немного испуганные и уставшие глаза, небрежно торчавшие волосы, мешковатый свитер. Девушка прислонила ладонь к стеклу и от нее расползлись белые следы – наконец-то ее руки согрелись и стали теплее, чем снег на улице. Но сейчас в своем отражении она видела не себя, а ее, так давно забытую и изгнанную из воспоминаний как подлую предательницу. Ее, родную мать, которая стала для Джесси не более чем человек, ушедший в историю. А для Лена черной дырой в сердце. «Интересно он знал? А отец? Но почему она это сделала. Как она могла так измениться… Она же была настоящей Гриффиндоркой, яркой и известной, у нее было все семья, дети, муж. Почему она все это растоптала и выбросила как ненужную игрушку?! Но мы же не игрушки мы ее семья. И слова Малфоя… <<И теперь уж точно, никто не сможет заявить, что твоя жизнь в безопасности>> О чем он? Неужели Тот-Кого-Нельзя-Называть попытается убить меня? Бред, ну заняться ему больше не чем?— нервозно хихикнула девушка.— А что если… если они тоже в опасности. Тогда, получается я подвергаю их опасности…»— она схватилась за стол, остро ощутив, что может потерять друзей навсегда. Джесси держалась за угол стола, что бы не упасть и отчаянно пыталась сообразить, но в голове уже начал появляться жуткие картины: разбитый дом Поттеров, друзья бледные и в крови. Девушка в ужасе закричала и упала на колени, держась за голову. -Нет. Нет, нет, нет! Пустите меня! Римус и Сириус пытались поднять девушку, но та отчаянно колотила их руками царапалась и билась, словно бабочка, попавшая в сетку. Лили в ужасе отступила на шаг, прикрывая рот рукой и глядя на это слегка расширенными глазами. -Успокойся, Джесс! – заорал Сириус, когда она его снова ударила по переносице. -Пустите меня! Хватит, нет! – девушка кричала и рыдала одновременно. -Прости Джесс, это для твоего же блага, — сказал Римус и дал девушке крепкую пощечину. Она моментально сникла и безвольно повисла у него на руках. По лицу по-прежнему катились слезы, но девушка уже не сопротивлялась и не кричала. На щеке проступило красное пятно, постепенно расползавшееся и все более краснеющее. -Я принесу снега, — сказала Мадлен и выскочила с коридор. Джесси уложили на диванчик и приложили к щеке холодный снег. Он быстро таял, смешиваясь со слезами, и капал за шиворот свитера, но на это никто не обращал внимания. Все внимательно и обеспокоенно смотрели на девушку, ожидая, что она опять забьется в истерике. Но та, наоборот, словно застыла и не совсем понимала, где находится. Она затуманенным взглядом скользила по лицам друзей, они же совершенно не знали что делать. -Ты в порядке? — осторожно спросила Лили. -Нет. Я совершенно не в порядке, — обрела дар речи Джесс. – У меня уже голова сломалась… Моя мать Пожирательница смерти, вы хоть понимаете, что это значит, у меня в голове не укладывается. Какого черта она вообще это сделала? Знаете, каково это, осознавать что … — она закусила губу, не давая себе и дальше плакаться друзьям. — И кроме всего прочего, я подвергаю вас всех опасности. Я зашла слишком далеко и впутала вас во все это. А если Люциус не блефовал, вдруг действительно что-то случиться, я не могу рисковать вами. -Дура, можно я тебя стукну? – возмутился Сириус, давая Джесс подзатыльник.— И бывают же такие люди … или, быть может, ты претворяешься? Нет, не похоже, ну тогда, смилостивлюсь и объясню тебе. Сириус пододвинул стул и сел на него, закинув ногу на ногу. Он подпер голову рукой и, откашлявшись, начал: -Я, конечно, всегда знал, что у тебя не все дома, и в прямом и переносном смысле, но что бы до такого… -Хватит меня оскорблять, — взъелась Джессика, уже полностью отойдя от своей истерики. -Ладно. Примирительно развел руки Блэк. – Но, ты думаешь, что мы сами не понимаем в каком дерьме оказались? Да, мой брат редкостный гад, но ему со своими навыками далеко до Малфоя. И, конечно же, рано или поздно они придут и не одни, ибо оба они страшные трусы, как и любой слизеринец. И не лучше ли встретить беду с друзьями, чем одной? Вбей же ты уже себе в голову, — он постучал пальцем по лбу Джессики, — мы друзья, одна команда, мы вместе встречаем любые трудности. Ну а что до твоей матери, ты уверена, что она действительно бы позвала тебя в логово к Волан-де-Морту, что бы просто встретиться и дружески поболтать? А теперь подумай, если это действительно так, нужна ли тебе она? Ты сама можешь выбрать, что для тебя лучше. Она изменилась, но ты можешь остаться собою. -Я…я. Спасибо. Девушка жалостливо всхлипнула и утерла вновь накатившиеся слезы. Римус обнял ее за плечи, будто в подтверждение слов Сириуса, что она не одна. И ей не нужно самой справляться со своими бедами, ей есть на кого положиться. *** -Нет, я не хочу ничего о себе рассказывать! – верещала Лили. -Эванс, не отбивайся от коллектива, у нас вечер посвящённый рассказам о детских воспоминаниях, смешных и печальных случаях, а так же вечер признаний. И так как ты не смогла выиграть у Джеймса в волшебные шары, то обязана к одному детскому воспоминанию прибавить одно признание,— сказал Сириус. -Нет. Может как-нибудь обойдемся, — залепетала она, отчаянно ища выход из создавшегося положения. -Лили, — вкрадчиво проговорил Блэк, — у меня есть сыворотка правды в неограниченных количествах, которую мне любезно одолжил Слизнорт на последних отработках. Так что не томи! -Хорошо. Детское воспоминание? Надо подумать... А есть одно. Думаю, некоторым из вас будет очень приятно это узнать. Джессика села на диванчике по-турецки и приготовилась слушать, Римус, до этого лежавший с закрытыми глазами сел и встряхнул головой, прогоняя остатки сна. Джеймс и Сириус, подперли головы руками и уставились на Лили. -Это было лето перед поступлением в Хогвартс. Я стала уже замечать, что у меня есть какие-то необычные способности, которых нет у Туньи, и на этой почве часто возникали ссоры. Когда же к нам пришла профессор Макгонаглл, Петунья откровенно начала от меня шарахаться. Но вот родители мои были счастливы, им всегда, особенно маме, нравилось что-нибудь сверхъестественное. Вообще это случилось за неделю до отправления. Я в очередной раз гуляла с Северусом, собственно он мне и сказал что я волшебница, а потом в подтверждение этому объявилась Минерва. На повороте мы попрощались, и я пошла на работу к матери. В тот день была моя очередь ей помогать, у нее свой книжный магазин в магловском мире. -Ах, теперь понятно, откуда эта безудержная страсть ко всему бумажно-печатному, — усмехнулся Блэк. -Замолкни!— шикнул на него Джеймс, жадно ловя каждое слово Лили. — Вечером я пошла домой, отработав свои три часа. Когда я подошла к дому, то услышала с заднего вора какие-то визги и сразу кинулась туда. Каково же было мое удивление, когда я увидела, как Тунья бегает с веником и колотит несчастного Северуса. Оказалось, что он просто назвал ее маглой. А вспыльчивая сестрица посчитала это за оскорбление. После этого случая Снегг всегда побаивался Петунью. Все я выполнила свое обещание, — выдохнула Лили. -Не торопись, а признание, — остановил ее Сириус. -Да что за бред. В чем я буду признаваться-то?— рассердилась девушка. – Ну ладно, я ни разу, за все пять с половиной лет обучения не пропустила матча, в котором участвовал Джеймс, довольны? Она отвернулась, ожидая, что все будут смеяться, но вместо этого воцарилась недоверчивая тишина. -Прям таки не одного? – спросил Джеймс, открыв рот от удивления. -Ни одного, — уже красная как рак ответила Лили.— На самом деле я очень люблю квидичч, но играть у меня плохо выходит, как бы ни старалась. -Ну и кроме того там Джеймс играл,— как бы невзначай заметил Сириус, хитро сощурившись. Лили грозно посмотрела в его сторону, но промолчала. -Может, еще во что-нибудь сыграем, а? – спросил Римус. -Да, я хочу сыграть с Сириусом,— сказала Джессика, ухмыляясь и изображая хитрую улыбку Блэка. -Э?— удивился парень,— ладно. В карты? Магловские, меня научила этой игре одна девушка. -Я не такая дура, что бы играть с тобой в крапленые карты,— возмутилась Джессика, небрежно отбрасывая колоду, протянутую ей Сириусом. -Знаешь о крапленых картах? Я мастерски мухлюю, — гордо заметил Блэк. -Нисколько не сомневалась, — без особого энтузиазма отозвалась девушка.— Давай и играть в «Смертную Азалию» -А???— в один голос все воскликнули Лили, Джеймс и Римус. -А не боишься проиграть? Ведь тогда я смогу потребовать от тебя чего угодно. -Я еще ни разу не проигрывала, это можно сказать моя козырная игра. Она усмехнулась и села напротив Блэка, по другую сторону стола. Девушка достала свою палочку, Блэк тоже порывшись в карманах ее вытащил. Они по очереди выпускали в воздух ярко-красные искры, каждый раз повторяя при этом: «Смертная Азалия». Снопы искр освещали лица красноватым жутким светом и плавно опускались на пол, распространяя зеленные листья плюща, переплетающиеся между собой и создающие миниатюрный лабиринт, но, тем не менее, он заполнил всю комнату. Игроки пускали в лабиринт свои пешки, и та, которая выживет становиться победителем, а которая проиграет – «Смертной Азалией». В древности эта магическая игра проводилась между сильнейшими из волшебников, и вместо пешек они сами входили в лабиринт. Кто-то умирал по пути, а кто-то и доходил до финала, но все равно должен был умереть, таковы были правила игры. В живых оставался один — победитель. И вот игра началась. Больше часа пешки плутали по лабиринту, направляемые палочками своих хозяев. К концу нервы у всех начали сдавать. Сириус метался где-то в нескольких поворотах от выхода, а вот Джесси в это время успешно отразила атаку разъяренного стада кентавров, убежала от змеи и вышла из лабиринта. Как только пешка вышла за пределы лабиринта, он растворился в воздухе, вновь превратившись в сноп красных искр. -Я выиграла, — самодовольно заявила девушка. -Можно меня лучше убить, чем я буду рассказывать что-нибудь. -Бродяга, ты чего, сам же говорил, что сегодня цитирую: вечер посвящённый рассказам о детских воспоминаниях, смешных и печальных случаях, а так же вечер признаний -Римус,— раздраженно начал парень, — во-первых не надо меня цитировать, я вам не Эзоп, а во вторых, можно подумать ты плохо знаешь Джесс, она сейчас придумает такое, что будет лучше умереть. -Сириус, расскажи мне что-нибудь о себе, чего я не знаю и даже не догадываюсь, но что бы это обязательно касалось меня,— попросила Джессика, с невинным и добрым лицом. Парень обернулся, поглядел на милое личико Джесс, а потом сказал Римусу, указывая большим пальцем на нее: -Это вот только выглядит безобидно, на самом же деле.. -Ну, рассказывай, — повелительно гаркнула Джессика. -Не знаю. Это вспоминать надо, может какую-нибудь гадость я тебе сделал, а ты не помнишь, нет, нет… Римус что-то шепнул на ухо Блэку. -Что? Откуда ты знаешь? Ты думаешь рассказать, но тогда и Джеймс…Ладно, это не такая уж и тайна,— тихо ответил Сириус. – Я придумал что рассказать, — обратился он ко всем остальным,— Джесс, помнишь в сентябре, ты заблудилась в лесу? И встретила собаку… -Какого…ты знаешь? -И этой собакой был я. Я анимаг. Нелегальный правда… -Что?— вскрикнула девушка. Лили тоже была поражена и хлопала ресницами, не издавая ни звука.— Это я что, с тобой разговаривала?! -Ну, ты же мне ничего важного не сказала, так мило поболтала о своем и ушла. Я толком ничего не понял, но из-за тебя не успел сделать эссе по нумерологии. Конечно, если не веришь… Парень в момент превратился в огромную черно-серую собаку, и даже сейчас Джесс не могла сдержать испуга, настолько грозным был вид клыков. Он снова превратился в человека и довольный, тем, что напугал Джесс, уселся напротив нее. -Кстати, я тоже анимаг, — сказал Джеймс, поправляя очки. -Ну а ты кто?— все еще не отойдя от шока, спросила Джесс. -Я олень, -с какой-то неясной гордостью ответил он. -Всегда догадывалась, — скептически отозвалась Джесс и прыснула в кулак. – Я— то думала что живу в дурдоме, оказалось в зоопарке. Знаете, мне везет на анимагов. Маггонагл, она ведь тоже анимаг? Ну, когда я была маленькая, я этого не знала и честно сказать кошек никогда не любила. А тут я еще с братом поссорилась, короче я увидела на улице кошку и хотела ее погладить, ничего такого преступного, а она зашипела на меня. Ну, я же была в гневе как дам этой кошке, а она возьми и превратись. Я так испугалась, что убежала домой, крича на всю улицу. Ребята засмеялись. Тут дверь отворилась, и в комнату вошли Райан с Мадлен. Они отказались принимать участие в играх и решили заняться ужином. Французский ужин, легкие коктейли, зажженные свечи. За два часа им удалось полностью преобразить кухню Поттеров и заполнить ее приятными аппетитными ароматами. -Ох, безумно вкусно пахнет, — облизнулся Сириус. -Мы старались,— улыбнулась Мадлен. -Ну вы садитесь, не смотреть же на это весь вечер, — сказал Райан и отодвинул стул для своей невесты. Дружественный теплый ужин при свечах был в самом разгаре.