Жизнь во тьме

Кисаме уверенно шел вперёд: не в первый уже раз должен был встретить он своего информатора. Итачи остался прикрывать его спину, спрятавшись где-то позади. Кисаме даже не пытался оценить, где именно скрывается его напарник, ведь давным-давно известно, что в вопросах маскировки представителям клана Учиха нет равных. Недаром же он умудрился стать самым молодым членом АНБУ Конохи за последние десять лет. Место для встречи было выбрано идеально, впрочем, иначе и быть не могло, ведь это место подыскивал сам Кисаме, а он, между прочим, тоже в своё время успел поработать в АНБУ, правда на совершенно другую скрытую деревню, но какая в сущности разница? Мужчина огляделся по сторонам, вокруг никого не было. Это хорошо. Он со своей внешностью «ихтиоплейбоя» и так привлекает к себе слишком уж много внимания, что было сегодня совсем излишним (впрочем, как и всегда). Пока никто не видит, он прошмыгнул в узкий лаз между двумя, близко стоявшими домами. Идти приходилось боком, сдирая спину и затылок об неровную кирпичную стену. Прямо под его ногами пробежала толстая серая крыса, вероятно удивлённая тем, что глупый человек, от которого едва заметно пахло рыбой, зачем-то сюда полез, но бояться его она явно не собиралась. Умное животное понимало, что здесь слишком тесно, и человек не сможет причинить ей вреда, он и передвигается-то тут с трудом. Через минуту мужчина вышел из узкого прохода, остановился и внимательно осмотрелся: это место сильно напоминало городскую помойку. Тут на довольно-таки большой территории расположились развалины нескольких домов, пострадавших во время крупного пожара двадцать лет назад. Тогда было решено не отстраивать их заново, а просто выстроить вокруг них новые дома. Так это место оказалось зажато между домами в самом центре жилого квартала расположился грязный и гадкий, полузабытый горожанами уголок старого города. Порой тут собирались местные подростки, но чаще нищие и бродяги искали тут себе временное убежище. Они прятались от непогоды в обугленных развалинах. Именно они и натащили сюда разного хлама, живописными кучками усеивавшими всё вокруг. Чего тут только не было: поломанные стулья, дырявые одеяла, расколотые вёдра, закопчённая от костра, старенькая и помятая алюминиевая кастрюля, щербатые, все в трещинах глиняные миски, один и весьма изодранный сапог. Всё это было раскидано вокруг, но ни одного из местных обитателей видно не было. Кисаме снял с плеча Самехаду, которая тут же нервно задёргалась и недовольно заурчала. — Тише. На обратном пути покормлю тебя чем-нибудь. Где я тут найду тебе источник чакры? Справа от него раздалось отчётливое шуршание. Мужчина повернулся в сторону, откуда шел звук. Из такой же дыры, из какой несколько минут назад выбрался он сам, сейчас вылезал молодой парень с ломаными нервными жестами и бегающими из стороны в сторону глазами на обезображенном шрамами лице. И это были не благородные боевые рубцы, а следы банальной юношеской игры гормонов, проще говоря — прыщей. Одежда пришельца наводила на мысли о том, что он имел непосредственное отношение к деревне, Скрытой в Облаках. Всё это, начиная от момента, как Кисаме тут появился и до сего момента наблюдала Сакура, примостившаяся на крыше одного из соседних домов. Она практически не дышала, прекрасно понимая, что сейчас следит за крайне опасным и несомненно, очень умным противником. К тому же ей постоянно приходилось прятать свою чакру, чтобы не быть замеченной. Обстановку накалял очень крупный для своего вида, чёрный ворон, усевшийся в нескольких шагах от неё на каменной трубе. «Если эта проклятая птица сейчас каркнет, то мгновенно привлечёт внимание» — думала Сакура и мысленно проклиная птицу. Но к её счастью, ворон молчал и только смотрел на неё своими чуть красноватыми глазами, словно птицу больше всего на свете интересовала именно она. Между тем с появлением нового персонажа, ситуация стала ещё интереснее. Молодой человек в форме шиноби Скрытого Облака, стоял перед Кисаме и то какими-то ломаными движениями то поправлял волосы, то ослаблял воротник водолазки, словно он душил его, то прятал руки в карманы. Ни дать, ни взять — нашкодивший школьник перед директором школы. — Ты чего тут танцуешь? — Кисаме-сан, я просто устал немного, всё же путь до сюда был совсем не близкий. — Чего ты ноешь как баба? Устал? Ты шиноби или уличная торговка овощами? Ты узнал то, что я просил узнать? — Узнать? Я это… Я ведь не всегда могу… У меня не самый высокий доступ к информации. — Что ты не всегда можешь? Я вообще не спрашиваю, всегда можешь ты или нет. Это пусть твою подружку интересует, а лично меня интересует только информация и она должна быть. Чего ты опять сжался, как девица перед первой брачной ночью? — Кисаме-сан, вы ещё и шутите! — плаксивым голосом отозвался собеседник. — Ни сколько. Итак, мне нужна информация. «Нет у него ничего», — подумала Сакура, наблюдая из своего укрытия весь разговор и слово в слово записывая его в свой маленький блокнотик. Настырная птица, всё продолжавшая сидеть рядом, вдруг встрепенулась и повернулась в другую сторону. Сакура насторожилась и тоже посмотрела туда же, куда и птица. К месту встречи тихонько подкрадывались двое шиноби в боевой форме Скрытого Облака и масках, выдававших в них членов отряда АНБУ. Всё ясно, кажется информатор притащил за собой хвост, а его нервозность объяснялась очень просто — он знал, что за ним по следу идут бойцы АНБУ и опасался (впрочем, не зря), что Кисаме живым за такое вероломство его не отпустит. Интересно, куда делся Итачи? Атака началась неожиданно. Оказывается, Сакура успела обнаружить далеко не всех атакующих шиноби, их было по крайней мере не меньше шести человек, значит, четверых она не заметила. Плохо, очень плохо! А если бы кто-то из них заметил её саму? Лежать бы ей тогда на раскалённой крыше с перерезанным горлом. АНБУ — это не шутки, вряд ли она хотя бы пискнуть успела бы. Следить за происходящим было сложно. И Кисаме, и его противники двигались с огромной скоростью, а паренёк-информатор тихо прижимался к стене дома, когда-то лишившегося во время пожара крыши, и кажется, с превеликим удовольствием сейчас бы вообще сквозь землю провалился. В лучах солнца мелькали отблески металла от брошенных впопыхах кунаев. Один из нападавших оказался мастером огненных техник и сейчас швырял в разные стороны языки пламени, отчего сразу же в нескольких местах занялся пожар, грозящий спалить всё, что ещё не было сожжено. Впрочем, на пламя никто из дерущихся особого внимания и не обращал, разве что горе-информатор, всё ещё пытавшийся слиться со стеной. Кстати, а что это к нему крадётся один из АНБУ? Мелькнуло лезвие куная и бывший информатор молча рухнул на землю, обагряя кровью стену и землю под собой. Видимо, решили уничтожить предателя и оборвать нить, по которой из Кумогакуре шла утечка информации. Скорее всего, приговор ему подписали уже давно, но он был нужен как приманка для того, чтобы поймать одного из Акацуки. Разумно, хотя и жестоко. Предатель сам должен был понимать, на что он идёт, особенно когда решился на двойное предательство. Тем временем, пламя разгоралось всё ярче и захватывало всё больше и больше пространства, а места для манёвров оставалось всё меньше. Вдруг ворон, который всё так же продолжал сидеть рядом, громко захлопал крыльями и взлетел. Почти в тот же миг Сакура почувствовала острую боль между лопаток, сомнений у неё не было — туда попал сюрикен. Она резко обернулась, одной рукой пряча блокнот с записями, а другой выхватывая один из кунаев, закреплённых под платьем на бедре. В двух шагах от неё стоял мужчина в маске тануки. И хотя сквозь маску не было видно, но почему-то ей показалось, что он ухмыляется. — А кто это тут у нас, а? Цыпочка, лучше бы тебе сказать сразу. Тогда я убью тебя быстро, даже и почувствовать не успеешь ничего. В руках у него была длинная и тонкая, как волос, леска и если на первый взгляд могло бы показаться, что ничего страшного в этом нет, то Сакура прекрасно понимала, что одним лёгким движением этой лески, он вполне мог отделить её бедовую голову от бренной тушки. На какое-то мгновение позади неё, там, где шла схватка Кисаме против шестерых АНБУ, раздался взрыв. Огненная волна опалила ей спину и едва не сшибла её с ног. С неба враз начали падать какие-то непонятные ошмётки, а в воздухе стойко запахло гарью, однако её противник и ухом не повёл. Шаг за шагом он приближался к ней, поигрывая смертоносной леской и усмехаясь. И снова её внимание отвлёк ворон, огромный и чёрный. «Сколько же тут этих птиц?» — совершенно не к месту подумала она. А вслед за первой птицей, подлетела ещё одна, и ещё одна… Вскоре вокруг них уже кружило штук пятнадцать птиц, мужчина начал заметно нервничать, озираясь по сторонам и забыв про свою потенциальную жертву, всё ещё стоявшую перед ним. А между тем на сцене появилось ещё одно действующее лицо и с его появлением Сакура окончательно попрощалась со своей жизнью. Позади АНБУ на встречу Сакуре шел Учиха Итачи. Уверенный и целеустремлённый, он шел, чтобы без пощады убивать. Его глаза отсвечивали красными огоньками Шарингана, чёрный, с красными облаками плащ, развевался позади него, как крыло ворона. И ещё с десяток ворон кружилось вокруг него. «Неужели это его птицы?» — ужаснулась куноичи и тут же позабыла об этом открытии. Но вместо того, чтобы убить её, он сделал едва заметное движение рукой и АНБУ из Кумо, хрипя, упал к её ногам. — Иди уже сюда! — властно произнёс он. Сакура продолжила стоять на месте, удивлённо моргая. — Иди, не бойся, Сакура, я не причиню тебе вреда. Она как зачарованная пошла на встречу, ещё несколько шагов и… И она погрузилась во тьму.