Жизнь во тьме

Сакура падала во тьму, минуту, другую, третью. Казалось, что вокруг ничего не меняется: она всё продолжала падать, а дна у этой бездны всё никак не предвиделось. В какой-то момент Сакура попыталась было закричать, но не смогла выдавить из себя ни звука, словно эта непроглядная тьма поглотила даже звуки, тогда она попыталась махать руками и ногами, но и они отказывались слушаться, словно вдруг стали ватными. Вообще, ей казалось, что тьма, сквозь которую она летит, была живым, мыслящим и недружелюбным существом. Она обволакивала её, прикасалась к коже, словно пробуя её на вкус. Сколько продолжалось это безумие, она не понимала, отследить ход времени тут было абсолютно невозможно, но вдруг её бесконечный полёт закончился. Девушка почувствовала удар в спину и поняла, что лежит на чём-то твёрдом, а буквально в следующее мгновение поняла, что тьма стала отступать и она уже способна различить смутные очертания в густом багровом мареве. Девушка села и ощупала то, что находится под ней, в ладонь тут же впились мелкие камешки и песчинки. Тут вроде бы всё понятно — она сидит на земле, но что это за место? И как она тут оказалась? Сакура прищурилась, и очертания стали чуть чётче. Больше всего окружающий её пейзаж напоминал пустыню и это было более чем странно, ведь там, где она находилась, пустынь точно не было. Не могла же она за несколько мгновений переместиться в Суну? И вообще почему её окружают только чёрный, серый и все оттенки багрового? Куда пропали все другие цвета? — Каррр! — совсем рядом раздался хриплый птичий крик. Сакура обернулась. В нескольких шагах от неё, на высоком чёрном камне опять сидел огромный чёрный ворон. — Тьфу! Опять ты, дьявольская птица! — выругалась девушка. — Зря ты так. Между прочим, если бы не он, то я бы мог не успеть. — сказал невесть откуда появившийся рядом хозяин птицы. — Так это ваша птичка, Итачи-сан? Получается, вы знали, кто я? — Знал. С самого начала. — подтвердил он её догадку. — Я поняла — это гендзюцу! — наконец-то смогла она идентифицировать своё местонахождения. — Да, одна из техник Мангекьё Шарингана, если тебя это интересует. — Почему бы просто было не убить? — Тебя? Зачем мне это? — Откуда ты знал, кто я такая? — Много лет назад я уже видел тебя в компании Хатаке Какаши, моего брата и сына Минато Намикадзе, хотя он и носит фамилию матери. — Всё равно не понимаю… — Что тут понимать? Ты не представляешь для меня угрозы — это раз, ты подруга моего брата и по своему дорога ему — это два, я вовсе не маньяк и не собираюсь убивать всех вокруг — это три. Ну и пожалуй, это всё, что тебе стоит знать. Ты ещё некоторое время тут побудешь, потом я тебя отпущу. Возвращаться в город я бы тебе не советовал, от него мало что осталось. Этот идиот из Скрытого Облака полгорода разнёс. На этом оба и ворон и его хозяин исчезли. Сакура встала на ноги и пошла. Сидеть было скучно и бессмысленно, вырваться отсюда без воли хозяина практически невозможно. Несколько лет назад только госпожа Цунаде смогла разрушить эту технику и вернуть разум сенсея и Саске в реальность. Вероятность того, что сейчас она пробегает где-то рядом и случайно найдёт бессознательное тело Сакуры, равна нулю, так что остаётся только ждать когда Учиха сам соизволит выпустить её. Пейзаж бесконечно менялся, но оставался при этом всё таким же унылым: серый песок, багровое небо и чёрные скалы. Иногда где-то далеко-далеко на небе она видела очертания птиц. Вернулась в реальность она так же неожиданно, как и попала в гендзютсу. Учиха выполнил своё обещание и сам выпустил её из плена своей техники. Она просто моргнула, а когда открыла глаза, то в них ударил яркий солнечный свет, из глаз моментально брызнули слёзы и ей пришлось зажмуриться. Когда к Сакуре вернулась способность видеть, то она обнаружила две вещи: во-первых, она лежала на траве посреди леса, а во-вторых, кто-то перевязал рану на её спине и сейчас грудь под платьем стягивал тугой бинт. Он, что, раздел её, перевязал, а потом снова одел обратно?! Сакура чуть не задохнулась от негодования, но тут же её отрезвила мысль, что не сделай он этого, она имела бы все шансы умереть от кровопотери. В общем, единственное объяснение происходящему, которое у неё было, звучало примерно так: «Всё-таки эти Учиха — странные ребята». Девушка ещё раз перебрала все свои вещи: одежда была вся на ней, оружие лежало аккуратно сложенное рядом, блокнот тоже оказался на месте. Куноичи перелистала все страницы и перечитала все свои записи, тут тоже всё было в порядке, ни одна из страничек не была вырвана, нигде ничего не было исправлено, хотя он наверняка всё это прочитал. Харуно уже было собралась убрать его обратно, но тут её внимание привлекло что-то чужеродное. Девушка пригляделась и увидела то, на что первый раз не обратили внимания: на самой последней странице, на которую до этого она и не посмотрела, мелким мужским почерком было написано: «Береги его, он ни в чём не был виноват». Сакура села на землю, уставившись на листок, на котором были выведены эти несколько строк. Зачем он написал ей это? О ком он? Неужели о своём младшем брате? По всему выходило, что так. Происходящее становилось всё непонятнее и непонятнее. В Сакуре уже не было той прежней уверенности в том, что Итачи Учиха монстр и убийца. Нет, он, конечно, убийца, но если подумать, а она сама намного ли лучше? Можно ли про неё саму сказать, что она хороший человек? Скольких убила она сама? Она никогда не считала своих жертв, они были враги и это было правильно, но что бы она сделала, если бы врагом оказались отец и мать? Не о том ли он спросил ее тогда в баре? Кажется, впервые она задумалась над вопросом «А почему он их убил?». Что побудило его так поступить? Ведь должна же была быть хоть какая-то причина, просто раньше она как-то об этом не задумывалась, вернее — отрицала саму мысль, что у него могли быть причины. Её совершенно не интересовали мотивы этого человека, его поступок всегда воспринимался ею однозначно и категорично — зло в самом ужасающем его проявлении. Но что-то было в нём такое, что за два дня заставило её пересмотреть все свои взгляды на жизнь, поколебало её веру в добро и зло, заставило засомневаться в однозначности произошедшего. Она впервые задумалась, а так ли всё было на самом деле или просто ей не всё известно? Сакура поднялась на ноги и отряхнула с подола мелкие соринки и частички земли. Так или иначе, а своё задание она выполнила и пора бы ей уже возвращаться в Коноху. Правда, все её немногочисленные вещи остались в гостиничном номере, а ключ от него всё ещё продолжал лежать в её кармане. Но вот стоило ли возвращаться туда? Помнится, когда она ещё была под действием гендзюцу, Итачи сказал ей, что городок почти разрушен и там совершенно нечего делать. А вообще-то с каких это пор она должна слушать этого Итачи? Мало ли что он там говорил! Того факта, что он предатель и беглый преступник ещё пока никто не отменял. К ней вновь вернулась решимость. Куноичи залезла на верхушку дерева, показавшегося ей самым высоким, и огляделась. В какой-то тысяче шагов от неё виднелся город. Даже отсюда выглядел он не самым лучшим образом. Ещё совсем недавно тихий, как вода в лесном озере, городок сейчас выглядел как поле боя, что в общем-то и соответствовало действительности: разрушенные дома, ошмётки копоти на мостовой, выбитые окна и опалённая земля. Видимо не соврал Учиха, и тот парень из Скрытого Облака действительно сильно перестарался. Видимо, после того, как она попала в плен гендзюцу, он устроил ещё один и очень сильный взрыв, а может даже и не один. Люди бесцельно бродили по улицам. Кажется, половина из них и вовсе не понимала, что вообще происходит и что им делать дальше. У многих на лице, шее и руках были ожоги, у других опалены волосы. Сакура вздохнула. Всё же разборки между шиноби не следовало бы устраивать вот так — посреди обычного города, мирное население не должно страдать, а сейчас больше всего досталось именно им, разрушены их дома, разворочен весь их быт, многие погибли или пострадали. В гостинице царили такие же, как и везде, хаос и неразбериха, никто даже и не заметил её, как и не обратили внимание на то, что девушка прошла наверх по скрипевшим, как несмазанная телега, ступенькам. Ключ всё ещё продолжал лежать в кармане. Харуно достала его и легонько повернула в замочной скважине, раздался лёгкий щелчок и дверь открылась. К немалому удивлению девушки, стёкла в окнах её комнаты выдержали ударную волну. Сакура быстренько переоделась, из-за раны платье на спине было разорвано и всё насквозь пропиталось кровью. Испорченную вещь она аккуратно сложила в сумку, а сама переоделась в обычную свою форму: укороченные легинсы, розовую тунику и форменную жилетку, какие носили все шиноби Конохи, нацепила на бедро подвязку для крепления кунаев. Огляделась. Вроде ничего в этой комнате больше не выдавало её здесь пребывания, не годится шиноби оставлять хоть какие-то следы после себя. Достав из кармана деньги, она оставила их на тумбочке около кровати, теперь можно было спокойно идти.