Жизнь во тьме

Итачи лежал в своей комнате, скрытой в недрах одной из башен Амегакуре, огромной и безобразно-бетонной, словно памятник архитектора-гигантомана. Он ненавидел Амегакуре, но парадокс заключался в том, что только тут он мог жить. Не то, чтобы его тут сильно любили, но по крайней мере тут его терпели. Он посмотрел на потолок, силясь найти там ответы на свои вопросы, но как бы он не приглядывался к потолку, кроме тонкой серебристой паутинки, ничего интересного он там не нашел. То, что он делал всё последнее время, было в корне неправильным. Он вообще с самого начала должен был убить эту девчонку, а вместо этого он то спасает её, то следит за ней, то и вовсе устраивает ей экскурсию по старинному убежищу клана. Но всё-таки глупо отрицать, что почему-то он рад тому, что в первую их встречу не убил её и даже сейчас, когда её не было рядом, воспоминания о ней согревали его. Было в ней что-то светлое и это «что-то» манило его, притягивало к себе, непреодолимо влекло как свет фонаря влечёт мотылька. Год за годом он жил во мраке, в окружении таких же, как он сам, морально и психически изломанных людей, отщепенцев, изгнанных нормальным обществом, которое впрочем, их и породило. Он уже успел и позабыть, что бывают другие люди и другие чувства. Она растревожила в его душе что-то давно и основательно забытое. Он смотрел на эту девушку и в его сердце вновь рождалось то горячее и всеобъемлющее чувство, что и когда-то в детстве, когда он играл с младшим братом, вот только его любовь к брату может и спасла тому жизнь, но кажется, превратила того в такого же морального урода, каким был он сам и какими были те, кто его окружал. Итачи встал и подошел к окну. Там за стеклом высились однообразные и унылые бетонные постройки Амгакуре, но Сато. Он молча ненавидел это место. Тут не было, да и не могло быть ничего деревянного, ведь ни одна, даже самая крепкая древесина не выдержит, если двадцать пять дней в месяц идёт дождь, а он любил деревья. Нет, деревья-то тут росли, но даже они были какими-то не такими, низкорослые и приземистые, они не шли ни в какое сравнение с величественными лесами, окружавшими Коноху. Интересно, а понравилось бы тут ей? Хотя, что тут вообще может нравиться? Дожди, грязь и бетон, вот и всё описание этого места в трёх словах. В дверь постучали. — Кто? — Дело есть как раз для нас с тобой! Из коридора послышался голос его постоянного спутника — Хошикаге Кисаме. Вот кто вполне искренне мог бы, пожалуй, полюбить эту деревню. Если так можно выразиться: тут он ощущал себя, как рыба в воде, ну или рыба под дождём. — Заходи. Куда идём и зачем? Дверь отворилась и в комнату вошел Кисаме. — Хороший сегодня дождь, — сказал он, мельком глянув в окно. — Он был вчера и позавчера, и еще пять дней до этого. — Вчера был не такой. Сегодня лучше! — назидательно ответил человек-полурыба. Итачи не стал спорить. Может он и прав, и сегодняшний дождь чем-то принципиально отличается от других дождей в этих местах. — И так, куда мы идём? Кисаме бесцеремонно плюхнулся на его кровать и взгромоздил ноги на спинку. — В страну Рисовых полей. — Какого демона нам там понадобилось? — Вот как раз почти угадал. Не совсем демона, но что-то подобное мы там и ищем. Нам нужен джинчуурики. — В этой стране нет ни одного из них. — Не точная информация, раньше не было, а теперь — есть, хотя и временно. Итачи повернулся к своему напарнику и сел на стул. — А вот отсюда пожалуйста по-подробнее. Я слушаю тебя предельно внимательно, кто именно из них вдруг решил посетить эту забытую небесами страну? — Джинчуурики Пятихвостого, тот самый, который несколько лет назад свалил из «Кровавого тумана». Я не слишком хорошо знаю этого мальчишку, так, встречал его иногда. Как он из деревни сбежал, так потом несколько лет о нём не было ни каких новостей, даже слухов до нас не доходило. Мальчишке мастерски удалось залечь на дно. И вот вдруг он появляется тут. Мы не можем упустить такой шанс. — Ясно. Силён? — Пятихвостый как-никак. Вон нашим и с Двухвостым попотеть пришлось, хоть джинчуурики и была девчонкой, а жару всем задала, кое-как поймали. — Когда выходим? — Вот что мне в тебе нравится, так это твоя собранность. Ни одного лишнего вопроса! Хотелось бы сегодня уже выйти. — Хоть сейчас. Итачи встал и схватил чёрный плащ, до этого висевший у двери на крючке. НЕ то, чтобы ему очень хотелось поохотиться на этого парня, но так хоть появиться возможность не думать о девчонке, да и свою работу он привык делать качественно и быстро. — Так мы идём? Он обернулся и вопросительно посмотрел на Кисаме, продолжавшего лежать на его кровати. Тот нехотя встал. — Идём-идём.

***

— Напомните мне, пожалуйста, что нам вообще понадобилось в стране Рисовых полей?! Голос Сакуры выдавал крайнюю степень раздражения. Её совсем не радовала перспектива тащиться на учебную миссию с тремя молодыми генинами только потому, что Куренаи-сенсей, бывшая их наставницей, неожиданно оказалась вынужденной остаться дома. Её дочь подхватила корь и теперь лежала с лихорадкой, а оставить заболевшую трёхлетнюю малышку под присмотром пусть даже и своей родной сестры, она не решалась. Чтобы не лишать группу возможности набрать баллы за миссию, было решено один раз отправить с ними Сакуру. — Так вроде бы у феодала дочь должна поехать к жениху на свою собственную свадебную церемонию, а мы будем её охранять. — робко промолвил Мезеру, скромный и тихий парнишка, но истинный ас в области ниндзюцу. — Так то оно так, но спрашивается, кому именно может понадобиться младшая дочь мелкого феодала? От кого будем её защищать? От енотов, решивших среди ночи утащить её свадебный наряд? — Наверное наша задача не столько защищать, сколько обозначить статус невесты, — ответила рассудительная Иошико. — Именно! И меня это бесит. Мы с вами будем не охранять несчастную принцессу от нападения злых людей, а усиленно создавать вид, что она вообще кому-то нужна, кроме её жениха. В общем-то сами ребята нравились Сакуре. Они совсем не походили на её собственную команду, пожалуй, теперь она понимала, сколько головной боли из-за них было у Какаши-сенсея. — Скоро мы дойдём до гостиницы, там и остановимся, а нашу с вами драгоценную подопечную привезут туда же завтра днём. Так что сегодня рекомендую отдохнуть и хорошенько выспаться. Даже если мы будем охранять её от енотов и отгонять по ночам летучих мышей, то должны делать это так, чтобы не посрамить нашу деревню. Ясно? — Ясно! — хором ответили ребята. — Кстати, при гостинице есть горячие источники. Так что выше нос, мои дорогие! Гостиница радовала глаз, хоть и располагалась в совсем небольшом городке, отличные номера: один для неё, другой — для её ребят, скромный, но вкусный ужин и, конечно, горячие источники. Правда, тут не было разделения на мужскую и женскую половины, ведь, как известно, чем дальше от столицы, тем проще люди. Мальчишки тут же булькнулись в воду, подняв тучу брызг, Иошико поправляла бретели купальника и аккуратно пальчиком стопы пробовала воду, прежде чем войти в купальню. Сама Сакура сидела на берегу тоже в купальнике и наблюдала за тем, как веселились её ребята. Они ещё только-только стали генинами и пока не успели забыть, что это такое — просто быть детьми. И сейчас напрочь позабыв о кодексе шиноби, брызгались и веселились как самые обычные подростки. Сакура вовсе не была против. Им и так предстоит слишком рано стать взрослыми, вполне возможно, что не все из них успеют завести свою семью и услышать смех своих собственных детей, так пусть хоть сейчас вспомнят, что такое детство, а она посидит тут и покараулит их (рядом с ней под полотенцем лежала парочка кунаев, на всякий случай так сказать). — Не брызгай на меня! Прекрати! Вот я тебе сейчас покажу! Кажется, милая девушка была готова превратиться в разъярённую фурию и тут же утопить Кенту, но сотоварища это совершенно не пугало, он весело хохотал и продолжал окатывать её градом брызг. Сакуре нравился этот горячий источник. Он был оборудован на месте самого настоящего гейзера и представлял из себя довольно глубокую каменную чашу под открытым небом. Этот гейзер видимо не был чересчур активным и в моменты, когда происходил выброс воды, она не взлетала столбом, как это иногда бывает, а просто начинала бурлить в самом центре купальни. Тут даже вода пахла не так, как в искусственных источниках, где горячую воду непрерывно подают по трубам, их много сейчас везде развелось. Лёгкий ветер слегка растрепал ей волосы. Сакура отбросила рукой прядь волос, упавшую ей на глаза и обернулась, услышав позади шорох шагов. Из горла против воли едва не вырвался вскрик. Она только и успела зажать себе рот ладонью, чтобы хоть ребят не напугать. Прямо перед ней стоял Итачи Учиха в шлёпанцах, плавках и с перекинутым через руку полотенцем. У него тоже был несколько ошарашенный вид, ничего себе — отвлечься решил и не думать о молоденькой куноичи! Как прикажете не думать о ней, если она сидит прямо перед ним в довольно — таки откровенном купальнике? — Здравствуй. Твои ребята? Он наконец-то справился с эмоциями и махнул рукой в сторону веселившихся и совершенно не обращавших на них внимания, ребят. — Мои. Не трогай их. Зачем они тебе? — Действительно, зачем? Он пожал плечам, положил полотенце, скинул шлёпанцы и вошел в воду. Сакура повернулась к ребятам, решив увести их от греха подальше: — Давайте-ка уже выходите! — Да, семпай! Мы уже выходим. — ответила за всех Иошико. — Хорошо, идите в комнату. Сакура довольно натянуто улыбнулась и пошла вслед за ними. — Уже уходишь? — раздался тихий голос позади неё. — Ну ты же понимаешь… — Его тут нет. По крайней мере, не в этой гостинице, а я, как ты видишь, сижу здесь. Неправильно это, оставлять противника без наблюдения. — А ты мой противник? — Кто знает? Может и твой. — задумчиво ответил Итачи. — Ладно, — неожиданно согласилась Сакура, — Сейчас отправлю их и приду. Заведя своих подопечных в их комнату, она первым делом проверила и убедилась, что никого, похожего на Кисаме, тут действительно нет, а мужчина, расслабляющийся сейчас в купальне, остановился в другой гостинице неподалёку и пришел сюда только на источник. И только убедившись в безопасности ребят, она вернулась.