Жизнь во тьме

Со своей миссии Сакура вернулась совсем измотанной, причём и морально и физически. Нет, сама-то миссия прошла совсем даже неплохо. Как она и предполагала с самого начала, разнообразных душегубов, разбойников и иных нехороших людей младшая из шести дочерей местного феодала не интересовала совершенно. За всё время их маленького путешествия ни одна собака не проявила даже малейшего любопытства, не то что интереса к их обозу. В положенный срок они доставили химе к её наречённому и был вынуждены остаться до конца свадьбы уже в качестве почётных гостей. К чести жениха надо сказать, что он производил довольно неплохое впечатление. Умный и начитанный молодой человек может быть, и не отличался физической силой и воинской доблестью, но зато обещал в очень скором будущем стать дальновидным и разумным политиком. Хоть в этом повезло молодой химе. Но вот два дня, вынужденно проведённых рядом с огорчённой и перепуганной девушкой в качестве её персональной жилетки, кого угодно довели бы до белого каления. Да если к этому добавить переживания из-за Итачи, а как можно было теперь не думать о нём? Сколько уже лет подряд он ходил по острию лезвия и сколько ещё у него их впереди? Презираемый и ненавидимый всеми, он молча нёс свою ношу и даже ей не желал рассказывать, что было у него на душе и на уме. Лишь иногда случайно обронённая фраза могла только намекнуть на ту боль, которую он носил в душе. А ведь ещё полгода назад она сама точно также ненавидела и презирала его, считала его монстром в человеческом обличии. Так что же такого произошло с ней? Почему её так волнует тот, кто считается её врагом? Как она могла до этого скатиться? Дочка Юхи Куренаи уже успела поправиться и хотя ещё была слабой после болезни, но уже совершенно не хотела лежать в кровати, а бегала по дому, постоянно теребя маму, чтобы она срочно пошла с ней посмотреть то на башенку из кубиков, то ещё на что-нибудь. Сакура улыбалась, глядя на малышку, всё гадая на кого же из родителей она больше похожа: на своего отца, который так ни разу её и не увидел или на свою мать, которая так и не смогла до конца пережить его смерть и теперь жила только воспоминаниями и своей дочерью. От этих мыслей на глазах навернулись слёзы, она украдкой стёрла их тыльной стороной ладони, пока никто не видит этой, совершенно не свойственной для неё слабости. — Ну, как там мои ребята? — Они молодцы! Мне даже понравилось с ними работать! — Сакура улыбнулась. — Кто знает, может через несколько лет ты и сама захочешь стать куратором такой же группы? Я думаю, у тебя бы получилось. — Ой, нет! Почему-то мне кажется, что вот это точно совсем не моё. У меня и детей-то своих нет, я даже не знаю, как с ними общаться. Куренаи рассмеялась. — В своё время Какаши-семпай примерно в таких же фразах пытался отказаться от удовольствия быть вашим сенсеем, однако, согласись сенсей из него вышел просто отличный! — Разве что вечно опаздывающий! — усмехнулась Сакура. — Ну когда он хоть куда-нибудь приходил вовремя? А насчёт того, что у тебя нет своих детей, ну так ни у кого из нас не было их, когда мы начинали учить вас. — Это правда, но наверное, я ещё не совсем к этому готова. — Не соглашусь, я ведь разговаривала с Иошико, она тоже считает, что из тебя получился бы хороший куратор, а она очень серьёзная и разумная девушка. Лично я вполне доверяю её мнению. Сакура ещё немного посидела в гостях у Куренаи и пошла домой, но дойти до него в тот день ей так и не довелось. На улице её догнал Наруто, вид у него был самый, что ни на есть раздосадованный. — Сакура, они нашли его! Они его выследили! — Кто? Кого? За чем? Сакура упорно пыталась уловить суть, но без дополнительных разъяснений никак это у неё не получалось. — АНБУ. Саске. Я отправляюсь туда. — Наруто, это же АНБУ, ты ведь не собираешься противостоять и Саске и АНБУ в раз? К тому же не забывай, что Саске совсем даже не один. — Сакура, ты сейчас о чём? Я ведь обещал, что верну его, ты помнишь? — Да, я это помню. Но, Наруто, ты представляешь, что нам с тобой будет? — Нам? Значит, ты тоже идёшь? — Мы же команда, — Сакура печально улыбнулась, подумав, что семья Учиха — это её единоличное и вечное бремя. — Да, мы — команда! — раздалось за их спинами. И Наруто, и Сакура враз обернулись и увидели стоявшего рядом с ними Сая. — Я иду с вами, — безаппеляционно заявил он. — Сай, тебе-то это зачем? — Он ведь ваш друг и важен для вас, значит, он важен и для меня. — отрезал Сай, враз лишив их возможности отказать ему в этом праве. — Значит всё решено — выходим прямо сейчас, — объявил Наруто. Сакура и Сай переглянулись и согласно кивнули.

***

Уже в течении трёх дней АНБУ караулили убежище, в котором скрывался Саске Учиха и его сотоварищи. То есть не особо-то он и скрывался, просто временно находился там, практически не показываясь на улице. Чего он там ждал, никто не знал, но связываться с ними без дополнительной поддержки было строго на строго запрещено специальным пунктом приказа Хокаге. К чему терять сразу целый отряд специально подготовленных шиноби? А тут, к сожалению, при попытке атаковать Саске именно этим всё обещало закончиться. — Саске-кун, их стало больше, подошли ещё трое, но они почему-то спрятались чуть подальше, словно не хотят, чтобы наши надзорные их заметили. — Хорошо. Тремя больше, тремя меньше… Какая в сущности разница? — Саске меланхолично отмахнулся рукой от слов Карин. — По крайней мере, один из них очень силён, у меня даже голова начинает кружится от его чакры. — Интересно, кто же это такой? Однако, несмотря на слова, подлинного интереса он так и не проявил. — А если он не придёт, то что тогда ты будешь делать? — Он придёт. Это абсолютно точно. Он придёт, и я убью его. Это тоже абсолютно точно. Часа два спустя Карин снова оживилась: — Саске! Я чувствую его! Он ещё довольно — таки далеко, но он идёт сюда! — Какая радость, мой обожаемый братец соизволил нас посетить, — мрачно прокомментировал Саске. Он встал из-за стола, за которым сидел уже который час подряд даже не меняя позы, повернулся к застывшим в ожидании его приказа Карин, Суйгецу и Джуго: — Пойдёмте, моё время кажется пришло. Вы берёте на себя шестерых АНБУ или кто там ещё нас караулит, а я — братишку. После нескольких суток затишья внутри дома, за которым велось наблюдение, кто-то начал подавать признаки жизни, но не успели наблюдатели подготовиться, как дверь буквально слетела с петель и из дверного проёма одновременно выскочило несколько теней. Не успели они опомниться, как в десятке шагов от них уже стоял и скалил острые как у акулы и белые как фарфор зубы шиноби, уже много лет как значившийся в числе самых опасных ниндзя-отступников Суйгетсу Хозуки. На скрывавшихся в в тени деревьев Наруто, Сакуру и Сая напали враз двое: лохматый парень и миловидная девушка в коротеньких шортах. Оба они явно были не самыми слабыми противниками. Завязался бой. Все его участники были видавшими виды и закалёнными в многочисленных боях шиноби, воздух просто наэлектризовался от огромного количества чакры, выпускаемой всеми участниками сражения, всё внимание шиноби было сконцентрировано на противниках, как вдруг кто-то крикнул: — Там ещё один! Там Итачи Учиха! И он идёт сюда! У Сакуры перехватило дыхание, словно ей с размаху ударили в солнечное сплетение или из лёгких враз вышел весь воздух, она молча хватала его ртом, но вдохнуть всё равно не получалось. Удар в висок отшвырнул и опрокинул её на земь, боль несколько отрезвила девушку и вернула её в реальность, лёгкие снова начали работать, а в мозгу суетливо забилась одна единственная мысль «Итачи. Его же могут убить!» Сакура вскочила на ноги и с размаху ударила кулаком по земле рядом с собой, вложив в этот удар немалую порцию чакры, как когда-то учила её Цунаде-сама. Земля под ногами красноволосой девушки задрожала, покрылась паутинкой мелких трещин и вдруг начала крошиться и оседать, Карин тоненько вскрикнула, нелепо взмахнула руками и на несколько жалких секунд потеряла равновесие, однако этого было достаточно. Она не удержалась на ногах и грохнулась в образовавшуюся после удара яму. Буквально тут же вскочив на ноги, она огляделась и разочарованно вздохнула, её противницы нигде не было видно, видимо, это был своеобразный отвлекающий манёвр, чтобы просто -напросто сбежать, а ведь всё так хорошо начиналось, вполне можно было бы надеяться на то, что этот бой будет лёгким и недолгим. Но не сложилось. Не стоило ей недооценивать противницу. Удар у бывшей напарницы Саске-куна был что надо. Пока девушка с красными волосами приходила в себя, попутно пытаясь рукой нащупать спавшие во время падения очки, а найдя — водрузить их на нос, Сакуры уже и след простыл. Она бежала, не разбирая дороги, в ту сторону, где она, даже не будучи сенсором, явственно ощущала сгущение чакры и именно в ту сторону, куда незадолго до этого пробежал Саске. Девушка вылетела на малоприметную полянку, но умудрилась не заметить камень под ногами, неловко запнулась об него и чуть не упала. На поляне друг напротив друга стояли двое, так похожие внешне, что было не удивительно, ведь в венах этих людей текла одна и та же кровь, их родила и вскормила одна и та же женщина. Казалось бы, выросшие в одной семье, они должны были бы и жизнь воспринимать совершенно одинаково, а нет, у каждого из них были свои идеалы, своя цель и свои методы её достижения. И хотя ни один из них не признал бы и под страхом смерти, но зачастую эти методы были весьма схожи. Услышав звук, оба в раз повернулись к Сакуре, один — с болью во взгляде, второй — с презрением. — Ну и что тебе тут нужно? — совсем не любезно спросил Саске, ожидая услышать душеспасительный монолог о том, почему он не должен так поступать, а должен поскорее вернуться в Коноху. Но, к его немалому изумлению, монолога не последовало, казалось, она вообще не заметила, что он тоже тут присутствует. Ерунда, конечно, но его самолюбие было жестоко уязвлено. Хотя, с другой стороны, наверное, не было ничего удивительного в том, что его братец привлёк всё её внимание к себе, он всегда привлекал слишком много внимания и даже «слишком» было ещё недостаточно верным определением. Сакура смотрела на Итачи Учиху. Один мимолётный взгляд, и он снова занят своим братом, но какой это был взгляд! Он без слов рассказал всё, что она так хотела спросить, что та ночь вовсе не была для него случайной. — Не обращай внимания на эту дурочку. Если так хочет, пусть тоже посмотрит, — процедил сквозь зубы Саске. — Глупый маленький брат, хоть я и должен признать, что ты изрядно вырос, но ума у тебя так и не прибавилось. Итачи бросился в бой первым, удар за ударом, кровавый блеск шаринганов, тоненький свист летящих в воздухе кунаев и свист, издаваемый чидори, собственно за который эта техника и получила своё название. Сердце Сакуры обливалось кровью, но вмешаться было равносильно самоубийству, да и какое она имела права тут вмешиваться? Итачи был сотню раз прав, когда говорил, что это не её дело, а она — глупая, только сейчас это поняла, она и Итачи — это одно, а вот он и его брат — это совсем другое и никогда она не сможет ничего исправить или хотя бы слегка поправить. Эта трагедия унесла слишком много жизней и исковеркала судьбы тех, кому посчастливилось выжить. Впрочем, а точно ли посчастливилось? Или лучше было бы и им тоже погибнуть? Она уже не знала ничего, она просто бессильно смотрела, как по губам Итачи стекал ручеёк крови. Два брата отскочили в разные стороны и снова встали друг напротив друга. Хотя бой между ними только ещё успел начаться и они едва ли успели обменяться двумя десятками ударов, но Итачи дышал довольно тяжело, было видно, что даже на ногах он стоял с трудом. — Когда это ты успел стать так жалок? — скривился Саске. Итачи сделал несколько шагов вперёд, задел кончикам пальцев лоб Саске, как делал это когда-то в детстве. Пошатнулся и упал.