В заложниках

Филипп, имея лишние время в кармане, немедленно поспешил в Аркхэм. Все мысли путались в голове, и Лип не мог составить предложение, которое он бы использовал при встрече с мистером Гордоном и Буллоком. Все это — один огромнейший пиздец, и Лип в курсе, что он последний гандон, а не брат Джерома, однако стены Аркхэма хорошенько удержат там Валеску. Почему Галлагер шёл на это? Ради безопасности народа и себя. Джером ненормальный, и ему может придти в голову все, что угодно, начиная от простых убийств, заканчивая крупным терактом.       Лип до сих пор не может поверить, что тот Микки тусит с его братом. Если судить по сдержанности Валески, то Мик должен быть давно гнившим трупом где-то глубоко под влажной землёй, потому что многие любовные истории Джерома — всего лишь ещё одна хуйня, которая заканчивается на кончине подстилки. И как бы Валеска ни любил, ни выражал это действиями и словами, Микки должен быть очень глупым… Нет, даже не глупым, а тупым на голову придурком, чтобы оставаться с Джеромом наедине. Тем более, когда в Лос-Анджелесе кишат люди, которым насрать, зарезали ли тебя прямо на их глазах, или, блять, когда в этом городе нет знакомых тебе людей, где ты мог бы спрятаться от сумасшедшего рыжего маньяка. Хотя, если учесть то, на что Валеска может пойти ради какой-то своей очередной шлюшки, это все звучит, как пустой бред. От него не спрячешься, а если и получится, то рыжий надавит на жалость. Неважно как. Джером найдёт источник твоей привязанности, любви и сделает так, чтобы тебе было больно. Зайдя в лифт и приехав на пятый этаж, Лип видит кучу работающих копов, что стояли буквально на ушах, и если кто-то не кричал, как абсолютный параноик, то тот разбрасывал бумаги с бессмысленным текстом, психанув, или доходило до того, что чуть ли не душил своего напарника, сильно схватив за галстук. Тот же Харви Буллок, стоявший с Фокси, активно жестикулировал и что-то бубнил без остановок, на что последний, в свою очередь, либо кивал, создавая иллюзию, что он совершенно согласен с мнением Харви, либо устало вздыхал от непрерывной бубни. Подойдя к мужчинам, Лип уставился на Буллока. — Привет, малец! — воскликнул Харви, приобняв его и похлопав по плечу. Отстранившись, он повернулся к Фокси и представил Липа да как подобает. Харви и Лип знакомы около, так скажем, полгода. Филиппу надо было написать курсовую по теме «политика», и будучи любимым племянником тети по линии Моники, Ульяна пригласила в гости Харви Буллока. Тот, оказывается, был отличником в школе и немало краснел от похвал учителей, в особенности от учителей обществознания и истории, так что все советы и объяснения по поводу непонятных нюансов были Галлагеру на руку. После этого, сдав курсовую на отличную оценку, Харви похвалил его и отдал маленькую брелок-зверюшку, как приз за гениальный ум. Ульяна была только рада тому, что её друг сдружился с племянником. Однако, если быть честным, Харви и не подозривал, что Джером Валеска, всем известный рыжий психопат, брат Липа. Да и последний даже не хотел пиздеть об этом. — Ну что, у тебя есть вести для старика Харви? Сколько не виделись! — Буллок был так рад видеть племянника Ульяны, что, боже, чуть ли не душил Филиппа в своих объятиях. Фокси лишь закатывал глаза. — Да, есть кое-что. Но для начала расскажи, что творится в Готэме? — по сравнению с Харви, Лип выглядел сосредоточенным и серьёзным; Буллок казался маленьким счастливым ребёнком. — Да та же охинея… После твоего заявления о том, где живёт Джером, его след пропал, — быстро ответил Харви, почесав затылок. — Пропал — это ладно, мы постараемся его с Фокси найти, пока Джим в отпуске, но… Господи, эти маньяки выбирают неподходящее время для убийств, — Буллок недовольно нахмурил брови. — После Джерома до сих пор творится хаос, плюс ко всему, Нигма, тот ненормальный, чуть не прикончил меня! Еще, к тому же, убил шестерых профессоров. Похоже, маньяки не знают значения слова «перебор». Благо, что третью загадку Фокси отгадал, иначе бы я был трупом… — Ты сейчас в порядке? — обеспокоено спросил Лип. — Да, в полном, — кивнул Буллок. — Остался только синяк на колене от удара и потрепанные нервы. Ну что насчёт тебя? — Я вчерашним вечером разговаривал с Нигмой, — вдруг сказал Фокси. Харви тут же удивленно посмотрел на него, приподнимая брови. — Да. Это было вчера. Я хотел отправиться домой и он спрятался на заднем сидении. — И что? Что он сказал? — Нигма хотел прикончить меня. Я сказал ему, чтобы он сдался в полицию и назвал его ненормальным, чего он явно не ожидал, — Фокси помотал головой, фыркнув. — Эдвард совсем зазнался; после смерти пингвина он пытается найти ему ровню, либо своего же врага, но с находкой ему явно не везет. — Это все? — Харви был явно в огромнейшем ахуе, как и Филипп; не хватало ещё какого-то сумасшедшего мудака. В Готэме их и так полно. — Потом что-то произошло. Я потерял сознание и проснулся ночью в верёвках. Нигма хочет, чтобы я нашёл Джерома, иначе он убьет меня. — Брось, — усмехнулся Буллок, хотя эта ситуация вовсе не смешная. Звать Гордона, когда тот расслабляется в отпуске, чтобы разобраться в этом дерьме поглубже, нет желания; ему и вправду пора отдохнуть, целых два года пахал, как проклятый. — Нигма ничего не посмеет сделать с тобой. — Он чуть тебя не сбросил, о чем ты?! — настроение Фокси тут же поменялось. Лип молча стоял и слушал о произошедшем. — Если ему хочется пропиариться, он готов пойти на это. Нигма убил шесть профессоров, Харви. Философа, химика… — мужчина начал перечислять на пальцах, но Буллок его тут же остановил. — Не напоминай. — Да что это за Нигма такой? — встрял в разговор Лип, совершенно не понимая, о ком идёт речь. Харви томно выдохнул. — Раньше он работал у нас. Странный тип был, и, видимо, с таким мнением мы не ошиблись. Нигма совсем головой тронулся. — Понятно, — кивнул Галлагер, поджав губы. Вспомнив, что он пришёл сообщить о Джероме, Лип тут же заговорил, прерывая тишину, создавшуюся между ними после разговора. — Валеска улетел в Лос-Анджелес. Буллок, взяв стакан с кофе из старбакса, что стоял на столе, и начав пить его, чуть ли не подавился от такого заявления. — Куда он улетел? — переспросил Харви, выпучив свои глаза. — В Лос-Анджелес, — повторил парень. — Откуда у тебя такая информация, Лип? — Дело в том, что Джером… — Лип выдохнул. — Джером мой друг. И я знаю где он и с кем. — Нам немедленно надо тебя допросить, Филипп, — серьёзно сказал Харви, на что Галлагер кивнул.

***

      Только проснувшись в объятиях Джерома, Микки пытается сфокусировать взгляд. Рыжий тихо сопит ему на ухо, что заставляет Милковича немного расслабиться. Никто никуда не торопился. Брюнет еле как поворачивается на другой бок и утыкается рыжему в шею, коротко чмокнув его туда. Джером морщится, хмуря брови, но потом придвигается к Микки ещё ближе, хотя, казалось, некуда, и забрасывает одну ногу на чужое бедро. — Ну охуеть, — прошептал Милкович. Просто охуенно. — Что, не нравится? — сонно спросил Джером, слабо улыбаясь. Ему нет разницы, нравится Микки сея поза или нет, главное, что самому было удобно. — Так, ещё раз забросишь на меня свои ноги — я нахер повышибаю тебе все зубы, — грубо ответил Милкович, пытаясь освободиться от своеобразного плена, на что Джером усмехается и забрасывает на него вторую ногу. — Что сделаю? Прости, я не расслышал, — Валеска издевается. Определённо. Но получается забавная ситуация, правда вот Микки не хочет показывать свою радость. — О-отвечаю, я тебе… — Джером навис над ним сверху и хитро улыбнулся тому, что Милкович вдруг замолк, кусая себя за губу. — Ты че, ебанутый что ли?! — кричит брюнет, когда рыжий больно кусает его за участок шеи. — Мм, потише с выражениями, малыш. Я ведь могу наказать. — Я не против, мужик, но у меня все ещё болит задница после вчерашнего захода. — Брось, тебе понравилось, — усмехнулся Джером, наконец устроившись на другой стороне кровати и положив голову на плечо Микки. — Нам надо почаще делать паузы. — Ты только что предложил не трахаться? Не верю своим чертовым ушам, — усмехнулся Милкович. — Ты сексуальный, страстный, охуенный. Применяй это и ебись, пока есть время. — Ты правда так считаешь? — рыжий ластится к брюнету как чертов кот. Но Микки не в силе переубедить себя и не погладить Джерома по волосам, ощущая их мягкость. Они явно не сравнятся своей мягкостью с их обладателем. Валеска жёсткий абсолютно во всем, и Микки не понимает, что нашло на рыжего в последнее время. Тот соскучился? В ином случае, Милковичу это только нравилось. — Хочешь позавтракать? — сменил тему брюнет, на что рыжий закатил глаза. — Не убегай от ответа. — Что ты хочешь, чтобы я сказал? — непонимающе посмотрел на него Милкович. — Что я люблю тебя, несмотря на то, что ты гребаный маньяк? — Любишь меня? — улыбнулся Джером. Надо же, Микки наконец-то это понял! — Как будто ты не знаешь, боже.