И разверзлись небеса

Светловолосый подросток стоит босиком на каменном холодном полу и в отчаянии смотрит мимо Люциуса. По щекам парня катятся жгучие слёзы, он надрывно кричит: — Отец! Отец, забери меня! — Сын? — Малфой в изумлении смотрит на незнакомое лицо, мучимый догадками о том, что перед ним его дорогой наследник. — Сын, я здесь! Ты не видишь меня? Юноша плачет и вытирает испачканной рукой лицо, оставляя на нём грязные разводы, и всё смотрит сквозь мужчину, крича: — Папа! Забери! *** — Сын…, — прохрипел блондин, отходя от волнующего сна и врываясь в реальность. Его озноб постепенно прекратился, а мысли спутались; совсем иные ощущения пришли на смену тревоге. Малфой вдруг понял, что желание накатывает на него тёплой размеренной волной, и его сон живо растворился в забвении. Люциус, лёжа на боку, застонал, нащупав пальцами мягкие волосы и водрузив руку на голову Стива, который страстно посасывал его полувставший член. Острый язычок щекотал уздечку и ласкал дырочку уретры, надавливая на неё и забирая выступающие солоноватые капли. — О, малыш, — мужчина расплылся в блаженной улыбке, пытаясь толкнуться глубже в маленький ненасытный ротик. Двух минут горячей возбуждающей ласки было достаточно, чтобы Люциус, содрогнувшись, обильно и бурно кончил, чувствуя, как Стив втягивает в себя его семя, стараясь не проронить ни капли, и дочиста вылизывает его член. Позже, лёжа в крепких объятиях полусонного мужчины, с минуту шептавшего ему на ухо всякие нежности, мальчик робко пробормотал: — Вам снился сын, господин? — Почему ты спрашиваешь? — только сказал Малфой, как вдруг перед глазами вновь встало изнурённое лицо подростка, кривившего губы в плаче. — А… Да. Снился. — Вы позвали его, когда проснулись… — Мне снился мальчик, и он кричал мне, чтобы я забрал его… Я не видел ранее его лица, но… Возможно, это он и есть. — А как же тот, кого Вы нашли на кладбище, сэр? — Это к счастью был не мой сын, — Люциус бережно провёл рукой по лбу парня, убирая упавшие на глаза белокурые пряди, и слегка улыбнулся, — Надеюсь, мой наследник жив. — Вы знаете, господин, я бы так хотел оказаться…, — юноша запнулся и побледнел, наткнувшись на серьёзные серые глаза, — Я бы очень хотел, чтобы Вы его нашли. — Ты ведь не это хотел сказать, так? — голос блондина звучал строго. — Сэр… — Отвечай. Лицо Стива стало уже мертвенно-бледным, а на лбу выступила испарина. — Да, господин, Вы правы. Я хотел сказать, что… сам бы хотел оказаться Вашим сыном. Простите меня за эти мысли. Я не достоин Вас, я вообще не достоин жить… — Цыц, — грубо оборвал его Люциус, крепко взяв за подбородок и притянув его лицо к себе, — Я не собирался ругать тебя за эти мысли, я всего лишь хотел, чтобы ты говорил мне правду. Всегда… И, Стив… Я должен сказать. Вчера я понял, что я тебя… Раздался нежданный стук в дверь, испортив Малфою такой удачный момент. Мужчина нехотя встал и, натянув брюки, вышел за порог спальни. — Мистер Малфой, — Митчелл учтиво поклонился своему хозяину и, торжествующе улыбнувшись, сказал, — Я нашёл специалиста, как Вы вчера и просили. — Отлично, — отчеканил Люциус, дружелюбно хлопнув помощника по плечу, — Ты быстро, Баз. Благодарю тебя за верную службу. Так что от меня требуется? — Материал, господин. — Какой материал? — медленно соображал Малфой. — У меня нет никаких документов на мальчика, ты же знаешь. — Нет, нет, сэр, я имел в виду образцы… Люциус поджал губы и недовольно изрёк: — Я не понимаю, чего ты от меня хочешь… — Ну… В общем, волосы ваши сойдут… Тут блондин опешил, пригладив струящуюся копну: — Мне что, волосы отдать нужно? Ты чего, Баз, сдурел?! Митчелл еле сдержался, чтобы не расхохотаться — Малфой крайне дорожил своим белокурым богатством. — Да нет же, сэр, нужен всего один волосок! Ваш и Стива. — А, — Люциус вдруг почувствовал себя редкостным тупицей, но ведь откуда он мог знать, что там «эти треклятые магглы напридумывали», — Да ну тебя! — мужчина слегка толкнул парня кулаком в грудь, и Баз всё же не сдержал потешного смешка. — Издеваться ещё вздумал, чёртов отморозок. Малфой, не реагируя на хихикающего База, вошёл обратно в свои покои и направился к Стиву, который уже ждал его с распростёртыми объятиями и лучезарно улыбался. Однако вместо того, чтобы прильнуть к нему, Люциус бесцеремонно вырвал у того волосок, заставив мальчика вскрикнуть от неожиданности. — Не волнуйся, жить будешь, — усмехнулся блондин, наблюдая, как тот в страхе отпрянул, опасаясь того, что хозяин, чего доброго, ещё и побьёт его за что бы то ни было, — Так надо. Послушай, Стиви, мне нужно будет сейчас отъехать, ты пока побудешь под присмотром Колдера, ладно? — Но, хозяин! Малфой тотчас отвесил парню затрещину. — Люциус! — испуганно исправился тот. — Простите… — Ох, и получишь ты у меня сегодня! — Люциус очень надеялся на то, что юноша уже может отличать его притворный гнев от искреннего… Вновь выйдя к Митчеллу, мужчина вручил ему волос Стива и заодно, не без мучительно исказившегося лица (волосы, которые заклинали ещё в подростковом возрасте, выдернуть было не так-то и легко), с трудом вырвал свой. — Вот, держи. И я еду с тобой, Баз. Хочу посмотреть на него… Митчелл удивлённо вскинул брови, но предпочёл промолчать. Парень также удовлетворённо заметил, что хозяин нынче в отличном расположении духа, и подумал о том, что отношения со Стивом изо дня в день идут мужчине только на пользу. На крыльце их окликнул Колдер: — Мистер Малфой, постойте! Ответ пришёл! — Ну что там? — нетерпеливо спросил Люциус. — Всё в нашу пользу, сэр! — ликовал парень. — Мистер Брикман пишет, что девятый северный разогнали. Никаких жалоб на Вас у совета нет, пожиратели получили по заслугам. — Я рад, — ухмыльнулся Малфой. «Как же всё удачно складывается», — умиротворённо думал про себя Люциус, аппарируя с Базом в тюрьму Броукс. Мужчина не подозревал, что его уверенность в завтрашнем дне подорвётся уже через ближайшие четыре часа… *** Тяжеловесный увалень-охранник вывел из камеры изнурённого мужчину средних лет, с впалыми щеками и мешками под глазами. Выглядел он так, будто не ел годами, а в глазах чётко читалось нежелание жить. — На колени! — охранник грубо пнул мужчину так, что тот обессилено рухнул на пол у ног Малфоя. — Перед тобой господин! — Довольно, — рявкнул Люциус громиле, недовольно на него покосившись, — Ты свободен. — Но хозяин… — Это маггл, чёрт возьми! Что он мне может сделать? Прочь! Митчелл и Малфой остались с пленником наедине в длинном затхлом коридоре, который показался блондину до боли знакомым, хоть был он в этой маггловской тюрьме впервые. — Поднимись, — приказал волшебник. Базу пришлось поддержать мужчину под локоть, ибо ноги его еле держали. — Как тебя зовут? — Эрнест, сэр. Эрнест Хардман, — тихо сказал пленник. — Мистер Хардман, — деловито начал Люциус, наблюдая, как мужчина, давно отвыкший от подобного обращения, вздрогнул, — Нам нужна ваша профессиональная помощь. Мне доложили, что вы можете установить родство, это так? — Да, сэр. — Мне необходимо, — Малфой протянул ему два светлых волоска, — чтобы вы выявили, являюсь ли я отцом одному мальчику… — Сэр, — прохрипел Эрнест и тут же зашёлся в кашле. Снисходительно подождав, пока мужчина прокашляется, Люциус услышал: — Господин, я могу сделать то, что Вы просите. Но… Освободите мою семью. Прошу. Малфой медленно свёл брови. — Сэр, у меня тоже есть сын. И он сейчас вдали от меня… И супруга… — Не совсем, — изрёк Баз, — Я нашёл их, сейчас ваша семья здесь, — и, обращаясь к Люциусу, добавил, — У магглов всё намного проще с документами. В архивах сохранились все данные… Глаза пленника расширились, он с мольбой глянул на Митчелла, который в свою очередь свистнул вглубь коридора. Один из охранников мгновенно вышел к ним, таща за локоть подростка. И вот тут-то Малфой узнал его: именно этот мальчик снился ему этим утром. Волосы его были русыми, весь он был запачкан сажей и выглядел таким же исхудалым, как и его отец-маггл. Люциус испытал настоящее чувство дежавю, когда сон его начал повторяться прямо у него на глазах. Юноша воскликнул, выдернувшись из лап охранника и отбежав от него на несколько метров в сторону Эрнеста: — Отец! Отец, забери меня! — Сынок! — отчаянно выдохнул тот. — Папа! Забери! Подлетевший охранник схватил рыдающего мальчишку со спины и уволок за угол. Малфой, мрачно наблюдавший за этой сценой, уставился на Хардмана, по щекам которого заструились крупные слёзы. Мужчина, задыхаясь ими, горько выпалил, уронив голову: — Сыночек мой… Мой сын… В воздухе стояла напряжённость и еле улавливаемая неловкость, сковывающая мага, который неожиданно для себя понял, что… всё не так. Всё не так, как должно быть в этом мире. — Ты воссоединишься с семьёй, маггл, — твёрдо сказал Люциус, за грубым тоном скрывая то, что творилось у него в душе, — Но сейчас тебе нужно сделать то, зачем тебя позвали. — Я понял, сэр. Я сделаю это, сэр, — закивал Эрнест, в голосе которого появилась надежда, — Отдайте мне материал. — Что ещё тебе нужно для работы? — хмуро спросил Малфой. — Моя лаборатория. Она осталась в моём доме, если его ещё не уничтожили. — Где он? — На улице Холборн, господин. Люциус вопросительно глянул на База, который тут же отчеканил: — Та улица нетронута, просто пустует. Мы отведём тебя туда, а после… — Ты будешь свободен, — закончил за него Люциус, на которого шокировано воззрился Митчелл, заглядывая в серые строгие глаза, словно проверяя, не сошёл ли его господин с ума, — Охрана! — рявкнул Малфой. Охранник-бугай стоял истуканом какое-то время, когда ему приказали снять тяжёлые кандалы с ног пленника, но тотчас ринулся выполнять указания хозяина, стоило тому только смерить его уничижительным взглядом, как умел только он один. Ожидая Эрнеста на крыльце и с ненавистью пялясь на чёрные тучи в небе, которые больше походили на плотный рой мух, Люциус задумчиво спросил: — Как мы до этого дожили, а, Баз? Митчелл сглотнул, неуверенно покосившись на блондина. — Почему я этого не замечал раньше? — продолжил Малфой. — Я ведь убивал тысячи магглов и даже не думал о том, что их дети… Баз, это же… Это всё не то… Паренёк заметно оживился, когда до него дошло, что чувства, испытываемые мужчиной после увиденного, действительно неподдельные, и его хозяин вот-вот придёт к верному решению, которого многие маги ждали не один год… — Мистер Малфой, Вы же помните, что Тёмный Лорд отнял у Вас часть души, — вкрадчиво сказал Митчелл, — Чтобы Вы могли беспрекословно выполнять его приказы и не задаваться вопросами… — Помню, — процедил Люциус с каменным лицом. — Ну вот. А после его смерти Ваша душа к Вам вернулась. Теперь Вы и воспринимаете всё происходящее… иначе. — Баз, — Малфой вдруг серьёзно посмотрел на своего помощника, — Баз, я должен всё это исправить. Закончим с этим делом, и отпустим магглов. Пусть живут. Надо научиться с ними сосуществовать. Видишь, они, оказывается, могут быть крайне полезными… На лице Митчелла растянулась сияющая улыбка. Им всем хотелось начать жить заново, да только большинство пожирателей боялись даже думать об этом, полагая, что новый хозяин склонен поддерживать политику Того-Кто-Уже-Покинул-Этот-Мир… «Однако! — ликующе размышлял про себя Баз. — Господин сейчас всё изменит! Уже сегодня! Заживём!» Парень не догадывался, что именно сегодня жизнь нового Лорда может случайным образом оборваться, даже толком не начавшись… *** Приводя Эрнеста в чувства после аппарации, которую магглу выдержать довольно сложно, а уж исхудавшему и обессиленному магглу — тем более, Малфой осмотрел холл, в котором они оказались: что-то уютное и домашнее было в этих стенах, на которых заботливо были развешены семейные фотографии, что ещё больше укрепило веру мужчины в правильность своих намерений. С трудом поднявшийся на ноги уже бывший пленник, оглядел родные стены и, смахивая душившие его слёзы, с энтузиазмом выпалил: — Лаборатория в подвале! Господин, это может занять несколько часов, наберитесь терпения! — с этими словами Хардман скрылся за углом. — И даже чаю не предложил, — насмешливо буркнул Баз, глядя, как недовольно закатывает глаза Люциус, услышавший, сколько ему нужно будет ждать. Через полчаса, сидя на продавленном диване гостиной и рассматривая семейный альбом, который мужчина нашёл на одном из столиков, Малфой, оторвавшись от неподвижных снимков, промолвил, уставившись на Митчелла, который в свою очередь с интересом включал и выключал настольную лампу: — Я бы тучи разогнал… Только вряд ли меня поддержит совет. — Да Вы что, мистер Малфой! — встрепенулся Баз. — Все только этого и хотят… Только Вам сказать боялись. Люциус закусил губу. — Тогда мне нужно собрать самых сильных магов. Одному мне не справиться, — и задумчиво добавил, — Чёртов старикашка… Всё знал ведь. — Вы про провидца? — заинтересованно глянул на него Митчелл. — Вы так и не рассказали всех подробностей. — Да и рассказывать толком нечего было. Я посчитал это брехнями старого маразматика. Про тучи он мне чётко сказал… И про то, что магглов освободить нужно. Ещё почему-то сказал, что они меня спасут. А про сына я так и не понял. — Господин, — робко произнёс Баз, — Если Стив всё же приходится Вам сыном… Что Вы тогда будете делать? Ведь ваши отношения… Митчелл запнулся, напоровшись на хмурый взгляд Малфоя, и уже готов был вымаливать прощение за свою дерзость, но блондин всего лишь холодно ответил: — Я не знаю, Баз. Всё это слишком сложно… Кстати, самое время сейчас подумать о нашей безопасности. Фанатиков-последователей идей Тёмного Лорда было предостаточно на моей памяти. И ещё непонятно, где Арчибальд. Полагаю, он начнёт мстить. Баз устало выдохнул, когда на него накатило осознание того, что «радужно» все станет ещё нескоро, и мужчины просидели в полной тишине ещё какое-то время, погрузившись в напряжённые мысли и планы. Ещё через час на пороге гостиной появился уставший Эрнест с покрасневшими глазами, держащий какую-то бумагу в руках. — Господин. Тест завершён. Вот результат. Стоило видеть, в каком нетерпении спрыгнул Малфой с дивана и, побледнев, воскликнул: — Говори же, маггл, не медли! — Господин, — слегка испуганно отпрянул от него Хардман и прерывающимся голосом произнёс, — Господин, вероятность Вашего отцовства составляет 99,9%. Люциус опешил. Воцарилась невероятная тишина, и спустя несколько мгновений блондин тихо спросил: — И… это значит… — Вы отец этого мальчика, — кивнул Эрнест. — О, мистер Малфой! Я Вас поздравляю! — подпрыгнул на месте Митчелл и, забыв о формальностях, схватился за локоть хозяина, который так и остался стоять на месте как вкопанный, в изумлении разинув рот. — Вы обрели сына! Мерлин всемогущий… — Богичтоятеперьемускажу, — наконец, вздохнул скороговоркой Люциус, вытирая со лба проступившие бисеринки пота. Но довольно быстро напряжение на его лице разгладилось, и еле заметная блуждающая улыбка не покидала его ни на минуту с того момента. — Что ж, Эрнест, ты сослужил мне отличную службу и будешь вознаграждён. Твои родные скоро прибудут, — ликующе изрёк Малфой, похлопав обрадованного маггла по плечу, от чего тот чуть не упал на пол, — Но так дело, конечно, не пойдёт, — покачал головой блондин, оглядев грязную тюремную робу маггла и его трясущиеся руки. Развернувшись к Митчеллу, Люциус приказал: — Баз, срочно пошли в Броукс письмо и останься с ним до воссоединения с семьёй. Накорми его и приведи в порядок. А мне нужно в мэнор… — Слушаюсь, мистер Малфой, — живо поклонился ему парень… … Летя на всех порах к поместью, Люциус всё думал о том, как счастлив будет Стив узнать такую новость. «Стив, — усмехнулся про себя Малфой, перепрыгивая ступеньки у главного входа, — Он уже никакой не Стив. Он Драко. Драко Малфой. Мой сын. Мой Дракон». «… дракон парит в небе, — звучал в его голове голос Зоркого Глаза, — Судьба этого мира зависит от дракона. Человек тот зависит от солнца. А солнце его — в драконе». Только сейчас мужчина понял скрытый смысл этих слов. «Солнце», растопившее лёд в его сердце, — его сын. Его Дракон. Распахивая массивные двери, Люциус был преисполнен любви и спешил прижать мальчика к своей груди, впервые назвав того родным ему именем. В грудь ему жёстко упёрлась волшебная палочка, а лицо обдало горячим зловонием. Безумные глаза горели яростью. Малфой застыл на пороге, чувствуя, как паника забирает его в свои ледяные объятия. — Сайкс, — только и смог выдохнуть мужчина, глядя в расширенные бездонные зрачки последователя Воландеморта.