Такой разный канон...

      С тех пор, как я оказался в этом мире, прошёл уже целый месяц. Дел было предостаточно, на отдых времени не особенно хватало, но я не отчаивался, зная, что у меня всё впереди.       Академия шиноби мне очень понравилась. Конечно, знаний, которые там давали, было крайне недостаточно: исторические рассказы шли крайне поверхностно, чистописание изучалось весьма неторопливо, несмотря на сложность языка, а география пока ограничивалась лишь общими понятиями наподобие севера, запада, востока и юга, а также местоположением других Великих стран относительно нашей. За три-четыре урока мы выучили лишь столицы, которые пока нам совершенно не были нужны. Более интересными были уроки физподготовки: помимо серьёзной физической нагрузки зачастую были задействованы активные игры, названия которых у меня в голове почему-то так и не прижились. Самыми простыми были салки, причём даже на них вымотаться было проще простого: моё состояние в физическом плане пока оставляло желать лучшего.       С одноклассниками же у меня сложился устойчивый нейтралитет, который предполагал общение, взаимопомощь, но не более. Общался я со всеми и никого не обделял вниманием: для меня все были одинаково детьми, хоть и каждый со своими заскоками.       К сожалению, иногда в моем взгляде проскальзывало снисхождение, адресованное одноклассникам, что раздражало многих, чаще всего, обычных бесклановых детей. Им было неприятно, что на них свысока смотрит кто-то, находящийся на одном с ними уровне. И это привело к одному очень неприятному для меня инциденту. Обида у них постепенно накапливалась, а потом... а потом в один прекрасный день выплеснулась наружу. Как у детей обычно решаются различного рода обиды? Правильно, такие вещи в детском возрасте по большому счёту решаются кулаками, которые проезжаются по лицу обидчика. Ну, в моём случае, к сожалению, не только по лицу. Вечер. Полигон при академии. Их было пятеро. А я один. Как бы печально это сейчас не прозвучало... арифметика оказалась простой до невозможности. На самом интересном месте моего избиения один из преподавателей академии, который в тот день по каким-то своим причинам задержался на работе и явился на шум, спугнув тем самым малолетних хулиганов. Те и унеслись прочь, сверкая пятками. Впрочем, я так и не сдал их учителю со всеми потрохами. Не привык я ябедничать. К своему оправданию хочу сказать, что этим ребятам тоже мало не показалось. После этого инцидента ко мне больше не лезли. Ну, а я был только этому рад, причём несказанно. ********       У меня же помимо академии прибавились и другие заботы: после занятий я каждый день около двух-трёх часов был при кузнеце, помогая мастеру тем, чем мог. К сожалению, мой вес и неумение работать с чакрой не позволяли помогать ему при помощи силы, но мои шустрые ноги и любознательность вполне оказывали, как минимум, моральную поддержку кузнецу.       Также он как-то раз весьма оригинально поведал мне, почему у него не было помощника до этого... — Знаешь, малец, — однажды начал разговор мужчина, переводя взгляд с только что отполированной катаны на меня, — каждый мастер владеет своими собственными рецептами по обработке металла и техникой создания совершенного меча, открытыми им самим или же унаследованными от предков, которыми уважающий себя и свою семью ремесленник ни за что бы не поделился со своим соперником, даже ради покровительства какой-нибудь могущественной особы. Эти секреты мастерства касались всего: используемого сырья, способов плавки и ковки, температуры воды на разных этапах и прочих хитростей.       Я внимательно его слушал, одновременно выкладывая новый товар на витрину, пытаясь сообразить, к чему он клонит. — И в одном из старинных преданий говорилось о том, что однажды один кузнец увидел, что зашедший к нему в гости «коллега» тайком опустил руку в воду, которая была предназначена для закаливания стали,.. — только я хотел было повернуться к мастеру лицом, как кончик ножен от катаны слегка коснулся кожи шеи. Признаться честно, этого я не ожидал: — мгновенно, не говоря ни слова, он схватил меч и отрубил несчастному руку.       А потом он, глядя в мои удивлённые глаза, расхохотался так, что у меня не хватило сил сдержать на своём лице улыбку, несмотря на щекотливую ситуацию. Мужчина в ту же секунду убрал от моей шеи пустые ножны, в которые незамедлительно, изящным движением, была помещена катана. Потом он протянул мне меч. — А ты не из пугливых, пацан, — продолжая хохотать, сообщил он мне.       Я же пребывал в недоумении, смотря то на протянутый меч, то на самого мужчину. — Это такая незамысловатая проверка? — спросил я, забирая изделие из грубых рук, любуясь подаренной катаной. Она походила больше на произведение искусства, чем на орудие убийства. В тот момент мне казалось, что ни одна капля крови не имела права оказаться на этом клинке, настолько он был совершенным. — Ты её уже давно прошёл, малец, — он не постеснялся вдобавок ко всему потрепать меня по голове. Глаза его светились озорными искрами, — считай, что это был оригинальный способ тебе об этом сообщить. Вот не чувствую я в тебе плохих намерений, в отличие от других ребят, с которыми мне приходилось иметь дела до тебя, да и нравишься ты мне. Можно сказать, что испытательный срок пройден, мой юный друг.       Как только он закончил говорить, я тут же пустился выражать свою благодарность. Кузнец оказал мне величайшее доверие, и я не мог его подвести. Всё-таки классный он мужик!       После этого события старый мастер стал потихоньку делиться со мной полезными навыками, которые могут пригодиться при его нелёгком ремесле. Конечно, для практических занятий мне пока не хватало силёнок, но теория тоже была весьма полезной, и я осваивал её, отбросив в сторонку свою лень.       После работы у меня оставалось не так много времени, а, поскольку подъём в академию был весьма ранним, для того, чтобы выспаться, мне требовалось ложиться пораньше. Я всё-таки знал пользу достаточного количества сна.       Вот и проводил я оставшиеся два-три часа в библиотеке, постигая различные науки более глубоко.       Первым делом я стал искать такое понятие, как теория чакры. Как бы я не хотел как можно быстрее начать «колдовать», мне не хотелось как-нибудь себе навредить. Ведь как поступает наш, русский человек? Он сначала что-то ломает при сборке, а потом такой: «Странно, почему испортилось? Я же всё правильно делал… пойду-ка гляну в инструкцию…» Сначала именно так и хотел поступить согласно моему менталитету, но потом я всё-таки прислушался к слабеющему голосу разума и решил поискать сначала пресловутую «инструкцию»….       После того, как мне пришлось обработать всю найденную мной информацию в библиотеке, я тихо взвыл и с укором уставился куда-то в небо. Как оказалось, здешние авторы очень и очень любят «водичку» и философские размышления. Они настолько иносказательно рассказывают о своих подвигах, что хочется найти «Эдо Тенсей»*, доработать эту технику так, чтобы призываемые чувствовали боль, а затем отдать их в застенки к Морино Ибики. И, возможно, самому поучаствовать в их допросе на тему:«Зачем так издеваться над будущими поколениями учеников?»       В общем, поработать мне пришлось знатно. На то, чтобы не отвлекаясь ни на что другое, обобщить полученную информацию из всех свитков, мне понадобилось практически целых два месяца!       Впрочем, сказать по правде, часть из этого времени потребовалось, чтобы вспомнить русский язык в письменном виде и набить руку. Вы пробовали когда-нибудь писать левой рукой? Моторика была на очень низком уровне!       Я решил вести записи именно на родном языке, поскольку более эффективного способа зашифровать свои наблюдения в этом мире нет, поскольку, надеюсь, я единственный на данный момент вселенец, прибывший с планеты Земля, знающий русский язык. А ещё лучше, чтобы кроме меня вселенцев вообще не было.       Но, несмотря ни на что, дело было сделано: обобщив всю полученную информацию и выцедив из неё крупицы более-менее правдоподобного знания — я, наконец, решил заняться своей будущей «магией». ********       Следующий день начался как обычно. Единственное, что меня раздражало, так это феномен растянутого времени: как только я сел за парту, в предвкушении пробуждения своего очага, как время стало тянуться невыносимо медленно, жутко этим раздражая. Да что там, я даже вздремнуть попробовал… и знаете что? По моим расчётам, во сне я провёл как минимум час, в это время шла очередная лекция. Вот только на самом деле прошло не более десяти минут… Мне осталось лишь тихонько, чтобы никто не услышал, выть на потолок, а затем, плотно сжав зубы, дожидаться окончания всех уроков.       Наконец, с трудом дождавшись окончания занятий, я отправился подкрепиться перед знаменательным моментом в своей жизни. Съев порцию сладких данго (у моего любимого сладкого соуса просто зубодробительное название!), я на всякий случай забежал в свою квартиру, взяв с собой свитки с теорией и порцию риса с мясом, которые были здесь основным блюдом.       Некоторое время проведя в поисках, я нашёл довольно-таки приятную полянку. Официально она не являлась полигоном, поскольку ничего рукотворного здесь не было. Да и испорченное железо отсутствовало, а это означало, что тут никто не проводил свои тренировки. Что весьма радовало в особенности из-за того, что место было действительно очень хорошим, и находилось оно относительно недалеко от общежития, где я в данный момент проживал.       Удобно устроившись под большим деревом, впрочем, они тут все большие, я ещё раз по-быстрому пробежался по теории, чтобы вспомнить все самые интересные и заковыристые пункты.       Если учитывать большую часть информации, то чакру каждый учится ощущать по-своему. В первую очередь имели место быть именно медитации. Как ни странно, но определённой методики нет, однако, это получается у каждого. Просто всё зависит от возраста. Обычно это происходит годам к десяти у каждого чакроюзера, если тот не из какого-нибудь клана. У тех это происходит не в пример быстрее, где-то годам к шести-семи. Я же бесклановый. Тренировок с детского возраста моё тело, увы, не получило, но, с другой стороны, у меня должны быть и свои преимущества…       В любом случае, за неимением методики, я бы всё равно выяснил, что делать с чакроканалами точно нельзя, а что можно, но с осторожностью. Поэтому у меня заранее готовы примерные планы тренировок.       В общем, я уселся медитировать. ********       Как я выяснил из многих источников, способность к медитациям дана далеко не каждому. Да и в пример этому можно привести Наруто, который в силу своего характера никогда в жизни не сможет медитировать как следует. Конечно, у него бывают приступы серьёзности, но они весьма и весьма редки. Может быть, он и вправду смог помедитировать некоторое время на горе Мьёбоку, чтобы почувствовать сен-чакру, но сделал он это ни много ни мало в шестнадцать с лишним лет. Что уж говорить про семилетнего Узумаки? Ведь в этом возрасте он ещё более энергичен и абсолютно не способен ни на малейшую концентрацию.       Медитация — крайне непростой способ глубже понять себя. Ощутить себя изнутри, прочувствовать каждую свою мышцу, каждое волокно нервов и даже постараться понять свой внутренний мир.       Вообще, эта методика даёт большие перспективы развития, но далеко не любой шиноби сможет их объять… Для этого занятия необходима невероятная концентрация, умение сидеть на одном месте долгое время, должное воображение, а также просто нужный склад характера. И мой, я надеюсь, для этого как раз подходит.       На самом деле здесь подразумевается не некоторое понятие, которое обозначает совокупность эмоциональных реакций на необычную обстановку для отдельного индивидуума, а несколько более глубокое его значение: насколько я понял, чем шиноби шире может мыслить, тем большие перспективы сможет открыть при помощи столь полезного инструмента самопознания, как медитация.       Итак, сейчас я пытаюсь с помощью медитаций лучше понять себя, своё текущее тело и даже неведомую энергию, которая делает меня не простым обывателем, а воином, наёмным убийцей в будущем. ********       Первые несколько минут мне было очень непросто найти хотя бы примерно нужное состояние. Травинки приятно щекотали кожу, кора дерева, о которую я опирался, казалась более жёсткой и шершавой, чем до этого, а редкие порывы ветра лишь сбивали концентрацию, которая включала в себя попытки отрешиться от всего этого.       Мне неизвестно, сколько я просидел за этим занятием: через какой-то отрезок времени я просто потерял ему счёт и позволил какому-то новому, не испытанному доселе чувству унести меня. Мне не было известно ничего о медитациях, но до этого я даже предположить не мог, что это будет настолько здорово! Кристально чистый разум, не обремененный раздумьями, абсолютно спокойное и отрешённое состояние. Всё это просто завораживало необычностью испытываемых чувств. Я даже не заметил, как прошло несколько часов, настолько я был отрешён от мира.       Это было невозможно высказать словами, но поверьте мне на слово, это одно из самых интересных и даже в чём-то приятных состояний.       В тот день я не ощутил чакру, но абсолютно уверился в пользе медитаций и перспективе их развития. Ведь если это была лишь первая ступень, то чего можно добиться в дальнейшем? Даже моё весьма неплохо развитое воображение пасовало перед перспективами. Это, действительно, завораживало… и не только своей пользой.       С тех пор я стал чуть ли не одержимым медитациями. Мне настолько сильно понравилось уделять время самопознанию, что я очень скоро научился соизмерять время, на них затраченное. А с получением столь нужного навыка стал тратить буквально всё свободное время, что у меня оставалось после других дел.       Таким образом стало неудивительным то, что на очередном занятии я как-то весьма буднично смог определить в себе нечто инородное, то, что я прежде в себе не ощущал. С трудом зацепившись за нужное ощущение, я довольно быстро смог пробудить чакру. Всё-таки нужные методики, стоящие следующим этапом после медитаций, я освоил первым делом.       Практически каждый свиток, мною прочитанный, буквально цитировал своих собратьев. В них всех было написано о том, что каждый шиноби ощущал чакру по-своему, и никто точно не мог описать своих чувств. Кое-какие ассоциации, конечно, были, но по сути они ни в коей мере не смогли отобразить истинное ощущение этой силы в себе. Да, для меня чакра ассоциировалась именно с силой. Нет, не так. С Силой! И нет, далеко не той, что была так минималистически показана в одной далёкой-далёкой галактике… нет, эта сила давала настоящее ощущение своей мощи! Я прямо-таки чувствовал, на что в будущем буду способен! Но опять же, это только первый шаг в освоении чакры… чувствую, мне предстоит ещё немало интересного!