Такой разный канон...

      Итак, что мы знаем о нашем противнике? Зовут Якуши Кабуто, он достаточно молод, ему, наверное, где-то двадцать лет. Как медик и боец талантлив, а ещё обладает великолепной усидчивостью, фактически медным задом, поскольку знает целую кучу всякой информации в области медицины. Его техника «скальпеля чакры» — не то, что я мечтаю увидеть у себя в груди. Он любитель «собирать информацию», только не как это иногда делает Джирайя в женских купальнях, а по-настоящему. Его сложно будет пробить обычными ударами, поскольку лечится он феноменально быстро. Не как Тсунаде, но всё-таки. Бить он предпочитает по конечностям, ослабляя врага, поскольку попасть в жизненно важные органы очень непросто. Как взаимодействует с теневыми и моими клонами — неясно. Точно можно сказать лишь то, что объём чакры у него достаточно ограничен. И мощная техника вроде расенгана мгновенно истощит его. Ах да! Чуть не забыл — ещё этот индивид очень любит уворачиваться от техник, и это даже неплохо у него получается.       В целом, не такой уж он и силач, хотя похвастаться любит.       Стояли мы молча: я не спешил идти в атаку, придумывая методы, которыми можно заставить врага раскрыться, но не подставиться при этом самому. Наруто пока держался лишь на честном слове и просьбе Джирайи быть поосторожнее. Его очень оскорбил тот факт, что Якуши — предатель. Вообще, конечно, это не совсем правда — он, скорее, шпион, но куда до таких тонкостей Узумаки? Ему просто такие люди не по нраву.       Якуши ещё секунд десять посверкал своими очками на солнце, а затем решил вывести кого-то из нас из себя. По мне, насколько я понимаю, у него не слишком много информации, но мои иллюзии во время турнира ему видеть посчастливилось. Не более. Про расенган он не знает, про водяные техники, по большей части, тоже. А вот про Узумаки Кабуто знал много, недаром он ходил с ним по Лесу Смерти. — Что, так и будете тут стоять? Наруто, ты не казался мне таким трусом, чтобы нападать вдвоём на одного, — Якуши с усмешкой на губах ударил Узумаки в больное место. Я понял, что наш любимый носитель Девятихвостого сейчас бросится в бой. Нужно его подстраховать.       Я сложил печать и создал клона с некоторыми инструкциями, а затем под прикрытием лёгкой иллюзии поменялся с ним местами всего при помощи одного шага. Ещё у клона была пара моих кунаев с определённой задачей. Теперь Кабуто должен считать, что я остался стоять, а мой клон пошёл в атаку. Это ослабит его бдительность: так он будет уверен, что эта техника не сильно ему навредит. Я научился создавать расенган за две секунды, но это не значит, что у меня будет это время. Тем более, что мой контроль чакры ещё самую малость, но страдал. Я ощущал всю свою энергию почти идеально и полностью, но вот именно, что «почти».       Узумаки с криком «Ты поплатишься за своё предательство!» бросился на Якуши, создавая на ходу троих теневых клонов. Я-настоящий бросился вместе с ними в атаку с их скоростью. Она была немного ниже, чем на самом деле должна быть у шиноби. Всё-таки клоны… это не человек из плоти, крови и чакры. Это всего лишь одна составляющая, которая имитирует всё остальное. Узумаки тоже подстраивался под бег своей техники. — Получай! — закричали клоны хором, нападая на Кабуто с разных направлений. Толку с этого никакого не было — этот субъект был слишком быстр и увёртлив как для клонов, так и для самого Узумаки. Я тоже на первый взгляд безрассудно бросился в бой, когда Узумаки отлетел в сторону под тяжестью собственного клона. Нападая в лоб, я изо всех сил делал вид, что просто являюсь теневым клоном и не несу никакой опасности для Кабуто.       Якуши небрежно выкинул перед собой кунай, на который клон должен был обязательно напороться. Но я — не клон. И в одно мгновение распластался по земле, нижним хватом доставая катану. Кабуто почти успел подпрыгнуть, всё-таки этот гад был довольно быстр, но практически подрезанное сухожилие у основания пятки ясно показывало, что он вполне себе может быть побеждён. Вновь закапала кровь, но на этот раз на ноге Якуши. Тут ему нужно либо тратить чакру на лечение, либо терять силы… опять же, это хорошо. На истощение я играть не собираюсь, не мой стиль, но рана на теле у противника в любом случае даёт преимущество. Я не собирался приближаться к этому противнику вплотную, уж больно он опасен. Ему словить какую-нибудь каку в тело будет больно, но не фатально, а вот если я получу от него удар, то мне придётся идти на вечный покой. Хотя так ли этот «покой» вечен для меня? Но проверять не очень-то и хотелось.       Мой противник ошалело оглядывал оказавшегося слишком быстрым клона. Он даже сложил «кай» на всякий случай, но сейчас иллюзий никаких на нём не было. И не будет. Сейчас Кабуто настороже, нет смысла тратить на классические гендзюцу время. — Но… как это возможно? — придерживая задетую левую ногу, спросил меня Якуши. — Я же видел, что ты лишь теневой клон! — Слушай… Кабуто, ведь так? — спокойно задал я ему вопрос, убирая катану в ножны. — Ты когда-нибудь задумывался о том, чтобы не рассказывать противнику о своих техниках?       В бою все эти суффиксы после имени были неуместны. Какой смысл распинаться перед врагом?       Якуши злобно сверкнул очками — он вполне понял данный конкретно ему посыл. Через пару секунд он сориентировался и достал из какого-то кармана карточку, видимо, намереваясь что-то мне прочитать. Он и вправду думает, что это меня заденет? — Засунь эту карту себе в задницу! — сказал я, отправляя в него слабенький водяной снаряд. Якуши пришлось последовать моему совету, ну, то есть он убрал блокнот. Пока что не туда, куда я посоветовал, но это ведь дело времени, не так ли?       Помимо наблюдения за своим противником, я успевал краем глаза следить за битвой между учителем и Орочимару. Оба были совсем плохи: действительно, два инвалида. Они не могли использовать чакру как положено. Первый мог складывать любые печати, но с этого было мало толку, а второй не мог пользоваться руками, и ему были доступны лишь одни техники, не требующие печатей. Такие у него в арсенале были, но не в особенно большом количестве. А ещё саннин постоянно шипел от боли, да так, что это слышал даже я, находясь вдалеке. Змей... и шипит — всё правильно. Видимо, Тсунаде неплохо над ним «поработала». Руки болят — значит они есть. Свободен!       Но шутки–шутками, а бой продолжался.       Узумаки продолжал применять теневых клонов. И так, и этак… но всё было бесполезно. Даже его любимое хенге не помогло — Якуши не терял бдительности и подмечал почти любые изменения в обстановке. Сам Наруто не подставлялся с того момента, как порядком разозлённый Кабуто задел его «скальпелем». Не сказать, что повреждения это нанесло серьёзные – у Наруто просто на пару минут отнялась левая рука, но джинчурики урок понял. Тоже мне, решил выпендриться, создать расенган… а стоять на месте для этого обязательно?       Но мой контроль чакры в активном бою наконец-таки вернулся в полный порядок. Я был в максимально боеспособном состоянии, но что делать с Якуши дальше, я не представлял. Эта игра с избиением клонов могла продолжаться долго. Нет, я-то никуда не спешил, но зачем давать Кабуто лишний раз изучить Узумаки и его повадки? Ведь в чём-то все эти умники в аниме правы — нигде, кроме как в бою, лучше человека не поймёшь.       Я решил, что Якуши знает и так уже предостаточно, и переступил с ноги на ногу — условный знак. Мой клон медленным шагом пошёл к сражающимся: Кабуто не может быть уверен, кто из нас настоящий. На первый взгляд настоящий, конечно, именно я, но вдруг Якуши решит, что это была какая-то другая техника, и я снова сблефовал? Это как с покером… хотя это не слишком удачный пример. В игре в случае проигрыша ты потеряешь, как правило, лишь деньги. Тут всё иначе… на кону стоит не только здоровье, но и жизнь. И игроки тут посерьёзнее относятся к происходящему.       Клон сорвался на бег, на ходу доставая из подсумка кунай. Настоящий…       Когда до вновь вставшего Кабуто и Узумаки остался всего десяток метров, мой клон остановился и сложил пару печатей. — Стихия воды: техника Водяного Снаряда!       В стоящего на месте Якуши полетел очередной поток воды. Тот достаточно легко увернулся, и в бой вступил я. На моём месте осталась иллюзия, имитирующая меня-настоящего, а сам я в виде иллюзии бросился на противника с катаной. Кабуто знает о моей технике, он был на обоих этапах поединков, а значит, есть вероятность, что он примет меня за фальшивку. Тем более что мой теневой клон неподалёку сразу после техники бросил кунай прямо в то место, где Якуши должен приземлиться.       Да, всё это выглядит очень сложно и запутанно, все эти комбинации и прочее… я порой сам удивляюсь вычислительным способностям своего мозга. Шиноби, бывает, выкидывают и не такие штуки, но мой разум и так не самый слабый, ещё и подвергался стимулирующему воздействию чакры. Я сам поражался своим возрастающим вычислительным возможностям.       У Якуши в эти доли секунды был достаточно простой выбор: либо увернуться от куная в воздухе, но пропустить скользящий удар от катаны «иллюзии», либо получить сильный порез от «теневого» куная. В принципе выбор был достаточно простым — иллюзия не взаимодействует с реальным миром, как ему известно, а теневые кунаи всё-таки наносят ущерб, пусть и не такой серьёзный. Вот только Якуши перестраховался… он решил получить порез от куная. Вот только… железка полным своим весом влетела Кабуто в бок. ***       Шиноби в очках совсем запутался. Даже Наруто, обычно не слишком внимательный к деталям, наблюдал за происходящим. Кабуто казалось, что настоящий враг повсюду – катана совсем недавно свистнула рядом с ним совсем по-настоящему, а тяжёлый кунай не менее настоящим лезвием находился у него в боку, чуть было не задев печень. Якуши даже не слишком защищался при помощи чакры — порезы от теневого оружия были обычно уж больно незначительны. Вот и поплатился… ему пришлось срочно останавливать кровотечение. Ещё несколько таких попаданий с ним будет всё в порядке, но через какое-то время его чакра пойдёт на убыль.       «Кто же из этих клонов настоящий?»       Один стоял на месте, как и после первого своего попадания катаной, и с невинными глазами шаркал ножкой по траве. Это, скорее всего, была иллюзия, ведь настоящий его противник стоял напротив него с катаной на плече и с ухмылкой смотрел на растерянного Кабуто.       «Или это всё-таки клон? Ведь кунай в его боку тоже был настоящим, а значит, стоящий на небольшом расстоянии силуэт тоже оригинал… но клон получается слишком быстрым!»       Его противник не дал Якуши поразмышлять. Внезапно с места сорвался шиноби, казавшийся Кабуто иллюзией. Следом за ней сорвался ниндзя с катаной, что только что чуть его не ранил. Может, его противник научился создавать свои полноценные копии со скоростью оригинала, которые наносят такой же урон? Но ведь это невозможно… и если это так, то как увернуться от двух быстрых, как оригинал, противников? Один на один Кабуто бы без проблем одолел своего врага, но сразу двоих…       Якуши нужно было как-то реагировать на стремительно приближавшихся противников. Вариант увернуться сразу от двух атак можно было не рассматривать — стоит сделать движение, позволяющее избежать одной атаки, как в конечной точке его неизбежно настигнет вторая, а контратаковать в такой ситуации тоже рискованно — вдруг он снова совершит ошибку и атакует иллюзию? Последствия будут более чем серьёзными…       Наконец, Кабуто решился не рисковать и прибёг к не самому приятному решению — к замене. Заранее заготовленное на этом поле боя полено было рассечено катаной пополам, а количество доступной чакры уменьшилось ещё ненамного. Якуши чуть было не передёрнулся при виде половинок несчастной деревяшки, но удержал лицо. Всё-таки настоящий был с мечом. — Ну и неудобный противник, — поморщился Якуши, глядя на врага, который заставил его сделать замену. Нечасто ему приходилось её выполнять, но в этот раз у него не было другого выхода. — Не хотелось бы её применять, но что поделать? Приказ моего господина более чем ясен, — Кабуто захрустел сначала кровевосстанавливающей таблеткой, а затем, с грустью, предвидя последствия для своей чакросистемы, проглотил ещё одну. Усиливающую восстановление чакры. Очень вредную, между прочим. Последствия её применения придётся выводить ещё некоторое количество времени. Но по-другому никак. Якуши хотелось верить, что Орочимару-сама одолеет своего собрата-саннина, и они вместе всё-таки закончат дело, из-за которого они сюда пришли. Ведь гемофобия — очень полезная слабость, если ей подвержен нужный тебе человек.