Папина Дочка

6 апреля 2014       Фитц продолжал возмущаться по поводу присутствия в команде Трипа, казавшегося ему слишком подозрительной персоной. Команда сидела в гостевой комнате Кёнинга. Вместо настоящих камина и окон мы видели экраны с реалистичными картинками, из встроенных в стену колонок слушали радио, пытаясь подготовиться к тесту на ориентировку. От нас требовалось ответить на несколько психоаналитических и логических вопросов, сидя на жутком кресле с кучей проводов. Такой себе усовершенствованный полиграф, детектор лжи, как назвал его Колсон, обескураженный таким поворотом событий. «Эта крошка измеряет кожногальвонический рефлекс, потребление кислорода, микроэкспрессию, биообратную связь мозговых волн, расширение зрачков, голосовую биометрию. В ней всего девяносто шесть переменных», — хвастался Эрик Кёнинг, явно гордый своим полиграфом. «Фьюри лично создал этот детектор. Даже Наташа Романофф не смогла обмануть его.»       — Фьюри доверял Колсону, но не его команде, — пробормотала Симмонс, отодвигая от себя тарелку с едой.— Отвратительное чувство.       — Как я скучал по чизкейкам. — У Фитца после всех наших приключений не на шутку разыгрался аппетит. Пока Джемма недоумевала и волновалась из-за предстоящего допроса, Лео просто ел. Каждому своё.       Я успела получить сообщение от Моники о её прибытии в Нью-Йорк до того, как параноик Эрик конфисковал у всех нас телефоны, не дав мне ответить ей и написать матери, что я в полном порядке. Дерьмо. Но если матушка поднимет город на уши, пытаясь дозвониться до меня, мне это даже польстит.       — Грейс, — позвала меня Мэй, зайдя в комнату отдыха. — Твоя очередь.       Мелинда была первой из команды, но выглядела совершенно спокойной, хотя у Колсона, да и у остальных членов команды были подозрения, что она не та, за кого себя выдаёт.       — Вопросы кажутся лёгкими, если у тебя чиста совесть. — Её голос упал до шёпота. — Надеюсь, хотя бы это убедит Фила.       Оборачиваясь на ребят, желавших мне удачи, я прошла в тёмную комнату, где за стойкой меня ждал Эрик. Он усадил меня на кресло, приковал руки, нацепил кучу жучков, сказал смотреть на камеру, висевшую перед моими глазами, чтобы та могла уловить расширение зрачков.       — Начнём с лёгких вопросов, чтобы настроить аппарат, — дружелюбно начал он. По телу пробежали мурашки, хотя бояться мне было нечего.       — Назовите Ваше полное имя.       — Грейс Кэтрин Стюарт, — чётко ответила я, несмотря на волнение.       — Цвет глаз?       — Карий.       — Вы были замужем?       — Нет.       — Назовите членов Вашей семьи.       — И живых, и мёртвых?       Эрик как-то странно посмотрел на меня, потом, кивнув, снова перевёл свой взгляд на мои показатели.       — Погибший отчим, мама и я.       — Вашего отца вы не упоминаете? — Он снова поднял на меня подозрительный взгляд.       — Упомянула бы, знай я, кто он и где. — В этом моя совесть чиста. Мать никогда не говорила про моего биологического отца, в детстве пресекая любые мои попытки узнать, кто он.       — В чём разница между яйцом и камнем?       — Яйцо можно съесть, камнем — убить. — Наверное, это прозвучало максимально странно, но это первое, что пришло мне в голову.       — Вы слышали о проекте «Озарение»?       — В Хабе часто говорили о нём, но никто не знал, что это оружие массового уничтожения.       — Вы общались с Александром Пирсом?       — Нет.       — Вы оказались на необитаемом острове, на песке стоит коробка. Что в коробке?       — Спутниковый телефон.       — Щ.И.Т. больше не существует, на него навесили ярлык террористической организации. Почему же вы здесь?       Я несколько секунд думала над ответом, хотя он был очевиден. Эрик молчал, давая мне собраться с мыслями, но его прищуренные глаза и максимально недоверчивый взгляд просто убивал. Мне захотелось встать и врезать эту маленькому человечку.       — Потому что я — агент, это мой долг. Я доверяю этим людям, мы должны держаться вместе, иначе какой в этом смысл? Щ.И.Т. — мой дом.       Он закрыл какую-то серую папку, что-то ввёл на клавиатуре, а затем расплылся в улыбке.       — Поздравляю, агент Стюарт. Сделаем вам пропуск.       Минус сто пятьсот нервных клеток. Это было легко, на все вопросы я отвечала честно, но всё равно было немного стрёмно. Казалось, некоторые мои ответы так сильно напрягали Эрика, что он был готов схватиться за лежащий рядом пистолет и прикончить меня прямо в кресле.       Я вернулась в комнату, позвала Симмонс и свалилась на мягкий диван. Теперь я понимала счастье Фитца, когда он ел человеческую еду. После случившегося два дня назад в Хабе, даже самые простые вещи казались нам неимоверной роскошью.       Всё закончилось быстрее, чем я ожидала. Пока Уорд, парень из команды, присоединившийся к нам после того, как мы нашли «Привидение», проходил ориентировку, Колсон собрал нас в отдельном кабинете. Он был взвинчен. Ходил из угла в угол, собирал оружие, вытаскивал какие-то устройства, собирал чемоданчик.       — Это из-за Маркуса? — спросила Джемма, привлекая к себе внимание нашего нового босса.       Фил остановился, осмотрел наш квартет и, задержав мягкий взгляд на мне, кивнул и улыбнулся. Мы не говорили, пока были в Хабе и в Автобусе — у него было слишком много проблем.       — Рад, что ты снова со мной.       Я молча кивнула, не в состоянии сдержать улыбку. Ситуацию омрачал повод, послуживший нашей встрече. Самый защищённый объекта Щ.И.Т.а после его падения стал слишком уязвим. Г.И.Д.Р.А. проникла в тюрьму «Холодильник», опустошила хранилища с опасным оружием, выпустила опасных преступников и добавила нам работы. Среди сбежавших был наш сегодняшний объект, вызывавший у руководителя группы сильное волнение.       — Маркус Дэниэлс был ассистентом в физической лаборатории, где они пытались обуздать энергию некой «тёмной силы». Ну что плохого может произойти, когда имеешь дело с таким названием? — Он вручил мне пистолет с полным магазином, который собирал, когда мы только вошли.       — Это форма космической радиации, чистая отрицательная энергия, не стабильная, но мощная, — с энтузиазмом прокомментировал Фитц. Его восхищало то, что приводило меня в дикий ужас.       — Дэниэлс подвергся воздействию, и теперь он способен впитывать энергию всех видов, — продолжил Фил.       — Его сердце и мозг работают на электрических импульсах? — уточнила я.       — Именно, — кивнула Джемма. — Он может убить одним касанием.       — А как убить его, если он способен впитать энергию любого стрелкового оружия? — спросил Трип.       — Фитц верно подметил — его сила не стабильна. В прошлый раз мы перегрузили его систему «чистым» светом, что помогло его поймать — подвергли его бóльшей энергии, чем он мог впитать. Если бы вы могли собрать механизм доставки, дело стало бы намного легче.       ФитцСиммонс явно ожидали услышать что-то подобное и заметно оживились. Колсон вышел из кабинета, а мы, как утята за мамой-уткой, потопали за ним. Я была рада слышать, когда он сказал, что берёт меня на задание — хочет увидеть, что изменилось с нашей последней встречи.       После выпуска из академии Щ.И.Т.а меня отправили на базу в Техасе, назначили Колсона моим Н.О. Он не был этому рад, поскольку надеялся на что-то бóльшее, но я нагадила ему в тапки. Однако, едва ли это отобразилось на его отношении ко мне. Несколько месяцев мы работали на базе, на которой изучались объекты внеземного происхождения, представляющие угрозу человечеству. Например, тессеракт, изучаемый Селвигом. Всё было прекрасно до тех пор, пока всех в срочном порядке не эвакуировали; база взорвалась, началось вторжение пришельцев и Локи. Колсон подписал приказ о моём переводе в Германию, ибо понимал, что такому зелёному агенту, как я, стоит держаться от эпицентра бойни подальше. Меня распределили сразу после объявления о сборе Мстителей в Хаб, прямиком к Маккене Брук.       Было безумно приятно вновь находится рядом с человеком, сделавшим из тебя агента. Не знаю, что повлияло на некогда светлого и позитивного Колсона сильнее: возвращение с того света или предательство организации. Пока мы готовились, чуть ли не на весь бункер была слышна его ссора с Мэй, в которой он упрекал её за сокрытие важной информации, а она пыталась оправдать себя. Больше никаких шуток, чтобы развеять волнение среди команды перед заданием, никаких воодушевляющих речей — только холод и расчёт.       Скай, Уорд и Мэй остались вместе с Кёнингом в бункере, а Фил, ФитцСиммонс, Трип и я на скоростном джете летели в Портленд, где Маркус, если верить словам босса, должен был быть. Четыре года назад он был одержим женщиной по имени Одри Нэйтон, которую звал «лучом света во тьме». Было бы романтично и очень мило, если бы он не преследовал и не пугал её до смерти. Фил и слушать не хотел про вариант «мог забыть её за эти годы». Дэниэлс — патологический психопат, упёртый, одержимый, его способности не только лишили его нормальной жизни, но и поджарили ему мозг. «Найдём мисс Нэйтон, найдём Маркуса», — с какой-то печальной усмешкой заключил он.

***

      Одри находилась в парке Лорелхёрст, где каждый вечер бегала. Мы подогнали машину Юго-Восточной улицу и внимательно следили за энергетической шкалой и мигающей красной точкой на ноутбуке, обозначавшей местоположение телефона потенциальной жертвы, и просто ждали сигнала. А когда Джемма оглушила нас своим внезапным криком: «Началось!», я нажала на педаль газа из-за всех сил и направилась к озеру, у которого, судя по карте, находилась Нэйтон. И очень вовремя, они оба были прямо по курсу. Я резко повернула руль влево, Симмонс открыла правую дверь пассажирского сиденья, прося ничего не понимающую Одри сесть в машину.       — Этот мужчина гонится за мной! — взвизгнула девушка.       — Мы из ЦРУ. Садитесь!       Как только дверца машины захлопнулась, я снова развернулась, проезжая мимо машины Фила и Фитца, которым предстояло отвлечь Маркуса, пока мы не доберёмся до безопасного места.       — Кто вы такие? Этот мужчина!.. Он просто выключил свет… — никак не могла успокоиться Одри, часто дыша и истерично махая руками.       — Мы всё вам расскажем. Для нас сейчас важно уехать от него как можно дальше.

***

      К семи часам утра мы пробрались в закрытый офис почти на самой окраине Портленда, где было более-менее безопасно.       — Я думала, его посадили! — Девушка не на шутку испугалась, когда мы рассказали, что мужчина, преследовавший её в парке ранним утром, был Маркус.       — Он сбежал из тюрьмы, — ответила я, осматривая из окна пока ещё пустую улицу.       Г.И.Д.Р.А. добралась и до Холодильника — самой охраняемой тюрьмы Щ.И.Т.а для особо опасных преступников. В ней коротали свои дни не просто убийцы и грабители, а люди с необычными способностями, представлявшие угрозу мирному населению. Такая себе кунсткамера, цирк фриков.       — Вам нечего бояться, — вставил Трип. — Мы защитим Вас.       — Мы? — Девушка скептически оглядела нас. — В смысле, ЦРУ?       Конечно, было максимально тупо ляпнуть про ЦРУ, но, видимо, это первое, что пришло Джемме в голову. Они такими вещами не занимаются, но отступать было некуда.       — Да, конечно, — немного растеряно подтвердила она.       — Врёте, — внезапно кинула Нэйтон. Симмонс напряглась, как и все мы. — Вы из Щ.И.Т.а. Разве нет?       Опа здорова. Приплыли. Сейчас она либо сбежит, крича, что мы Г.И.Д.Р.А, либо начнёт истерику.       — Мы пытаемся помочь, — поспешно вмешалась я. — Мы не плохие ребята.       — Я знаю. — Одри переводила свой взгляд на каждого из нас. — Я не верю тому, что говорят про Щ.И.Т. Агентство однажды уже спасло мне жизнь. Несколько лет назад я заметила Маркуса на одном из моих концертов, а затем и на каждом из них. Сначала я была польщена — у виолончелистов мало фанатов. Но потом, как-то вечером, я заметила его у своего дома. Я очень испугалась, умоляла его оставить меня. Он просто стоял там и говорил, что я его «луч света».       Вот это я понимаю, нездоровая одержимость. Настоящий психопат.       — Затем он внезапно выбил пробки во всём моём квартале. — Мы с Симмонс встретились взглядами. — Я убежала и вызвала полицию.       — Дайте угадаю, — прокомментировала я. — Они Вам не поверили.       Одри кивнула.       — Но потом ко мне пришёл агент Щ.И.Т.а. Не понимаю почему, но я сразу же ему доверилась. — Она опустила свой взгляд, как-то грустно усмехнувшись. — Что-то было в его лице. Может быть, его красота? Он покорил меня! Это было как будто в кино…       Я не могла сдержать улыбки и почему-то догадывалась, о каком агенте идёт речь. Я проверила микрофон, закреплённый у меня на рукаве куртки, через который Колсон мог слышать наш разговор с самого начала.       — Вы были близки? — спросила Джемма.       — Очень. — Глаза Нэйтон словно засияли при упоминании агента. — Он пообещал мне, что остановит Дэниэлса. И он сдержал своё слово. Поэтому я и доверяю Щ.И.Т.у — Фил никогда не лгал мне.       Йе-е-ес! Я так и знала. Чуяла моя задница, что всё гораздо проще, чем казалось на первый взгляд. Джемма и Трип в шоке уставились на неё, а я самодовольно улыбалась.       — Что с ним произошло? — спросила она.       — Он погиб при исполнении. — Одри снова опустила глаза. — Я не знаю всех подробностей. Мы планировали поездку на побережье, когда мне позвонили. Он до сих иногда мне снится, представляете? Я просыпаюсь от чувства, что он смотрит на меня — это приятно. Наши дни       Когда я открыла глаза, я не сразу сообразила, что нахожусь в больнице. Я слегка приподнялась на локтях и осмотрелась. Голубая мебель для посетителей, плазменный телевизор на противоположной стене, какие-то пикающие приборы над левым ухом, из радио на близстоящей тумбочке негромко звучала Ава Макс. Я и раньше попадала в больницы после заданий, но куда в менее презентабельные и богатые палаты.       Моя персона с горем пополам села на койку, стараясь не задеть торчащий из моей правой руки трубку, подключённую к капельнице. Тело болело, судя по ощущениям, у меня треснули рёбра и небольшое сотрясение мозга. Стандартный набор. И последнее, что я помнила со вчерашнего (вчерашнего ли?) дня, это… яркую вспышку. Машины? Оружия? Что за херня? От кого и за какие такие грехи я могла получить столько пиздюлей? Кто пришёл мне на помощь?       Отогнав от себя неприятные мысли, я нажала на кнопку, расположенную на пикающем аппарате, и уже через полминуты в палате появилась врач.       — Я бы не советовала Вам сейчас принимать вертикальное положение. — Она тут же ринулась ко мне и против моей воли уложила обратно.       — У меня уже задница устала лежать, — гаркнула я, морщась от внезапно начавшейся головной боли. — Что происходит?       — Как Вы сейчас себя чувствуете? — Она посветила фонариком мне в глаза и провела другим концом вправ-влево, проверяя реакцию моих зрачков.       — Дерьмо, если честно. Как я сюда попала? — Я несколько раз проморгала, головная боль никак не проходила.       — На машине, — саркастично ответила незнакомка. Логика просто наше всё, ничего не скажешь.       — А за рулём был человек, — внезапно прозвучал ещё один голос.       Ник Фьюри. Сукин сын, тут как тут. На мне что, мёдом помазано, что он прилип ко мне в последнее время?       — Стоило догадаться, что ты меня спас, — усмехнулась я, но усмешка тут же исчезла с моего лица, когда я увидела Тони Старка, бесшумно следовавшего за моим одноглазым боссом. — Чем обязана такой чести?       Ник что-то пробормотал моему лечащему врачу, на что та пыталась возразить, но он как-то странно посмотрел на неё одним единственным глазом, чем заставил проглотить возражения и, сверкая пятками, свалить из палаты, оставив меня наедине с этими громилами. Просто блеск. И ладно бы еще Фьюри — его я будто сто лет знаю, но Старк? Меня напрягало его присутствие. Он молчаливо уселся на одно из кресел и, не скрывая своего любопытства, наблюдал за мной поверх своих тёмных очков.       — Может, объяснишь, что происходит? — не удержалась я, зыркнув на босса.       — Я и сам хотел бы узнать. — Ник снял пыльник, кинув его на диван. Нет, чтобы на вешалку у двери повесить. Типичный мужчина. — Какого чёрта тебя пытались избить? Ты знаешь этих людей?       Чуть что, сразу я. Как это понимать вообще?       — Да я знать не знаю их. Я их толком не рассмотрела, а ты мне что-то предъявляешь!       — Не психуй, я просто пытаюсь понять первопричину вчерашнего инцидента, — уже более спокойно ответил Фьюри, но едва ли меня это угомонило.       — Алё, я сама ничего не понимаю! Я приехала домой, вышла из машины и на меня тут же напали. Они не говорили ничего, просто избивали меня. — Я чувствовала, как моё лицо багровеет от злости. — Раз уж ты тот, кто меня вытащил из этой переделки, я хочу знать, кто эти люди.       — Я не говорил, что лично спас тебя.       Не скажу, что эта информация уж больно шокирующая, но меня ввела в ступор. Голова разболелась ещё сильнее; я несколько секунд молчала и, хлопая глазами, пялилась на Ника.       — Это был Старк. — Он кивнул в сторону своего молчаливого товарища, удобно развалившегося на кресле. Миллиардер снял очки, устало потёр переносицу, уставившись в пол, словно и не слышал нас.       — А вот про твоих обидчиков могу сказать только то, что они удрали. — Ник поднялся, забрал пыльник и медленно поплёлся к выходу из палаты. — Пока Тони грузил тебя в машину, они сбежали. Камер в твоём районе нет, но мы продолжаем поиски. Вам есть, о чём поговорить, а у меня ещё дел по горло.       Он поправил повязку на левом глазу и выскочил за дверь, оставив меня наедине с одним из самых известнейших и богатых людей мира, а у меня отекшая морда и наверняка несколько кровоподтеков. Просто отлично. Стоит хоты бы автограф у него взять.       — Что он имел под «вам есть о чём поговорить»? — Я уставилась на уставшую физиономию мужчины. — Мистер Старк, у меня есть, конечно, парочка вопросов, но что-то подсказывает, что и у вас ко мне вопросы.       — Правильно подсказывает, — хмыкнул он, наконец подняв глаза.       Он был какой-то… растерянный. Я видела его по телевизору, на разных интервью, коих в последнее время в связи с растущей популярностью Мстителей было достаточно. Но сейчас… Не было прежнего озорного блеска в глазах, фирменной ухмылки на губах, гордо поднятой головы. Великий Тони Старк предстал предо мной в совершенно ином свете — обычный человек, уставший от всего происходящего. По крайней мере, мне так казалось.       — Дамы вперёд. — Он вздохнул, закинул ногу на ногу, нацепив натянутую улыбку. — У тебя есть вопросы, на которые я, вероятно, смогу ответить.       Ник сказал, что он меня нашёл и привёз в больницу. Начнём с этого.       — Я не верю в совпадения, — пожала я плечами. — Не верю, что вы оказались в нужное время в нужном месте — в этом мире ничего не бывает так просто. Тогда как?       — Ты уж меня прости за такой ответ, но я сейчас рад, что ты не в состоянии бегать за мной и кидаться тапками. — Он выдержал паузу. — Я за тобой следил, а если быть уж совсем точным, то со следующего утра после нашего знакомства на базе.       Не, ну, не отрицаю, я — личность интересная, но не настолько же!       — Вам и правда очень повезло, что я пострадала. Иначе пострадали бы Вы. Чем я Вас так зацепила?       Он коротко и тихо рассмеялся:       — Ну-ну, это слишком далеко. Заглядываешь аж во вторую часть нашей истории.       Нашей? В чём тогда первопричина его заинтересованности мною?       — Грейс Стюарт, значит? Фьюри так о тебе печётся.       Старк встал с кресла и подошёл к окну. Я, не отрывая своего взгляда, рассматривала его с ног до головы, перебирая в голове все возможные варианты нашего разговора, начиная от причин, которые привели его на мою улицу и заканчивая какой-то невъебической хернёй космического масштаба.       — Как вы познакомились?       Оу. Не такого вопроса я ожидала от него, но всё же это самое безобидное, что он мог спросить.       — Случайно, можно сказать, — усмехнулась, перебирая в голове воспоминания о дне знакомства с моим одноглазым боссом. — После восстания Г.И.Д.Р.Ы Колсону, который раньше был моим н.о., в команду нужны были люди. Ну, я и вызвась добровольцем, потому что мне приключений на задницу не хватало.       Он резко обернулся, уставившись на меня.       — Колсон? Фил Колсон?       — Ну да, — закивала я. Странная, конечно, у него реакция.       — Такой низенький, не шибко волосатый, с доброй улыбкой?       — У нас так много Филов Колсонов, работающих в Щ.И.Т.е?       — Ник сказал, он мёртв! — усмехнулся Тони, растеряно качая головой. — Погиб ещё до атаки на Нью-Йорк. Вот же лисы.       — Про это я ничего не знаю, но приключения с ним были довольно весёлыми, — продолжила я, не обращая внимание на негодование Старка. — Я была в его команде, пока мне не дозвонилась соседка матери. — Тот тут же прекратил свои вздохи и снова уставился на меня. — Она сказала, что входная дверь в квартиру мамы была открыта на распашку, внутри всё перевёрнуто, ключи от машины, её телефон — все важные вещи на месте, но её нигде не было. Я сразу почуяла неладное и вернулась домой. Ник прознал о моих неприятностях и вызвался помочь. Думаю, это Колсон ему проболтался. Но мы не нашли ни одной зацепки.       Старк отвёл взгляд, словно ему было стыдно за поднятие этой темы, но едва ли это задело меня. Верно говорят — время лечит. И сейчас вспоминать о том адском периоде моей жизни было не то, что не больно, даже приятно от осознания того, через что я прошла.       — Ты осталась одна? Твой отец или сестра?..       — Отчим погиб ещё до пропажи матери, в семье я единственный ребёнок, — пожала я плечами.       Тони вздохнул и напряжённо сжал челюсть, что напрягло и меня — какое-то слишком странное у него поведение. Я, не отрывая взгляда от него, потянулась за стаканом воды, который стоял на прикроватной тумбе, и слегка скривилась от боли в районе грудной клетки. Старк запустил руку во внутренний карман своего пиджака и вытащил из него маленькую памятую красную тетрадку, быстро пролистнул пару страниц, затем развернулся ко мне.       — Я не мастер ходить вокруг да около, — подавлено сказал он, протягивая её мне. — Слишком прямолинеен для этого. Ты спрашивала, почему я следил за тобой, я отвечаю… А точнее, отвечает твоя мать.       Я чуть не подавилась водой при упоминании матери. Она-то тут при чём? И я. И он. Я была в полном замешательстве. Так и не напившись, я поставила стакан на место и взяла у него из рук тетрадку. Она была меньше привычных а-пять канцелярских тетрадей, скреплена степлером из отдельных листиков. Но с первых страниц я узнала почерк матери, её начальную букву «с», которую она выводил с закорючками. В сердце что-то защемило, поднялось то же неприятное чувство, что и в день, когда я увидела её замороженную и мёртвую на базе Мстителей.       — Страница третья, — подсказал Старк, усевшись на диван, стоящий у окна.       Я послушно открыла названную страницу — мама даже нумерацию вела. Судя по начальным записям, у меня в руках был дневник, который она вела, пока находилась у Г.И.Д.Р.Ы.       «Пошёл десятый… Нет, одиннадцатый день моего пребывания здесь, » — писала мама слабо пигментированной ручкой. Я чувствовала, что не сумею дочитать и вторую страницу; к горлу поступил ком, а вся моя сила воли просто растворилась. «— Трудно вести учёт дней, света белого не видя. Они продолжают молчать о моём предназначении; просто пичкают меня препаратами и колят болючими препаратами, которые не дают мне спать. Сегодня утром мне дали какое-то наркотическое средство — к обеду боль в мышцах и голове прекратилась. Они забирают меня в лабораторию нечасто — раз или два в день; кормят хорошо, даже слишком хорошо для пленницы. Чисто ради интереса я попросила их принести мне пару книг на любую тематику, и, о чудо, они принесли мне Жюль Верна.       Но мысли о моей Грейс не давали мне покоя. Где она сейчас? Что с ней случилось? Почему она не берёт трубку? С кем она сейчас, там, на другой стороне океана: с Щ.И.Т.ом или Г.И.Д.Р.О.Й? Сумела ли сбежать во время восстания или её уже нет в живых? Я не могу спать, нормально есть, не могу найти себе места, не зная, что с моим ребёнком. Мне бы хотя бы узнать, жива ли она, и я успокоюсь.       В такие моменты люди склонны винить себя в каждом косяке, произошедшем в их жизни. Я переношусь на двадцать четыре года назад и думаю, как бы сложилась наша жизнь, если бы я тогда не сбежала, дала Тони шанс, рассказала ему обо всём?»       Я оторвала взгляд от помятых листов и светлых букв, подняв взгляд на Старка. Тони — это он или кто-то другой? А если и он, неужели мама была с ним знакома? И не рассказывала? Почему?       — Я не понимаю… — растеряно пробормотала я, сдерживая слёзы, но он жестом указал на тетрадь, мол, дочитывай.       «Грейс росла бы в полной семье, счастливой и в безопасности, не пошла бы в эту чёртову Академию. не пошла бы на службу в Щ.И.Т., всё в нашей жизни было бы иначе… Но с другой стороны. Тони такой разгильдяй. Ему нельзя машину доверить, не то, что ребёнка. Как бы он воспитывал Грейс с таким характером? Просто копия Говарда в молодости! Что для него важно? Выпивка, девушки, бары, частные вечеринки — вот все его ценности жизни. Возможно, он изменился бы, узнав про ребёнка, но сейчас нельзя сказать наверняка. Я такой человек, который должен предусмотреть все варианты развития события. Старк мог бы повелеть сделать аборт или дал бы денег на содержание дочери (как будто они очень сильно нужны были мне) и сказал бы катиться на все четыре стороны, или же принял бы нас в свою семью… Сейчас уже ничего не изменишь. Я могу лишь молиться, чтобы Грейс справилась со всем, что свалится на её плечи.       Я могла быть для неё лучшей матерью, но выжимала из себя всё, на что была способна — уж слишком слаб был мой материнский инстинкт. Но она сейчас совершенно одна — Линда в Сакраменто, Артур мёртв, наши родители мертвы. Но что я могу сделать, находясь у чёрта на куличиках, совершенно безоружная и обессиленная — только молиться, авось, кто-нибудь да услышит.»        Я с тихим хлопком закрыла тетрадь, откинула её на другой конец кровати и схватилась за голову. Слёзы хлынули из глаз, меня начало трясти, головная боль вернулась с новой силой. Мысли в голове превратились в кашу, я не могла переварить прочитанную информацию. Всё казалось каким-то старинным снов, злой шуткой. Именно, шутка! Знаменитый Тони Старк славится своим чувством юмора; сейчас из дивана вылезет репортёр с камерой и скажет: «Улыбнитесь, вас снимал скрытая камера!» И тогда всё встанет на свои места.       — Вот ответ на твой вопрос, — спустя некоторое время тихо заговорил Тони.       — У меня сейчас появились совершенно другие вопросы! — внезапно воскликнула я почти истерично. Мужчина аж вздрогнул, но выражение его лица выдавало неподдельную печаль. — Простите, что закричала. Я просто не понимаю, как… Откуда у вас тетрадь?       — Мы нашли Кэндис в лаборатории Г.И.Д.Р.Ы в Приэльбрусье. Кто-то отправил сигнал sos, но к нашему прибытию никого, кроме пленников, мы не обнаружили. Она была одной из тех, кого заморозили — я не знаю почему. Дневник был в её камере среди прочих вещей и остальных дневников.       — Просто скажи, что это неправда, — прошептала я, утирая слёзы и шмыгая носом. Когда ответа не последовало, я подняла на него глаза — он не отрывал от меня взгляда. — Пожалуйста, Старк.       — Когда мы с тобой познакомились на базе, я уже прочёл один из дневников, который вела Кэндис. — Он продолжал смотреть на меня, но в его взгляде не было абсолютно никаких других эмоций, кроме печали. — Я решил проследить за тобой, чтобы просто узнать тебя — кто ты, где работаешь, в какое кафе ходишь. Я находился поблизости и просто наблюдал, попутно читая всё остальное, что писала твоя мама. Боюсь представить, что было бы, не окажись я рядом с твоим домом в день нападения.       — Я ей не верю, — прервала я его. — Она могла ошибиться, могла… соврать, могла убедить себя, что беременна именно от тебя.       — И я так думал, — чуть оживился Тони. — Когда ты лежала без сознания в моей машине, по дороге в больницу я… — Он запнулся и прикусил губу. — Скажем так, одолжил у тебя прядь волос.       Я тут же дотронулась до своих волос. Моя коса, заплетённая ещё мною на работе, сохранила форму, некоторые пряди выпали. И тут же заметила слишком короткий кончик, не аккуратно отрезанный Старком. Я просто криво улыбнулась и закатила глаза.       — Цель оправдала средства?       Мужчина снова полез в карман, достав из него аккуратно в два раза сложенный белый альбомный лист. Я не могла прочитать эмоции на его лице — они словно выражали облегчение и огорчение одновременно.       — «Девяносто девять и восемь десятых процентов — вероятность кровного родства», — вздохнув, прочитал он.       Ну, тут без матов вообще никак.       Пиздец блять! Приехали! Приплыли! Мой отец — Тони Старк. Это же надо было так вляпаться...       Я резко с громким стоном упала обратно на подушку.