Драбблы.

Конец осени, чертов ноябрь. Чимин устал от этого грязного серого цвета, устал вставать каждое утро в одно и то же время, ему надоело возвращаться в это унылое месте, где у него не было друзей и даже сосед по парте его игнорировал. Чонгук всегда приходит раньше, аккуратно раскладывает учебники, тетради и прочую лабуду на краю стола, а потом терпеливо ждет звонка, подперев лицо кулаком. Пак же заходит в кабинет за пару минут до звонка и молча садится на соседний стул за партой Чона. Они никогда не здороваются и даже не смотрят друг на друга. Если кто-то забывает дома ручку или тетрадь, то они просят у кого угодно, но только не друг у друга. Конечно, почти всегда что-либо забывает Чимин, потому что растяпа. Сегодняшний день - не исключение, но Паку явно не везет, потому что он уже спросил у половины класса, нет ли у кого-то запасной ручки, и все как один отвечают "нет". Кричать с последней парты в другой конец класса стремно, но писать-то нечем, поэтому блондин открывает рот и делает глубокий вдох, решившись позвать одноклассника, сидящего за второй партой соседнего ряда. - Черт, как же ты надоел, - Чонгук раздраженно цокает языком и лезет в портфель, доставая ручку, - На, возьми. Только вернуть не забудь. - Так сразу бы и сказал, что у тебя есть, - Пак обиженно выдыхает, принимая с благодарностью совсем новенький предмет канцелярии. Чон не отвечает и на протяжении дня больше не разговаривает ни с Чимином, ни с кем-либо ещё из их класса. Все как обычно. Два интроверта, которые даже друг с другом общий язык найти не могут. Сказать, что между ними витает неприятная атмосфера - ничего не сказать, потому что от подобного напряжения волосы дыбом встают и невидимые иголочки входят в кожу вдоль позвоночника. Паку жутко некомфортно с таким соседом, но свободных мест во всем классе больше нет, поэтому приходится терпеть. Гук от блондина тоже не в восторге и это можно с легкостью прочитать в его холодном взгляде. Они терпят друг друга уже третий месяц и с каждым днем это все тяжелее им дается. Середина декабря. На улице мороз, а на снег все еще нет даже намека. Чимин искренне надеется, что к рождеству улицы уже будут завалены пушистыми снежными сугробами. Отношения между Паком и Чоном.. Все еще никакие. Однако, Чимин теперь просит всякую мелочь типа ручек и карандашей именно у Гука, это, определенно, прогресс. Только вот Чонгук этому не рад совсем, потому что устал уже молча терпеть то, что его непутевый сосед в наглую грызет и облизывает колпачки его ручек. Блондину на чужие вещи до фени, тем более свою дурацкую привычку все грызть во время мыслительного процесса он контролировать не в силах. А думает Чимин много, потому что учиться любит, и вообще, по сути, отличник. - Я надеюсь, вы не забыли, что сегодня итоговая контрольная, - учитель математики спешно вбегает в класс с огромной стопкой бумаг, - Чимин-ши, помоги раздать распечатки, пожалуйста. И Чимин молча кивает, встает с места и бредет к учительскому столу, хватая толстую стопку листов А4. Поизучав задания пару секунд, он довольно хмыкает и идет вдоль рядов, раздавая по вариантам работы и слыша за спиной то недовольное цоканье, то тяжелые вздохи. Тема сложная, Пак согласен, но решить можно, ничего особо страшного в заданиях он не увидел. - У вас ровно один академический час, со звонком я собираю ваши работы. Приступайте. Учитель с сочувствием оглядывает класс и качает головой, прекрасно зная, что почти половина класса контрольную точно завалит. Но списывать он им все равно не даст, нет-нет, ведь он - честный преподаватель. Чимин абстрагируется от мира в тот же момент, когда садится на свое место и берет ручку. Почти не напрягаясь, он исписывает весь лист, но зависает на последнем задании, думая, какой из двух способов решения наиболее рациональный и быстрый. Вынырнув из океана своих мыслей, он слышит, как Чонгук под боком яростно зачеркивает в черновике последние несколько строчек. Гук не глупый и по оценкам стоит почти на одном с Паком уровне, но математика в старших классах ему почему-то дается туго. Чим украдкой заглядывает в черновик соседа и удивленно вскидывает брови, понимая, что Чон завис на третьем задании, а ведь оно совсем простенькое. Блондин пару секунд наблюдает за нахмуренными бровями и закушенной губой, а потом все-таки решает подсказать. Чимин тянет правую руку и кладет ее на чонгукову левую, которая сжата в кулак, чем привлекает внимание обескураженного брюнета. Пак смотрит на учителя пару секунд и, убедившись, что тот не смотрит, начинает что-то писать карандашом в чужом черновике. - Здесь вот по этой формуле, - шепчет он, - А дальше упрощаешь. Чонгук молчит несколько секунд, прорешивая пример в уме по написанной Чимином формуле, а потом легонько бьет себя кулаком по лбу, мол, как он сам про эту формулу мог забыть. Гук молча склоняется над тетрадью и быстро прорешивает пример, после переходя к следующему. Блондин лишь фыркает, обиженно возвращаясь к своей работе. "Вот ведь, даже спасибо сказать не хочет, засранец. Чтоб я ему ещё раз помог", - думает Чим, дорешивая последнюю задачу. Минут за десять до звонка Пак сдает свой листок и устало плетется к своей парте, после чего садится за нее и готовится скучать в тишине до самого звонка. Чонгук спешно переписывает задания из черновика на чистый лист, а потом облегченно выдыхает, когда смотрит на часы и видит, что закончил на пять минут раньше. Он встает из-за стола и относит работу учителю, тут же возвращаясь на место. Чимин летает где-то в своих мыслях, качая головой, и шевелит губами, будто что-то напевая. Гук буквально вырывает блондина из его мира, когда кладет горячую ладонь на паковскую ногу. Чим дергается и переводит ошарашенный взгляд на чужие черные глаза, а затем двигает ногой, пытаясь скинуть чужую конечность. - А, извини, - Чон одергивает руку, понимая, что перешел черту дозволенного, не подумав, - Я хотел сказать... Спасибо, что помог. Пак рвано кивает и сдвигает ноги вместе, тут же отворачиваясь от соседа к окну. Чонгук его сильно напугал своим неожиданным прикосновением, но еще больше пугает то, что ощущение горячущей ладони соседа на ноге никак не исчезает, обжигая кожу. Чимину почему-то очень жарко. Конец января. Чимин не любит январь, потому что зиме каждый год радуется лишь из-за рождества. Оно уже прошло, а до конца зимы ещё чуть больше месяца. Чонгук теперь приходит позже, чем обычно, почти в одно с Паком время. Он заходит в кабинет замерзший и злой, потому что чертов автобус пришлось ждать на морозе целых пятнадцать минут. Чим приходит минуту спустя и замечает окоченевшие и обветренные красные руки соседа. Пак наблюдает один день, второй, третий, а потом понимает, что не ошибся ещё в самый первый день - Чон не носит перчатки. Блондин считает своего соседа неразумным и отчего-то злится на Гука за такое безответственное отношение к самому себе. На четвертый день Чимин не выдерживает и идет после школы в торговый центр, что находится в паре кварталов. На следующий день он просыпается с хорошим настроением и даже на занятия приходит раньше Чонгука, а потом сидит за партой и елозит на стуле, потому что волнуется очень. Волнение возрастает с катастрофической скоростью, потому что до начала урока осталось две минуты, а Гука все еще нет. Чимин расстраивается окончательно, когда звенит звонок. Чон так и не пришел, а на третьем уроке в кабинет зашел классный руководитель. - Чон Чонгука сегодня не будет, передайте учителю, когда он придет, чтобы пометил его отсутствие, как уважительную причину, - учитель Мин оглядывает класс и видит поднятую руку Пака, - Да, Чимин? - Извините, а почему его не будет? - Недавно звонила его мама, сказала, что он заболел, - бросает "классный" в ответ и покидает помещение. Блондин расстроенно выдыхает и думает, что день испорчен, потому что его сосед - идиот. Остальные уроки тянутся как-то слишком долго, минутная стрелка часов, кажется, не двигается вообще, и Пак начинает понемногу беситься. Чимин от скуки внезапно загорается идеей навестить Чонгука после школы, домашку ему передать и заодно то, что купил вчера в магазине. Блондин бежит в кабинет к классному руководителю сразу после звонка, кое-как выпрашивает адрес одноклассника и несется в холл, где спешно одевается и вылетает на улицу, направляясь к автобусной остановке. Нужный дом он находит почти сразу, немного поплутав перед этим во дворах. Сегодня, наверное, счастливый день для Чимина, потому что дверь в подъезд Чона открывается и наружу выходит молодая женщина, а Пак успевает проскочить внутрь. Перед дверью в квартиру блондин стоит почти пять минут, не в силах придумать, как же начать разговор, но все же собирает все силы в кулак, точнее, в указательный палец, и жмет на кнопку дверного звонка. - Кто там? - хриплый голос за дверью заставляет вздрогнуть. - Э-это Чимин, я тебе домашку принес и.. В-вот в общем. Пятисекундная тишина, затем копошение по ту сторону двери, которая открывается спустя мгновение, и заспанный недовольный Гук в спортивных серых штанах и белой футболке. - Заходи, чего встал, - бурчит Чон, уходя вглубь квартиры. Чимин спешит зайти следом и тихо охает от размеров чоновского жилища. Все стены белые, мебель светлая и, кажется, светится изнутри, большие люстры и ламинат цвета молочного шоколада. Оторвавшись от своего увлекательного занятия - наглого рассматривания чужой квартиры - блондин наконец разувается и идет за Гуком в, похоже, его комнату. - У тебя красивая квартира, - тихо мямлит Чим, мягко улыбаясь и осматриваясь по сторонам, - Такая просторная и светлая. - Обычная, - Чон лишь жмет плечами, а затем резко отворачивается, надрывно кашляя в кулак, - Ты, кхм, говорил что-то про домашку. - А, конечно, - Пак приходит в себя и лезет в школьную сумку за своими записями и ещё одним листом, - Нам контрольные выдали, у тебя "отлично", молодец. А задали нам вот это.. Чимин протягивает однокласснику лист с контрольной и с записанным домашним заданием, а затем молча наблюдает, как Гук изучает написанное. - Спасибо ещё раз за помощь. - Да не за что, пустяк, - Чиму приятно на самом деле, и он счастливо улыбается, пока сосед на него не смотрит, - Как ты себя чувствуешь? - Хреново, если честно, - Чон смеется хрипло, заходясь в новом приступе кашля, а потом встает и идет мимо Чимина к столу, хватая пузырек с сиропом, - А что, волнуешься? - Ну, мы все-таки сидим вместе, - Пак тушуется от такого внезапного вопроса и не находит убедительного ответа, - Ох.. На самом деле да, если честно. - Вот как, - Чонгук как-то странно хмыкает, делая пару глотков лекарства, а затем поворачивается к Чиму лицом, - Это странно, тебе не кажется? - Кажется, но что я с этим сделаю? Не врать же самому себе, - Чимин жмет плечами, оттягивая край шарфа - жарко, - Долго планируешь дома сидеть? - Что за вопрос? Как вылечусь, так и выйду, это уже как повезет, - Чон лениво плетется обратно к кровати, падая задницей на самый край, - Но соскучиться не успеешь, это уж точно. Я обычно недолго болею. - Ладно, - Пак краснеет и стыдится глупого вопроса, но старается эмоции контролировать, - Тогда я занесу тебе задания и завтра тоже, не против? - Заноси, если заняться больше нечем. Обидно немного, но Чонгук прав, Чимину больше нечем заняться. Обычно его спасала учеба, но в последнее время напала какая-то хандра и более чем на сделанные уроки Пака ни на что не хватает. Блондин скомканно прощается с одноклассником и уже было перешагивает порог, но резко вспоминает о купленной недавно вещи, которую он так и не отдал. - А, погоди, - Чим снова лезет в сумку и вытаскивает из нее на этот раз не бумагу, а пару теплых черных перчаток, - Вот, это тебе. - Спасибо, конечно, но с чего бы? - Чонгук смотрит потерянно и удивленно, но все-таки берет подарок из чужих рук. - Я заметил, что у тебя всегда обмерзшие руки, вот и решил подарить. Не дело это, руки морозить. Считай это подарком на прошедшее рождество, - Пак улыбается мягко и выходит из квартиры. - Как скажешь, - Гук вертит перчатки в руках, а потом взгляд на соседа переводит, - Мне, получается, тоже нужно что-нибудь тебе подарить. - Ничего не надо. До завтра. Чонгук ещё пару секунд грузится из-за резкого ответа, но потом захлопывает дверь и ползет обратно в свою комнату, оставляя перчатки на рабочем столе. Брюнет не чувствует ничего необычного после неожиданного подарка, но зато запутался и серьезно озадачен поведением одноклассника. Начало февраля. Погода стала хуже, чем раньше, пришли ужасные морозы и постоянные осадки. Чимину грустно и тоскливо, он уже неделю сидит на уроках один. Блондин и не подозревал даже, что чужое дыхание сбоку его, оказывается, всегда так успокаивало и спасало от одиночества. Пак ходит к Чонгуку каждый день, приносит задания и иногда что-нибудь вкусное. У Чона очень красивая и добрая мама, которая всегда предлагает остаться подольше и попить с ними чаю. Чим всегда отказывается, потому что считает, что помешает Гуку чувствовать себя уютно в его квартире. Если честно, Чимин не совсем понимает, зачем ходит навещать одноклассника каждый день. Они не знают друг друга совсем, они не друзья и даже не приятели, но Пак каждый раз спешит в гости к Чонгуку, хоть и на пару минут, а Чон продолжает впускать его без лишних вопросов и никогда не гонит прочь. - Чимин, надо поговорить, - брюнет в очередной раз открывает дверь и впускает уставшего Пака в квартиру, - Пошли в мою комнату. Чим кивает, молча снимает верхнюю одежду и разувается, а потом трет замерзшими даже в перчатках руками свои красные щеки. На улице метель. - Объясни мне, зачем ты приходишь сюда? - Гук садится на кровать, складывая ноги в позу лотоса. - Домашку отдать, зачем ещё..? - Хватит заливать, - Чон хмурится, поджимая губы, - Мне надоело слушать это враньё. Либо ты говоришь правду, либо проваливай. Блондин пугается резкого и громкого голоса. От интонации, с которой брюнет произнес последнее слово, выступил холодный пот и побежали мурашки. - Я.. Не знаю, - Чим напряженно выдыхает, избегая зрительного контакта, - Это правда. Возможно, мне просто одиноко. - И ты решил, что я стану твоим другом и буду развлекать тебя, чтобы ты не скучал? - Меня не нужно развлекать, мне просто нравится проводить с тобой время, - настроение Пака падает на самое дно, и он делает первый шаг в сторону двери, - Мне л-легко с тобой, только и всего. Если тебя это напрягает, я.. Я перестану приходить. Чонгук тяжело выдыхает и трет глаза руками, после чего молчит и собирается с мыслями около минуты. Он поднимает лицо и направляет на одноклассника холодный взгляд, от которого Чимин ежится и отходит ещё на шаг. - Мы не можем быть друзьями. Есть причина. - Какая? - блондин взволнованно смотрит на нахмуренного Гука, готовясь к ответу. - Я гей. И это все. Чимин теряет дар речи, опуская руки. Ему кажется, что в голове щелкнули шестеренки перед тем, как прекратить движение. Воздух внезапно такой тяжелый и маслянистый, а взгляд черных чоновских глаз будто пронзает насквозь ледяными штыками. - Т-ты шутишь, да? Просто скажи, что тебе не нравится общаться со мной, зачем же выдумывать такое и.. - Шучу? Чонгук рычит утробно и подрывается с места, подходя вплотную и хватая Чимина за волосы, сжимая кулак на блондинистой макушке. Пак задерживает дыхание и старается не шевелиться, потому что страшно до жути. Он впервые видит злого Гука и, ей-богу, лучше бы не видел, потому что зрелище действительно устрашающее. Чон внезапно ослабляет хватку, вплетая свои длинные пальцы в светлые пряди даже как-то слишком осторожно, а затем наклоняется ниже, направляясь к чужим губам. Чим понимает все в ту же секунду и упирается руками в чужую напряженную грудь, безуспешно пытаясь оттолкнуть одноклассника. Брюнет замирает в миллиметре от чужих губ, а Пак ошарашенно смотрит в глаза напротив, не в силах даже пискнуть. Чонгук горячий. Ужасно горячий и сильный. А еще дышит так загнанно и смотрит прожигающим взглядом, но все равно терпеливо ждет, пока блондин успокоится. И стоит Чимину перестать дрожать так сильно, как Гук вдруг жарко выдыхает на чужие губы, проходясь по ним кончиком языка. Пака будто прошибает электрическим разрядом, а все мышцы вдруг расслабляются, из-за чего спина выгибается так, словно его тянут вперед. Чим неосознанно впечатывается животом в чужой напряженный пресс, и Чон понимает это как согласие, без раздумий впечатываясь своими губами в чиминовы. Блондин вновь напрягается, но сильные руки ловят и хватают за поясницу, не давая отстраниться. Пак не впускает Чонгука глубже, он боится и уже ничего не понимает, и брюнет отрывается от мягких губ, шепча прямо в них: - Открой рот.. Чимин хочет ответить, но его тут же затыкает длинный язык, что проникает сразу глубоко, обводит кромку зубов и тянется дальше, ища ответа. Блондин не хочет думать, что сделал это специально, но он двигает своим языком навстречу чужому, неловко и неумело сплетаясь с ним. Гук опытный, Пак это ощущает сразу, но думать об этом не хочет совсем, потому что над собственным телом теряет контроль. Внизу живота скапливается напряжение, и становится настолько жарко, что невозможно дышать. Чимин буквально задыхается, но продолжает тянуться к языку Чона, потому что первый поцелуй оказался неожиданно приятным. Его первый поцелуй был украден парнем. Пак делает глубокий отчаянный вдох сразу, как только чужие губы отрываются от его, но задыхается вновь, когда чувствует эти самые губы на собственной шее. Чонгук опускает большие ладони на задницу Чима, прижимая того к своему паху и одновременно с этим оставляя темнеющий след на чужой шее. - Чонгук, остано.. Мх.. Чимин стонет в рот Гуку, плавясь в чужих руках, и понимает, что ему окончательно сорвало крышу. Уже наплевать даже на то, что Чон - парень, главное, что его язык творит что-то невообразимое и лишает сил и возможности трезво мыслить. Чонгук рычит вновь, когда слышит паковский стон, и подхватывает блондина под ягодицы, унося его к кровати и роняя на мягкий матрас. - Пожалуйста, перестань, - Чимин скулит, упираясь ладонями в грудь брюнета, и смотрит загнанно и побито, - Я не хочу.. - Опять врешь, - отрезает Чон, ведя ладонью по внутренней стороне бедра Пака, после хватаясь за небольшой, но твердый член, - Чувствуешь? Чим откидывает голову назад, распахивая глаза, а затем стонет сквозь сомкнутые губы, потому что Гук расстегивает школьные брюки и лезет под них, обхватывая пульсирующий ствол ладонью. Брюнет медленно спускается вниз, параллельно с этим оттягивая ткань боксеров, и останавливается прямо напротив красной налитой головки. Чон поднимает туманный взгляд на напуганного Пака и горячо выдыхает на чужой орган, вызывая дрожь у его обладателя. - О-остан-новись, прошу.. Чонгук замечает слезы в уголках чужих глаз и мгновенно приходит в себя, поднимаясь обратно к лицу Чимина. Он гладит пальцами пухлые щеки и целует в кончик носа. Чона изнутри пожирает чувство вины, потому что одно дело хотеть своего соседа по парте, а другое - почти его изнасиловать. Ему противно думать о том, что он почти совершил ужасную ошибку, но в прошлое уже никак не вернешься, поэтому остается лишь надеяться на прощение. - Чимин, прости, я.. Мне крышу сорвало, я правда не хотел пугать тебя, - Гук помогает Паку застегнуть брюки и хватает блондина за лицо, поворачивая его к себе, - Извини меня. Чимин отрешенно кивает, а затем поднимается с чужой кровати и идет, шатаясь, в коридор, где молча одевается и так же молча выходит за дверь.

***

Середина февраля. Морозы крепчают, а сугробы растут. На дорогах под слоем снега спряталась тонкая корка льда. Чимин не пытается избегать Чонгука, но на контакт с ним идти отказывается. Он с головой ушел в учебу и даже стал организованнее - перестал забывать канцелярию и прочие мелочи. Чонгук волнуется за соседа из-за того, что взгляд у Пака стал отсутствующий и потерянный, от любого прикосновения, даже случайного, он шарахается как от огня и даже на переменах не встает со своего места, утыкаясь в учебник. Чон поджидает одноклассника у входа школы после окончания занятий, а когда тот выходит, преграждает ему путь, становясь прямо напротив. Чимин даже не поднимает взгляда, а брюнет молча хватает его за край широкого шарфа и тянет за собой. Блондин безвольно шагает следом и сначала не понимает, зачем он это делает, а потом ловит себя на том, что всё это время пялится на чонгуковы руки, которые одеты в подаренные им черные перчатки. Приятно. Они подходят к автобусной остановке и продолжают стоять молча. Чон перебирает пальцами кисточки на краю черного паковского шарфа, а тот с интересом наблюдает за чужими пальцами. Разговаривать вообще не хочется. Чимин прекрасно знает, что Гук хочет увезти его к себе домой, что хочет поговорить с ним. Блондин не хочет обсуждать произошедшее, потому что тяжелее всего признать то, что сейчас он был бы не против даже повторить. Но он с раннего детства считал себя натуралом и всегда был падок на красавиц, а тут появляется какой-то там Чон Чонгук и рушит весь чиминовский мир одним поцелуем. Крышесносным, волшебным, первым в жизни Пака. Автобус приезжает довольно быстро, и Чон медлит, делая шаг вперед, но отпуская чужой шарф. - Я не заставляю, - произносит он тихо, - Если не хочешь.. Чимин делает несколько уверенных шагов и первым запрыгивает в салон, ожидая Гука внутри и смотря осуждающе. Брюнет хмыкает и заходит следом, оплачивая проезд за двоих. По дороге они не произносят ни слова, даже когда уже выходят из автобуса и плетутся к чоновскому дому. Холодный ветер дует прямо в обветренные лица, словно плети рассекая покрасневшую кожу на щеках, путая волосы и забираясь под куртку, морозя тело. Пак ежится и прячется в шарф, кутаясь в него сильнее, а Чонгук думает о том, что в перчатках ему и правда не так уж холодно. Мама ещё на работе и вернется не скоро, поэтому Чимин по-хозяйски скидывает обувь и неряшливо вешает куртку на плечики в коридоре, после чего торопится в гостиную, чтобы сесть в удобное кресло около батареи. Чонгука слегка передергивает от резкого перепада температур. Он вяло шагает вслед за одноклассником и застывает в проходе, наблюдая за свернувшимся в кресле в клубочек Паком. Гук усмехается и проходит в комнату, хватая плед с дивана и накидывая его на плечи блондина. Чим лишь кивает и указывает ладонью на соседнее кресло. - Хорошо, - Чон послушно падает на мягкую обивку напротив Пака, - Я не буду тянуть, ладно? Хочу обсудить то, что произошло, - Чимин морщится, показывая, что разговор ему неприятен, но Гук намерен довести начатое до конца, - Я натворил глупостей и снова прошу прощения, Чимин. Я почему-то не хочу, чтобы ты и дальше меня игнорировал, это тяжело теперь выносить. - И что ты предлагаешь? - Чимин хрипит и сразу пытается откашляться, прикрывая рот ладонью, - Вот так взять и забыть о том, что твой язык вытворял у меня во рту? Чонгук давится воздухом, ошарашенно распахивая глаза, и удивляется тому, с каким каменным лицом Пак произносит такие вещи. Чимин лишь фыркает недовольно, спуская плед с плеч - согрелся. - Я не прошу забыть. Только простить и попытаться начать сначала. - А если я не хочу? - Чим спрашивает осторожно, надеясь, что его поймут правильно. - Я не стану заставлять. Ты имеешь право не общаться со мной, только скажи мне это в лицо, а не игнорируй. Кажется, что Гук все-таки не понимает правильного смысла сказанного, поэтому Пак недовольно хмурится, вызывая новую волну непонимания у одноклассника. - Я не об этом. - Тогда я ничего не понял, - честно на выдохе признается Чон, хватаясь руками за голову, - Скажи прямо, хватит путать меня, черт. - Ты настолько глупый? Чимин поднимается с места и приближается к соседнему креслу, хватаясь за подлокотники. Чонгук опускает руки вниз и поднимает голову, встречаясь с блондином взглядом. Пак вскидывает правую бровь, будто чего-то ожидая, а Гук боится сделать что-то не так, поэтому сидит и смотрит, как тупой баран. Чим цокает языком и наклоняется к чоновскому лицу, неумело тыкаясь своими губами в чужие. Чонгук задерживает дыхание, напрягаясь всем телом, но, убедившись, что это не секундный порыв, размыкает губы, выпуская язык наружу и забираясь им в чиминов рот. Когда Чон кладет руки на чужую поясницу, Пак ставит колено на его пах, намекая, что за любое лишнее движение Гук может получить отменную порцию боли. Брюнет шипит сквозь поцелуй, ведя рукой по чужому бедру, успокаивая и пытаясь расслабить. - Обещай, что в этот раз ты остановишься, если я попрошу, - Чимин шепчет с придыханием, загнанно дыша и облизывая припухшие губы. - Обязательно.. Чон тянется за новым поцелуем, утягивая Пака на свои колени, а потом медленно поднимается ладонями к вороту чужой школьной рубашки, вытаскивая пуговицу за пуговицой из отверстий. Чимин целует как попало, мажет губами по подбородку и почему-то постоянно тянется к мощной чоновой шее, но все это выходит у него так чувственно и умело, будто так и должно быть. Он чувствует себя жутко неловко из-за своей неопытности и раздирающих внутренних противоречий, но продолжает извиваться на мускулистых бедрах Гука, потому что ему хочется. Брюнету хочется тоже, поэтому он нетерпеливо стонет в шею Пака, почти срывая с него рубашку. Он волнуется, что снова может напугать, но Чимин реагирует так, будто ловит кайф от подобного зверства и грубости, поэтому Чон дает волю эмоциям, оставляя пару новых отметин на плече и ключицах. У Чимина шикарный рельефный живот с чуть проступающими кубиками, мощная вздымающаяся грудь и отточенные внутренние косые мышцы, и Гук буквально пускает слюни, тут же сглатывая, потому что не ожидал подобного от его заучки-одноклассника. Чонгук отрывается от чужого тела, расстегивая пару верхних пуговиц собственной рубашки и стягивает ее через голову, отбрасывая куда-то в сторону. Пак замирает и неуверенно касается пальцами груди Чона, ведя указательным вниз до пупка и обратно, а затем кладет всю ладонь полностью брюнету на сердце. Затаив дыхание, он отсчитывает бешеные удары, которые отдаются пульсацией чуть ниже живота и пробегают вибрацией по всему телу. - Ты красивый, - шепчет Чонгук, возвращая ладони на чиминовы бока и чуть их сдавливая. - И ты.. Ты тоже, Чонгук. Пак стесняется собственной наготы, но старается отвлечься от этого чувства, вглядываясь в тело брюнета и считая все попадающиеся родинки. Спустя пару секунд он поднимает взгляд выше, цепляясь им за родинку прямо под губой Гука, а затем наклоняется, целуя ее и улыбаясь в поцелуй. Сейчас ему совсем не страшно. Чон незаметно спускается руками к ширинке паковских брюк и тянет собачку вниз, срывая с пухлых губ благодарный стон. Чимин повторяет за брюнетом, расстегивая его брюки, но дальше зайти боится, поэтому ждет первого шага со стороны Чонгука. И тот будто читает по глазам, спуская резинку боксеров Пака вниз и освобождая возбужденную плоть, позже проделывая то же самое и с собой. Чим неловко жмется, стараясь отвести взгляд, но Гук вплетает пальцы в светлые волосы, мягко опуская чужую голову вниз, заставляя смотреть. - Дотронься, - брюнет свободной рукой хватает чужое запястье и тянет к своему паху, - Ну же.. Чимин пытается освободиться, но не успевает, чувствуя горячую головку Чона своими пальцами. Ощущение странное и непонятное, и Паку становится интересно, что будет дальше. Он осторожно обхватывает ладонью дернувшийся ствол и слегка сжимает, наблюдая за реакцией Гука. А тот закусывает нижнюю губу, прикрывая глаза и откидывая голову на спинку кресла. Он дышит надрывно от переизбытка чувств и эмоций, и блондин понимает, что от подобного вида он возбуждается лишь сильнее. Напряжение стягивает низ живота и неприятно тянет, причиняя сильный дискомфорт. Чимин делает пробное движение рукой, слыша приглушенный стон в ответ, и едва сдерживает себя, но все же с нетерпением елозит на чужих коленях. Чонгук замечает копошение и медленно спускается рукой по паковской груди к его члену, а затем едва ощутимо касается указательным пальцем головки, проводя им вниз вдоль ствола до самой мошонки. Чужой орган резко дергается, а ладонь Чимина сильнее сжимается на собственном члене, и Гук обхватывает ствол блондина рукой. Первые движения самые неловкие, примеряющиеся, пробные, помогающие настроиться и привыкнуть, но Чон дергает рукой вниз слишком резко. Чимин выгибается, придвигаясь ближе, и гортанно выстанывает имя одноклассника, задевая своей головкой чужую. В ту же секунду в голову Чона приходит интересная идея, которую он спешит воплотить в жизнь, обхватывая своей широкой ладонью сразу оба органа вместе с чиминовскими пальцами. Блондин распахивает глаза, решившись опустить взгляд вниз, и чувствует новую волну возбуждения, разливающуюся от члена по всему телу, потому что видеть, как рука Чонгука двигается вверх и вниз, прижимая паковский член к собственному, - это слишком. Чон издевается, двигаясь тягуче-медленно, оттягивая большим пальцем крайнюю плоть и играя с уздечкой. Он то сжимает руку сильнее, то расслабляет, почти отпуская, доводя Чимина до пика. Разгоряченное молодое тело, не знавшее подобной ласки, мечется на коленях у Гука, дрожит, трепещет и льнет к крепкой груди. Пак рвано двигает бедрами навстречу чужой руке и постепенно ускоряется, зажимая рот рукой. Чонгук хмурится и свободной рукой убирает ладонь с паковских губ, прижимая чужой лоб к своему. Он надрывно дышит в губы блондина, который уже стонет в голос, и чувствует, как в живот ударяет поток чужого семени, растекаясь по руке. Становится скользко и влажно, и Чон ускоряется, кончая следом с гортанным рыком, а Чимин впивается ногтями в его плечи, дергаясь от послеоргазменной судороги. Они сидят так около пяти минут, целуя друг друга без перерыва, а затем Чимин хрипло смеется, потому что брюки теперь придется стирать и не дай бог они заляпали кресло.

***

Середина июня. Весенняя грязь давно подсохла, превращаясь в пыль, а солнце нещадно жарит, опаляя чувствительную кожу лиц выпускников. Чонгук стоит в тени на спортивном стадионе школы, наблюдая за развлекательной программой со стороны. Он бы давно ушел домой, если бы не блондин, который находился сейчас в гуще событий и получал свой красный диплом. Чимин быстро благодарит, решая не "лить воду" зря, и уходит прочь, напрявляясь к темному уголку около деревьев. Чон тянет к нему руку, принимая Пака в свои объятья, и шепчет, что он им гордится. Чим счастливо улыбается и тихо просит Гука уйти отсюда и поехать домой, на что брюнет охотно соглашается, отталкиваясь от толстого ствола крупного дерева и напрявляясь в сторону ворот, приобнимая Пака за плечи. Они не будут скучать по этому месту, они никогда больше сюда не вернутся, предаваясь воспоминаниям. Единственное, что Чонгук считает важным - это черные перчатки, из-за которых он влюбился в заботливого блондина. Мелочь, а значение их не передать словами. Всё, что Чимин хочет вспоминать потом, - это то, с какой нежностью на него смотрел Гук во время выпускной церемонии.