Амнезия

Стив взял байк Баки. Отчасти потому, что тот ему понравился больше, чем его собственный, отчасти потому, что не мог поверить в то, что Баки будет против. Купив в газетном киоске около дома большую бумажную карту города, он наметил маршрут и завел мотоцикл, надеясь, что правила дорожного движения не слишком поменялись за то время, что он забыл. До базы он добрался быстро, посмотрев, как все входящие прикладывают ладонь и заглядывают в какое-то окошко, поступил так же и вполне смог сдержаться, когда небольшой телевизор, на котором высветилась его фотка, поприветствовал его: - Доброе утро, полковник Роджерс, с возвращением. Стив раздумывал, ответить или нет, и решил, что наверняка это запись. На всякий случай кивнув, он прошел через большой холл и принялся рассматривать щит с планом здания, надеясь сообразить, где могут располагаться тренировочные площадки и полигон. В кармане тем временем ожил «телефон». Взяв его в руки, Стив с удивлением посмотрел на фото странного мужчины с аккуратно подстриженной бородкой, который был подписан как «Тони Старк». С Говардом у Энтони не было почти ничего общего. Вспомнив наставления книжки, подсунутой ему Броком, Стив ткнул пальцем в картинку с зеленой трубкой и приложил аппарат к уху. - Эй, Кэп, - как ни в чем не бывало, заговорил младший Старк, будто продолжал начатый разговор, - я знаю, ты застрял в своем каменном веке, но мне позарез надо тебя. Новые крепления щита. Попозируешь? Или сразу рванешь своих отморозков дрессировать? - Говори, куда идти, - усмехнулся Стив. – В моем каменном веке карты были бумажными. - А лифты там были? – с усмешкой поинтересовался Тони. - Да. И в них играла музыка. - Ну… тогда иди прямо. Видишь панель с аккуратными круглыми кнопочками и стальные блестящие панели? Это лифт. Нажми большую круглую… - Энтони. - О, ты что, моя нянька? Только миссис Ундервуд так называла меня, когда сердилась. То есть почти всегда. Окей, Сосулька, я понял. Короче, тебе на шестой уровень, я вышлю Дамми тебя встретить. Жду с нетерпением. И отключился. Стив, прикинув время, решил, что до ланча успеет помочь Энтони, чем бы тот ни занимался, а потом вытащит Брока в какое-нибудь кафе. Музыка в лифте не играла, но этажи и названия отделов, на них расположенных, озвучивал приятный женский голос. Запомнив, где расположены кафетерий и административный этаж, Стив спокойно дождался своего уровня и, поздоровавшись с какой-то красивой блондинкой, внимательно оглядевшей его с головы до ног, вышел. Дамми оказался роботом. Нет, Стив, зная Говарда, был готов к чему-то такому и с его сыном, но все равно удивился. Повинуясь настойчивому подергиванию за штанину, он, наконец, добрался до больших раздвижных дверей с надписью «Гений» и постучал. - Точно из каменного века, - сообщил ему невысокий, живой как ртуть человек, смутно знакомый и в то же время – чужой. – Надо было приложить палец к сенсору. У тебя есть допуск в мою лабораторию, и я не швейцар открывать тебе каждый раз. - Переживешь, тем более, что дверь явно оснащена каким-то механизмом, - заметил Стив, осматривая магнитный замок. – Стив Роджерс, - представился он, протягивая руку. – Я знаю, что мы знакомы, но не помню этого. - Тони Старк, для тебя просто Тони, - белозубо оскалился младший Старк, и в этот момент семейное сходство стало очень заметным. – Давай так. Я знаю, что ты знал моего отца. Я не люблю о нем говорить и потому предупреждаю сразу: эту тему лучше не поднимать. Я совершенно не умею выбирать слова, а потому бить меня по лицу и укоризненно смотреть тоже не надо. - Я бил тебя по лицу? – удивился Стив. - Эм… нет, но пару раз ты с такой страстью что-то ломал на моих глазах, что я прямо всей кожей чувствовал, будто это моя шея. - Странно, я считал себя терпеливым человеком. - Ты - да, - усмехнулся Тони. – Это я невыносим. Приступим. Экскурс для тех, кто только со льдины. Я – главный разработчик всех технических новинок, используемых ЩИТом. Сюда входит и твоя пестрая броня, и кое-какие инновации, увеличивающие эффективность щита. Ты ж у нас пацифист. - Я? Знаешь, Тони, стоило мне утратить память, как я узнал о себе много нового и не сказать, чтобы приятного. Я НЕ пацифист и никогда им не был. Я НЕ образец патриотизма. И уж точно не могу служить оплотом нравственности и чего там еще успели про меня выдумать. И мне порядком надоело видеть шокированные лица окружающих, стоит мне закурить или произнести слово «жопа» в отрыве от контекста. Тони, сначала чуть удивленный, вдруг сел на свой странный вращающийся стул, навернул несколько кругов вокруг Стива, рассматривая его со всех сторон, а потом зааплодировал. - Отличная речь, Кэп. Надеюсь, Уилсон сожрет свою бейсболку. Я всегда говорил, что в тихом омуте водится такое, что не стоит туда и заглядывать. - Не понимаю, о чем ты, - усмехнулся Стив. – Я такой, каким привык быть. - Знаешь, во всех людях полно дерьма. Только такие, как я, не особо стесняясь, вываливают его на головы окружающих, а такие, как ты – прикрывают каменным выражением лица и железобетонными принципами «это неправильно, так не должно быть». Единственный раз ты прокололся, заключив контракт с Рамлоу и Зимним Солдатом. Вот все были… шокированы, иначе не скажешь. - Опять контракт, - вздохнул Стив. – Дался он всем. Время, вроде, такое, что все можно, а люди никак не хотят признавать мое право на свободный выбор тех, с кем спать. - Потому что ты – столп целомудрия и консерватизма. Разносчик вечных ценностей, ходячая пропаганда всего правильного и вдруг… Бабах! – Тони сделал живописный жест руками. – И ты тянешь в свою жизнь двоих отморозков. Таких, знаешь, отборных. Породистых. Представляю, как тебя сношали в мозг все, начиная от Фьюри и заканчивая Уилсоном. - А ты? - А что я? – Тони развернул взмахом руки несколько экранов и ухмыльнулся. – Мы не друзья. Встань в желтый круг и подними руки в стороны на уровень плеч. Куртку сними, я сделаю обмеры для новой формы. Стив, поняв, что разговор окончен, сделал, как сказали, и уже через пять минут хлопнул Тони по плечу, сказал «спасибо» и был свободен. - Тренировочные полигоны на минус первом уровне, - когда Стив был уже у самой двери, заметил Тони, даже не глядя в его сторону. - Говоришь, мы не друзья? – усмехнулся Стив. – Тогда я полный идиот. - Сейчас упаду в обморок, - проворчал Тони. – Иди, у меня от тебя IQ падает. И скажи своему старшему отморозку, чтобы зашел вечером, у меня кое-что для него есть. - Тому, который реально старше или физически? - Тому, который Рамлоу, - уточнил Тони. – Развелось вас, бодрых пенсионеров, за всеми не уследишь. - Спасибо, Тони. - В карман не положишь, а автографами я не беру. Уйди с глаз моих. Стив послушно вышел, улыбаясь про себя и думая о том, что друг, как и следовало ожидать, это не тот, кто кричит об этом на всех углах, а тот, кто просто оказывается рядом в нужный момент еще до того, как ты успел попросить о помощи. *** Тренировочный полигон он нашел довольно быстро, и, притаившись в уголке, принялся наблюдать. Ничто не говорило о человеке лучше и больше, чем его поведение, во-первых, в постели, во-вторых, за столом, в-третьих, с подчиненными. Так вот третий пункт у Брока оказался интересным, хоть и ожидаемым. - Роллинз, шевели жопой, пока ее тебе не надрали. И ебалом не щелкай, а то Таузиг тебе его в соль раскрошит. Слева. Ну, мать твою! Да вам, девочки, только на швейной машинке крестиком вышивать. Распустились, блядь. Нахуй три круга по полосе, четвертый маршрут! И не надо так на меня смотреть, Мэй, я огнеупорный. Элита, блядь. - Эй, командир, - подал голос какой-то парень, до этого скромно колотивший грушу в углу. – Ты бы сам… того… этого… - Чего – того? – по голосу Брока Стив понял, что парню сейчас достанется по самое не балуйся. – Пример тебе показать? Да не вопрос. Кому еще знамя подержать и всколыхнуть этот, как его, патриотизм? Тебе, Джексон? Окей, детки. Если кто придет к финишу раньше меня – на неделю освобожу от спаррингов с Барнсом. - А если нет? - Своевременный вопрос, - «похвалил» Брок того, которого называл Роллинзом. – А всех, кто придет позже меня, я выставлю против Кэпа, когда он очухается. Кэп – не Барнс, сами знаете, умотаетесь так, что стоять не сможете. Так что? - Ну… это… начали, что ли? Стив с удовольствием наблюдал за тем, как Брок стягивает форменную куртку и поправляет перевязь, перешнуровывает ботинки и ослабляет ремень. - Начали, соплячье, - скомандовал он. – На счет «три». Что ж, минут через пятнадцать стало очевидным то, что Стив знал и так: его любовник находится в превосходной физической форме. «Соплячье» все было сплошь моложе Брока лет на пятнадцать-двадцать, но он явно давал им сто очков вперед. И если Роллинз отставал ненамного, дышал в спину, то остальные заметно сдали еще на первом кругу. Чтобы подчеркнуть удовольствие, Стив достал пачку сигарет и с наслаждением закурил. Несколько секунд все было хорошо, но потом с потолка хлынула вода, моментально, из многих источников, равномерно заливая все огромное помещение полигона. Стив машинально убрал сигарету под козырек ладони и, как ни в чем не бывало, продолжил наблюдение, удивляясь, до чего дошла современная техника – полное соответствие тяжелым метеоусловиям. Самый сложный маршрут стал еще непроходимее. Футболка и куртка моментально вымокли, и не у него одного: замерев на половине движения, бойцы начали оглядываться и, наконец, заметили его. - Кэп, - хрипло сказал Роллинз. - Не обращайте на меня внимания, продолжайте, - разрешил Стив. Не любил он мешать тренировкам подчиненных и не выносил, когда его заставали за наблюдением. - Есть продолжать. Парни, отмерев, побежали дальше по маршруту, спотыкаясь на полу, покрытом искусной пародией на газон, и сочно шмякаясь на раскисшие маты. Брок закончил первым и, тяжело дыша, направился к нему, утирая лицо мокрой футболкой. - Ты чего здесь? – спросил он, смаргивая воду, и заметил сигарету. – Вот оно что. В помещении курить запрещено, Кэп, - хрипло выговорил он, уставившись на его грудь, обтянутую ставшей почти прозрачной майкой. - Да ну? Что за дурацкие правила? - Противопожарка сработала, - Брок ткнул пальцем вверх и, аккуратно обойдя Стива, направился к стене, открыл какой-то ящик и что-то там нажал. Потоп прекратился. Стив все-таки загасил сигарету и отряхнул воду с волос. - Обед, - объявил Брок бойцам, - в два пополудни чтобы все были тут сухие и готовые сношаться. - Да, командир, - за всех ответил Роллинз. – Разрешите идти, полковник? - Идите, - усмехнулся Стив, не вынимая рук из карманов. – А вас, Рамлоу, я попрошу остаться. - Как скажете, полковник Роджерс, - усмехнулся Брок и, развернувшись к парням, добавил: - Время обеда пошло. Все начали расходиться, и Стив краем уха уловил тихие сожаления о том, что лучше бы «полковник Роджерс» хорошо выполнял свои супружеские обязанности, может, командир ебал бы его и куда надо, а не их и в мозг. Роллинз шикнул на сплетников, и вскоре уже ничего было не разобрать из-за включившейся в душевой воды. - Привет, - Стив притянул Брока за перевязь и поцеловал. – Прости, что испортил тренировку. - Этим жирным задницам полезен экстрим, - в губы ему ответил тот. – Хочешь, чтобы они еще и инфаркт схлопотали? В нагрузку к приниженной гордости? - От чего? - От того, что ты творишь. - Я не при исполнении, а на тебе мокрая футболка. - Нужно переодеться, - Брок попытался отстраниться, но Стив на мгновение прижал его к себе и поцеловал в шею. - Ты знаешь, где мой кабинет? Могу поспорить, там есть, во что. И пойдем обедать. Если, конечно, там нет дивана. - Есть диван. И прослушка тоже есть. Так что жди здесь, я захвачу сумку со сменной одеждой. Когда они шли к лифту, мокрые с головы до ног, на них оглядывались, но молча. Стив пытался угадать, у кого из них репутация менее расположенного к дружескому общению человека, и так и не понял. Едва наткнувшись на них, большинство людей поспешно отводило взгляд, а та небольшая часть, что все же решалась их рассматривать, явно понятия не имела, кто они такие. Слишком много праздного любопытства было у них. В кабинете Стив, быстро обшарив самые вероятные места, нашел комплект запасной одежды. - Это что? – спросил он у Брока, разворачивая джинсы. - Это то, что ты обычно носишь. - А на мне? - А на тебе любимый Levi’s Баки. И футболка тоже его. Куртка моя. - Это все было в одном отделении шкафа, - нахмурился Стив. - Баки было бесполезно объяснять, что у него есть своя полка. Потом мы все привыкли. На одной полке джинса, на другой футболки и так далее. Предполагается, что каждый из нас в курсе, где чье. А куртка тебе идет, мне длинновата, а тебе в самый раз. - У нас у всех один размер? - Нет, ты - самый здоровяк, - ухмыльнулся Брок, стягивая через голову футболку. – Но майки любишь самые тесные, а вот джинсу посвободнее. Так что да, футболки мы носим одинакового размера. У Барнса ноги раскачанные, поэтому ты в его штаны и втиснулся. Ты сидеть-то в них можешь? - На байке же приехал. Брок странно на него взглянул, но ничего уточнять не стал. - На моем байке, - раздалось от двери, и у Стива сердце на короткое мгновение замерло, а потом зачастило больно и яростно. Он опустил взгляд на свои подрагивающие пальцы, сжимающие сухую футболку, и не мог найти сил, чтобы обернуться. – Но у моей крошки по-прежнему самые шикарные ножки по эту сторону Атлантики, за что я прощаю ей все. От сердца отлегло. Несмотря ни на что, это был Баки. Это был он. И даже дурацкую шутку с «крошкой» не забыл. - А у моего ковбоя – задница на миллион, - хрипло ответил Стив без нужного задора. – И характер, как у… - не выдержав, он все-таки обернулся. Баки стоял, опираясь плечом о косяк, и разглядывал его с тем самым веселым интересом, с которым когда-то слушал россказни Говарда о летающих машинах. - Как у ангела, - закончил за него Баки. – У тебя устаревшие разведданные, мой капитан. Характерец-то испортился. - А задница? – не понимая ни слова, спросил Стив, отбрасывая ненужную майку и делая самый сложный шаг – первый. - Проверим? – Баки смотрел на него, не отрываясь, будто они действительно не виделись много лет, а не полторы недели. В какой-то мере так и было. Стив остановился в полушаге и осторожно, будто боялся, что его оттолкнут, коснулся небритой щеки Баки, провел кончиками пальцев от скулы до подбородка, а потом схватил крепко, дернул на себя, как не смог тогда, в поезде, всего-то четыре дня назад, и вжался лицом в изгиб крепкой шеи. До этого момента он и представить себе не мог, как боялся его потерять. Что, оказывается, не до конца верил, что это правда – Баки выжил и дождался его здесь, в новом веке. Он смог. Они оба совершили невероятное. Глаза жгло сухо и больно, Баки держал крепко, поглаживал по спине и бормотал что-то утешительное. - Ну, все, мелкий, заканчивай… Никто не умер. Я здесь. Ну, бОльшая моя часть, - усмехнувшись, он положил холодную металлическую ладонь ему на затылок и поцеловал в висок. – Не порть себе репутацию ханжи, помешанного на правилах приличия. - Я уже, - невнятно выговорил Стив ему в плечо. - Что, курил на глазах у ошарашенной публики? Послал начальство? - Второе не успел, - признался Стив, с трудом отлипая от него, - но мне сто лет и я еще молод. Он обхватил ладонями лицо Баки и нежно коснулся губами уголка его ухмыляющегося рта, щеки, скулы и, наконец, поцеловал так, как хотел: жестко, жадно, прижимая всем телом к достаточно прочной на вид двери. Брок попытался просочиться мимо них, но был пойман. - Куда ты? – Стив держал его за плечевой ремень и одновременно целовал Баки в шею. – Мы идем обедать. - Кажется, вам больше пригодится не гора сэндвичей, а диван, - ответил Брок. Баки, фыркнув, притянул его к себе, целуя, и Стив вдруг понял: все правильно. Все так, как должно быть.