Lotus Breeze.

      Перидот выстраивает между собой и Ляпис стену из подушек, чтобы больше не просыпаться в чужих объятиях, и думает, что она — полная идиотка, раз добровольно отказывается от того, что ей нравится. Встает еще раньше и ни черта не высыпается, выдумывая и разрабатывая планы подхода к Ляпис, а сама Ляпис, попивая чай со Стивеном, кое-как держится, чтобы не отвесить Перидот смачный щелбан по лбу.       Стивен же со всей ситуации находится в полной растерянности. Нет, ему хорошо жить одному, ему нравится, что они сделали какие-то шаги друг к другу, но ему кажется, что все могло бы быть и лучше. Конни, которая приходит теперь каждые выходные, уже как-то спрашивала, встречаются ли его соседки, и он, скрипя зубами, вынужден был признать, что пока еще нет.       К слову, он-то и сам четко не может сказать, что творится между ним и Конни, потому что да, они вместе целый день в школе, на выходных играют в приставку, иногда выбираются погулять, но есть ли в этом что-то особенное, или это совершенно обыденно? Что у Конни, что у Стивена нормальной дружбы с кем-то никогда не было, и они понятия не имеют, что делать нормально, а что уже выйдет за рамки.       Перидот, которой очень уж хочется, чтобы Стивен с Конни нормально сошлись, думает, что надо бы в первую очередь сделать что-то с собственными чувствами, а не лезть в чужие. У Перидот почти получается все высказать, она уже делает к Ляпис шаг, но черт бы побрал эту ее нерешительность, из-за которой она в который раз сдает назад и полвечера орет в подушку.       Ляпис зачеркивает на календаре четверг.       Всю пятницу Перидот проводит в универе, затем — в комнате Стивена за консолью, но хватает ее ненадолго.       — Стивен… — как приговоренный к казни говорит она, поднимаясь с дивана, — можешь надеть наушники и не снимать какое-то время?       Стивен удивленно на нее смотрит, и Перидот приходится объяснять, чувствуя, как начинают гореть щеки.       — Сейчас у меня либо будет лучший вечер моей жизни, либо меня просто убьют. В любом случае, может быть… Шумно.       Стивен выдает многозначительное «аааа…» и показывает ей оттопыренный большой палец, а Перидот делает глубокий вдох и выдох, думая, что лучше уж она снова переедет в комнату к Стивену, если Ляпис скажет ей «нет», чем будет убиваться дальше.       Ляпис лежит в гамаке с книгой, когда Перидот заходит в комнату и закрывает за собой дверь на щеколду. Вдох-выдох.       — Ляпис, мы можем поговорить?       Ляпис откладывает книгу и даже вылезает из гамака, становясь в паре шагов от Перидот. Скрещивает руки на груди и выжидательно смотрит, и от этого взгляда у Перидот подкашиваются колени.       — Я, кхм… Думаю, что у меня есть… Некоторого рода, эм… Чувства, по отношению к тебе.       Перидот выглядит так, будто сейчас прямо на месте помрет от сказанного, и Ляпис на какой-то миг хочет начать выпытывать все, спросить что-то вроде «и какие же?» или «что ты имеешь в виду?», но решает, что достаточно было тягомотины, томных взглядов и намеков.       Ляпис хватает ее за воротник толстовки и толкает к стене, нависая сверху, и Перидот очень-очень пытается слиться с обоями, смотрит, как кролик на удава, а Ляпис прислоняется лбом ко лбу, не отпуская воротник.       — Ч-что ты делаешь? — спрашивает Перидот, а Ляпис наклоняется еще ближе.       — Жду, когда ты наконец меня поцелуешь. Неужели это так сложно?       Перидот закрывает глаза и мысленно делает пометочку, что, если она сейчас проснется, надо хорошенько напиться. Но Ляпис ощущается настолько реальной, и Перидот просто подается вперед, сокращая и без того минимальное расстояние между губами, и чувствует, как Ляпис улыбается сквозь поцелуй, чувствует чужие руки на своих щеках. Перидот приподнимается на носочки, обнимает Ляпис за шею и очень сильно не хочет просыпаться.       Ляпис про себя радуется, что не стала ждать воскресенья, потому что завтра никуда идти не надо, можно… Можно много чего, на самом-то деле.       Перидот отстраняется, чтобы вдохнуть, но Ляпис целует снова, и вся невинность предыдущего поцелуя сменяется страстью и желанием. Для Перидот, у которой пары не было в жизни, все это настолько ново, странно и приятно, что мысли сваливают из головы практически моментально, и она просто позволяет Ляпис вести.       Они прерываются через несколько минут, показавшихся секундами, и Ляпис довольно смотрит, как пытается восстановить дыхание Перидот, которая чтобы не упасть держится за чужие плечи.       — Думаю, это можно расценивать как «я люблю тебя, Ляпис, будь моей девушкой»?       Перидот нащупывает рукой выключатель, и погружает комнату в темноту, единственным светом в которой остается включенный ноутбук.       — Да, черт тебя дери.       Стивен за стеной аккуратно снимает один наушник, и, слыша тишину, счастливо улыбается.