История Ауриги

Свену.

      Пошёл-таки с Седриком и Ко. Говорят, хотят найти лужайку позеленее.       Седрик выслал ребят посмотреть, но на одного из них напали плетевидки, и он еле ноги унёс, а остальные ничего не нашли, так что он остался без новостей.       Встретили музыканта: говорит, на западе есть то, что мы ищем.       Идём на запад. Увижу что-нибудь интересное — напишу.

Итан.

      — Как он там, ещё не пришёл в себя?       — Нет, Владыка. Мы делаем всё, что можем, но магия, завладевшая Бхекизитой, слишком сильна.       — Чёрт… ладно, свободны.

Совету Божественных Владык.

      Отряд Дейваля вышел. Из разговоров в лагере я поняла, что место для нового города избирается с тем расчётом, чтобы земли вокруг были как можно богаче насыщены Пылью.       Барон выслал разведчиков. Один из них возвращался с вестями о том, что рядом такое место есть: обставила всё, как нападение плетевидок.       К счастью в их закромах оказалось достаточно Пыли, чтобы один бродячий музыкант мог дожить свою жизнь в тепле и уюте, перед этим спев барону об особо богатых землях в нескольких десятках лиг на западе.       В итоге, как я планировала, отряд движется к границам Технократии, и я — вместе с ним. Буду информировать вас обо всём необычном в пути, и о прибытии барона на место.

Айю aka «Соболиный Клинок» Аддо.

      77-й день лета, вечер.       Блядский Дейваль! Мало того, что ему йотус на ухо наступил: что он поёт!       «В сияющем стоглавом граде        Пребудешь ты, любовь моя,        И верен буду я, любя…»       Бла-бла-бла-бла, бла-бла-бла-бла. Тьфу!       Будь у тебя член, ты бы выебал первую же встречную пейзанку, а будь у тебя задница, я бы с радостью засунула туда твою злоебучую лютню, разъе… *неразборчиво*…мать!       В сияющем стоглавом граде, любовь твоя, да-а-а. Шевалье хренов.       Да что ты знаешь о любви?!       Ты не знаешь, каково это: расстаться почти на век и каждый блядский день просыпаться с мыслью о том, что ей грозит смертельная опасность, а ты — за тридевять земель и не можешь прийти на помощь!       Да даже у хранителей, будь они неладны, всё как-то… честнее: выпили, подрались, поебались, поженились — все довольны.       А вы с этой своей куртуазностью у меня уже в печёнках сидите! Быть может, до Катаклизма кто-то из вас и любил по-настоящему, но сейчас…       Дело не в том, что вы стали монстрами: дело в том, что вы боитесь ими стать. Вы думаете, что монстр не способен любить.       Так вот.       Я — монстр. И весь мой народ, все забытые: мы — монстры. Это не наша вина, нас такими создали. Мои предки выживали в обезумевшем мире, принимая его безумие в себя. И вот, какими мы стали.       Безумны ли мы? Нет.       Скрытны? Да. Хитры? Да. Подлы? Да. Жестоки? О, ещё как!       Способны ли мы на любовь?       ДА.       Мои руки в крови по локоть. Я убивала, убиваю, и буду убивать: я знаю тысячи способов сделать это, а мой любимый — тонкая стальная нить. Звук, который она производит, отпиливая чью-нибудь голову, для меня подобен музыке.       Я — монстр.       И я — люблю.       А ты — нет.       И когда придёт час, я не просто продырявлю твой шлем, нет. Я сделаю так, чтобы твои доспехи собирали по пылинкам, а твой дух никогда не покинет эту землю: я найду способ засунуть его в маленькую тесную баночку и буду всюду таскать за собой. Я найду способ пытать то, что от тебя останется, и буду заниматься этим каждое утро и каждый вечер вместо зарядки.       Вот насколько ты меня заебал.