Глава 2
14 марта 2017 г., 21:14
Алису разбудил птичий гвалт, доносившийся из сада: одни пернатые пели на все голоса, другие щебетали, свистели, а то и желали друг другу доброго утра. Она потянулась, зевнула и открыла глаза. Заснуть на новом месте и в непривычной постели ей удалось не сразу, терзало также беспокойство за Шляпника и донимали мысли о том, что ей для него сделать. Спала она мало, но крепко, и, кажется, вполне выспалась и отдохнула. Кровать для неё одной была слишком большой, но удобной и мягкой. После спартанских условий на корабле это была роскошь. К тому же ей уже давно не доводилось спать в настоящей постели.
Алиса полежала ещё какое-то время, нежась на белоснежном постельном белье и раздумывая о том, насколько неприлично и невежливо будет навестить Шляпника ранним утром. Интересно, во сколько он обычно просыпается? Она-то привыкла быть на ногах чуть ли не с рассвета. А что он любит есть на завтрак? И что он вообще ест, живя отшельником на краю обрыва? Алиса нахмурилась, впервые подумав о том, что Шляпник, возможно, голодает. Она попыталась успокоить себя тем, что он ведь работает, упоминал, что у него много заказов, да и друзья вряд ли бы дали умереть ему с голоду, но, вспомнив его осунувшееся лицо, она вновь начала сомневаться. С мыслью о том, что сегодня она непременно вытащит Шляпника из дома и выпьет с ним чаю, греясь на солнышке, Алиса решительно встала с кровати.
***
Алиса вышла из замка и отправилась к дому в форме шляпы, раздумывая, как встретит её Террант на этот раз. — Куда это ты так спешишь? — мурлыкнул Чеширский кот у неё над ухом, являя её взору улыбающуюся мордочку. — К нему, — коротко ответила Алиса. — Удачи, — пожелал Кот и уже начал исчезать, когда она его остановила: — Подожди, Чешир… Над парящей в воздухе улыбкой появилось два кошачьих глаза. — Нужна твоя помощь, — обратилась к нему Алиса. — Я попробую выманить Шляпника из дома на прогулку — свежий воздух и солнце ему не помешают, — а ты, будь так любезен, попроси братьев или кого-нибудь из слуг Её величества разжечь у него дома камины, но погасить их и вычистить к его возвращению. Там не должно быть ни углей, ни золы. — Ладно, — с лёгкостью согласился Чешир. — И ещё: проследи, чтобы шторы были открыты. Кот улыбнулся и исчез.***
Алиса постучала в дверь и позвала: — Шляпник, открой! Никто её не впустил, и она снова и снова повторяла попытку. Тщетно. Не на шутку встревожившись, Алиса толкнула дверь и вошла. Дом встретил её тишиной, сумраком и холодом. Он выглядел заброшенным и унылым. — Шляпник? Где ты? Ответа не последовало, и Алиса прошла в гостиную, потом осмотрела весь первый этаж и, не обнаружив хозяина дома и всё больше волнуясь, взбежала наверх по винтовой лестнице, отдёрнула занавеску, отделяющую спальню, и наконец увидела его: Террант лежал на кровати и спал. Но сон его был беспокойным, он метался в бреду, его лихорадило. Алиса сдвинула в сторону лёгкую портьеру, закрывающую единственное в маленькой спальне окно, и приблизилась к спящему. Кожа его стала похожа на старый пергамент, обычно яркие губы посерели, а пальцы приобрели синюшный оттенок. — Шляпник, проснись, — снова позвала Алиса и тут же поняла, что вряд ли его добудится, что он не спит, а находится в бессознательном состоянии, в царстве мучавших его кошмаров. Она осторожно присела на край кровати рядом с ним и, поколебавшись, дотронулась сначала до его лба, а потом провела пальцами по впалой щеке. Лоб был влажным и пылал, щёки, несмотря на бледность, были горячими. Шляпник вдруг притих и задышал ровнее, и Алиса уже увереннее взяла его за руку, удивляясь тому, какая она, в противоположность лицу, холодная. Она знала, что это не физический недуг, что тело Шляпника здорово, что его терзает нервное расстройство, что его сознание накрыла тень прошлого и оно опять подвергается огненным пыткам. Алиса вскочила, выбежала из спальни и вернулась с куском мокрой ткани в руках. Успокоившийся было Террант опять метался в постели. Алиса осторожно протёрла его лицо, поправила одеяло, подтянув его повыше, и села на прежнее место. — Шляпник, очнись же, — шёпотом попросила она. От понимания того, как ему плохо, на её глаза навернулись слёзы. — Приди в себя. Перед Террантом бушевал огненный вихрь. Он чувствовал обжигающие языки пламени и инстинктивно прикрыл глаза рукой, спасаясь от жара. Он не знал, как справиться с этой стихией, не знал, как выбраться. Огонь вдруг разошёлся в стороны, образуя коридор, и Шляпник увидел Алису. Он уже знал, что будет дальше, и паника захлестнула его, парализовала и оглушила: сейчас пламя сомкнётся, и она сгорит, золотые волосы вспыхнут, нежная кожа начнёт лопаться, и Алиса закричит — один пронзительный крик агонии. На миг он встретился с ней взглядом, и сковывавший его ужас отступил. Террант рванулся к ней, понимая, что не успеет, не сможет спасти… Он протянул руки, ещё шаг — и он схватит её за плечи, закроет собой… «Шляпник!» Её голос, зовущий его, выдернул их обоих из безумного горящего кошмара. Террант дёрнулся, резко садясь в постели, врезался в Алису и чуть не сбил её с края кровати. Она инстинктивно ухватилась за его плечи, чтобы не упасть, в ту же секунду осознавая, что он пришёл в себя. — Ты очнулся! — выдохнула Алиса, обнимая Шляпника и прижимаясь щекой к его плечу. — Мне тебя так не хватало! — И мне тебя, — ответил он, осторожно притягивая её к себе. От переполняющей его щемящей нежности он не мог вдохнуть, казалось, что те чувства, которые она вызывала в нём, не могла вместить его душа, даже если расширится до размеров Вселенной. Обнимая Алису, он сдерживал свою всепоглощающую любовь, как мог, и это ему удалось, но капелька этого чувства всё-таки проявилась в виде одинокой слезинки, появившейся в уголке глаза. Она скатилась по его щеке и затерялась в девичьих локонах. Террант прижался щекой к этим мягким волосам и прикрыл глаза, наслаждаясь её близостью. Исчезли сны, страхи, сомнения, не было прошлого и тревог о будущем, был только настоящий момент, и он не кончался. Алиса отстранилась и вгляделась Шляпнику в лицо. — Как ты себя чувствуешь? — спросила она. Он прислушался к своим ощущениям, но они никак не хотели связываться ни во что определённое, поэтому он лишь пожал плечами и улыбнулся. — Тебе надо поесть и выспаться — по-настоящему выспаться, без кошмарных снов. А потом обязательно выйти на воздух, — заключила Алиса. — Отдохни пока, а я схожу посмотрю, есть ли в доме хоть какая-то еда. Шляпнику не хотелось, чтобы она уходила, но Алиса выпорхнула из спальни быстрее, чем он смог её остановить. Он услышал на лестнице её торопливые шаги и откинулся на подушку. Когда Алиса вернулась, не обнаружив на кухне Шляпника ровным счётом ничего съестного, он уже снова спал, но на этот раз лицо его был безмятежным, а на губах блуждала улыбка. Алиса тоже невольно улыбнулась. От накатившего облегчения ей казалось, что за спиной выросли крылья: Шляпник выздоравливает, ему лучше! Она стояла, всматриваясь в точёные черты его лица, в болезненно-синие тени под закрытыми глазами и понимая, как он бесконечно ей дорог, что душа её полна невыразимо тёплых чувств к нему. Взгляд её задержался на его порозовевших губах, и, вдруг смутившись, Алиса поспешила покинуть комнату. Выходя из дома Шляпника, она чуть было не наступила на Соню. — Ой! — пискнула мышь и, отскочив в сторону, обиженно уставилась на Алису. — Осторожнее! — Извини… Как я рада тебя видеть! — искренне поприветствовала она мышку. — Хорошо, что ты пришла. Побудь со Шляпником, пока я схожу в замок и раздобуду еды. — Как он? — с беспокойством спросила Соня. — Уже лучше. Сейчас он спокойно спит, а если проснётся в моё отсутствие… — вспомнив, как порывисто обняла Шляпника, когда он очнулся, и как ей до странности приятно было прижиматься к его тёплой груди, Алиса снова смутилась, и взгляд Мальямкин стал подозрительным. Девушка дёрнула плечом: мол, сама разберёшься — и, легко сбежав с крыльца, направилась к замку.***
Алиса вернулась, держа корзинку, полную снеди, которую собирал сам Тэккери, хозяйничающий на королевской кухне, и, оставив её прямо на конторской стойке в прихожей, поспешила на второй этаж. Мальямкин расхаживала по кровати, появившийся Чешир парил в воздухе неподалёку, и на морде его читалось горестное выражение. А Шляпник опять метался в бреду, лицо его было искажено, а пальцы комкали сползшее одеяло. — Ты же сказала, что ему лучше и что он спокойно спит! — напустилась Соня на Алису, будто та была всему виной. — Так и было… — растерянно ответила она, подходя ближе к Шляпнику. — Он приходил в себя? — Нет, — лаконично пискнула Мальямкин и, сложив лапки на груди, отвернулась и опустила голову. — Я не могу его таким видеть! — Всё будет хорошо, — попыталась успокоить мышь Алиса, — не плачь. Надо только верить. — Совсем плох, — констатировал Чешир. Алиса потянулась и коснулась прохладной руки Шляпника, легонько погладила тыльную сторону его ладони и пальцы. Он длинно выдохнул, хватка его чуть ослабла, и он выпустил мятое одеяло из рук. Мальямкин перестала рыдать и поспешила к другу, взобравшись на подушку рядом с его головой, а скорбное выражение морды кота изменилось на заинтересованное. — Что ты сделала? — спросила Соня, переводя взгляд с Алисы на Шляпника и обратно. — Ничего… — честно ответила она. — Просто дотронулась до его руки. — А если повторить? — тихонько промурчал Чешир. Чувствуя неловкость, Алиса присела на край кровати и взяла Шляпника за руку. Дыхание его стало ровным и глубоким, напряжение покинуло тело, и стало очевидно, что он по-настоящему спит, а не мучается кошмарами, доводящими его до лихорадки. — Чудно… — в замешательстве пробормотала Алиса. — Похоже, твоё присутствие его успокаивает, — озвучила очевидное Мальямкин и бросила на девушку ревнивый взгляд. Алиса не понимала, как такое может быть, как Шляпник мог знать или чувствовать во сне, в бреду, что она рядом, как мог так чутко реагировать на её присутствие и прикосновения, но была рада, что хоть чем-то может ему помочь. — Что ж… Тогда я побуду с ним, — приняла пока единственное возможное решение Алиса. Из угла комнаты она не без труда пододвинула к кровати Шляпника старое потёртое кресло и уселась, окинув взглядом друзей. — Надо поразмыслить, — вздохнула она. — Мы заглянем позже, — пообещали мышь и кот. Алиса кивнула им и улыбнулась, потом перевела взгляд на лицо Шляпника и вздохнула. Она перебирала в памяти всё, что знала о нём и его родных, о том, что связывало его с огнём, вспоминала его рассказ об Ужастрашном дне, думала о том, как помочь ему забыть прошлое… и не заметила, как заснула.
