Маховик времени

      И опять это давящая темнота. Страх пронизывал каждую клеточку моего тела. Я бежала без оглядки, но в этот раз вокруг меня был не лес, а какое-то ущелье. Повсюду были высеченные до остроты ветром скалы, которые чуть ли не упирались в пасмурное небо. Выступающие камни беспощадно резали мое тело, и из ран выступали капельки крови, которые медленно стекали и оставляли рубиновые следы.       Сквозь боль и страх я двигалась дальше. Наконец-то я увидела свет и ринулась туда, как сумасшедшая. Но свет все отдалялся и отдалялся от меня. Как будто я бежала на месте, а он не приближался.       Отчаянье взяло верх над всеми эмоциями — плюнув на все, я сдалась. Просто остановилась и уперлась ладонью в шершавый камень. Моя рука тут же стала ощущать нечто мокрое и вязкое. Кровь… Снова…

***

      Я металась по кровати, от чего простыни подо мной смялись, подушка упала на пол. Одеяло от «бега» скомкалось между ног.       Сквозь беспокойный сон я чувствовала мягкие и холодные руки, которые бережно гладили меня и успокаивали. Хотелось открыть глаза и посмотреть на того, кто сидит возле меня, но я не могла… Кошмар поглощал меня все сильнее. — Я рядом…       Резко открыв глаза, я уставилась в пустоту. Я была на сто процентов уверенна, что возле меня кто-то недавно находился. На прикроватной тумбочке стоял кувшин с холодной водой, и я точно уверенна, что когда засыпала, то его не было.       Опустив ступни на пол, я босиком прошествовала на открытый настежь балкон, но там никого не было. Я хотела было развернуться и уйти, но мой взгляд привлек маленький сверток на полу. Приглядевшись, я увидела самые красивые цветы в моей жизни — розы нежно-розового цвета. Мои любимые. — Чертов эльф.

***

      Трижды убедившись, что платье я надела правильно и расчесав волосы (которые, кстати, после моего купания в реке стали очень послушными и легкими), я вышла из своих покоев. — Вас ждут, миледи, — стоящий рядом с дверью эльф склонил свою голову в знак приветствия. Мне стало приятно, но в тоже время и неловко. — Спасибо, — я присела в реверансе, вспоминая, как этому меня в детстве учила мама. — Гарри! — я так рада была видеть друга, что когда обнимала его, то чуть не задушила. — И тебе доброе утро! — усмехнулся он.       Его лицо за один день преобразилось: синяки под глазами исчезли, волосы уже не торчали в разные стороны, а аккуратно уложены. Он как будто посветлел. Ему здесь было уютно и спокойно. Впрочем, как и мне.       Я взяла его под руку, и так мы вместе и вошли в тронный зал Лотлориэна.       Я боялась посмотреть в сторону Боромира — страшно было увидеть в его глазах отголоски вчерашних событий, потому крепче прижалась к Гарри. Он немного напрягся, но позволил мне прильнуть к нему. — Рада видеть вас, — слова Галадриэль достигли моего сознания раньше, чем она произнесла их вслух. — Спасибо за гостеприимство, — поклонился Гарри, а я лишь неуклюже кивнула головой. Почему-то в ее присутствии мне тяжело было соображать, Галадриэль как-то странно на меня влияла. — Вы прибыли в этот мир не просто так, — после минутного изучения лица Гарри произнесла Галадриэль. — Еще до войны зеркало показало мне двух чужеземцев, которые ступят на наши земли и от которых в равных степенях будет зависеть судьба Средиземья.       Мы оба затаили дыхание. Казалось, это невозможно. Мы же в разных измерениях. Как? Как она могла предвидеть, что придурковатая, жаждущая мести Паркинсон бросит в нас Маховик времени, который невероятным образом перенесет меня и Гарри именно в Средиземье? Временной континуум неограничен, и мы могли оказаться где угодно. — Вас ждет дальняя дорога, — продолжила Галадриэль. Казалось, что она уже и забыла про нас с Гарри. — Не всегда она легкая и безопасная, иногда нам приходится делать выбор, от которого зависит дальнейшая судьба. И не просто одного человека, а судьба всех людей и существ этого мира.       На последних словах она сосредоточенно заглянула в глаза Арагорну, и они будто разговаривали без слов.       «Помни всегда кем ты являешься! Не отрекайся от своей сущности, она всегда была в тебе. Она — часть тебя. Ты примешь правильное решение, несмотря на то, что ты потомок Исильдура.»       Галадриэль перевела свой взгляд на Леголаса, и мне тут же захотелось заглянуть в мысли лихолесского принца, узнать, что она ему сказала.       «Леголас. Принц Лихолесья. То, от чего ты так бежишь, все равно догонит тебя. Почему ты боишься стать счастливым? Боишься снова обжечься? Не бойся. Дай себе шанс.»       Мерри и Пиппин были удостоены взгляда Галадриэль, от чего хоббиты смутились и покраснели.       На Сэма она смотрела гораздо дольше, придавая смелости нашему любимому садовнику одним только взглядом.       Боромир старался не смотреть Владычице в глаза, но она настойчиво стучалась в его мысли и сердце. Гондорец в итоге совсем растерялся.       «На всех по-разному влияют наши земли. Не стоит во всем винить себя.»       С Фродо она общалась дольше всех. Они даже вышли на несколько минут, а как вернулись, то хоббит выглядел еще более рассеянным, чем обычно.       И вот настала наша очередь. Я с замиранием сердца смотрела как Галадриэль уводит Гарри в соседний зал, как беззвучно закрывается за ними дверь. Хотелось бежать за ними. Узнать о чем они говорят и в то же время боялась всей правды.       Ноги начали подкашиваться, и я ухватилась за протянутую руку. Плевать я хотела, что помощь пришла от ненавистно-любимого эльфа. Я вцепилась в руку с такой силой, что еще бы немного, и я бы сломала ему ее. Но Леголас видно не заметил этого. Он просто дал мне возможность почувствовать, что я не одна. За это я ему была благодарна.       Время тянулось, словно резина. Мне казалось, что они уже больше не вернутся. Может, она смогла отправить Гарри обратно в наш мир? Тогда почему я еще здесь?       Погруженная в свои мысли, я не сразу заметила, что Гарри уже вернулся, а Галадриэль внимательно изучает мое напряженное лицо. Ее взгляд скользнул на наши с Леголасом переплетенные пальцы, и я тут же выпустила его руку. Стало неловко, что она видит мою слабость. Слабость под именем Леголас. — Дитя мое, — услышала я, — пойдем со мной. Все твои ответы за этой дверью.       Я замешкалась. Было страшно. Страшно узнать свою дальнейшую судьбу.       Я посмотрела на Гарри, пытаясь разглядеть в его зеленых глазах ответы на свои вопросы, но лицо его было бесстрастным. Казалось, он даже не замечает моего пристального взгляда, полностью поглощенный своими переживаниями.       Вслед за Галадриэль я вошла в зал. Он был немного меньше, чем предыдущий, но казался уютнее и лаконичнее. — Гермиона, — произнесла эльфийка, подходя ближе к сосуду, находящемуся посреди зала, — твоя судьба уже предначертана. Подойди ближе и взгляни на выбранный тебе путь.       Я на ватных ногах прошествовала к сосуду, смутно напоминающему мне Омут памяти.       Я как будто вернулась в свой кошмар: длинное и узкое ущелье, в конце которого маячил огонек света. Мой огонек надежды. Я больше не отступлю. Дойду до конца, чего бы мне это ни стоило. И в тот миг, когда я решила не сдаваться, ущелье превратилось в открытое пространство, посреди которого виднелся камень. Я немного помедлила, но все же подошла ближе. Все вокруг замерцало, превращаясь в неясные очертания и тени. — Быстрее, Гермиона! Я открыл портал всего на несколько минут! Надо торопиться! — Рон?       Я уже было протянула руку, как услышала: — Останься со мной! Прошу, не уходи!       Я резко обернулась, но никого не было. В паре шагов от меня стояла Галадриэль и ласково смотрела мне в глаза. «Дитя, ты должна сама решить, чего именно хочешь. Ты все видела своими глазами — твое путешествие в нашем мире не заканчивается Лориэном. Ты поймешь, где именно оно закончится. Если, конечно, действительно этого хочешь. Но все зависит только от тебя.»       Сбитая с толку, я покинула зал и вернулась на свое место рядом с Гарри. Вопросов опять было больше, чем ответов. — Вы можете отдохнуть и набраться сил, прежде чем пойдете дальше. Путь будет нелегким. Множество испытаний ложится на ваши плечи, не всем они будут по силам. Всегда слушайте свое сердце, ведь оно никогда не подведет!

***

      Мы остались в Лориэне набраться сил перед новым рывком в путешествие. Я почти не выходила из своих покоев, ни с кем не хотела разговаривать (даже с Гарри). Я все обдумывала свое дальнейшее пребывание в Средиземье. Как теперь вести себя с Леголасом и Боромиром? Я так запуталась… А еще эти постоянные кошмары, которые только усиливаются. И каждый раз я чувствую чье-то присутствие рядом, но просыпаюсь в холодном поту и никого не обнаруживаю.       А так хотелось! Хотелось бы проснуться не одной, а в теплых объятьях человека, эльфа — не важно! Мне до чертиков надоело быть одной! Я это поняла еще в своем мире, когда приходила домой после работы, а меня ждал холодный ужин и неуютная постель. Одиночество поглощало меня. Иногда я даже была готова простить Рона, лишь бы не быть одной, но чувство собственного достоинства не давало мне это сделать. И вот опять оградила себя, боясь почувствовать боль.       Я видела раскаянье во взгляде Боромира, но настойчиво его игнорировала. Леголас несколько раз приходил ко мне, чтобы поговорить, но я не пускала. Я даже не пыталась его выслушать, прекрасно понимая, что он ни в чем не виноват, но признаваться не хотелось. Тем более эти эллет ему подходили куда больше, чем я. Они внеземные создания, а я — обычная девушка, которая даже не знает надолго ли она здесь. Нельзя давать ему и себе ложные надежды. Просто нельзя. При расставании будет намного больнее.

***

      Мы покинули Лориэн на рассвете. А почему мы всегда уходим на рассвете?       Галадриэль и Келеборн проводили нас, но выходить за границу своей территории они не захотели. Странные они все-таки существа. — Сегодня поплывем на лодках. Так, — Арагорн указал в сторону реки, — будет намного быстрее. — Мне это не нравится. Совсем не нравится! — мои причитания услышал только Гарри. Он лишь улыбнулся и крепко сжал мое плечо в знак поддержки, прежде чем залезть в одну из лодок.       Как же я не любила водоемы! Одно дело ванная старост, где неглубоко и очень много пены, которая расслабляет тебя, а другое — бесконечная и непредсказуемая стихия воды! Да уж, глубина, высота и темнота — мои глубочайшие страхи. — Рассаживайтесь, — скомандовал Арагорн.       В первую лодку сели Боромир, Мэрри и Пиппин. Во вторую - Арагорн, Фродо с Сэмом и Гарри. Я разочарованно вздохнула. — Прекрасно, — скривилась я, смотря на качающееся на волнах суденышко, которое отнюдь не внушало мне доверия. — Золотце, — улыбнулся Гимли, подавая мне руку, чтобы я залезла в лодку, — наша компания тебе не по душе? — Ну что ты! — я была смущена его словами. — Твое присутствие мне только в радость. — Только мое? — он кивнул в сторону Леголаса, который с бесстрастным выражением лица отвязывал нашу лодку. — Да, только твое, — уверенно ответила я, не смотря на лицо гнома, чтобы он не заметил моего вранья.       Леголас тяжело вздохнул и взял весло в руки. Сделав несколько гребков, мы поплыли по бурной и непокорной реке.       Даже не знаю, сколько мы плыли. Но удовольствие это неприятное! Ветер дул в лицо с такой скоростью, что улыбка превращалась в жуткий оскал, а брызги от весел доставали меня. Если вам нравится экстрим, когда ты вся мокрая и промозглая сидишь в раскачивающейся лодке, и на тебя отовсюду брызгает вода, тогда вперед! Но это не для меня точно.       Я затаила дыхание, когда мы проплывали между двумя огромными статуями. Они в величину были с небоскребы. Величественные короли, навеки запечатленные в белый мрамор, хранили бурную реку Андуин, которая протекает через все Средиземье.       Сквозь шум воды я услышала, что Арагорн объявил привал.       Как же я была рада ступить на ровную поверхность! Если бы не присутствие эльфа, я бы кинулась целовать землю от радости, что мы наконец-то больше не плывем по реке.       Наш любимый Сэмуайз разжег костер из веток, которые принесли Гарри и Мэрри, и я тут же уселась возле костра греть свои озябшие руки. Но огня было мало, потому Боромир пошел искать еще хворост в самую гущу леса. — Наконец-то мы поедим! — Мэрри с Пиппином заглядывали через плечо Сэма в бурлящую кастрюльку, от которой так вкусно пахло, что мой желудок от предвкушения сжался.       Леголас как всегда охранял лагерь, ведь его глаза видели намного лучше наших. — Гермиона, нам надо поговорить, — ко мне подошел Гарри.       По его взгляду я поняла, что разговор будет серьезным. Мой друг нервно поправлял свои очки на переносице, и это ни к чему хорошему привести не могло. — Отойдем на несколько минут?       Я согласно кивнула. — Где мистер Фродо? — мы уже собирались отходить, когда услышали взволнованный голос Сэма. — И Боромира тоже нет, — оповестил Гимли. — Это не к добру, — мои слова были обращены к Гарри. — Осторожно! — крикнул Леголас, когда мимо пронеслось огромное копье, которое только чудом не задело нас, а застряло в столбе дерева, — урук-хаи!       Арагорн толкнул Мэрри с Пиппином, чтобы они бежали без оглядки в лес — там было проще спрятаться от тварей, которые на нас напали. Сэм кинулся искать Фродо, а Гарри не мог решиться бросить меня, чтобы пойти на помощь хоббитам.       И тут появилось «оно». Я никогда не видела твари, которая могла внушить мне за каких-то пять секунд столько отвращения и страха. Урук-хай был высок, крупен, а лицо с жуткими глазами и ртом с кривыми желтыми зубами было обозначено белым отпечатком ладони. Глаза яростно нас прожигали, а пасть издавала непонятный мне клич.       Леголас и Арагорн выхватили из ножен свои мечи и рубили головы урук-хаям. Кровь хлыстала во все стороны, орошая землю гнилью.       Гимли с Гарри отбивались от орков с другой стороны склона. Как же гном владел своей секирой! Ему не мешал его рост, а наоборот даже помогал. Он убивал противников одного за другим, снося тем безобразиям головы, рот которых навсегда застывал в яростном крике.       Я достала свой лук — подарок Галадриэль. Он был немного меньше, чем у Леголаса и подходил мне. Несколько неуверенных выстрелов, и я убила своего первого урук-хая, который пытался ранить Гарри. — Спасибо, — услышала я в ответ.       Обернувшись, я увидела, что наши противники повержены, но часть их пошла по следам хоббитов. Им были нужны не мы! Они шли по следам того, кто нес на себе бремя Кольца. — Мне надо спешить! — Гарри обнял меня, сжав в горячих объятьях. — Ты будешь в надежных руках, — он поверх моей головы взглянул на Леголаса, а после его утвердительного кивка, посмотрел мне в глаза. — Наши пути разойдутся на опушке этого леса. Теперь каждый пойдет своей дорогой. Мне надо догнать Фродо и помочь ему — такова моя миссия в этом мире. — Мы ничего никому не должны! — крикнула я.       Слезы застилали мои глаза. Мне не хотелось расставаться с другом! Я вцепилась в него мертвой хваткой, крепко держа за рукав камзола. Один раз я его отпустила и он чуть не погиб. Второй раз я этого не сделаю. — Береги ее! — сказал Гарри, специально слегка откидывая меня от себя подальше. Я же пошатнулась и шлепнулась на землю. — Нет! Нет! Нет! — у меня была самая настоящая истерика. Я опять его отпустила!.. Только в этот раз он не вернется.       Подорвавшись с земли, я побежала следом за Гарри. Выкрикивала его имя и надеялась, что он или одумается и вернется, или возьмет меня с собой. Но крепкие руки эльфа перехватили меня, удерживая на месте. Я билась в руках Леголаса, как загнанная в клетку птица. Но эльф не отпускал меня, крепко держа в своих объятьях. — Он же больше не вернется! — я стукнула лихолесского принца кулаком в плечо от отчаянья и горя. — Ты это понимаешь?! — еще один удар. — Отпусти меня немедленно! — удар. — Зачем ты меня удерживаешь?! — удар… удар… удар…       В итоге я обессилено повисла на плече у Леголаса, окончательно признавая свое поражение. Слезы стекали по моим щекам, впитываясь в рубашку эльфа.       Вдалеке послышался звук, напоминающий крик о помощи. — Это рог Гондора! — крикнул Арагорн, и мы побежали на помощь.       Но было уже поздно. Оставшихся в живых урук-хаев Леголас с Арагорном перебили, но к Боромиру мы опоздали.       Гондорец лежал на спине, весь испещренный стрелами, а из уголков рта стекала алая кровь.       Я с содроганием упала на колени возле Боромира, бережно убирая спутанные волосы с его лица. — Прости меня, слышишь! Прости! — каждое слово давалось ему нелегко. — Я не хотел! Лориэн на меня повлиял не так, как на вас… — Я прощаю тебя, — слезы с новой силой потекли по моему лицу.        Куда-то изчез весь вчерашний негатив: страх, обида, в некотором роде ненависть… При виде умирающего мужчины у меня все перевернулось внутри с ног на голову. — Они забрали Мэрри и Пиппина, — на последнем издыхании проговорил гондорец, — я защищал их… — Ты храбрый воин, — Арагорн присел возле нас, бережно положив голову Боромира себе на колени. — Ты настоящий король, — глаза Боромира закрылись навсегда.       Я в ужасе поднялась с земли, не веря своим глазам и щемящему чувству в груди. Меня тут же заключил в объятьях Леголас и стал нежно поглаживать по волосам. — Куда мы теперь? — спросил Леголас. — Если поторопимся, то успеем найти Фродо, — сказал Гимли. — Мы идем прощаться с самым достойным воином Гондора.       Мужчины положили Боромира в лодку и спустили вниз по реке. Мы провожали его взглядами, пока вода не забрала его в свои холодные объятья. — Мы пойдем за Мэрри и Пиппином, — сказал Арагорн, отводя свой взгляд от воды. — У Фродо свой путь. Мы ему ничем не поможем. — Он не один, — я была на сто процентов уверенна, что Сэм и Гарри были с ним. — Значит, погоня за урук-хаями? — усмехнулся Гимли. — И чего же мы ждем?