История его пороков

      Молчание. Лишь слышен был приглушённый шум мотора старенького «Хендая» да негромкое шуршание асфальта под колёсами автомобиля. Артур, прислонившись лбом к прохладному боковому стеклу, думал о чём-то, известном только ему. Поудобней развалившись, он подпер острый подбородок рукой и наблюдал за мелькающими за окном видами оживлённых улиц. Его угольно-чёрные волосы трепал ветер из приоткрытого окна, а зубы постукивали друг о друга, когда машина подпрыгивала на кочках. Он сидел почти без движения, отчего Дениса охватывало беспричинное смятение. То и дело он отвлекался от дороги, поглядывая в сторону непривычно тихого Артура, будто проверял, жив тот или нет.       Когда они подъехали к дому, Денис осторожно окликнул Артура по имени и коснулся его плеча, отчего тот весь встрепенулся и настороженно посмотрел на Дениса, нахмурив чёрные брови. Угнетающий взгляд глаза в глаза. Пара секунд — и сухие черты лица Артура снова стали радостными, а губы растянулись в лукавой улыбке.       — Поцелуешь? — с наигранным кокетством спросил Артур и наклонился к Денису, который исподлобья посмотрел на него, как жертва на мучителя. Но Артур не обратил внимания на его настороженный взгляд.       — Увидит кто — не мне тут жить… — с презрением фыркнул Денис, но не стал сопротивляться. А когда дыхание Артура внезапно обдало его щёку тёплым, как ветерок жарким летом, дуновением, он будто бы расслабился.       Вечно шершавые губы Артура осторожно прикоснулись к губам Дениса. Они целовали его впервые ещё когда-то давно, немногим меньше, чем десять лет назад, и совсем не изменились за это время. Денис провёл рукой по щеке Артура и неподвижно замер от мягкости поцелуя, от вздохов, от прикосновений рук, притягивающих его за ворот пиджака, будто в страхе, что он может уйти или отвернуться.       И вспомнилось Денису их знакомство, первые шаги навстречу друг другу. На ощупь в темноте. Первые чувства, особенно для Артура, осознавшего, что такое любовь и что пол здесь совершенно неважен; первые прикосновения с теми же вздохами, только более живыми и наивными. И свадьбу Артура… А самое главное — того Артура, которого он узнал при их знакомстве: любопытного и проницательного студента с ребяческими замашками. Денису казалось, что он очень изменился с того времени. Но что именно в нем изменилось, он, как ни пытался, понять не мог. Отношения, алкоголь, свадьба — всё это оставляло свои следы. Жизнь неторопливо лепила и изменяла характер Артура, словно глину, а он мягко проминался под её ловкими пальцами.       От воспоминаний одновременно тёплая радость и нежная грусть больно кольнули длинной толстой иглой сердце Дениса, и эта боль казалась настолько реальной, что внутри все неприятно сжалось. Не прекращало душить мерзкое чувство неправильности всего происходящего. Дениса не покидало ощущение, что что-то в этой жизни он сделал не так.       Он безучастно смотрел на Артура в смиренном бездействии. Казалось, что Денис даже получает гадкое удовольствие, разливающееся по всему телу теплой, как топленое молоко, неприязнью — удовлетворение не столько физическое, сколько моральное, пока последние несколько лет их с Артуром жизни сплошной вереницей проносятся перед его глазами.       Приглушённый шум раздался за пределами душного салона машины, и Денис бессознательно повернул голову. Ему потребовалась секунда на осознание происходящего. Когда он вновь перевёл взгляд на пассажирское сидение, Артура уже не было. Денис даже не услышал захлопнувшейся двери. Он остался наедине с тупой давящей тишиной.       — Чёрт! — зло зарычал Денис и прислонился к рулю разгорячённым лбом. — Чёрт! Идиот! — выругался он.

***

      — Соф! Соф, подожди! — Артур пытался угнаться за своей женой, которая быстро, не оборачиваясь, поднималась по лестнице.       Артур ухватил её запястье уже на входе в квартиру, но Софья тут же отдёрнула руку. Она медленно развернулась к Артуру, с презрением посмотрев на него, и тот послушно сделал шаг назад. Тогда Софа брезгливо поморщилась, словно рядом с ней стоял грязный человек, на которого даже смотреть было отвратительно, и сквозь зубы со скрипом процедила:       — Сука…       Вплоть до этого момента Артур никогда не слышал от жены таких грубых слов.       — Подожди, Соф… — переводя дыхание, начал говорить Артур. — Подожди… Что случилось?       Вдруг Софа растерянно улыбнулась. На лице ее появилась глупая гримаса.       — Что случилось?.. — с безысходным спокойствием переспросила она. — Ты меня спрашиваешь, что случилось? И вправду… — ей никак не удавалось скрыть явную дрожь на губах.       Софья тщетно металась в своём сознании. Она не знала, что люди обычно чувствуют в подобных ситуациях и что чувствовать именно ей. Злость, отвращение, ревность? Софа старалась вместить в себя все чувства сразу, смешать их в одно целое и неделимое, имени которому нет.       Слёзы потекли по её щекам, но её лицо всё равно не омрачала тоска или грусть. Софья лишь только иногда шумно всхлипывала, набирая полную грудь воздуха. Она без эмоций роняла слёзы и искала в них выход или облегчение, которые никак не приходили.       Софья даже не могла понять, почему она плачет. Она чувствовала только отвращение и непонятную ей самой злость, которая не была похожа на то обыкновенно гневное, бурлящее чувство. Но от отвращения не плачут. И от злости тоже. Так почему же солёная вода обжигала её личико?       «Нашла из-за чего рыдать. Дура», — усмехнулась про себя Софа. Она размазала слёзы по лицу, улыбнулась ещё шире и посмотрела на Артура. Вдруг он показался ей до отвращения бесстыжим и уродливым.       — Соф, что ты видела? — спросил никогда прежде не видевший слёз жены Артур, взяв Софью за плечи.       Она смахнула его руки с себя, словно грязь, и печально усмехнулась.       — Н-да… — протянула она. — Теперь ясно, почему у Дениса ни невесты, ни девушки нет. Никогда бы не подумала… Хах, что уж там — наверное, если бы ты мне обо всём рассказал, я бы тебе не поверила. Кто-кто, но чтобы Денис… Это ж надо… Самое главное, ладно ты, — она махнула рукой. — А какой хороший парень пропадает! Тьфу. Во! А я-то думаю, чего ты отказываешься со мной в одной кровати-то спать? Ладно спать! Лишним словом даже не обмолвишься! Думаю, я вроде не кусаюсь, решила уж, что слишком уродлива, чтобы со мной такой водиться. Ну, видно, я действительно тебе не подхожу. Уж извини, походу, есть у меня не там, где надо… А твои родители, значит, не знают? Или вы всей своей семейкой решили надо мной таким образом поиздеваться? Во всяком случае, я оценила… — она ухмыльнулась и с ребяческим интересом заглянула в застывшее лицо Артура. — Вот мне всегда было интересно, как это у вас, геев, всё это вот так выходит? Как там всё вот это? — она сделала странный жест руками, пошевелив короткими тоненькими пальцами у самого носа Артура, отчего он недоуменно нахмурился.       — Ответь, что ты видела? — обеспокоено переспросил Артур.       Он тянул к Софье руки, но не касался её. Словно колдуя, Артур то протягивал к ней костлявые пальцы, когда она говорила тихо и спокойно, то сжимал их в кулаки, если Софа вдруг повышала голос.       — Да всё, что надо, я видела! Ты мне лучше ответь: ты сверху или снизу? Ну, вот чисто любопытно, — тон сквозил колкой иронией, а улыбка ни на секунду не спадала с её лица. — Могу поспорить, что как раз тебя в задницу имеют! Денис на такого не похож… — рассуждала девушка вслух и внимательно наблюдала за застывшим в новой жалостливой гримасе лицом Артура.       — Блин, давай не будем? Хорошо? Ничего же не произошло страшного? — вопрошал Артур, и, сложив руки вместе, тряс ими перед Софой — вымаливал её благосклонность. — И родителям не надо рассказывать. Будем жить как жили. Давай?       Вдруг улыбка исчезла с лица Софьи. Она помрачнела, а взгляд её стал холоден.       — Боже, какой позор… Папу боишься? Ты маленький, что ли? Или совсем идиот? Ох, чувствую, твой папочка будет рад такой новости! — секунду помолчав, она погрозила ему пальцем. — Но я ни на секунду дольше не хочу иметь статус твоей жены. Пошло оно к чёрту! И мне, поверь, глубоко наплевать, что скажут на это мои родители, а на твоих мне плевать ещё больше. Хотя я больше чем уверена, что они будут на моей стороне, — Софья скрестила на груди руки и отвернула голову, словно услышав за спиной шум.       На мгновение стало пугающе тихо, и от этой тишины у Артура зазвенело в ушах, будто кто-то в его голове громко и монотонно свистел. И этот свист не прекращался, пока девушка снова не повернулась к нему и не продолжила говорить.       — Ничего не произошло. Жить как жили. Пф! — она посмотрела Артуру в глаза. — Вон, — неестественно сипло сказала Софа.       — Подожди…       — Артур, мы разводимся.       — Но…       — Это точка. Чтобы за ночь собрал вещи и на следующее утро тебя в этой квартире не было.       — Нет, Соф, подож…       — Фу! Омерзительно! — Софья взвизгнула и зажмурилась, замахав руками, когда Артур попытался снова коснуться её. — Выметайся! И больше не подходи ко мне. Вот же гадость!       Когда дверь спальни, где обычно спала или просто отдыхала Софья, с грохотом захлопнулась, заставив стены содрогнуться. С губ Артура сорвался шумный вздох, который тут же растворился в молчании будто бы вдруг опустевшей квартиры.       Он упал на диван в глупой задумчивости. Казалось, мысли специально не хотели приходить в его голову. Всё тело безвольно расслабилось, а по конечностям пошли приятные вибрации, как во время отдыха после долгой прогулки. Ситуация представлялась ему настолько бессмысленной, что в пору было рассмеяться.       «Тупо, — подумал Артур. — И куда мне теперь идти? Очень тупо…» — это было первое и единственное, что пришло на ум Артуру в ту минуту.